Волшебные руки

      Он с трудом отрывается от сладких и распухших от длительных поцелуев губ:              — Галф…              — Что? — парень смотрит на него мутными глазами, явно не соображая, что происходит, и снова тянется за поцелуем.              — А ты уверен, что готов пойти дальше? Мне кажется, что я на тебя давлю, а ты не можешь мне отказать, — Мью высказывает свой самый большой страх, в то время как руки не могут оторваться от тонкой талии, жадно поглаживая дрожащее тело.              Неожиданный смех его партнера заставляет замереть от удивления:              — Давишь? Мью, серьезно?              — Ну да, все происходит так быстро… — он растерян, что его вопрос вызвал такую странную реакцию.              — Быстро? — Галф уже вовсю хохочет, не боясь распугать жильцов своего дома, в подъезде которого они целовались еще минуту назад. — Да я просто измором брал крепость, в которой ты обосновался! Сначала до того, как ты устроился у нам на работу, потом еще месяц до первого официального свидания. А это у нас какое по твоим подсчетам?              — Ну… Пятое, — его щеки полыхают.              — И скажи мне, мой любезный друг, кто был инициатором того, чтобы пойти сегодня вечером ко мне?              — Ты… — он обреченно выдыхает. — Но…              — Суппасит, я об этом мечтал с того момента, как тебя увидел, так что в жопу себе засунь свои сомнения и двигай в сторону лифта!              Мью от неожиданности давится воздухом, когда слышит такие слова от своего нежного и милого мальчика, но такой властный и смелый Галф… заводит, поэтому вспыхивает еще сильнее и впивается в эти манящие губы, в то время как его весьма точно направляют сначала к кабинке, а затем и к двери, так и не разрывая поцелуй.              Квартира их встречает полумраком, и это даже хорошо, потому что так не видно его отчаянное смущение во время вопроса:              — Как ты хочешь?              Галф все еще задыхается после поцелуев:              — Твоя охрененная задница, безусловно, очень меня манит, но отложим это на следующий раз, потому что есть кое-что другое, о чем я мечтал так давно.              — Что же? — он готов дать парню все, что тот захочет.              Но ему затыкают рот многообещающим поцелуем, в то время как рука ложится прямо на его пах:              — Я быстро в душ, а ты пока сполосни руки на кухне и жди меня.              Мью провожает это горячее видение взглядом и послушно идет к раковине, чтобы не только вымыть руки, но и ополоснуть лицо холодной водой — возможно, это поможет ему волноваться чуть меньше.              Но что дальше делать, он не знает.              Остаться тут?       Сразу нагло направиться в спальню?              Мью замирает между комнатами в сомнениях, но потом делает решительный шаг в сторону кровати: в конце концов, Галф ясно дал понять, что хочет сегодня все и сразу. И сердце его останавливается от волнения, когда шум воды затихает, а перед его глазами предстает эротическое видение в белом халате и с мокрыми волосами:              — О, ты уже готов!              Член в штанах стоит так сильно, что слово “готов” даже на сотую долю не отражает его желание, которое становится просто невыносимым, когда парень перекидывает через него ногу и садится на него сверху, глядя своими невероятными глазами:              — Да, я это чувствую, — тот ухмыляется, потираясь о него. — Но ты же не откажешь мне сперва в маленькой слабости?              — К-какой? — Мью готов вынуть свое сердце из груди и преподнести его на ладонях.              — Твои руки, — Галф почти мурлычет. — Ты позволишь их потрогать?              В голове не стыкуются пазлы, когда он опускает взгляд на свои конечности, лежащие на восхитительно тонкой талии:              — Потрогать? Ну конечно, зачем ты спрашиваешь? Мы же столько раз это делали, когда держались за руки.              — Губами и языком, — парень усмехается так порочно, что дышать становится вообще невозможно. — Поцеловать, вылизать каждый твой палец перед тем, как ты будешь меня растягивать своими охуенными руками.              — О боже… — его пробирает дрожь только от одной мысли, что Галф это сделает.              А тот смотрит ему прямо в глаза, когда берет его за запястье и тянет руку прямо к своим невероятным губам:              — Согласен. Это явно воля высших сил, что я встретил тебя тогда в парке. И уж поверь, я ни за что не откажусь от такого божественного подарка.              Кажется, Мью сейчас умрет, скончается, когда Галф берет его пальцы в рот и посасывает, закрывая от наслаждения глаза, а потом жадно и с восторгом исследует языком каждый его палец, проходясь и по выступающим венам до запястья и дальше.              — Галф… — он может только хрипеть, умирая от смущения и удовольствия.              Тот моментально поднимает на него глаза:              — Тебе не нравится?              Мью зажмуривается, чтобы признаться:              — Нравится, очень нравится! Но это так смущает…              — Тогда привыкай к тому, что твои руки неимоверно меня заводят. Чувствуешь? — его ладонь укладывают на выпирающий под халатом орган. — Это все ты натворил! Так что возьми ответственность!              — Возьму! — микросхемы в его голове клинят окончательно, поэтому теперь он яростно целует стонущего от возбуждения парня и распахивает халат, чтобы жадно трогать нежную кожу и затем спуститься поцелуями до горошин сосков.              — Ох! — руки впиваются в его волосы. — Да, еще! Сильнее!              Несмотря на просьбы Мью лишь осторожно прикусывает выступающие навершия, потому что все его мысли устремляются вслед за руками, которые обхватывают сочащийся естественной смазкой член.              Легкий толчок ладонями в грудь заставляет его чуть отодвинуться:              — Я сделал тебе больно? Мне прекратить?              Галф яростно сверкает на него глазами:              — Не смей! Я просто хочу видеть твои руки на моем члене — я так давно это представлял!              — И как? Сравнимо с твоими фантазиями? — он находит в себе силы пошутить.              — Лучше! Гораздо лучше! — парень еле шепчет, прикрывая от наслаждения глаза. — Они просто созданы для меня.              Им только предстоит узнать друг друга с этой стороны, но Мью уже упивается тем, как красиво и отчаянно стонет его возлюбленный из-за неловких движений его рук, но продолжает доводить Галфа до исступления, пока его запястье не перехватывает цепкая ладонь:              — Погоди… Я сейчас кончу…              Он целует пересохшие от рваного дыхания искусанные губы:              — Отлично! Именно этого я и добиваюсь.              — Но…              Продолжить Галф уже не успевает, потому что Мью сосредотачивает свои усилия на темно-пунцовой головке, и буквально нескольких движений хватает, чтобы его руку и одежду оросила белесая струя, а к его плечу привалилось уставшее тело:              — Мью…              Он целует влажный висок:              — Да, мой хороший?              Тот явно пытается отдышаться:              — А как же ты?              Мью улыбается:              — Ты же хотел мои пальцы в себе?              Поплывший от наслаждения взгляд тут же загорается:              — О да!              — Тогда…              Он осторожно опускает парня на постель и под восторженным взглядом стягивает с себя футболку, чтобы вытереть с них обоих следы спермы и поцеловать тут же напрягшийся живот:              — Раз ты так коварно заманил меня к себе, полагаю, что у тебя все есть?              Галф полыхает красными ушами и щеками:              — Под подушкой.              — Как продумано, — Мью усмехается, но тянется за голову парня, чтобы нащупать нужное.              Лента с презервативами ложится рядом, в то время как он сражается с флаконом смазки:              — Да блять! — тот ожидаемо не слушается, поэтому крышка отлетает в сторону, а жидкость разливается куда угодно, но не на его пальцы. — Блядские кривые руки!              Но Галф тутже захватывает его руку в плен и вновь тянется, чтобы погрузить в рот пальцы и эротично их облизать:              — Не смей так говорить! Они и правда волшебные, потому что доставляют мне столько удовольствия!              — Но я испачкал покрывало смазкой!              — И пофиг! — Галф сам опускает его ладонь между бедер, заставляя коснуться пока еще сжатого отверстия. — Важно то, что они делают со мной.              — Блять… — Мью всхлипывает от возбуждения и от такого открытого и доверяющего парня.              — И я умираю от желания ощутить их внутри. Чтобы фаланга за фалангой они погружались в мое тело, чтобы я смог ощутить каждую выступающую вену…              От этого исступленного шепота хочется умереть, но теперь упаковка выплевывает нужную жидкость точно на его руку, поэтому через несколько секунд Мью касается вздрагивающего тела, аккуратно обводя анус:              — Если будет больно — сразу скажи мне, и я остановлюсь.              Но Галф чуть приподнимает бедра в нетерпении:              — Ну же!              Мью не верит, но парень с довольным стоном буквально сам насаживается сначала на один его палец, а затем уже и на все три, которые свободно двигаются в расслабленном после оргазма теле, обладатель которого выстанывает:              — Блять… Я реально чувствую каждую твою вену…              Он чуть проворачивает руку, чтобы нащупать то, что станет отличным обезболивающим на случай неприятных ощущений при первом проникновении, и по гортанному стону Мью понимает: нашел.              Галф, кажется, немного сходит с ума, потому что все еще с его пальцами в себе приподнимается и пытается нащупать сначала пуговицу, а потом и замок его джинсов:              — Скорее! Блин, я умру, если ты не… — и умолкает.              Мью бросает нервный взгляд на свой член, который уже давно болит от перевозбуждения, а потом на молчащего парня:              — Тебе… противно? Я понимаю, не всем нравится, когда вот так много вен…              Но Галф тянется, чтобы почти благоговейно дотронуться до увитого выступающими кровеносными сосудами органа:              — Охуеть… Это еще красивее, чем твои руки…              Член дергается под прикосновением, и Мью не может сдержать стон:              — Галф…              Тот командует:              — Снимай все с себя!              И кто он такой, чтобы ослушаться?              И когда возвращается к постели полностью обнаженным, то умирает от восторга, потому что Галф цепляется за его ягодицы и тянет к себе, чтобы пройтись языком, слизывая смазку:              — И ты прятал это… Я сейчас слишком сильно хочу тебя в себе, но клянусь богом, Суппасит, что потом я высосу тебя досуха! Это просто произведение искусства, а не член…              Мью не знает, от чего сейчас подохнет: от восторга на любимом лице или от того, какой жаждой горят глаза его парня, пока тот раскатывает латекс по твердой плоти и поглаживает ее:              — Вау…              Вероятно, его выдержка ковалась и правда на небесах, потому что он находит в себе силы сделать первое проникновение максимально медленным и бережным, целуя напряженное от боли лицо, пока Галф не кивает:              — Можно.              И все равно Мью каждую фрикцию контролирует выражение лица партнера, чтобы остановиться в любой момент, пока не убеждается, что головка проходится по простате, и стоны Галфа уже не от дискомфорта, а потому что тот на самом деле получает удовольствие. Поэтому он себя немного отпускает, чтобы наслаждаться каждым мгновением близости.              Галф, несмотря на недавний оргазм, кажется, готов присоединиться к нему на пике, потому что целует его так же отчаянно, как и шепчет на ухо:              — Не останавливайся, я уже почти… Почти…              Это капец как тяжело, но Мью опирается только на одну руку, а вторая скользит между их телами, чтобы уже знакомо коснуться возбужденного органа и помочь возлюбленному шагнуть за грань снова, упиваясь выражением экстаза на самом красивом в мире лице. А затем догнать его за несколько движений, чтобы свалиться потным беспомощным кулем на дрожащее тело.              Хриплый шепот ласкает его слух:              — Охуеть…              Он так устал, что может только согласно мазнуть губами по скуле.              Но Галф не высказывает недовольства, что его придавили, только обхватывает его руками и довольно сопит в плечо:              — У тебя не только руки волшебные, но и член. Так что перестань в себе сомневаться уже!              Мью тяжело вздыхает и все-таки выдавливает из себя:              — Я постараюсь…              — Тогда я буду каждый день тебе говорить, какой ты невероятный и как сильно я тебя люблю, — рука зарывается в его влажные после таких физических нагрузок волосы.              — Не больше, чем я тебя, — он снова целует эти великолепные губы. — И я даже благодарен своим дырявым рукам, что благодаря им я познакомился с тобой.              Галф хихикает в поцелуй:              — Даже если бы не твои руки, я бы сам измазал тебя и себя мороженым — только чтобы не упустить тебя.              Мью бросает взгляд на свои руки, которые сейчас бережно обнимают самого дорогого человека в мире: наверное, они и правда волшебные, раз благодаря им в его жизни теперь есть Галф.