Глава 15. Новые загадки, или горелые пироги
30 октября 2023 г., 00:16
— Как думаешь, долго они там ещё?
— Не знаю. В любом случае, Фёдор просто не ждать его, поэтому предлагаю вернуться в гостиную, — пожал плечами Сигма, направляясь дальше по коридору. Гоголь постоял ещё немного, задумчиво разглядывая дверь, словно пытаясь увидеть сквозь неё то, что происходит по ту сторону. — Ты идёшь?
Выйдя из оцепенения, Коля кивнул и поспешил вслед за Сигмой, на ходу закидывая сумку на одно плечо.
— Помнишь я тебе про письмо рассказывал?
— Помню.
— Как думаешь, может, это из-за него Снейп оставил Фёдора после урока?
— Вполне возможно, — задумчиво проговорил Сигма, уже поднимаясь по ступенькам. — В таком случае у Фёдора есть шанс узнать, о чём говорилось в том письме.
— Ты серьёзно думаешь, что Снейп расскажет? Да он ещё более скрытный, чем сам Федя, — фыркнул Гоголь, перешагивая сразу через две ступеньки.
— Пожалуй, ты прав. Но и Фёдор не остановится, пока не разузнает.
С этим Коля не мог не согласиться, потому что упёртости у внешне спокойного Достоевского было не занимать. Наверное, этой своей чертой он и был похож на настоящего гриффиндорца. Не успел Гоголь сказать об этом, как у него заурчал живот. Мальчик остановился.
— А может это… к Хагриду сходим?
— Ты серьёзно? Мы же совсем недавно были в столовой, — Сигма остановился, удивлённо обернувшись к виновато улыбающемуся Коле. — Ладно уж, пойдём, голодающее Поволжье.
Гоголь широко улыбнулся и бодрой походкой направился в сторону выхода. Вот уж у кого действительно нескончаемый поток энергии. Тихонько вздохнув, Сигма направился вслед за ним.
Еле успевая за бегущим вприпрыжку Колей, Сигма, тяжело дыша, остановился перед массивной дверью, ведущей в избушку Хагрида.
— Оо, как вкусно пахнет! — протянул Гоголь, принюхиваясь. — Хагрид наверняка что-то готовит. Ну пойдем же скорее, чего ты встал?
Сигма постучался в дверь. Уже через несколько секунд послышался лай Клыка — собаки Хагрида. А вскоре из-за двери показался и сам великан, однако вместо привычной куртки с тысячей и одним карманом на нём был розовый фартук в белый горошек, из-за чего Хагрид выглядел слишком уж комично. Сигма удивлённо посмотрел на него, а Коля громко расхохотался.
— Ну и ну, Хагрид, выглядишь прямо как моя бабушка.
— В таком случае у твоей бабушки определенно есть вкус, — с улыбкой ответил великан, видимо, не до конца поняв смысл этой фразы. — Вы как раз вовремя, я почти закончил готовить пирог.
Сигма сразу заметил, как глаза Гоголя засияли на слове «пирог». Ещё бы.
Хагрид пригласил мальчиков в избушку, после чего закрыл за ними дверь.
— Кажется, вас было трое.
— А, Фёдора оставили после уроков. А когда будет готов пирог? — поинтересовался Коля, уже по традиции поглаживая Клыка, который при виде мальчиков тут же бросился к ним, возбуждённо гавкая.
— После уроков? Странно, я бы не сказал, что Фёдор такой лодырь, — Хагрид украдкой взглянул ну Гоголя, но тот настолько увлёкся Клыком, что благополучно ничего не заметил. — С чего бы кому-то оставлять его после уроков?
— Нет, это не из-за оценок. Его Снейп попросил остаться.
— Снейп? — Хагрид удивлённо изогнул бровь. — Зачем?
В ответ Сигма лишь пожал плечами. Великан хотел сказать что-то ещё, но, опомнившись, с удивительной для его комплекции ловкостью подбежал к печи, извлекая оттуда пирог.
— Чуть не подгорел, — сообщил Хагрид, облегчённо вытирая пот со лба. — Сейчас заварю чай, а вы пока за стол садитесь. Коля, не забудь помыть руки после того, как трогал Клыка.
***
— …и я надеюсь на Ваше понимание, Достоевский. Всё же из вас троих у Вас, насколько я могу судить, присутствует хоть какой-то здравый смысл. Фёдор раздражённо сжал кулаки. Обгрызенные ногти больно впивались в кожу, однако мальчик не обращал на это никакого внимания. — Теперь вы свободны. Надеюсь, наша беседа не пройдёт даром. Достоевский всегда был спокойным и сдержанным мальчиком, однако в этот раз еле удержался от того, чтобы не захлопнуть за собой дверь. Да кем этот Снейп вообще себя возомнил? Фёдор был так зол, что даже не заметил Энтони, с которым чуть не столкнулся в коридоре. — Смотреть надо, куда идёшь, — раздражённо рявкнул Фёдор, сам удивляясь своей беспричинной злости. Энтони нервно кивнул. — Извини… о, а ты случайно не друг Коли? Фёдор, кажется? Может, ты знаешь, где он? Достоевский поднял на него такой красноречивый взгляд, что слизеринец невольно попятился. — Понятия не имею, где твой ненаглядный Коленька. Это ведь ты за ним бегаешь, а не я. — Что ты имеешь в виду? — Энтони слегка нахмурился. Фёдор, решив не продолжать этот диалог, прошёл мимо. — Эй! Я с тобой вообще-то разговариваю! В гостиной Сигмы и Коли не оказалось. Фёдор догадался, что, скорее всего, они у Хагрида, однако решил остаться и подождать их здесь. После беседы с профессором Снейпом настроения у Фёдора не было от слова совсем. Он снова и снова вспоминал этот дурацкий диалог, придумывая в голове фразы, которые он в тот момент мог бы сказать Снейпу. — Мне не нравится, что Вы водитесь с такими сорванцами, как Гоголь, — в своей манере начал Снейп, стоя спиной к Фёдору и старательно расставляя и так уже аккуратно расставленные книги. — И почему же вы так считаете, профессор? — Фёдор говорил тихо и спокойно, однако уже начинал чувствовать ещё бо́льшую неприязнь к этому мужчине. С каких это пор он должен решать, с кем ему общаться, а с кем нет? — Я буду говорить с вами откровенно. Гоголь плохо на вас влияет, — Фёдор хотел было возразить, однако профессор поднял руку, призывая его помолчать. — Вспомнить хотя бы ваш печальный опыт в поисках комнаты пыток. Я уверен, что вас подбил на это именно Гоголь, потому что я сомневаюсь, что такой порядочный человек, как вы, стал бы заниматься подобной ерундой. — Это был несчастный случай. К тому же, Коля сам не знал, что всё сложится… таким образом. — Правда? А что насчёт комнаты с зеркалом? — Откуда вы… — Вот что, Фёдор, — профессор наконец повернулся к нему лицом. Достоевскому даже стало не по себе я когда он произнёс его имя полностью. — Хочешь ты этого или нет, но с Гоголем я вынужден тебя разделить. Поверь, это ради твоего же блага. — Да как вы… с каких это пор… какое вам вообще дело? — Фёдор чувствовал, что ещё немного, и он больше не сможет держать себя в руках. Он всегда недолюбливал Снейпа, молча подавляя в себе внутреннюю неприязнь к этому профессору, однако сейчас его поведение переходило все границы. Поняв, что был грубееч чем следовало, Достоевский поспешно добавил: — При всём моём уважении к вам, профессор, я не понимаю, почему… — Я всего лишь забочусь о безопасности своего студента. Это долг каждого профессора в этой школе. Фёдор не верил ему, однако, понимая, что от такого человека, как Снейп, ответов ему не добиться, понимающе кивнул. Профессор вновь отвернулся к шкафу и продолжил. — Разумеется, это всего лишь просьба, потому что я не ваш декан и не могу контролировать, будете вы общаться со своим однокурсником или нет. Однако учтите, что если моя просьба не будет услышана, я найду другие методы. Фёдор искренне ничего не понимал даже сейчас, сидя в гостиной в более спокойной обстановке и с гораздо более ясной головой. Сам факт очень настораживал. Раз уж на то пошло, то почему Снейп не сказал то же самое Сигме, который тоже страдал от выходок Гоголя? Очевидно, за этим скрывалось что-то другое. Что-то, что связано с тем письмом, которое по-прежнему пылилось у него в ящике. Через пару минут, не выдержав потока собственных мыслей, Фёдор собрался и пошёл по уже известному маршруту — к избушке Хагрида.***
Сигма с опаской смотрел на странную субстанцию, которую Хагрид назвал «пирогом». Мало того, что по своему цвету оно напоминало уголь, так ещё и запах стоял такой, что хотелось не просто открыть окно, а убежать как можно дальше. — Ты уверен, что он не подгорел? — Нет конечно. Ты только посмотри, какой пышный и румяный получился. Сигма вновь опустил взгляд в тарелку. Если Хагрид называл этот чёрный кусок угля румяным пирогом, то у него явно были какие-то проблемы со зрением, однако говорить об этом мальчик не стал, не желая обидеть хозяина, который явно был доволен своим творением. Сигма украдкой взглянул на Гоголя, который сидел с таким же выражением лица, с опаской тыкая в пирог вилкой. Хагрид с нетерпением ждал, пока мальчики оценят его кулинарные способности. — Это очень... мило, — Сигма натянуто улыбнулся, после чего повернулся к Гоголю. — Коля, не хочешь попробовать первым? — А... а почему это я должен пробовать первым? Почему не ты? — Ну, ты ведь с таким нетерпением ждал пирог. Я не могу не уступить тебе. Коля грозно посмотрел на Сигму, а затем натянуто улыбнулся Хагриду. — Пожалуй, я действительно попробую первым. Хагрид одобрительно кивнул, а Коля робко наколол кусочек пирога на вилку, после чего крайне медленно поднёс её к своему рту. Тут страшно стало даже Сигме, который моментально почувствовал ещё более специфический запах. — А может всё-таки... Гоголь быстро закинул кусок в рот, так же быстро прожевал и проглотил, видимо, надеясь, что от этого вкус будет менее ощутим. Однако за те несколько секунд, что троица сидела в полном молчании, лицо Коли успело сменить как минимум пять оттенков. — Ну как? — робко поинтересовался Сигма, на пару с Хагридом обеспокоенно глядя на Гоголя. Тот молчал, словно действительно проглотил язык. — Во! — Коля показал большой палец, после чего с аппетитом принялся уплетать пирог за обе щеки. Хагрид аж просиял, а Сигма вновь недоверчиво взглянул на непонятную массу, чувствуя, что ещё немного и его точно стошнит. — Ты тоже кушай, Сигма. Если захотите, я вам ещё с собой пирога дам. — Нет-нет, спасибо, не нужно. Я не голоден, — поспешно возразил Сигма, нервно улыбаясь. — Ещё как нужно! Сигма, если ты не будешь пирог, я могу взять твой кусок? — Да на здоровье, — пробормотал Сигма, с облегчением отдав свою тарелку Коле.
