Принадлежать ей

Прошел месяц или около того с момента, когда Мэл начала свое обучение на первом курсе колледжа. Она была на вершине мира. Она наконец-то оставила свою прежнюю жизнь позади. Теперь в её жизни появилось много нового. Жить в общежитии, ходить на дикие вечеринки, находить друзей, с которыми она действительно была на одной волне. Здесь никого не волновало, что она лесбиянка. И она была не единственной. Здесь случился её первый из множества поцелуев. Он повлек за собой череду таких же поцелуев и ласк, в большинстве из которых участвовала её соседка по комнате. Мэл повернула голову, чтобы посмотреть на Ким. Ее светлые локоны были в беспорядке, а глаза закрыты. На ее лице сияла довольная улыбка. Мэл наблюдала, как грудь Ким поднимается и опускается под одеялом. Ким и была её соседкой по комнате. За последние несколько недель они стали исключительно близки. И трах на почве алкоголя в одну из ночей привел к тому, что они снова и снова ложились в постель вместе. Мэл была без ума от нее. В чем проблема? — Ким была прямой, как стрела. По крайней мере, так она сама говорила. Мэл вздохнула. — Мы не можем и дальше это делать, Ким. — Почему нет? — спросила Ким, ее глаза все еще были закрыты. — Мне нравится. А тебе? — Ну, да. — Последние несколько недель были невероятными. Но не из-за секса. Это были мелочи. Тихие моменты, которые Мэл делила с Ким. Когда они устраивали марафоны просмотра Netflix в пижамах, которые длились до раннего утра. Обнимались в кровати и делились секретами под одеялом. Когда Мэл просыпалась от нежного поцелуя Ким. — Тогда в чем проблема? — Ким прижалась к Мэл и натянула одеяло на них обеих. — В том, что мы делаем. Тебе вообще нравятся девушки? Ким пожала плечами. — Я не знаю. Разве это имеет значение? — Для меня имеет, — сказала Мэл. — Ты мне нравишься, Ким. Очень. — Смотри. — Ким посмотрела на Мэл своими большими светлыми глазами. — Я не знаю, нравятся ли мне девушки, но я точно знаю, что ты мне нравишься. Разве это не самое главное? — Наверное. Но приведет ли это к чему-нибудь? Ким поцеловала Мэл в губы. — Нам не нужно беспокоиться об этом прямо сейчас. Мы молоды, Мэл. Это колледж. Давай просто получать удовольствие. Прежде чем Мэл успела ответить, Ким опустила ее за плечи на кровать и оседлала ее бедра, наклоняясь, чтобы снова поцеловать. И через несколько мгновений недовольства Мэл были напрочь забыты. Ким разбудила Мэл нежным поцелуем. — Доброе утро, красавица. — Доброе утро, — проворчала Мэл, все еще полусонная. — Оу, я тебя разбудила? Позволь мне загладить свою вину. — Ким просунула руку под низ рубашки Мэл. Глаза Мэл распахнулись. — Нет, Ким. Прекрати. — Мэл оттолкнула ее. — Боже, что с тобой такое? Мэл вздохнула. — Я уже говорила тебе, я не хочу продолжать в том же духе. — Прошлой ночью ты говорила другое. — Прошлая ночь была ошибкой. Ким надулась. — Я серьезно, Ким. Я не хочу быть твоим другом по траху. Я хочу девушку. — Тьфу, опять ты за своё. — Ким закатила глаза. — Почему ты всегда говоришь об этом, Мэл? — Потому что это важно для меня. — Да почему? Что плохого в том, как обстоят дела сейчас? — Ничего. Ничего не изменится, Ким! Все, чего я хочу, — это чтобы ты признала наши отношения. Посмотри на нас! По сути, мы уже пара. Ким не стала этого отрицать. — Если ты не хочешь, чтобы что-то менялось, тогда в чем дело? Мэл хотелось закричать. Ким, казалось, всегда упускала главное. Или просто отказывалась это видеть. — Проблема в том, что я влюбляюсь в тебя, Ким! — Так. Она сказала это. — Я не могу влюбиться в тебя, когда я даже не нравлюсь тебе настолько, чтобы ты захотела быть моей девушкой! И ты не можешь отрицать, что у тебя тоже есть ко мне чувства. — Уверенность Мэл была наигранной. На самом деле она не была уверена, разделяет ли Ким ее чувства. Но она надеялась, что была права. — Послушай, ты мне действительно нравишься, Мэл. Ты мне небезразлична. И я хочу быть с тобой. Разве этого недостаточно? Разве тебе недостаточно, что я с тобой? — Ким… — Если бы я действительно что-то значила для тебя, то такая глупость, как ярлыки, не имела бы значения. Нет. Мэл не собиралась позволять Ким снова обрушиться на нее. Девушка собралась с духом. — Я больше не могу, Ким. Прости, но я не могу быть с тобой, не будучи по-настоящему с тобой, — Мэл встала. — Завтра я пойду к ректору по поводу переезда в другую комнату. — Подожди, не уходи. Голос Ким задел за живое. Мэл почти утратила свою решимость. Но она уступала Ким слишком много раз до этого. Девушка открыла дверь и вышла из комнаты. Несколько часов спустя, когда, Мэл сидела в общей комнате, пришло сообщение. Ты будешь моей девушкой? Ким перевернулась на бок и повернулась лицом к стене. У Мэл всё сжалось внутри. Ким снова была не в настроении. Казалось, в последние дни это случалось все чаще и чаще. — Все в порядке, Ким? — спросила Мэл. — Да. — Ким свернулась калачиком. — Боже, почему ты всегда спрашиваешь меня об этом? — Потому что ты не выглядишь счастливой. И ты снова отгораживаешься от меня. — Я не отгораживаюсь от тебя. Ты просто слишком надоедливая. Боже, почему ты все время такая прилипчивая? — Я не… — Мэл вздохнула. — Просто ты говоришь, что любишь меня, но ведешь себя будто это совсем не так. Иногда мне кажется, что ты используешь меня только для секса. Что даже не имеет смысла, поскольку то, как ты ведешь себя после, заставляет меня думать, что тебе и секс не нравится. И ты ненавидишь меня. — Голос Мэл дрогнул. — Как ты вообще можешь такое говорить? Я единственный человек, который всегда рядом с тобой, который любит тебя, и вот как ты мне отплатила? После всего, что я для тебя сделала? Ради бога, я согласилась быть твоей девушкой только из-за твоего нытья. — Ты даже не позволяешь мне никому сказать, что ты моя девушка. Мы вместе уже шесть месяцев! А наши друзья так ничего и не знают о нас, — взорволась Мэл. — Мы уже говорили об этом. Ты же знаешь, какие у меня родители. Если они узнают, они отрекутся от меня! Или еще хуже. Это то, чего ты хочешь? — Нет, но… — Мэл глубоко вздохнула. — Я устала от этого, Ким. Я устала от всех этих ссор. Я устал от того, что ты набрасываешься на меня. Я устала от всех этих приступов вины. — Ты? Это ты всегда пытаешься заставить меня чувствовать себя виноватой. Ты та, кто постоянно твердит, что я тебя не люблю. Как ты думаешь, что я при этом чувствую? Я делаю всё, а тебе всегда мало, Мэл. — Неужели я действительно прошу так много? Просто чтобы моя девушка время от времени говорила мне, что любит меня? Или, не дай бог, проявила ко мне хоть немного привязанности? У меня тоже есть потребности, ты же знаешь. — Ты хочешь, чтобы я говорила тебе, что люблю тебя и души в тебе не чаю каждую минуту? Я не твоя мать, Мэл. Это не моя вина, что она никогда не делала всего этого. — Ким усмехнулась. — А эти твои ‘потребности’? Ты имеешь в виду все то извращенное дерьмо, которым ты увлекаешься? Не нужно быть психиатром, чтобы понять, почему у тебя все так плохо. Мэл вздрогнула. Это был не первый раз, когда Ким использовала против нее то, что Мэл рассказала ей по секрету. — Это не имеет к тому никакого отношения! — она вскинула руки в воздух. — Это бессмысленно. Я больше не собираюсь с этим мириться. — Мэл повернулась, чтобы уйти. — Если ты выйдешь за эту дверь, все будет кончено. Ты никогда не сможешь найти никого, кто будет любить тебя так, как я. Слова Ким сильно задели Мэл. Но она держалась твердо. Девушка вылетела за дверь и захлопнула ее за собой. Следующие несколько дней она провела, избегая Ким. А это означало, что ей пришлось как можно реже появляться в своей комнате в общежитии. Когда они все-таки встречались, Ким просто делала вид, что Мэл там нет. Мэл это устраивало. Она не была удивлена поведением Ким. Ким, вероятно, думала, что это вопрос времени, и что Мэл приползет обратно. Но что касается Мэл, то для себя она решила, что между ними все было кончено навсегда. Однажды вечером она вернулась в комнату после того, как провела большую часть дня в библиотеке. Она надеялась, что Ким спит, поскольку было уже поздно. Но когда она открыла дверь, Ким сидела на кровати Мэл. Ее глаза были красными, а щеки мокрыми от слез. — Прости меня, Мэл, — сказала Ким срывающимся голосом. -Я не имела в виду то, что сказала. Мэл стояла как вкопанная в дверном проеме. — Ким, я… — Ты нужна мне, Мэл! — Ким начала всхлипывать. — Ты же не собираешься бросить меня, правда? Я не могу жить без тебя. Когда Мэл посмотрела в умоляющие глаза Ким, ее решимость пошатнулась. — Ким. — Мэл села на кровать рядом со своей девушкой. — Я останусь. Но все должно измениться. Мы не можем продолжать в том же духе вечно. — Я исправлюсь, обещаю. — Ким уткнулась лицом в грудь Мэл. — Я люблю тебя, Мэл. — Я тоже тебя люблю. — Мэл крепко обняла ее. Мэл смотрела, как Ким собирает последние свои вещи. Наконец-то наступило лето. Все с нетерпением ждали этого, кроме Мэл. Она беспокоилась о разлуке с Ким, особенно учитывая, насколько напряженными были отношения между ними в последние несколько дней. Ким убрала все со своего стола и с громким стуком бросила в коробку. — Все в порядке, Ким? — Да, — отрезала она. Они сидели в тишине, пока Ким собирала последние свои вещи. Всю неделю Мэл чувствовала себя так, словно ходила по тонкому льду. Была ли Ким расстроена из-за возвращения домой к своей властной, консервативной семье? Или Мэл сказала или сделала что-то такое, что расстроило её? — Ведь ты все еще не против приехать в гости летом, верно? — спросила Мэл. Она не хотела возвращаться «домой». Визит Ким был единственным, чего она ждала с нетерпением. — Да, насчет этого… — Ким села на кровать в нескольких футах от Мэл. — Я не думаю, что мы и дальше должны встречаться. Мы позволили всему зайти слишком далеко. — Что? Что ты имеешь в виду? — Ты знаешь,. Все это время нам было хорошо, но все идет своим чередом. Мэл непонимающе уставилась на Ким. — Да ладно тебе, Мэл. Это никогда не было серьезно. Ты должна была понимать. Желудок Мэл стянулся в тугой узел. Она понимала, куда клонит Ким, но отказывалась в это верить. — Ну конечно же, ты этого не понимала. — Ким закатила глаза. — Ты видела только то, что хотела видеть. Подумай об этом. Была ли она права? Мэл вспомнила обо всех тех моментах, когда Ким было то жарко, то холодно. Как она отталкивала Мэл снова и снова. Как её, казалось, волновал только секс. Неужели Мэл проигнорировала все знаки, потому что была влюблена в Ким? — Нет, — наконец заговорила Мэл. — Нет. Ты говорила мне, что любишь меня сотни раз. Ты не можешь теперь утверждать, что это было неправдой. — Я говорила тебе это только для того, чтобы ты отвязалась от меня. Черт возьми, я согласилась быть твоей девушкой только для того, чтобы ты перестала приставать ко мне с этим. Просто было так трудно сказать тебе «нет», когда ты всегда была такой грустной и никому не нужной. Не похоже, что у меня был выбор. — Ты хочешь сказать, что была со мной из жалости? — Не смотри на меня так, Мэл. Как я уже сказала, это колледж. Я хотела поэкспериментировать. Все так делают. Но на самом деле мне не нравятся девушки. Не в этом смысле. Ты, наверное, тоже из этого вырастешь. — Ты ошибаешься, Ким. Для меня это не этап. Мне нравятся девушки. И всегда нравились. И я люблю тебя! — Может быть, ты действительно любишь меня. Но я никогда не любила тебя. Ты знала это. Ты даже сама мне это говорила. Нет. Могло ли это быть правдой? Неужели всё это было ложью? — Мне действительно жаль, Мэл… Слова Ким поразили Мэл. Она начала плакать. Ким была первой девушкой, которую она полюбила. И теперь, как и все остальные в жизни Мэл, Ким выбрасывала ее, как ненужный хлам. — Мне пора, за мной приехала машина. Ещё увидимся, да? — Ким встала с кровати и оставила Мэл рыдать в их пустой комнате.