Подсолнух под июльским солнцем

После выяснения всех подробностей операции Кенджи с Ацуши и Акутагавой решили отправиться незамедлительно. Мятежники уже на протяжении нескольких месяцев регулярно нападали на Агентство и устраивали рейды в попытках уничтожить само ВДА и восстановить абсолютное господство Портовой Мафии (а точнее их группировки) над Йокогамой и создать "Новую Мафию". Также одной из из главных целей был Тигр-оборотень, поскольку вознаграждение за его голову в размере нескольких миллионов йен всё ещё было действительно на черном рынке. Однако все попытки выполнения как первой, так и второй задачи оказывались провальными: когда все члены Агентства работали вместе, они были практически непобедимы. Хотя рейды не были опасными для жизней членов Агентства, они требовали значительного повышения бюджета на постоянные ремонты, что невероятно раздражало Куникиду. Таким образом, было решено разобраться с проблемой мятежников раз и навсегда. Информатор известил Агентство о том, что мятежники решили изменить свою стартегию, по-видимому, осознав её недостатки. "Новая Мафия" направила свои силы на нейтрализацию членов Агентства одного за другим, и первой их целью как раз оказался Кенджи, так как его ферма, где он проводил время вне работы, была далеко от города и никак не охранялась, при этом точное время нападения было неизвестно, из-за чего и была спешка. Перед отправлением Акутагавы и Ацуши на задание Куникида ещё раз проговорил их основные цели: — Вы должны защитить Кенджи от нападения мятежников при надобности, минимизировать ущерб имуществу фермы и другим жителям деревни и вычислить местоположение базы мятежников и их главнокомандующего. Цели ясны? — Так точно! — быстро ответили исполнители задания. После этого они, собрав необходимые вещи, выдвинулись на грузовике Кенджи к деревне, где находилась ферма. Миязава был за рулём, когда Накаджима и Акутагава ехали в кузове вместе с мешками сена, корма и различных пакетов с удобрениями; кроме того, они сидели практически в полной темноте – единственным источником света являлась небольшая щелочка между дверьми кузова. Такая атмосфера совсем не располагала к разговору, да и собеседники чувствовали друг к другу неприязнь, поэтому поездка проходила в основном в тишине. Однако вскоре Ацуши всё же решил попытаться завести разговор хотя бы для того, чтобы понять настроение Акутагавы и решить, стоит ли ему ожидать внезапной атаки разъяренного пса Портовой Мафии без какой-либо на то причины, поскольку в таких случаях само существование Ацуши может стать причиной. —...Наверное, нам стоит обсудить план действий для предстоящего задания, не так ли? — нет ответа. — Акутагава? — и вновь нет ответа. Ацуши уже подумал оставить черноволосого в покое, но решил попробовать в последний раз: — Акутагава, я понимаю, что ты, наверное, не лучшего обо мне мнения, но нам всё же предстоит работать вмес– — Не разговаривай со мной, Накаджима!! — резко крикнул мафиози. Нахождение рядом с Ацуши уже вызывало у него дискомфорт и то горячее чувство, но, когда светловолосый заговорил, пёс Портовой Мафии не выдержал. Он отодвинулся в дальний угол кузова и отвернулся от Тигра-оборотня, вдобавок закрывшись от него Рашомоном. Молчание. Только через пару минут Акутагава осознал сказанное, отчего почувствовал, как его лицо буквально горит. Он назвал Оборотня по фамилии. Почему? Эти слова из его уст звучали так странно, но при этом хотелось продолжать так говорить...Нет, что он такое думает! Оборотень не заслуживает быть названным по имени или фамилии. В этот же момент Ацуши всё ещё оправлялся от собственного шока. «Накаджима?..» Акутагава сказал ему грубость, но парню было даже...приятно? Слышать свою фамилию из уст пса Портовой Мафии действительно было чем-то новым. Ацуши начал уходить в свои мысли. В последнее время Акутагава изменился. С тех пор, как он пообещал не убивать никого пять месяцев назад, он не просто сдержал своё обещание, но и стал...мягче? Однако Ацуши тут же вспомнил, что до их дуэли оставался всего один месяц, что стало вызывать сильную тревогу у светловолосого. Накаджима старался избавиться от последней мысли, засунуть её поглубже в подсознание, так как был совсем не рад этому. Остаток поездки они провели молча. По прибытии на ферму день был в самом разгаре. Кенджи вылез из грузовика и открыл кузов, впуская в него ослепительные лучи июльского солнца. Ацуши и Акутагава зажмурились, стремясь спрятаться от света, уже успев отвыкнуть от него за время поездки. — Вот мы и здесь! — радостно объявил Кенджи. Те двое наконец вылезли из кузова и направились за блондином, который указал кивком в сторону фермы. Миязава повел их внутрь, попутно проводя небольшой экскурс: деревянный дом имел два этажа, снаружи выглядел как типичное деревенское жилье и был окрашен темно-красной краской, облупившейся во многих местах. На небольших окнах стояли белые наличники. Часть первого этажа занимал гараж с заездом для машины, а соседней с гаражом комнатой была кухня, куда вела коричневая дверь, сбоку которой находилась лестница на второй этаж. Под этой лестницей располагалась небольшая комната, куда Кенджи и повел Ацуши и Акутагаву. — Даже если вы приехали сюда в первую очередь ради миссии, вы всё равно будете жить на моём попечении, а значит, вам придётся работать на ферме, но для этого городская одежда совсем не подходит, — объявил фермер-блондин. Он начал рыться на полках и в шкафах, находившихся в маленькой комнате; наконец вытащил оттуда пакет с различной фермерской одеждой и дал двум будущим фермерам возможность выбора. Когда они определились с одеждой, все трое пошли на второй этаж, где Кенджи указал им на старую дверь, которая, видно, давно не открывалась, и сказал, что это и будет их новая комната. Как только парни открыли дверь, в воздух взвилась пыль, от чего Акутагава закашлялся. Миязава извинился со словами, что это единственная свободная комната в доме. Она была небольшая: туда вмещались шкаф, кресло и несколько тумбочек, но все эти неудобства не казались Акутагаве такими уж страшными по сравнению с тем фактом, что им с Ацуши не только придется жить вместе, но и спать совсем рядом, так как их футоны лежали чуть ли не касаясь друг друга на расстоянии всего пары сантиметров. Фермер открыл все окна, смахнул с углов паутину и вынес оттуда все лишние вещи, после чего комната стала пригодной для жизни и даже уютной (по мнению Ацуши). На этом Кенджи оставил тех двоих наедине, сказав, что будет ждать на огороде. Ацуши без дальнейших раздумий тут же начал расстёгивать свою рубашку, чтобы переодеться в выбранную им одежду. Лицо Акутагавы опять загорелось при виде голой спины оборотня, покрытой шрамами, из-за чего брюнет резко отвернулся, но когда его лицо не переставало пылать, черноволосый не выдержал и, схватив свою одежду, вышел в коридор, захлопнув за собой дверь. — Акутагава? Ты...чего? — только и успел сказать вслед Ацуши. Наконец они переоделись и вышли в огород. Накаджима был одет в белую рубашку с коротким рукавом в тонкую черную вертикальную полоску; сверху был синий джинсовый комбинезон. Акутагава был в черной рубашке с засученными рукавами в похожем комбинезоне, но этот был серым с заплатками в нескольких местах. На обоих были соломенные шляпы и резиновые сапоги. Как только светловолосый увидел одежду Акутагавы, в голове его невольно промелькнула мысль о том, как странно видеть жестокого Черного пса Портовой Мафии в комбинезоне и в соломенной шляпе – он выглядит совсем как обычный человек. Едва только Накаджима подумал об этом, как Миязава начал объяснять юным фермерам, что они будут делать. Они пололи грядки, кормили свиней и кур, ухаживали за лошадьми; на какое-то время оба забыли и о Мафии, и о Детективном Агентстве. Единственным напоминанием об их обычной жизни служило то, как Акутагава использовал Рашомон: носил с его помощью тяжёлые ведра, доставал предметы с высоких полок, держал много садовых инструментов. Ацуши был поражен таким зрелищем: брюнет использовал смертельное оружие как помощника в фермерстве! Светловолосый никогда прежде не видел Акутагаву таким...это было даже мило. Накаджима не мог не улыбнуться при таких мыслях. Даже несмотря на использование Рашомона, тело Акутагавы не было приспособлено к работам на огороде: он был физически слаб от рождения и только благодаря его способности смог стать мафиози и сражаться в принципе. Постепенно вследствие длительного нахождения на солнце, утомительной физической работы и вечно улыбающегося Ацуши, который несколько раз предлагал свою помощь Акутагаве и на что получал достаточно грубые отказы, организм пса Портовой Мафии афии начал сдавать. Первый припадок кашля. — Акутагава, ты в порядке? — с волнением спросил Ацуши. — У меня всё... Слова черноволосого были прерваны вторым припадком кашля; он быстро понял, что одним только кашлем не отделается. Акутагава почувствовал, как подкосились его колени, как начало мутнеть в глазах; он больше не мог держать равновесие и начал терять сознание. До того, как парень встретил лицом землю, его поймал быстро подбежавший к нему Ацуши. Держа Акутагаву на руках, Тигр-оборотень закричал: — Кенджи-сан, КЕНДЖИ-САН!! Пронзительные крики Ацуши были последним, что услышал Акутагава до того, как мир погрузился во мрак.