Снег в океане

      Иногда проезжие улицы, под веселым градусом от алкоголя, кажутся одновременно близкими и далекими. Серые высокие многоэтажки и тусклые фонари, которые встречались тебе уже немало количество раз загорались новыми красками, более яркими и насыщенными.       Элли смотрит в окно блуждающим взглядом, держа в руках открытую бутылку мартини. На ее черных кружевных чулках огромные дыры, на коротком облегающем платье белые засохшие пятна. Хенджину и вовсе не хочется смотреть на такой жалкий вид жены, потому как сейчас она выглядела в его глазах шлюхой. — Ты с кем-то трахалась? — грубо отдергивает парень сидящую, со всей силы давя в пол на газ. В его глазах читалась дикая ярость и безумство. — Что ты делаешь?! Сбавь скорость! — в этот же момент приходит в себя Элли, вжимаясь в кресло. — Я спрашиваю тебя еще раз с кем ты… — Директор обещал мне главную роль в опере «Сгоревший мотылек на беспощадной свечке» — прерывает Хвана девушка со слезами на глазах — Я… я думала, что… — Понятно. Мне не нужны твои объяснения — холодно реагирует парень, подводя черту в диалоге.       Безумно больно. Его предали из-за какой-то дурацкой роли в балете. Руки предательски дрожат, а к горлу подкатывается громадный ком слез. Кажется, их отношениям окончательно пришел конец. — Сейчас мы приедем домой, я соберу вещи и уйду — с такой же интонацией проговаривает парень, сдерживая в глазах влагу. Постепенно, Хенджин все же сбавляет скорость, когда они оказываются около своего белого двухэтажного дома.       Элли не может совладать с эмоциями. Ей действительно жаль, жаль, что именно Хван выбрал ее и расшибся в лепешку. Она чувствует перед ним глубочайшую вину, которую не залечить никаким спиртным. Ноги сами заплетаются между собой. Девушка вываливается из автомобиля и идет шаткой походкой, хватаясь за каждую панель дома. Алкоголь безжалостно бьет ей по глазам, когда они заходят во внутрь. В просторном длинном коридоре ощущался как никогда пронизывающий с ног до головы холодный ветер. Было понятно, он не предвещал ничего хорошего. — Куда ты уходишь? Давай поговорим — заплетающим языком бубнит себе под нос Элли, замечая, как Хенджин даже не разуваясь, стал собирать походную сумку. — В горы — сухо отвечает он, не отрывая глаз от дела. Сейчас в душе Хенджина образовывалась пустота и мрак. — У нас ведь завтра годовщина — будто ничего не произошло, недовольно произносит девушка, плетясь на кухню за водой. — Уже нет никаких нас — резанул Хван и почувствовал, как голос его задрожал. Проклятие. Это было последним делом, что хотел сейчас сделать человек с разбитым сердцем — казаться слабым.       От сказанных слов Элли пробирает безумная ярость. Девушка со всей силы швыряет стакан в стену и быстрыми шагами направляется в спальню. Там она разносит все в пух и прах, разбрасывая вещи Хенджина по разным сторонам. — Нет значит. Тогда убирайся прочь! — чуть ли не срывая голос кричит она, переворачивая ночной торшер на пол. Лампочка в нем тут же перестает светить, разбиваясь на мелкие осколки. Казалось, будто бы весь мир покрывался трещинами и мраком.       Хван пытается никак не реагировать и совладать с раздирающими напрочь грудь чувствами, но подступающие слезы берут вверх. Они льются из его глаз рекой, запоминая каждое сказанное нелестное слово, как приговор. Что ж револьвер заряжен, осталось только нажать на курок.       Парень поднимается с пола, медленным шагом он направляется в спальню. Как только Хенджин оказывается в комнате, Элли бросается на него с кулаками. Она бьет его по лицу, груди и животу. Больно ли ему? Вовсе нет, мучительно смотреть. От этого сердце истекает еще больше алой кровью. — Я ненавижу тебя! Чтоб ты сдох! — ревет девушка сиплым голосом, замечая, как сильные мускулистые руки хватают ее за запястье. — Замолчи, прошу — шепчет парень, тяжко выдыхая с прикрытыми глазами. — Убирайся прочь, катись к своим дружкам! Пусть вас там придавит ледниками! — несет все под подряд Элли, яростно сопротивляясь. — Я сказал хватит! — забасил брюнет, содрогая стены в спальне. Хенджин резко расцепив руки, бросил девушку на кровать, дорывая на ней платье на тонких бретелях — Такой ты хочешь быть?! Да?! Грязной и продажной шлюхой?! — не скрывая своей ненависти, Хван грубо схватил за горло лежащую, наблюдая за тем, как она задыхается. На лбу парня проступили вены, а выпирающие скулы в момент напряглись. — Х…ен.джин — выдавливает из последних сил темноволосая, брыкаясь ногами в разные стороны.       В попытках спасти себя, Элли нащупывает на прикроватной тумбе что-то тяжёлое и увесистое. Она тут же хватает неизвестный предмет в руки и ударяет им со всей силы по чужой голове. Рамка тут же отлетает на пол и разбивается вдребезги. Все дошло до крайней точки кипения. Теперь они уничтожили друг друга не только психически, но и еще и телесно. Последние капли любви в один миг обратились для них белым пеплом, который поднялся в небо так высоко, что ни один сизый ворон не заметил ее разрешения.       Хенджин не отрывая глаз, смотрит на разбитую рамку вдребезги. В его взгляде читается разочарование, обида и ярость. Парню больше нечего сказать жене. Он молча, встает с кровати, ослабевает на шее черный галстук и уверенно движется к выходу. Элли остается в спальне, как и сейчас в салоне автомобиля в гордом одиночестве. Их прошлое никогда не было цветущим, в нем всегда прятались засохшие заточенные шипы алых роз. — Хенджин, прости — тихо говорит Ли, приоткрывая окно — Вернись в машину, пожалуйста. — Нет — раздраженно отзывается брюнет, успевший обойти автомобиль на несколько кругов и облокотиться на него — Я не вернусь. — Джинни… — слезы сами проступают из глаз, от сказанных слов. Отчаяние раздирает душу Элли на части — Прошу, не оставляй… мне страшно — задыхаясь от ноющей боли в груди, отчаянно умоляет она.       Хенджин нервно стучит по покрышке автомобиля ногой, думает. Сейчас все зависит от него. — Ладно, но за руль я больше не сяду. Сама выбирай, возвращаться нам или идти дальше — тяжело вздыхая, парень обошел машину и оказался около дверцы Элли.       Они меняются местами. Ли садится на водительское сидение с пустым взглядом и только сейчас замечает горящие фонари, установленные вдоль дороги. Ей казалось, что выехали они ранним утром, но на горизонте уже была ночь. Может быть Элли все это кажется и это все не в серьез?       Девушка поворачивает ключ зажигания сначала чуть влево, а после вправо, все это время смотря на Хенджина. Стрелки на спидометре вновь загораются яркими огнями, неприятно слепя глаза. Время на встроенных часах показывает 20:03, напоминая ужасные события. С затуманенным рассудком просто невозможно собраться с мыслями, но сейчас необходимо сделать выбор.       Собрав всю волю в кулак, Элли со слезами на глазах кладет руки на руль и поворачивает его в сторону пустой трассы, продолжая путь. Светлая и ободряющая улыбка Хенджина заставляет ее немного взбодриться. Он все еще здесь и это только из-за нее. — Куда бы ты хотела слетать? — неожиданно интересуется парень, настраивая радио. Хочется ответить честно, но Хван явно такое не одобрит, разозлиться. — Во Францию, в Париж. — А почему? Родина балета? — делится своими догадками брюнет, регулируя колесиком звук играющей музыки. — Нет, там тепло и уютно… — с некой грустью отвечает она, переключая скорость — Как раньше было с тобой. Может, там мне будет лучше — осмеливается договорить правду мужу, давя на газ. — Эй, ты чего? Пойми, жизнь не заканчивается на мне. Ты умна, молода, красива, талантлива. В тебе столько энергии, но ты почему-то тратишь ее в пустую — с тревогой проговаривает Хенджин, видя как стрелка на спидометре доходит до сто сорока. Ледяные руки Хвана хватают Ли за плечи, холод от них чувствуется даже через теплую клетчатую рубашку. Нет, он не позволит ей так поступить. Слишком слабо, слишком глупо.       Элли как заворожённая, будто видя иной свет, отпускает руль и закрывает глаза. Мысленно она уже готовиться к своему долгожданному несчастному концу. Жизнь действительно оборвалась тонкими нитями после утраты Хенджина. Ее действия эгоистичны, но справедливы.       На скользкой еще не просохшей от дождя дороге, колеса машины едва ведет в сторону, и она оказывается неуправляемой. Бешеная скорость и повороты вокруг оси, заставляют почувствовать Элли дикий страх. Он окутывает ее с головой, погружая в полное оцепенение. Замечая бездейственность и дезориентацию Ли, Хван моментально вцепляется за руль. Резкий поворот и передняя часть лексуса уже уходит вправо, оказываясь развернутой на сто восемьдесят градусов. Автомобиль даже ни с кем не столкнулся, потому как их чудом спасла пустая трасса.       Громко играющее радио в машине сбивается с настроенной волны и неприятно бьет по ушам, а потом неожиданно переключается с помех на знакомую чарующую мелодию.