Снег в океане

      Белоснежное плюшевое худи, которое свободно болталось на худощавом подтянутом парне, неожиданно заиграло солнечными искрящимися лучами. Они прошли мимо своего любимого места — парка, именно здесь Хенджин сделал предложения Элли, впервые назвав ее своей женой. Безумно больно, тогда они были счастливы, а сейчас сломлены.       Чтобы не показывать грусти в глазах, Ли надевает на себя черные очки и уводит взгляд в противоположную сторону улицы. Невыносимо и здесь все напоминает о нем. Воспоминания крутятся фотопленкой. Их первый поцелуй под выцветшей и уже заброшенной остановкой, первая прогулка под проливным дождем, первая встреча. Слезы сами подбираются комом в горле. Слишком больно, но она идет дальше за Хваном. — Думаю, нам стоило идти другой дорогой — прозвучало двусмысленно от Хенджина, который светился под солнцем, как ангел сошедший с небес. — Нет, ты все сделал правильно — поджав губы сказала девушка и взяла мужа за руку — Нам ведь нужно понять, что это уже ничего нет — договаривает она, с падающими жемчужными слезами на асфальт. — Это нужно тебе, я давно отпустил тебя — поправляет ее Хван, склоняя голову.       Солнце указывает им путь, они доходят до машины. Хенджин быстро закидывает сумки на заднее сидение и усаживается за руль. Яркие цветные риски спидометра загораются белыми и красными огоньками на приборной панели. Ключ зажигания повернут, пара отправляется в путь.       Белый лексус не спеша выбирается из парковочной зоны и оказывается на трассе. Проезжая часть оказывается на удивление практически пустой. Они едут в тишине, смотря по разным сторонам. Пустота.       За окнами постепенно начинают простираться, как океаны, зеленеющие поля с изобилием пышных разросшихся деревьев. Природа здесь и вправду удивляла. Она являлась уникальной и неповторимой, в ней не было ничего фальшивого. Кажется теперь, Элли понимала, почему Хенджин так любил выбираться в безлюдные места. — Так красиво — прерывает томное молчание Ли, замечая кружащих воронов — Я жалею, что раньше говорила тебе нет. — Я знаю — не отрывая глаз от дороги, говорит парень — Главное, сейчас ты здесь и это уже очень много значит — повернувшись к Элли, Хенджин улыбнулся ей так широко и искреннее, что это сразу же напомнило Ли их первую встречу. В глазах замелькало прошлое.       Тогда двадцатидвухлетний, летающий в облаках Хван Хенджин, выглядел вовсе иначе. Слишком худощавым и странным. Парню часто не хватало денег на карманные расходы, но несмотря на это, он всегда отдавал нуждающимся последнею копейку. Сам Хенджин никогда не брал в долг. Своими золотыми руками, которые умели делать практически все, он скудно соскребал себе на житье и питье. В свободное от учебы время Хван занимался починкой холодильников, чайников, микроволновок и плит. За такую работу самоучке платили мало, но этого было достаточно чтобы прожить в старом общежитии.       В загруженные дни Хенджин часто любил прогуливаться по старенькому пирсу, рисуя людей. Там как раз-таки он и повстречал свою роковую судьбу — Элли. Для него Ли с первого взгляда показалось той самой недосягаемой звездой, которая превращает все окружающее в произведения искусства.       Хван оказался в прострации, когда стал детально разглядывать девушку в момент написания портрета. Ее ровная обнаженная спина, стройные точеные ноги, хрупкие плечи сразу же сразили наповал. Хенджин впервые столкнулся с таким странным чувством восхищения и ему это почему-то безумно нравилось. — Эй, почему на меня так пялишься? Жить надоело? — прерывает художника темноволосая и отбрасывает сигарету в сторону, смело шагая в его сторону. — Ты красивая — выдает все как на духу парень, вместе с этим пряча наброски рисунка в карман замшевого пальто. — Я знаю и что это повод сверлить меня взглядом? — недовольно выдает она, скрестив руки в замок. Студёный ветер от ледяной воды мигом пробирался под ее кожу и на открытых участках тела тут же проступили мурашки. — А тебе не холодно? —интересуется парень, замечая на розовом едва просвечивающем топике затвердевшие соски. Хван делает два шага вперед и вновь начинает детально разглядывать своими горящими глазами стоящую перед ним девушку в пуантах. Внешне ее можно было описать двумя словами — молодой и прекрасной. На лице румянец, а во взгляде блеск. — А тебе не стыдно пялиться на чужую грудь? — резанула с ходу незнакомка, бросив недовольный взгляд на парня — Мог бы хоть для приличия имя спросить — с обидой в голосе выдает она, демонстративно отворачиваясь от Хенджина. — Хорошо. Как тебя зовут? — идет на уступке парень, неспеша расстегивая пуговицы на своем пальто — Может быть моей девушкой? — подойдя ближе, шепчет уже он на ухо дрожащей балерине от холода. — Если теплая одежда к этому прилагается, то да — стуча зубами, в шутку произносит темноволосая. — Поверь — твердит Хенджин, снимая с себя верхнюю часть одежды — Объятья и поцелуи туда тоже входят, но только за доп услуги — подмигнув, он аккуратно накинул на чужие плечи пальто. Флиртует.       Невероятно, они еще даже не знакомы, но уже тайно влюблены в друг друга. — Меня зовут Ли Элли. Я здесь неподалеку учусь балету — в миг исправляет всю ситуации девушка, робко протягивая ладонь. — Элли, а сколько тебе? — не представляясь, снова задает вопрос брюнет, поправляя на себе синею жилетку. — А тебе? — все еще ждет обратную связь Ли от незнакомца и держит руку как заворожённая. — Если честно, двадцать два — с грустной улыбкой выдает парень, подразумевая что Элли для него еще ребенок. — А мне семнадцать — тут же подтверждает Элли догадки Хвана, закусывая нижнюю губу и уводя при этом взгляд — Не хочешь посмотреть на танец, который мы сегодня разучили с труппой? —отмирает она через минуту после неловкого молчания, ее большие карие глаза вновь смотрят на него. — Здесь? — удивленно спрашивает парень, чувствуя, как его ладошки начинают потеть. — Ну да, а что? Думаешь я не справлюсь? — с довольной улыбкой произносит Ли, заранее предвидя отпавшую челюсть брюнета. — Ладно — соглашается Хенджин, сглатывая ком в горле — танцуй.       Для того чтобы Хван полностью погрузился в чарующую атмосферу и насладился ею, Элли отошла на расстояние двух метров и замерла в балетной позе. Ее ровные ступни с вытянутыми носками вверх изящно смотрелись под одиноким мигающим фонарем. Безумно красиво.       От такого самого что ни на есть живого произведения искусства трепещущее сердце Хенджина не выдерживает и заходится в бешеном ритме. Все лицо в миг покрывается краской, а дыхание с каждой пройденной секундой учащается все сильнее. Ли еще ничего не сделала, но уже заставила пережить на душе бушующий ураган.       Легкий взмах руками и Хван оказывается сражённым наповал. Воздух разрезают тонкие изящные ноги, которые кружатся и одновременно порхают словно громадные крылья бабочек. Все движения плавные и летящие. Элли полностью отдает себя танцу и превращает его в целую жизнь. Настоящая прима-балерина. В жилах стынет кровь, и нет Хенджину вовсе не холодно, он окрылен. Окрылен мечтами и надеждами с той, которая забрала его сердца без остатка. Наивный и летающий в облаках.       Может быть это и понравилось Элли тогда в нем?       За час совместной езды и грустных воспоминаний Ли рассмотрела каждую стрелку на горящем спидометре. Сейчас ей стало поистине горько от осознания того, что их тонкая нить начала постепенно рваться.       Скорость машины за все это время была неизменной, не слишком быстрой и не слишком медленной. Они никуда не торопились, ехали в тишине и тоскливо смотрели, вроде бы на одну дорогу, но в разные стороны. Им нужно было время на прощание. Рука Элли оказывается за пределами салона автомобиля. Девушка отчаянно пытается ухватить воздух, но увы, он утекает сквозь ее пальцы, оставляя после себя неприятный холод. Невероятно, но по ощущениям это напоминает Элли Хенджина. — Хочу домой, давай вернемся —тихо говорит Ли, переведя взгляд на мужа. — Зачем? За прошлым? Мы же все с тобой обсудили и пришли к общему выводу — злится Хван, крепче сжимая руль. Стрелка на спидометре постепенно уходит в левую сторону и оказывается около нуля. Они съезжают с трассы —Элли, Элли что же ты делаешь… Зачем снова хватаешься за то, чего уже нет — устало проговаривает он и прикрывает руками глаза.       В салоне наступает напряженная тишина. Так они сидят минут десять, а после Хенджин не выдерживает, хлопает дверцей и выходит наружу. Элли остается в полном одиночестве со своими мыслями наедине.       Их прошлое не всегда было таким цветущим.