Хранитель стелларона

Вокруг лишь космическая чернота. Но ему не страшно. Потому что он в этом страшном нигде и никогда не один. — Ты ведь мне поможешь? — тихо шепчет Келус и отчётливо понимает, что да. Это невероятное хтоническое существо действительно протягивает ему руку навстречу. Да. Поможет. В момент, когда будет потеряно все, и в момент, когда не останется ничего — придёт он. И разрушит все вокруг. Уничтожит всё, что могло его расстроить. И почему-то Келус ловит себя на том, что испытывает восторг. Искренний, чистый и звенящий восторг. При осознании того, что существующий где-то там эон разрушения всегда готов явиться… и заставить всё сущее пожалеть о том, что причинили ему, Келусу, боль. Келус спит, а стелларон в его груди золотисто светится в то время, как парень мягко улыбаясь во сне расслабленно стекает по плечу Дань Хэна, на которое до сих пор опирался так, что растрёпанная голова с сильно отросшими пепельными прядями оказывается у архивиста на коленях. Раздается щелчок. Второй, третий. Март7, и сама растрёпанная и зевающая, не может себе позволить потерять настолько красивый кадр. Дань Хэн с какой-то растерянностью смотрит на буйную пепельную головушку у себя на коленях, вслушивается в спокойное, такое умиротворённое дыхание. Уголок его губ дёргается в улыбке, а пятерня словно отдельно от его разума осторожно погружается в это великолепие. Дань Хэн чувствует, как на него накатывает какое-то странное умиротворение. Где-то словно бы в другом мире звучат щелчки фотоаппарата. Но Дань Хэн наконец-то просто спит. Без кошмаров. Без вторжений в его сны. Лишь взгляд золотых глаз, что словно бы наблюдают за ним сквозь сон внимательно и как то… с искренним намерением защитить. Свечение на груди Келуса спокойно мигает. Пьет кофе Химеко, поглядывая на такое редкое зрелище, и прячет улыбку за чашкой. Вельт с лёгкой улыбкой поправляет очки на переносице. Обычное утро за сутки до высадки на Лофу Сяньчжоу.