Хранитель стелларона

— Я так больше не могу! — это происходит довольно рано. В том плане, что проходит всего два дня, проведенных в Подземье, и Март7 не выдерживает. Дань Хэн со вздохом переводит взгляд на нее, но спрашивать не спешит. — Да он же там совсем один! Он остался там потому, что мы даже не попытались найти способ его спасти! А господин Вельт и госпожа Химеко даже не знают, что ему нужна помощь, потому что связи нет! — под конец девушка срывается на крик. О том, что она до кучи ещё и любимую ленточку потеряла, Март уже не говорит. Как-то сравнительно с возможной потерей нового сокомандника это даже ей кажется сейчас неактуальным. И на этот раз не выдерживает уже Дань Хэн. — Я поговорил с представителями дикого огня. Ввиду того, как мы согласились им помочь и как дело идёт уже сейчас, мы сможем вернуться уже через неделю. Клара обещала помочь, — то, что он не выдерживает — не так очевидно. Голос его тих и спокоен. А вот кончики пальцев слегка вздрагивают. Но даже двух дней хватило, чтобы узнать много неприятного об этом мире. И теперь при мысли о том, что он действительно мог тогда этого мальчишку спасти, но решил не тратить слишком много сил, заставляло до хруста сжимать кулаки. — А если они там что-то с ним сделали? — спрашивает Март7 и не замечает, как глаза ее сокомандника на миг окрашиваются синим, а зрачок вытягивается в вертикальную линию. — Я тебе уже говорил. Последствия им не понравятся, — выдохнув, отвечает Дань Хэн, хотя от плохого предчувствия почти больно. Поэтому, когда под руку подворачивается Сампо, он не торгуется. — Ты можешь найти нашего товарища? Его арестовали Среброгривые, — он едва не зажимает барыгу в первом попавшемся углу, и тот почти заинтересованный таким поворотом кивает. — Это такой парнишка твоего роста, по возрасту чуть моложе, с темно-пепельными волосами? — спрашивает он и, дождавшись кивка, хмыкает. — Знаешь, из форта редко выходят живыми. Но я совершенно случайно знаю там укромные места. Так что… дело стоит за тем, сколько ты можешь заплатить. Мне, за риск быть схваченным. Сампо не ожидает такого ответа на свой вопрос. Проходит всего три дня с момента задержания, когда в камере у Келуса появляется Сампо. Сам же Сампо едва успевает зажать ладонью рот парню, что готов закричать от неожиданности при его виде. На три дня его словно бы оставили в покое. Просто приносила поесть маленькая девочка, чем-то похожая на Гепарда. Но и только. Хотя Келус честно не доверял больше никому вокруг, но милая девчушка пусть и с таким же синими глазами, как у всецело преданного Коколии Гепарда, ему таких опасений не внушала. А вот Коколия явно сменила тактику. За эти дни он был у нее всего раз. Вчера. Она забрасывала его вопросами. Но… Кто он такой, откуда он, что у него за сила и так далее… да если бы только Келус сам знал! Но то, что он знал не было интересно этой женщине. А, нет, был момент. Он тогда правда подумал о том, что очень хочет ей помочь. — Вами ведь управляет стелларон, верно? — спросил он тогда и, поймав ошарашенный взгляд, продолжил: — Вы мне снитесь. Каждый раз я вижу ваше прошлое, где с вами разговаривает странный голос и он словно заменяет собой ваши мысли. Позвольте вам помочь, может… — он тогда договорить не успел. Коколия едва не рассмеялась ему в лицо. И после приказала его увести. И вот сейчас рядом с ним оказался тот самый синеволосый здоровяк, что встретился им самым первым в этом мире. Он действительно едва не заорал от неожиданности. Сампо мягко отпустил его, явно готовый в любой момент рвануть прочь, но этого не понадобилось. — Сампо?.. — Собственной персоной! — Эм… Но что ты здесь делаешь? — искренне озадачился Келус, и вторженец тихо рассмеялся. — Выполняю поручение одного моего клиента, — усмехнулся мужчина и, видя, что его готовы завалить вопросами, продолжил: — Твои друзья за тебя переживают. Места себе не находят. Вот послали меня понять, как ты здесь, что с тобой… — на этих словах Сампо отошёл и резюмировал, что цель его прихода выглядит неважно. Судя по всему, парня если и кормили, то плохо. А если он и мылся — то из крохотной мисочки, да ещё и наверняка холодной водой. В общем, обветренное лицо, нечесаные торчащие во все стороны волосы и мятая несвежая одежда. Тот момент, что зрелище не из приятных, но могло быть и хуже. — Они в порядке… я так рад… знаешь, я пару раз высматривал, как бы мне сбежать, но пока додумываюсь только до того, что нужно достать телефон, — сбивчиво зачастил Келус, а под конец горестно вздохнул. — Телефон? — Ну да, мы же не одни сюда прибыли… — вздохнул Келус. — Если б я мог позвонить, за мной наверняка пришли бы… но теперь я… — Келус схватился за голову. — Так, парень, не нервничай. Самое большее неделя — и твои друзья придут за тобой. Возможно, они и правда позвонят к вашим старшим и тебя обязательно спасут, — Сампо и сам начал частить. Потому как подумал о том, что придется объяснять, что он не может вытащить этого беднягу отсюда прямо вот сейчас. Келус от такого известия встрепенулся и резко воспрял. В его глазах словно радостное пламя разгорелось. Это же надо. Он так всех подставил, подверг риску провала миссию освоения этой планеты… и его все ещё хотят спасти. — Меня не бросили? — с дурацкой улыбкой переспросил Келус. — Но это же было бы логично, я ведь стал обузой… — Нет. Не бросили. Мне за то, чтобы просто проведать тебя, очень хорошо заплатили, — как мог безмятежное ответил Сампо, при этом внимательно прислушиваясь к шагам в коридоре. — Ладно, насчёт моей задачи… — Тебе явно опасно здесь находиться, — тут же понял Келус и кивнул. — Я благодарен за твою помощь, но тебе здесь опасно, тут полно стражи… И… Просто передай им, что мне жаль. Я так их подвёл… Сампо хотелось ругаться. Вот кем надо быть, чтоб потащить на рискованную работу такого сопляка? Он тут, понимаешь. готовился оправдываться, а этот дурень за него переживать удумал, как будто ему проблем мало. Покинув камеру и уйдя от чужих взглядов, Сампо смог услышать, как после его ухода там раздались звуки приглушённых рыданий и поморщился. С такими людьми очень сложно иметь дело. Его в форте, в принципе, даже не заметили. Сампо удалился, преисполненный уверенностью в хорошо выполненном заказе, и не заметил незримого словно бы несуществующего взгляда. Очень нехорошего взгляда. Совсем недалеко в своем кабинете Верховная Хранительница Коколия вздрогнула от какой-то чуждой мысли. Их новоявленного гостя продавить не хватит времени. Довольно многообещающие способности, возможно, окажутся в будущем полезны. События, что долгое время плавали в киселе безвременья, готовы в любой момент пуститься вскачь. А значит… Придется сломать.

***

— Да в порядке ваш Келус. С ним в принципе пока не перебарщивают, — Сампо прохаживается по клинике Наташи, оценивая реакцию сокомандника пацана, и понимает, что понял верно. Келус действительно был младшим членом команды. Эдаким дурачком-новичком. От которого толку немного, а нервов полно. Вот только с этим слабо был сопоставим интерес к этому мальчишке от самой Верховной хранительницы. Дела действительно идут на удивление гладко, ни дня не проходит зря, хотя чем больше информации попадает в их руки, тем тревожней за жизнь Келуса. — Я вам уже говорила, мать не станет делать ничего ужасного с вашим другом, — со вздохом произнесла Броня. Она хотела ещё что-то сказать в адрес защиты Коколии, но хмурая Зеле, вышедшая следом за ней, молча покачала головой с хмурым видом и Броня понуро вздохнула. Она уже узнала достаточно правды о происходящем с попустительства Верховной Хранительницы, чтобы здорово обождать с тягой рьяно защищать ее доброе имя в каждом диалоге. В любом случае уже всё готово, и первопроходцы вернутся в надмирье уже утром следующего дня. Всё готово, пьеса движется к закономерному окончанию. Сампо это уже понимает. Вот только сказать, будет ли конец пьесы хорошим — он не знает. И очень рад, что его роль в этой пьесе подходит к концу. Второсортные шутники на подхвате редко умирают в каких бы то ни было сюжетах.

***

— Рысь повадилась таскать еду новому заключённому? — с улыбкой переспрашивает у брата Сервал и не сдерживает смеха. — Что смешного? — Гепард, опиравшийся до сих пор локтями об ее прилавок, резко разворачивается и начинает мерить шагами мастерскую сестры. — Ну, мне кажется, для девочки ее возраста нормально увлечься мальчиком постарше, к тому же, если я правильно помню, он парнишка толковый и симпатичный… — тянет девушка и начинает тихо хихикать при виде гневного румянца на лице собеседника. — Сервал! Он заключённый! Враг Архитекторов и Верховной Хранительницы и… толковость в этом случае — не хорошо! — О, то есть, ты не отрицаешь, что он симпатичный? — лукаво подмигивает девушка, и командующий стражи понимает, что сейчас не сдержится и начнет гневно пыхтеть. — Сервал!

***

Странная светловолосая девочка опять принесла Келусу на удивление неплохую жаренную лапшу в подливке и большую кружку исходящего паром чая. Он пьет мелкими глотками ароматный горячий напиток, держа кружку обоими руками, чтобы греть об нее вечно озябшие пальцы, а эта девчонка не то с усилением на это смотрит, не то улыбается и хихикает. После недавнего визита Сампо Келус просветлел лицом, и это видно. Новость о том, что, возможно, за ним придут уже завтра окрыляет… Печать тоскливой обречённости ушла, он весь день был словно в эйфории… как же здорово, когда есть надежда на то, что есть кто-то, кто… не откажется взять и помочь. Просто помочь. Девочка же наблюдает за ним сверкающими сапфировым глазищами и то и дело посмеивается. — Ты самый забавный заключённый, что я видела! — резюмирует она и ловит на себе удивленный взгляд. — Ну, если ты носишь еду всем заключённым, то верю, что ты нас повидала не мало. — Эй! — Ха-ха… кстати, а как тебя зовут? — вдруг спрашивает Келус, и девочка отходит в сторону и, крутанувшись словно юла вокруг своей оси, прикладывает к своим губам палец. — А это уже сек-рет, — нараспев произносит она и, унося посуду, несётся вприпрыжку словно котенок. А после ужина, посреди ночи, его за несколько часов до рассвета подрывают с кровати и тащат в тот самый маленький кабинет. И Коколия с нескрываемой усмешкой бросает перед ним на стол до боли знакомую розово-голубую ленточку, край которой испачкан довольно свежей кровью. — Теперь понял? Никто за тобой не придёт, — с усмешкой заявляет эта женщина, а у парня до сих пор звенит в ушах многоголосый хор, что в его снах общался с верховной хранительницей. В голове резко мутнеет. — Этого не может быть! — Отчего же? Твои дружки решили, что им хватит сил вернуться обратно в Белобог и даже пролезть в форт Клипота… — Коколия с усмешкой смотрит на замершего перед ее столом парня, на то, как сильно начинают дрожать его пальцы, бережно обхватившие двухцветную ленточку. — Я не верю, — зло скрежещет зубами Келус, а воображение подкидывает картины одна другой хуже. Синий фотоаппарат в луже крови, копьё Дань Хэна, лежащее на ступеньках у форта. Переломанные, но так и не выпущенное его хозяином из рук… нет, он не может в это верить! Они не могли! Не могли… Коколия же проходит перед ним, словно хищная морская тварь, акула. — Бедный мальчик. Но хоть так и получилось, ты сам-то жив. Ведь вполне можешь быть полезен. И пусть за тобой правда уже никто не придёт — ты будешь жив до тех пор, пока полезен… — она говорит. Говорит легко и уверенно. А внутри Келуса что-то рвется и ломается. Он хватается руками за грудь, впиваясь пальцами в кожу даже через теплую ткань толстовки. В голове хрустит и словно щекочет. А затем подымается злоба. — Помоги мне, — тихо шепчет Келус. — Пожалуйста, помоги. У меня есть только ты… не оставляй меня, прошу, не бросай, — он шепчет так тихо и сбивчиво, так похоже на бред сумасшедшего… Коколия думает, что передавила. Что этот юнец свихнулся с горя. Может, он в ту девчонку влюблен был? А в следующий миг становится поздно. Потому что тело заключённого окутывается золотистым сиянием, поднимаясь в воздух. Потому что оказавшись в такой безбрежной черноте, Келус вновь встречается взглядом с пронзительными, словно золотое пламя глазами. И сам протягивает руку. Ледяное копьё возникает в руках Коколии, чтобы устремиться к зависшей в воздухе фигурке словно бы потерявшего сознание парня… раздается грохот. В комнату вбегают стражники. И мир раскалывается пополам. Нет. Не мир. Всего лишь пол, потолок и стены. Часть до сих пор такого прочного, нерушимого форта имени Эона Сохранения рушится словно карточный домик. Все, о чем думает Келус, заглядывая в глаза чистому разрушению, это то, что он… так хотел бы быть полезен. Хотел быть рядом. Хотел быть с ними. Хотел бы их спасти. Хочет уничтожить всё вокруг.

***

Когда своды Подземья содрогаются, Дань Хэн уже не спит. Но влетевший в его комнату взмыленный Сампо, вызывает очень много вопросов. — Скорее, там, в Надмирье, эон знает что творится! В коридоре они встречают уже встревоженную Зеле и заспанную Март7. — Что происходит? — спрашивает Дань Хэн, замечая, что Сампо куда-то пропал опять. — Броня сказала, что уходит в Надмирье раньше, а потом что-то взорвалось, и я думаю, это форт Клипота! — ответила Зеле, а Март7 подпрыгнула, зажимая рот руками. И Дань Хэн был с ней согласен. Потому что в этом форте держат Келуса. — Ты знаешь дорогу в Надмирье? — резковато спросил он, и Зеле неуверенно кивнула. Ответить вслух же она не успела. — Хэй, друзья, я же обещал провести вас кратчайшим путем, неужели вы собирались уйти без меня? — возникший словно из-под земли Сампо не преминул одарить всех троих своей бесячей усмешкой. Но сейчас ему даже Зеле была рада.

***

Когда Броня, хрипя от беспрестанного бега, вломилась на центральную площадь, перед ее глазами предстало несколько обескураживающе в своем сюрреализме и ужасе зрелище. Левое крыло форта Клипота было разрушено. Странное золотое пламя бушевало внутри и… девушка, вскрикнув, бросилась к форту со всех ног. Стражники под прикрытием Гепарда выводили по растресканным ступеням явно хромающую Коколию в частично пропаленном платье. — Мама! — она бросилась к приемной матери с объятиями, слишком боясь за ее жизнь, чтобы думать о чем-то ещё. И Коколия стоически отстранила ее от себя одним небрежным жестом. Вокруг раздался гомон уцелевших стражников. Все были рады, что вернулась госпожа Броня, наследница верховной хранительницы. — Что случилось? — Это всё тот пойманный заговорщик. Он выжидал возможность, пока я потеряю бдительность. Умело притворялся сдавшимся и полным раскаяния, — ответила Верховная хранительница. А Броня вздрогнула. Это… неужели это правда? По ступенькам форта в компании очень похожей на нее девочки спустилась Сервал. Чуть закопченная, но вполне невредимая. Ее взгляд полоснул по такой возвышенно скорбной Коколии и остановился на Броне. Гепард, что прикрывал от пламени отход всех уцелевших, рванул было к ней, уже понимая, что несдержанная на язык сестра натворит дел, но полыхнувший огонь заставил его поднапрячься, создавая новую ледяную стену. И Сервал не обманула ожидания. — Пойманный заговорщик?! — очень натурально прорычала девушка, выпуская наконец из хватки руку младшей сестры. — Да сколько можно, Коколия?! Ты приказала схватить невинных путешественников с другой планеты, хотя они всего лишь хотели помочь! Того паренька заточили в тюрьме, хотя он даже при задержании никого не ранил! — последнее она уже прокричала. Коколия же поморщилась, словно от зубной боли. — Уведите ее. Она сеет смуту, — распорядилась хранительница так, словно отгоняла муху. Стражники было двинулись к разъяренной и застывшей на месте с каким-то отчаянным видом девушке. Но им дорогу перегородил Гепард. Но не успела Сервал обрадоваться, как он горько покачал головой. — Это приказ Верховной Хранительницы, Сервал. Уходи. Я не хочу, чтобы тебя ранили. Пока не поздно… — Не поздно? Геппи, там погибли люди! И в этом обвиняют несчастного парня, который просто хотел вернуться домой! — закричала она и закашлялась от подавшего в их сторону слишком теплого воздуха горького от дыма. Броня как-то заторможено перевела взгляд с Ландау на приемную мать. — Это как с жителями Подмирья, да? — тихо спросила она, так надеясь, что Коколия поспешит ее переубедить. Так надеясь, что… они все ошибаются. Все. Она, Сервал, жители Подмирья. Зеле. Не слишком ли много? — Сейчас не время говорить про Подмирье. Этот заговорщик уничтожил форт Клипота, наш оплот! Моё решение было единственно верным! Броня бросила тоскливый взгляд на пылающее правое крыло форта. — Если решение привело к такому, Верховная Хранительница, оно не может быть верным, — с горечью произнесла наследница. И сама удивилась смелости, с которой фактически выступила против матери. — Люди в Подмирье страдают. Они голодают, мёрзнут, терпят нападения монстров. Им не хватает лекарств, им всего не хватает. А теперь я возвращаюсь форт горит, но… для жителей Подмирья он давно перестал быть оплотом! Там больше никто не верит в то, что Верховная Хранительница их защитит! — на глазах у Брони выступили слёзы. — Броня… ты так много не знаешь, я бы так хотела всё тебе объяснить. Показать, к какой цели нужно стремиться… — мягко, словно с недоразвитым ребенком заговорила Коколия. И внезапно оказалась прервана. — Заканчивай свои фокусы, Коколия. Геппи, ты знаешь я права! Сам посмотри, даже госпожа Броня уже это понимает! Мы никуда не идём. Мы в пропасти. В то время, как происходит одна напасть за другой, Коколия резко отметает всё, что может действительно помочь! — и крик Сервал, такой искренний, такой настоящий и полный горячих и неподдельный эмоций неожиданно отдался мурашками по всему телу. Броня прониклась этой речью известной бунтарки? Прониклась и ещё как. И Коколия это поняла. — Уведите Сервал, командующий, это приказ. Броня, сейчас не до разговоров. Нужно уничтожить источник разрушения… — пожалуй, у нее даже могло получиться. — Броня, мы наконец догнали тебя! — воскликнула Март 7. А за спиной у Брони появились Зеле и Дань Хэн. Взгляд последнего резко прикипел к пылающему золотым огнем крылу форта. — Не было никакого заговора, — припечатала Броня. — А где Келус? — заозиралась по сторонам Март7 с таким видом, будто ожидала увидеть своего сокомандника среди кучи другого закопченного народа на площади. — Боюсь ваш друг — источник огня, — тихо проговорила Сервал, смерив первопроходцев полным искренней грусти взглядом. Коколия же с изумлением уставилась на Броню, которая словно засверкала при появлении поддержки. Она… вдруг осознала, что так ей гордится. Что эта робкая девочка наконец расцвела. А в следующий момент мысли в ее голове резко поменяли вектор. Она поднялась на ноги и двинулась вперёд. Почему Гепард все ещё не выполнил приказ? Почему никто не хочет понимать, что она мечтает лишь о благе для всех. Мимо нее прямо к форту промчался лазурный росчерк. — Дань Хэн! — вскрикнула Март7 и бросилась следом за парнем. Как-то запоздало она написала про происходящее старшим членам экипажа. Оказалось, что они уже нашли стелларон, он обнаружил себя несколько минут назад подозрительной активностью… Она не успела спросить, что за активность, когда от Коколии во все стороны рванула стынь. Дань Хэн уже исчез в огне, и все, что могла сделать Март — это защитить себя своей силой и рвануть следом, надеясь, что напарник не сгорит там без ее поддержки сразу. Броня же лишь ошарашенно выдохнула, когда от волны хлада ее спасла выросшая наперерез ему стена льда. Гепард тяжело рухнул на колени. Носом у него от напряжения сочилась кровь, но стену он держал как мог. — Нет… вы не можете так поступить, стелларон обещал мне… — Верховная Хранительница Коколия уже мало напоминала человека. По ее коже змеилась ледяная броня. А в следующий момент словно беззвучно щёлкнул переключатель и женщина рухнула на колени прямо перед начавшей крошиться ледяной стеной Гепарда. Где-то далеко на горе Вельт со вздохом запечатал стелларон. — Все это видели? — голос Брони прозвучал надтреснуто. Из свидетелей у нее были лишь трое представителей рода Ландау, Зеле и куча других уцелевших, что ничего не понимали. Было видно, что Броня очень не хочет продолжать свою речь. — Верховная Хранительница оставила путь сохранения. Она не имеет права занимать своё место. Это было… правильно. Гепард поклонился, опуская взгляд. — Новая Верховная хранительница Броня Рэнд, — сверкнув глазами, провозгласил он, а стоявшая рядом с ним Сервал издала тихий смешок.

***

Дань Хэн не понял, зачем он это делает. Просто взял и рванул туда, где так отчаянно гудел золотой огонь. В какой-то момент он осознал, что его тело защищает барьер Март7, а девушка идёт сразу за ним, цепляясь пальцами за его одежду. Она защищала его от по-настоящему страшного жара, а его спина ее от зрелища, что предстало перед ним. Келус находился так близко. Его тело парило в воздухе под обгоревшим потолком. В глаза бросились отросшие до плеч волосы. — Его стелларон опять… — начала было Март, и копейщик молча кивнув двинулся вперёд. — Господина Вельта с нами нет. Но хоть это мы должны сделать сами, — ответил Дань Хэн и произнес, обращаясь к напарнице: — Держись крепче. И рванул вперёд, чувствуя, что девушка повисает на нем словно рюкзачек, а сам он взяв разбег резался в парившее до этого тело Келуса. Огненная защита неожиданно поддалась его рукам. — Келус! — Ну, очнись, Келус! — они звали его под треск костра и утекающие из тела Март 7 капли энергии. — Келус, мы пришли за тобой… всё хорошо, — слёзы на глазах Март7 мгновенно высохли. А ее голос дрогнул.

***

А в безбрежной черноте Келус, уже положивший обе ладони на огромную руку Эона разрушения, встрепенулся. И не веря своим ушам и глазам рванул назад. Они здесь. Они пришли. А я должен их защитить. Я хочу их защитить.

***

— Нанук. Ты хоть можешь осознать, насколько же это смешно? — всхлипывает Аха, но ответа нет. — Конечно, не понимаешь. Но твоё дитя, что и без всякого пути сохранения стремится к тому, чтобы кого-то защитить… это по-настоящему смешно! — Аха стонет от смеха, но Нанук молчит. Лишь внимательно следит за тем, как сосуд стелларона вытаскивают из уже самого обычного огня и как скрытый дракон держит его на руках и спускается по ступенькам. Он не отворачивается даже когда Аха уходит.

***

Свержение сошедшей с ума Верховной Хранительницы Коколии повлекло море проблем. Броня едва не была раздавлена народным страхом и возмущением. Подумать только, Верховная Хранительница сошла с ума и навлекла на себя гнев Эона. Что правда. Но Эон другой. Впрочем, не суть. — Как думаешь, сколько мы протянем прежде, чем народный гнев приведет к бунту и меня свергнут? — с горечью спрашивает Броня, а стоящая вплотную к ней Зеле лишь пожимает плечами. — Кто знает. Но я с тобой. — До конца? — тихо переспрашивает Броня. — А как иначе? — Келус, знаешь, ты не обязан таскаться за нами всюду, — бурчит Март7, но встречается взглядом с Келусом и просо вздыхает. После той миссии он изменился. Его отношение к экипажу стало каким-то слишком трепетным. Он опекал всех. Даже Дань Хэна и Господина Вельта. Поочередно ночевал в комнатах членов экипажа и то и дело вздрагивал, менялся в лице. И что-то говорил. Дань Хэн знал эти слова. — Я больше никогда вас не потеряю. Почему-то… ему приятна такая привязанность?