All Things End: Volume I

Глава 3: Погружённый В Кошмары       Остаток ночи прошёл как обычно. На самом деле, это была та самая обыденность, которой так сильно не хватало Куражу. Мюриэл снова позволила ему вздремнуть у себя на коленях, Юстас читал свою газету, они оба игнорировали тот факт что поссорились. Кураж был просто счастлив что всё пришло в норму, по крайней мере, на данный момент. Юстас громко зевнул, сигнализируя об окончании вечера. Он отложил газету и выключил телевизор. Мюриэл положила Куража на пол, и безмолвно присоединилась к Юстасу у подножия лестницы. Кураж съёжился, глядя на своих владельцев. Он не мог вынести мысли о том, чтобы снова подняться по этим ступеням, особенно после приступа. Он был так слаб, что едва мог даже ходить, не говоря уже о том, чтобы подняться по лестнице. Мюриэл почувствовала его колебания и двинулась вперёд, чтобы подобрать его, но он отошёл, когда она подошла ближе. Он не хотел чтобы она помогала ему, несмотря на то что знал, что никогда не справится с этим один. Это было бы признанием его слабости, а он не хотел этого признавать. Он знал, что не сможет подняться по этой лестнице без посторонней помощи, но и не хотел признавать, что ему нужна помощь. Это приводило его в бешенство и оставляло ощущение полной беспомощности. — Кураж? — спросила она, протягивая ему руку. Вздохнув, тот позволил ей взять его на руки. Он сдался своему истощению и безвольно повис в её руках. Он больше не мог с этим бороться. Он просто хотел лечь спать и завтра хотя бы проснутся. — Ты в порядке, Кураж? — спросила она, ведя их вверх по лестнице. Тот слабо кивнул в ответ, не удосужившись снова открыть глаза. Веки были слишком тяжёлыми, чтобы их можно было поднять. Они вошли в спальню, и она положила его на кровать. В этот момент Юстас уже был в ванной, поэтому она села рядом с измученным псом. Он уже был в полусне и едва заметил, что она там. Он почувствовал, как она положила руку ему на голову, и открыл глаза, чтобы посмотреть на неё. Он пробормотал несколько непонятных слов и снова закрыл глаза. — Спокойной ночи, Кураж. — Сказала она. В её голосе чувствовалась усталость. Через несколько минут он уснул. Он смутно слышал звуки, которые издавали Мюриэл и Юстас, готовясь ко сну, но ничто не могло полностью вывести его из изнурительного сна. Тридцать минут спустя он резко проснулся, его разум внезапно насторожился. Он оглядел комнату, сбитый с толку своим внезапным пробуждением, но не нашёл ничего необычного. Мюриэл и Юстас все ещё спали, и ночь была такой же спокойной, как всегда. Даже ветер не выл в их деревянном доме. Он посмотрел на своих хозяев и увидел, как они спят. Чувство страха и беспокойства заставляло его сердце биться чаще и не давало ему расслабиться. Его разум не переставал возвращаться к надвигающейся гибели. Он был совершенно измотан, но несмотря на это, его разум отказывался отключаться. Что, если его действительно нельзя спасти? Что бы Мюриэл делала без него? Заменит ли его Юстас? Возьмут ли они другую собаку? Могла ли пожилая пара действительно жить без него? Каково это умереть? Каково это быть усыплённым? Он вздрогнул и тихо заскулил про себя. Ему очень хотелось залезть между двумя подушками пожилой пары, но тот сдержался. Как будто он снова стал щенком, прячущимся от страшных звуков эхом разносящихся по дому. Нет, он не хотел будить Мюриэл, а если бы он вполз между ней и Юстасом, то именно это и бы и произошло. Он подумывал сходить к Компьютеру, но знал, что пройти через коридор и на чердак у него тоже нет сил. Если Компьютер не был готов к нему, ему все равно сказали бы уйти. Он не хотел прилагать столько усилий, чтобы добраться туда, зная, что все равно все будет напрасно. Компьютеру было все равно, устал он или нет, и уж точно он не стал бы терпеть его присутствие дольше чем нужно. Вздохнув, Кураж лёг обратно. Он никогда не заснёт, если продолжит так волноваться. Он позволил своему разуму сосредоточиться на ритмичном храпе своих хозяев и медленно, но верно уснул. Внезапно его разбудил голос Мюриэл. — Кураж? Кураж! Пора вставать! Она продолжала трясти его, пока он, наконец, не открыл глаза, слегка постанывая и не понимая что происходит. Это казалось неправильным, обычно она позволяла ему спать столько сколько ему нужно. — Пора к врачу, Кураж! — Она сказала ему весёлым голосом. Это было так нехарактерно для неё после того, как она отреагировала на его болезнь. Он отшатнулся в шоке. При таком странном повороте событий в его желудке образовалась яма. Она улыбалась ему с удивительной жестокостью. — Н-но я думал, что мы не вернёмся до пятницы? — спросил он, хотя знал, что она его не поймет. — Вот ты где, глупый пёс! — заговорил Юстас, появившись откуда-то сзади и затянув фиолетовый поводок у него на шее. — Но подождите… — взмолился Кураж. Правильные слова, которые он хотел сказать, не выходили. Как будто его голос полностью пропал. Его сердце, казалось, вот-вот вырвется из груди. Что здесь происходит? — Давайте покончим с этим, раз и навсегда! — отрезала Мюриэл. С каждым словом её тон становился все более и более неприятным. Юстас начал дёргать поводок. — Давай, глупый пёс! Ты здесь больше не нужен! Пора идти на покой… долгий, долгий покой! — Кураж вонзил когти в деревянный пол и боролся как мог, но это было бесполезно. Он не хотел умирать! Почему они так с ним поступают? Почему это должно было так закончиться? Юстас сильно дёрнул за поводок, и несмотря на все усилия Куража, его отправили в полет. — НЕЕЕЕЕЕЕТ! — Кричал он, сопротивляясь всю дорогу. Каким-то образом пожилой паре удалось поднять его извивающееся тело вниз по лестнице, через гостиную и в грузовик. Он пытался сбежать через окно, но Юстас поймал его прежде, чем он успел уйти. — Не старайся, Кураж! Скоро все закончится! — Сурово отругала его Мюриэл. Он занял своё обычное место между Мюриэл и Юстасом и отчаянно заскулил, когда они оба собрались уходить. Они игнорировали его нытье, его растущую печаль, и он мог только со страхом наблюдать, как ферма исчезала из его поля зрения. Это будет последний раз, когда он снова увидит свой дом… Он попытался прокрутить в голове несколько планов побега, но знал, что ни один из них не сработает. Юстас будет преследовать его, что бы он ни делал, а он был слишком болен, чтобы бежать так далеко. Пожилая пара весело болтала о том, как они счастливы, наконец, избавиться от этого глупого пса. Они оба игнорировали жалкие взгляды, которые он бросал на них. Он знал, что всё безнадёжно. Даже если ему удастся сбежать, то куда он пойдёт потом? Казалось, что до окончания их путешествия остались считанные секунды. Они подъехали к ветеринарному кабинету и вытащили его из грузовика. Кирпичное здание нависало над ними, отбрасывая такую ​​огромную тень, что она бы могла поглотить весь мир. Буквы на крыше здания светились багровой злобой. Гигантский кирпичный гроб чуть ли не манил его, словно ждал его возвращения все это время. Он тянул поводок всю дорогу до здания, и Юстас чуть не забил его до смерти, когда тащил вверх по ступенькам. Его голова сумела врезаться во все ступеньки до единой, пока он боролся с железной хваткой старого фермера. Мюриэл ухмыльнулась ему: — Пора идти, Кураж! Насовсем! Тошнотворный запах лекарств ударил ему в ноздри, когда они вошли в приёмную. Им даже не пришлось ждать своей очереди, портье просто посмотрел на Куража, а затем указал на дверь. Всё ещё борясь с поводком, Мюриэл и Юстас вытащили его через дверь и шлёпнули на холодный металлический стол. Он сидел там, дрожа от страха. Он знал, что всё кончено, и теперь он ничего не мог с этим поделать. Металлическая дверь снова открылась, и на этот раз его сердце чуть не остановилось, когда он увидел вошедшего через неё доктора. Это был тот ужасный ветеринар, который отправил его родителей в космос… — Нет нет нет нет! — Захныкал пёс, оглядываясь в поисках чего-то, чего-нибудь, что помогло бы ему выбраться из этой комнаты живым. Ветеринар посмотрел на свой блокнот и расплылся в жуткой ухмылке. — Ну и ну! Я и не ожидал сделать это так скоро. Хе-хе-хе! Кураж издал крик чистого ужаса. Он был уверен, что его сердце тут же остановится. Он не мог этого вынести, он должен был уйти! Далеко-далеко от этого ужасного человека! Он спрыгнул со стола и выскочил за дверь прежде, чем кто-либо успел его остановить или схватить за поводок. Он услышал грохот позади себя, когда Мюриэл, Юстас и ветеринар бросились за ним. Он не осмеливался оглянуться назад. — Кураж! — Услышал он крик Мюриэл. Он шёл по пустому коридору, очень хорошо слыша шаги, тянущиеся за ним. Он ворвался в дверь с другой стороны и с ужасом обнаружил, что она больше не ведёт в приёмную, а вместо этого ведёт в грязную конуру. На него бешено лаяли сотни собак. — Встреть свою судьбу! Встреть свою судьбу! — Пели они в унисон. Он пробежал по комнате, не обращая внимания на крики своих собратьев-псов. Он врезался в другую дверь и на этот раз приземлился в пустой комнате. Лай собак все ещё эхом разносился вокруг него, но он не обращал на звук внимания. Ветеринар скоро будет у него на хвосте, и ничто другое не имело значения, кроме как уйти. В комнате не было ни окон, ни дверей, кроме той, которой он только что воспользовался, а с другой стороны был единственный стальной свод. Каждый его инстинкт, казалось, кричал ему, чтобы он не подходил к этому металлическому хранилищу, но похоже, у него не было особого выбора. Не было другого выхода, кроме как развернуться и бежать обратно в лапы ветеринара. — Кураж? О, Кура-а-аж? Где ты? Пора идти! Тебе не убежать! — Запела Мюриэл. Её голос был приглушен, но всё же приближался. Не имея другого выбора, он подбежал к хранилищу и открыл его. Его ударил поток холодного воздуха, а затем выпало несколько мешков, которые рухнули на него. От ужасного запаха его чуть не стошнило. — Фу! — Вскрикнул он, прижав лапу к носу. Запах невозможно было заглушить. Он поднял голову и нашёл табличку, приклеенную скотчем к стене… Крик ужаса застрял у него в горле. ХРАНИЛИЩЕ -УСЫПЛЁННЫЕ- На мгновение его пронзил ужас, когда он понял, что это были за мешки. Он крикнул и повернулся, чтобы бежать. К сожалению, мир снова изменился, и на этот раз он смотрел в кажущийся бесконечным коридор. Гигантский знак "ВЫХОД" сиял, словно маяк, уводя его из этого ужаса, но он не знал сможет ли он вообще дойти до него. Казалось, что он был так далеко… Несмотря на свои сомнения, он бежал так быстро, как позволяли его ноги. Он быстро уставал от паники, но ему было все равно. Этот знак выхода не приближался, но он не сдавался. Это был его единственный шанс спастись. Как далеко и как долго он ни бежал, он не приближался к двери. На самом деле, он отдалялся все дальше и дальше… Он крикнул и упал. Ему пришлось прекратить бежать, он просто слишком устал, чтобы продолжать, и не мог позволить себе усугублять своё состояние в такое время. Он сидел там, тяжело дыша, согнувшись, положив одну лапу на колено. Он взглянул на светящуюся вывеску "ВЫХОД" и обнаружил, что она превращается в булавочный укол на горизонте. Стены вокруг него, становились все больше и больше, а он сам становился все меньше и меньше. Его свобода была так близка, и всё же… — Попался! — Вдруг вскрикнул ветеринар, заставив его подпрыгнуть. Кураж повернулся и попытался бежать, но было слишком поздно. Ветеринар вытащил сеть из-за своей спины и поймал его прежде, чем он успел поднять лапу. — Готов идти, малыш? — Спросил жестокий человек, поднося сеть и смеясь. Мир растаял и снова изменился. На этот раз они вернулись в ту комнату с металлическим столом. Куража, кричавшего во всю глотку, вытащили из сети и прижали к металлическому столу. Затем его быстро привязали ремнями и оставили без шансов на побег. "Всё кончено" - понял он. Он был обречён. Часть его смирилась со своей судьбой, но другая часть все ещё боролась, как загнанный в ловушку зверь. Он не мог освободиться, сколько ни пытался, все, что он мог сейчас делать, это дрожать от страха и надеяться, что произойдёт какое-то чудо. Страшная волна печали прокатилась по нему. У него не было выхода и некуда было идти. Мюриэл и Юстас казались почти счастливыми, что он тоже уходит. Разве Мюриэл хотя бы не грустила? Прямо сейчас она радостно улыбалась и потирала руки в предвкушении. — Пора, Кураж. — Сказала она мертвенно тихим голосом. — Глупый пёс! Поторопись и сдохни уже! — Крикнул Юстас. — Я так долго этого ждал! — Добавил ветеринар, вытаскивая шприц размером почти с него самого. Сама игла была ещё больше и опасно блестела на свету. Его содержимое светилось болезненно-зелёным, а пузырьки поднимались вверх, создавая форму черепа и скрещенных костей. Кураж увидел в жидкости своё отражение, испуганное и очень усталое. Он даже больше не был похож на себя прежнего. Может быть… может быть, ему было бы хорошо и умереть. Он никогда не был "правильным" с тех пор, как заболел, и уж точно не был тем Куражом каким был когда-то. Может быть, именно поэтому Юстас и Мюриэл больше не хотели чтобы он был рядом. В своём отражении он мог видеть их и даже своих родителей, машущих на прощание. На самом деле, он мог видеть как все, кого он когда-либо знал, махали ему на прощание. Даже его старые враги были там, весело махая рукой, потому что он умирал. Они все казались такими счастливыми. Что ж, если они так сильно хотели чтобы он умер, то быть может действительно пора… — Покаааа. — Сказали все хором. — Н-нет… — Захныкал он, слёзы полились из глаз. Как они все могли так сильно желать его смерти? Затем он понял, что Компьютера здесь нет. Из всех фигур в этом отражении не было только его. Он был единственным, кто все ещё был с Куражом. Он был единственным, кто пытался найти способ помочь ему, вместо того, чтобы просто сдаться и помахать рукой на прощание. Кураж улыбнулся при мысли об этом, и вся печаль, которую он чувствовал, полностью испарилась. Её сменило спокойное принятие. Он мог встретить свой конец, зная, что кто-то все ещё заботится о нем, даже если этот кто-то — его циничный компьютер. …А затем все отражения исчезли, оставив его наедине со своей судьбой. Ветеринар передвинул гигантский шприц так, что теперь игла указывала на него. Этот единственный момент принятия исчез, и теперь его заменил холодный, жёсткий ужас. То чувство, когда знаешь, что вот-вот умрёшь. — Это ничуть не повредит! — Хихикнул ветеринар. — Н-нет, пожалуйста! — Взмолился Кураж. Тот зажмурился и стал ждать. Ветеринар воткнул иглу ему в сердце, и он закричал в агонии. Жжение пронзило его грудь. Он метался в течение нескольких секунд, пытаясь избежать яда, который сейчас проникал в его тело. Боль была невообразимой. Он бросался во все стороны, но это было бесполезно, спасения не было. А потом… …Он проснулся… Ужасная боль исходила не от иглы в его груди, а от приступа, поразившего его пока он спал. Он перекатился назад на четвереньках по кровати, желая, чтобы это закончилось, желая, чтобы это исчезло. Казалось, он потерял контроль над своими трясущимися конечностями и свалился с кровати. Так же быстро, как это произошло, всё вскоре закончилось, и он остался задыхаться на полу. Он заскулил про себя, когда чувство сокрушительной безнадёжности охватило его. Он собирался умереть. Компьютер не сможет ему помочь, и он умрёт. Он собрал то немногое, что у него осталось, и сел. Он посмотрел на кровать и надеялся найти Мюриэл и Юстаса, смотрящих на него сверху вниз, но это было не так. Его приступ, должно быть, не разбудил их, несмотря на его крики. Он сомневался, что сможет залезть обратно в постель один, но и будить их тоже не хотелось. Вздохнув про себя, он боролся с нарастающим чувством полного бессилия, которое он чувствовал. Этот сон сильно потряс его. Действительно ли Мюриэл и Юстас хотели его смерти? Они оба хотели её, только потому, что ему было больно, это всё из милосердия! Но он был почти зол на них за то, что они не подумали о том, чего хотел он. Разве они не могли хотя бы быть достаточно любезными, чтобы проснуться и помочь ему? Они просто притворялись, что его там не было? Репетировали, когда он действительно умрёт? Он выкинул этот гнев из головы. Он не собирался беспокоиться об этом. В любом случае злиться на них не было никакого смысла. Он не хотел больше обременять Мюриэл и устал заставлять её грустить. Если она хотела, чтобы он перестал страдать, то кто он такой, чтобы бороться с этим? — Я обречён. — Застонал он, в уголках глаз выступили слёзы. Образ этого гигантского шприца все ещё был выжжен в его сознании, и он знал, что это произойдёт. Не зная, что ещё делать, пёс залез под кровать, просто желая убежать от всех. Он больше не хотел иметь дело ни с Мюриэл, ни с Юстасом, ни даже с Компьютером. Он позволил своей печали овладеть им и лежал, рыдая, пока наконец не провалился в глубокий сон.