Макабр

– Прекрасно ведь вальсируешь, отчего же так редко танцуешь? – Сергей улыбается вернувшемуся мужчине, но Олег игнорирует его иронию. – У меня для тебя две новости: хорошая и не очень. Рыжие брови поднимаются в удивлении: – Тебя не было несколько минут… Но, допустим, давай с хорошей. Олег наклоняется к самому уху Разумовского: – Она здесь. Понадобилось лишь два слова, чтобы кровь ударила в голову и сердце зашлось, словно у лошади после скачек. Сергей схватил графа за предплечье: – Не шути со мной. Не шутишь?.. Уверен? – Практически уверен, – мужчина крайне серьезен. – Такие совпадения крайне маловероятны. Дико похожа на твое описание. – Где она? Олег, где? – Теперь к плохой новости… Я ее упустил. – Не понял? – Я танцевал с ней… Но потерял. Желваки Сергея напряглись: ситуация пока похожа на шутку. – Она была моей последней партнершей. Но… Я засмотрелся на ее кольцо. И она пропала в толпе. – Что?... На кольцо?... – Я все объясню позже, клянусь. Раз она здесь, мы найдем ее снова. Прошу, успокойся… У тебя глаза начали желтеть. Сергей отвернулся от толпы, делая глоток шампанского. Паутина темных вен и артерий пролегла из-под воротника и поползла по шее вверх, клыки заострились. Все в порядке. Дышать. Медленно и ровно. Она же здесь. Пусть Олег упустил ее в толпе, но она ведь все еще здесь. Сергей обвел кромку зубов языком. Все, порядок. Обычные. – Да… Да, ты прав. Она здесь, это главное. Просто нервы и недосып даже со мной играют злуют шутку, – Сергей улыбнулся, – погляди, Юсупов действительно явился. – Еще бы, – Олег моментально переключился, – твой прием достоин даже этого мерзавца. Кстати, я видел Алину. – Она тоже здесь? – Мы лишь перекинулись несколькими фразами во время танца, но она тоже в восторге от того, как ты все устроил! – Правда? – Сергей улыбнулся – похвала, особенно залуженная, не могла не льстить. Олег вновь бросил взгляд в сторону Феликса и многочисленной свиты, вечно его окружавшей: что девушки, что юноши постоянно вились рядом с ним. И неужели им это нравится… Взбалмошный дуралей. Но в мизансцене, открытой глазам мужчины, вдруг появился новый персонаж. Вернее, персонаж был не таким уж новым. – Не поворачивайся, – Олег моментально дернул Разумовского за плечо. Но был ли хоть раз в истории мира, когда к этой просьбе адресат действительно прислушался… Сергей тут же обернулся. Феликс протянул появившейся девушке бокал шампанского и чокнулся с ней своим, что-то увлеченно шепча на ухо - ее лицо осветила широкая улыбка. Мужчина взял ее под руку, положив свою ладонь в белой лощеной перчатке на бархат глубокого фиолетового цвета. На руку в перчатке глубокого фиолетового цвета. С черным перстнем. Которой она привычным жестом только что поправила темное каре. Хуже, чем просто потерять ее здесь, могло быть только это. – Сережа… – Не надо. Ничего не говори, ладно? – он диким усилием заставил себя повернуться к ним спиной. И вот игла вновь вонзается аккурат между ребер немного левее позвоночника. Зачем он это делает с собой?.. Зачем делает это с собой каждый раз? Почему, обжегшись однажды, не закрылся, как Олег – это ведь было бы в разы проще, это было бы не больно... – Сережа... – Оставь меня. Прошу, уходи. Я идиот, я знаю, давай без нравоучений сейчас. – Сережа, они идут сюда, – Олег уже требовательно дёрнул его за плечо. – Что?.. – Сергей удивлённо обернулся. – Граф Разумовский! У вас определенно есть талант в подготовке приемов, который вы утаивали от света Петербурга так долго и напрасно! – Феликс очаровательно улыбнулся и протянул руку. Сергей постарался надеть самую гостеприимную маску на бледное лицо, и пожал протянутую ладонь, прикладывая все усилия, чтобы смотреть на Юсупова, а не на его спутницу: – Сердечно благодарю! От вас эту похвалу слышать особенно отрадно. Надеюсь, что мой прием не уступит тем, что вы привыкли посещать. – Нисколько! Впрочем, это всё мелочи. Хотел представить вам свою дорогую подругу. Сердце пропустило удар. Подругу? Он просто так выразился или действительно имеет ввиду дружбу? Феликс продолжил: – Граф Сергей Разумовский, Мария Лебедева, дочь профессора Сергея Лебедева – вы наверняка слышали о нем. Лебедева. Идиот. Просто идиот. Сон не был намёком, его не нужно было разгадывать, никаких тайных смыслов там не было: его буквально ткнули носом в подсказку. Разумовский готов был разразиться истерическим смехом и приложил немало усилий, чтобы сохранить лицо. Девушка протянула руку, лукаво улыбнувшись, и Сергей тут же коснулся ее обтянутых бархатом пальцев, вежливо склонился и оставил на тыльной стороне ладони короткий поцелуй, не отрывая взгляда от ее глаз: – Рада видеть вас, – она мягко улыбнулась и добавила одними губами, – печальный граф. – Мари, оставлю тебя на попечение господ. Веселись, дорогая! – Феликс слегка поклонился, и быстро затерялся в толпе, но Сергей уже не видел этого. Все, кроме нее, стало словно размытым и незначительным. Мари. Как красиво... Как ей подходит... Несколько секунд они лишь смотрели друг на друга, смотрели в глаза друг другу: и радостно, и изучающе, и взволнованно, не находя, что же нужно сказать теперь, а Сергей все ещё держал кончики тонких пальцев в своей руке, то ли забыв отпустить, то ли в страхе, что она испарится вновь. Олег нарушил неловкую тишину: – Представишь нас? – Разумеется! – Сергей, наконец, вышел из оцепенения, – граф Олег Волков, мой добрый друг. Девушка слегка присела в реверансе: – Прекрасно танцуете, граф. Рада знакомству с вами. Феликс много о вас говорил. Бровь Олега изогнулись: – Говорил обо мне?.. Она улыбнулась: – Только хорошее, поверьте! Сергей потерялся окончательнло. Он так ждал этого момента встречи, столько сделал ради него, но о том, что же сделает, что скажет, если вдруг это случится, совершенно не думал. Его спасла музыка, грянувшая торжественно и громко. – Могу я просить вас о танце? – его голос был несколько хриплым от волнения. – С радостью, – девушка вложила свою руку в его, Сергей осторожно коснулся ее талии. Как же красив он был в своем волнении! К щекам вновь прилила кровь, и бледность покинула его лицо, синие глаза блестели, а сердце отбивало в такт – раз, два три... Раз, два, три... – Я так рад видеть вас здесь! Клянусь вам, я ждал нашей новой встречи, – о факте того, что бал ради этой встречи и был задуман, Сергей решил не упоминать, чтобы девушка не сочла его сумасшедшим. – Ваша радость взаимна, – она улыбнулась мягко, даже ласково, – сегодня вы уже не так печальны, мне отрадна эта перемена. Он улыбался. Улыбался широко и искренне, уверенно ведя ее в танце. – Я знаю, что не имею права этого спрашивать, что это чудовищная бестактность с моей стороны... Но... Феликс – ваш жених? Девушка лучезарно улыбнулась: – Нет. Феликс – мой друг и не более. Иглу из сердечной мышцы мастерски вынули, возвращая возможность биться так быстро и сильно, что казалось, не выдержут ребра, но как же сейчас было плевать на глупые кости. – Боже, Мари, простите меня, я неверно все истолковал... Это было так глупо с моей стороны... Мари. Как приятно было назвать ее по имени... Голова начала кружиться то ли от танца, то ли от переполняющих эмоций. – Тогда и с вас ответ на мой откровенный вопрос. – Разумеется, спрашивайте, – Сергей улыбнулся. Последняя нота громко прозвенела в воздухе, и им пришлось сделать шаг друг от друга для поклона. – Я обязательно придумаю стоящий вопрос. Но за вами должок. – Быть в должниках у вас – честь для меня. Вы курите? С балкона открывается прекрасный вид на Неву.