Демонический лепесток

      Без стука дверь открылась, впуская вовнутрь одного из самых охраняемых мест человека, что шел настолько вальяжно, будто это его кабинет. — Данзо? — Тяжёлый взгляд уставших от работы глаз Хокаге поднялся на вошедшего. — Полюбуйся. — Папка легла на стол.       Глаза старика устало закатились, будто бы жалуясь на весь мир, на все документы и писанину, включая эту папку. — Не томи, Данзо. — Практически целый день роботы с бумагами заставлял кости ныть, словно после изнуряющей тренировки в молодости.       Эти бумажки, будто сотня кровососущих, высасывают все силы до капли, порой даже кажется, что быть обычным стариком на пенсии не такая уж и плохая идея. «Или быть тенью.» — Правление Минато вспоминалось сейчас с невероятным трепетом.       Сколько бумажно работы, сколько неприятной волокиты, связанной с властью, забрал этот парень, забрал по своей собственной воли, или глупости, оставляя старику наслаждаться властью без всего этого. «Отличное было время.» — Тяжёлый голос со слишком суровыми интонациями тут же выбил из мечтаний. — У твоего гения нашелся кекейгенкай, и ты наверняка удивишься, узнав что это за генкай. Вернее, даже мои спецы не уверены, это генкай прародитель или появившаяся с годами и смешанной кровью ответвление. — Заинтриговал, действительно заинтриговал. — Старик говорил действительно заинтересовано, но куда больше его заботила его мысль. «Очередные крысы Корня в АНБУ Хокаге.» — «Происшествий не было», так ведь ему доложили двое приставленных оперативников, приглядывающих за тренировкаии, дабы узнать побольше о парне. — Отдашь их в Корень, отличные спецы. Но не о том. Узумаки, это генкай Узумаки, вернее обладает похожим, практически идентичным эффектом, возможно, даже чуть более разрушительным, чем их. — Старик не договорил, перебитый удаленным правителем. — Цепи? Вроде же не было у него… — И тень не осталась в долгу, перебивая. — Я не за островных Узумаки, а за совсем других. — Хирузена будто облили холодной водой. — Скажи, что мне послышалось. И ты не за отколовшуюся ветвь из Ши но узу. — Осипший, откровенно севший голос старого друга заставил Данзо показать подобие улыбки. — Именно Узумаки Мертвого водоворота, именно они и их кекейгенкай, согласись, ты тоже не думал, что всплывёт такая давняя история.       Водоворот и Коноха издревле были союзниками, став ими меньше, чем через год после основания селения, и поспособствовала этому отнюдь не родственная связь Сенджу и Узумаки. Почему бы кланам, что не общались и не поддерживали друг друга веками, вдруг брататься, уж точно не настолько быстро. Если только… Не было бы какой-нибудь истории, положившей начало союзу, и такая была, уже давно стертая из всех аналогов истории, и говоря из всех, имеется в виду практически из всех. Лишь Облако все ещё помнит, ненавидя Коноху чистой ненавистью за ту историю, хотя и знают ее единицы.       Каге и приближенные, во всех деревнях, и немного больший круг в Облаке, но даже так она не уходит дальше самых закрытых и старых частей библиотек деревень. Ши но узу, или Мертвый водоворот, деревня Узумаки, ветви, отколовшейся от клана, мастерам печатей и мастерам техник смерти оказалось не по пути, даже несмотря на их почти полную схожесть внешне и слитность перед врагами, клан раскололся, разойдясь как в море корабли. Одни остались на побережье, вторые, забрав большую часть своих масок, ушли в горы неподалеку от страны огня, что уже давно сровняли двумя богами шиноби, как и деревня, стоящая в них, в угоду союзу деревень.       Узу уничтожили ещё и потому, что она лишила деревни сильного союзника, источника новой крови и огромного потенциала тела, благодаря добровольно уходящим в другие деревни Узумаки из Ши, конечно, там были и жадность, и страх, и желание очередного притока Узумаки, но толчком стало именно то уничтожение. Или все же тот факт, что женой первого Райкаге была Узумаки из Мертвого водоворота? История уже не отвечает на это вопросы. — Советую ещё раз обдумать твои действия насчёт этого мальца. — Глава Корня, довольный собой невероятно плавно и быстро для своих лет, развернувшись, словно выплыл за дверь, плавными движениями невероятно опасного шиноби ни чуть не потерявшего хватку, пускай и немного одряблевшего.