Демонический лепесток

      Урок истории шел уже больше получаса, дети откровенно скучали, ожидая куда более интересной практики вместо нудной теории, но… — Что ж, с этой темой покончено. А теперь история становления Хейкаге. Может хоть это вас заинтересует. — Молодой чунин улыбнулся с мгновенно активизировавшихся детей.       Легендарная личность, основатель Мичиготсу и человек, под чьим крылом прямо сейчас находится мир шиноби. — Объяснять, кто эта личность, вам не нужно. Но ответит Сайку Узумаки. — Улыбка тронула губы молодого бойца.       Красноволосый ребенок энергично вскочил, его клан знал, кто этот человек, так как именно он собрал клан после уничтожения их деревни, вернул из небытия, обратив всех выживших членов Красноволосых дьяволов на свою сторону, став главой клана. — Человек, родившийся в ныне величайшем клане Харуно, так же Харуно Химари-сама, собрал под своим крылом наш клан. — Мальчик гордо выпятил грудь. — В принципе верно, выходец из клана Харуно, по факту, он и есть основатель клана, так как до этого это была простая семья шиноби. В истории этой личности существует множество белых пятен, например, первое появилось во время его обучения в академии. Чем оно закончилось?       Девочка с белыми глазами и сине-чёрными волосами подняла руку, стеснительно опуская глазки и смотря на мальчика с улыбкой. — Мира-чан. — Учиха кивнул, давая разрешение на выступление. — Этот пробел закончился появлением господина Хейкаге, госпожи Юхи Куренай, после этого они исчезли ещё с несколькими учениками. — Девочка села довольная удовлетворённым взглядом учителя, но…       Розовая макушка мальчика, сидящего возле нее, кивнула, его глаза сверкнули весельем, а рука в наглую погладила девочку по макушке. Миг и красная, словно варёный рак, Хьюга улыбалась блаженной улыбкой. Ее не интересовал статус этого мальчика, на который смотрело большинство, выходец из самого клана Харуно, один из десяти детей нового поколения клана. Был даже слух, что именно Даня является самым прямым наследником Химари, потому-то и имеет столь поразительное сходство с ним как в таланте, так и во внешности, являясь почти идеальной копией молодого Химари. — Даня-кун, что произошло позже? — Основатель пропал практически на два года, вернувшись в одиночку, вернее, все так решили по началу. Все пропавшие ждали своего часа, готовясь помочь лидеру в борьбе с великой угрозой, Кагуей Ооцуцуки, богиней кроликом. — Мальчик улыбался, рассказывая это. — Ну ты уже перескочил множество событий. Давай следующее значимое событие после возвраще… — Звонок прервал учителя, дети, мгновенно забывшие об интересной теме, рванули в сторону двери, не обращая внимания на недовольное бурчание учителя.       Девочка плелась в след за парнем, лишь на развилке пойдя в сторону кланового квартала, второго по принадлежности к центру, к теории клана Харуно, только Узумаки напрямую примыкали стенами к стенам этого клана, окружая тот своей территорией, всегда почём-то вспоминались клятва, которую все молодые шиноби Узумаки приносят «…своим телом, своей землёй, своей душей», но это особенный клан, потому что первый встал под крыло нового мира, нового бога шиноби.       Широкие двери, сделанные из древесины розовых вишен, открылись, красноволосые, стоящие на страже врат, поклонились пропуская мальчика войти. Территория Узумаки была просто замечательной, зелёной, со множеством прудов и небольших речек, садов и зарослей, все возможных цветов, с прячущимся в детстве домиками. Вторые ворота принадлежали уже клану Харуно, но даже на них стояли Узумаки, чья территория полностью опоясовала небольшую территорию клана Харуно.       Стоило воротам закрыться, как слуги появились будто из воздуха, но маленького мальчика лет семи-шести уже не было. На этом месте стоял молодой парень, миниатюрные рожки, розовые волосы и все то же лицо. Увидит его сейчас кто из тех детей, с которыми он говорил всего полчаса назад, все бы в один голос заявили, что знают этого человека, Химари Харуно, Хейкаге, подчинивший себе весь мир шиноби, человек, сразивший Кагую, и просто обаяшка.       Пятьсот лет, за пятьсот лет весь мир шиноби поменялся в лучшую сторону, жаль только, что пришлось впасть в стазис на эти года. — Наруко и Цунаде уже пришли в себя? — Уточняю, не желая пользоваться силой.       Третий глаз закрылся, повинуясь желанию, все же использовать чакру все ещё не приятно и даже чуть больно. Оказалось, что прикончить эту белоглазую сучку и сожрать всю ее мощь не достаточно, чтобы стать полноценным обладателем Кекейтоты, шиноби шести путей пожалуйста, но вот со слиянием семи атрибутов чакры, тотой, все не так просто. Да и уж очень неприятно находиться на распутье, тело то рушится, то слабеет, чакра играет, способности то резко усиливаются, то заметно падают, плавая между уровнями силы. Да к тому же этот старикашка под руку лезет, мешая править, честно завое… Честно присягнувшим мне на верность миром, а то, что скрытое облако теперь огромный кратер, это ничего, жителей-то из него я телепортировал, хоть и не всех. «Какая морда была у Эя, когда в него и Би прилетел огромный шар поиска истины…» — Приятная мысль заставила улыбнуться, а то бесил меня, убийц посылал, а как уже я пришел с визитом вежливости, так сразу аж перекосило беднягу. — Да, господин. Они ожидают вас, хотя и не могут пользоваться чакрой. — Две красавицы поклонились, что интересно, у всех них розовые волосы.       Как оказывается положительно влияют двести лет правления на семью правящего, да и эти пять сотен лет клан не терялся, Сакура с Сакурой из параллели смогли найти свое счастье, а у меня появилась страховка на случай, если все пойдет не так.       Да и чего скрывать, Узумаки стало в разы больше, а десятки раз. Когда я их только собирал, после переноса обратно в мир, их было хорошо если два десятка, и то половина старики и дети малые, плюс женщины, наскрести вышло всего-то пятерых, зато верных и сильных бойцов, верность которых даже сейчас сохраняется, спустя целые поколения. Стоило мне выйти из стазиса, как ни один Узумаки не проявил непочтение, стоило мне появиться перед главой клана, как тот тут же собрал воинов, создав вокруг меня больше сотни барьеров для защиты от возможных нападений. А ведь раскрыл, что я не могу использовать сейчас чакры, раскрыл и они это и сами поняли, но не один не задумался о том, что меня было бы неплохо и того, прикончить. Правда у них бы не вышло, о мане не знает никто, а вот она в порядке, и ничуть не слабее чакры.       Возвращение власти не прошло легко, но мой клан, Хьюга, Узумаки и клан Тенноте сохранили мне верность, много кто из тех, кто стоял на местах тоже. — Эх, а в этом столетии отлично. Кани, подготовь ванну, и предупреди Сахоши, что я переговорю с ним.       Почему бы пока что не расслабиться, не пожить жизнью мажорчика из крутого клана, да и Мира-тян, ничего такая, стиснительная няша, чего бы и не отдохнуть, после почти полу тысячи лет роботы над слиянием стихий?