Правила Оборотня/Rules of Werewolf

      Гермиона вышла из туалета в Министерстве Магии, стряхнула пудру с юбки-карандаш, и направилась в сторону лифтов. Неделя выдалась ужасной. Статья в «Ведьмином досуге» вышла в понедельник утром, и с того момента Гермиону просто завалили письмами. Не говоря уже об этой злосчастной фотографии на обложке. Парвати случайно сделала снимок прямо в момент их откровенного разговора с Малфоем. На фотографии они застыли, напряжённо глядя друг на друга, и это её нервировало. Вся эта фотосессия её нервировала. Она мысленно добавила Парвати в свой чёрный список.              Гермиона зашла в лифт и уже собиралась закрыть решётку, как вдруг внутрь влетел Теодор Нотт. — Грейнджер, доброе утречко, — кивнул он ей. — Привет, Теодор, — она уставилась на свои туфли, вновь возвращаясь к внутренним переживаниям. — Я слышал, вы с Драко и Пэнси знатно повеселились в прошлую пятницу, — сказал он, запихивая номер «Ведьминого досуга» себе подмышку.       Она ничего не ответила, лишь взглянула на его кудрявые волосы. Парень, кстати, был чертовски привлекательным. Не то чтобы она обратила на это внимание…       Лифт качнулся, и Теодор наклонился к ней ближе: — На прошлой неделе ты произвела довольно сильное впечатление на Драко. — На прошлой неделе я довольно сильно задела его самолюбие, — она улыбнулась, вспомнив то, как неловко он себя чувствовал. — Ты права, это в целом одно и то же, — ответил Тео. — Почему тебя это волнует? — она потянулась вверх, чтобы схватиться за поручень. — Безумно рад, что ты спросила. У меня день рождения на следующей неделе. Пэнси устраивает для меня небольшую вечеринку – ничего особенного. В списке не так много гостей, поэтому я думаю, было бы не плохо, если бы ты пришла и захватила с собой своих гриффиндорских друзей. — Думаешь? — Гермионе не сильно понравилась эта идея. Или же наоборот? Она продолжила: — Ладно, я сдаюсь. Кого ты хочешь пригласить? — Ну, очевидно тебя. Джинни, она классная. Лонгботтом — сойдёт, и, раз уж вы все идёте, то ещё можете взять с собой Уизли и Поттера. — Ты хочешь видеть меня, Джинни, Невилла, Гарри и Рональда на своём дне рождения? — уточнила она с сомнением в голосе. — Конечно, мы откроем двери для всех гриффиндорцев, полагающих, будто смогут выжить в змеином гнезде. Следующая пятница, восемь вечера, Нотт Мэнор.       Гермиона кивнула: — Супер. Тогда увидимся в пятницу, — она вышла из лифта в полуобморочном состоянии. Слизеринская вечеринка. Какого хера она вообще в это ввязалась?       Тео пошёл в противоположную сторону, а ей потребовалось около минуты, чтобы собраться с мыслями и настроиться на рабочий лад. Прошла всего лишь неделя, а общение со слизеринцами уже выбивало её из колеи.        Подойдя к закрытой двери, она прошептала пароль, выводя древком особую руну.       Большая прихожая вела в главную комнату. Гермиона прошла в свой кабинет. Она сняла с двери защитное заклинание и скинула с плеча сумку. В носу защекотало, она попыталась отмахнуться от запаха, который накрыл её, едва она вошла в кабинет.       Тяга, которую она испытывала к зельям ещё в детстве, на уроках Слизнорта, была непреодолимой и не исчезла до сих пор. Варево было очень мощным. Эта Амортенция была намного крепче той, которую профессор назвал «самой сильной». Она иногда пахла по-разному, но последнюю неделю аромат не менялся. Точнее, неизменными в нём были три ноты: пергамента, мяты и чего-то ещё. Чего-то, что Гермиона не могла с точностью идентифицировать.       Она покачала головой и заметила на своём столе конверт с надписью «Г.Г.», подписанный невероятно аккуратным почерком.       Это было странно. Кто оставил ей это послание? Как ему удалось проникнуть в её кабинет? Она быстро проверила конверт на наличие тёмной магии, но заклинание ничего не выявило. Вскрыв конверт, она увидела небольшую записку: «Это заняло Время – понять, что я не найду тебя так легко. Полагал, прозреть мне поможет Пророчество, Но Смерть не разлучит нас во веки веков. Искал я и в Космосе, и на Земле, Нашёл я в Любви тебя, так будь же моей. Д.Л.М.»       Гермиона опустила пергамент и чуть не задохнулась от возмущения. Вот придурок! Где Малфой нашёл её? Она позволила улыбке медленно расцвести на лице.       Малфой был необъяснимо красив. В тот момент, когда Гермиона подошла к нему на фотосессии на прошлой неделе, она ощутила, как почва уходит у неё из-под ног. Спорить с ним было весело, даже слишком. Он был привлекателен, по-прежнему очень богат и, по всей видимости, великодушен. Гермиона не была уверена, жертвовал ли он свои галлеоны из-за щедрости, и намеревалась проверить Малфоя на предмет его мотивации чуть позже. Иначе зачем его пригласили на съёмку? Она хотела узнать, что он скрывает. Гермиона чувствовала, что её несомненно влечёт к Драко. Она не ощущала ничего подобного уже несколько месяцев, а может и лет. Гермиона поймала себя на том, что смотрит на него во время фотосессии, и она прекрасно помнила, что он это заметил. В паре этих слегка затянувшихся взглядов было больше искр, чем в трех полноценных свиданиях с Оливером Вудом. Ей хотелось узнать Драко поближе. Может быть, эта вечеринка — её шанс? Она постаралась не дать всеобъемлющему чувству предвкушения разрастись у неё в груди.       Каким человеком был Драко Малфой? У неё закрадывалось подозрение, что в тот момент, когда она это узнает, она будет одновременно и восхищена, и разбита.

***

      Драко снова пролистал номер «Ведьминого досуга». Ему плохо удавалось скрывать свои желания от себя самого. Неужели ему было необходимо опять пялиться на эту обложку? Драко сконцентрировал всё своё внимание, напряжённо всматриваясь в их совместное фото. Какой же он жалкий кретин. Ему нужен был трах. Проблема была в том, что в последнее время все его мысли занимала одна зубрила. Он воспроизводил их диалог в голове снова и снова. Малфой так и не получил ответа после того, как оставил ей ту записку. Да он и не думал, что получит. Подкуп того, кто мог бы проникнуть в её офис, стоил каждого потраченного галлеона. Этот поступок не вызывал восхищения, но если взятка была самым порочным его деянием за последнее время, то позднее он может покаяться.       Записка была довольно умным шагом, если про неё можно было так сказать. Было чертовски тяжело отыскать трудовую книжку Грейнджер в архивах Министерства. Но сотрудник отдела Трудоустройства был в долгу перед Драко, после того, как по неосторожности нарушил правила дорожного движения и привлёк внимание маггловской полиции.              Драко гадал, когда же он сможет увидеть Грейнджер в следующий раз, но донимать этим вопросом Поттера было бы слишком самонадеянно. Она была невыносима, но он уже давно не был настолько очарован какой-либо волшебницей. Их спор был самым ярким событием его недели. Да что там, года.        В последнее время свидания совсем его не впечатляли. Ни одна ведьма не могла удержать его интерес дольше, чем на пару встреч-на-одну-ночь или одного официального выхода в свет, специально для поддержания позитивного образа Драко в «Пророке».       Он подошёл к мини-бару, который держал в своём кабинете Аврора. Поздними ночами обязательно нужно было иметь под рукой пару бутылочек чего-нибудь крепкого, так, на всякий случай. Он взял небольшой стакан и налил туда немного огневиски, попутно расстёгивая воротник рубашки. Драко закатал рукава и опустился в большое кожаное кресло.       Потеря родителей четыре года назад стала для него одновременно и проклятьем, и благословением. Он невероятно скучал по ним. Их семья потратила все послевоенные годы на то, чтобы восстановить свои разрушенные взаимоотношения. Они сбежали с Битвы за Хогвартс как одна семья, и лето после седьмого курса изменило всё. Он никогда не забудет, как относились друг к другу его родители, когда ему было двадцать лет. Они были близки как никогда раньше, когда их обоих сразил обсыпной лишай. Тогда их преклонный возраст только усугубил потерю памяти. Драко почувствовал себя опустошённым, вспоминая это. Он был одинок на протяжении многих лет, но это его устраивало. У него был Блейз, Тео и Пэнси. У него была работа. Он жертвовал деньги в достойные благотворительные фонды. Драко старался исправить ошибки своей юности. На данный момент этого ему было достаточно.       Мать постоянно пыталась свести его с какой-нибудь чистокровной волшебницей. По этому он точно не скучал. Сейчас у него была полная свобода воли. Ох уж этот нелепый внутренний компас, постоянно указывающий на кудрявую всезнайку с острым язычком и охренительной задницей. Боги, он мог бы мечтать о её заднице хоть всю ночь напролёт. Грейджер определённо была в хорошей форме, а это её замечание про кружева в зелёном цвете… Он не мог выкинуть это из головы. Он был обречён. Надо бы попросить Поттера, чтобы тот стёр ему память Обливиэйтом.       Может быть Драко нужно было просто подрочить?              Он уже подумывал, как бы ему сесть для этого поудобнее, когда в дверь постучали. — Войдите! — он сунул «Ведьмин досуг» под стопку рабочих отчётов.       Аврор-стажёр нервно мялся возле двери. Драко льстило, что у него была довольно грозная репутация среди коллег, но уже было поздновато и он не хотел впустую тратить время.        — В чём дело, стажёр Бёрк? Я не хочу всю ночь сидеть и ждать пока ты наконец решишься зайти, — он махнул рукой, приглашая молодого волшебника внутрь. — Да, сэр. Извините, сэр. Для вас оставили записку на стойке регистрации. Она не была помечена как «Срочное», но я подумал, что всё-таки стоит вам её занести, — он бодро прошагал через кабинет и положил перед Драко конверт. — Это что, досье от Ханнавея? — Драко сорвал печать и вытащил пергамент. — О. Ты можешь идти. Спасибо.       Стажёр выскочил из кабинета, закрывая дверь. Драко схватил палочку и наложил несколько запирающих заклинаний.       Он вгляделся в изящный почерк, и на его лице появилась ухмылка. Он перечитал короткое сообщение несколько раз: «Одна вещь – средство, Другая – ловушка. Завладеешь первой – заберешь чью-то душу. Попадёшь во вторую, отнимут то, что принадлежит тебе по праву. Ты, несомненно, сначала воспользуешься первой, Пока вторая стремительно ускользает. Завладеешь первой – и я могу затуманить твой разум. Попади во вторую – и я никогда не покину твоей постели. Г.Г.»       Блять, Салазар, ЭТА ведьма. Она была просто бесподобна. Только Гермиона Грейнджер могла возбудить его при помощи загадки. Он разгадает её, но чуть позже. Для начала нужно было разобраться с кое-чем более насущным. Он допил огневиски, оставшееся на дне стакана, и достал номер «Ведьминого досуга».

***

Оригинальный текст записок Драко и Гермионы: Записка Драко: It took Time to know I wouldn’t find you there Thought I’d need a Prophecy to see But Death would not separate you from me I searched for you through the Space above And came to find you in Love D. L. M. Записка Гермионы: One is a tool One a trap Wield the first, and you can take someone's soul Fall into the second, and they can take yours You’ve undoubtedly used the first before The second may elude you even more Wield the first and I may cloud your head Express the second and I’ll never leave your bed H.G.