Флешбеки Ван Гога

*** Они ещё какое-то время сидели в кафе, обсуждая деловые вопросы. На следующий же день Ван Гог должен был показать Тессеракту другие свои работы. Тот хотел увидеть ещё и процесс состаривания, но Ван Гог наотрез отказался посвящать его в детали, потому что слышал истории о том, как работодатели крали идеи и технологии своих подопечных. Тессеракт был удивлён, узнав, что скульптор оказался ещё и художником. Ван Гог гордился собой и не упускал шанса блеснуть талантом перед новым товарищем, и каждый раз, смотря на его ошарашенное лицо, его нутро наполнялось тайной радостью. Тессеракт же про себя уже пересчитывал и придумывал, куда вложить будущее состояние. Естественно, оба понимали, что их деятельность мошенническая. Но это их не волновало. Оставшийся вечер они обсуждали искусство, Тессеракт рассказал про свою увлечённость магнитами, а Ван Гог продемонстрировал то, как может менять цвета при помощи способности. Они подкалывали друг друга, рассказывали локальные шутки, которые могли бы понять лишь те, кто действительно увлечён творчеством. Ведущий себя по-подростковому нагловато, Ван Гог использовал сарказм чаще, Тессеракт же относился к этому с умилением и некоторым снисхождением, иронизируя в ответ. – А это моя лучшая пятёрка, – Ван Гог показал на пять небольших, но красочных этюдов, висящих на стене. – Леонардо да Линчи до меня, как до луны. Увидел бы их, взял бы у меня автограф. – У, какой крутой – Тессеракт улыбался краем губ. – Знаю. Как думаешь, куда их в будущем повесят? – В приют для слепых. Ван Гог ухмыльнулся: – В таком случае, ты будешь первым его пациентом. Впоследствии они каждый день встречались у того же кафе. Ван Гог был воодушевлён предстоящим сотрудничеством, равно как и Тессеракт. Он действительно хотел как можно быстрее покинуть родное гнёздышко. Дядя по-прежнему оказывал на него некоторое давление, несмотря на то, что дома Ван Гог появлялся редко. Он жил в своей мастерской, что была устроена в подвале заброшенного дома на дачном участке родителей. Естественно, они не знали о том, что их сын помимо "академического копирования" занимается самой настоящей фальсификацией. Но действия Ван Гога и не карались законом – статья есть только за создание и распространение подделок(хотя однажды он действительно попытался продать одну штуку Тессеракту). В любом случае, родители думали, что в подвале всего лишь творческая студия. Они старались не вмешиваться в дела сына, потому что знали его характер и видели его талант. Они были уверены, что его ждёт великое будущее. И конечно же, о юном художнике знали все соседи и дальние родственники, которые то и дело по знакомству старались получить парочку картин в надежде, что через много лет смогут продать за баснословную сумму детские почиркушки великого мастера. Или просили покрасить вещь, конечно же, бесплатно. Интроверта Ван Гога заметно раздражали ежедневные визиты глупых гостей. Свобода и великие просторы Спирии манили тысячи молодых умов по всей стране. И Ван Гог не был исключением. Ему до тошноты осточертели одинаковые виды прямоугольных деревянных домов, высоких и холодных гор, деревьев, что большую часть года стояли голыми, грязи и снега. Он хотел покинуть отстающую провинцию и отправиться в крупные города, повидать тёплые края, бесконечное солёное море, столицу искусства, в которой когда-то давно учились и работали его кумиры... Ещё и встретил такого интересного человека, как Тессеракт, который уже путешествовал и встречал разных интересных людей, тоже интересовался искусством, правда, его скорее можно было назвать технарём. Он имел лишь минимальные навыки рисования, не более. Хорошо знал историю искусства и разбирался в механизмах рынка и торговле. Предстоящие приключения наполняли Ван Гога решимостью. ***