Seven for a Secret

      Ей было дано время до полуночи, чтобы покорить сердце принца.       Когда появилась фея-крестная, Золушка была полна отчаяния и сомневалась, есть ли шанс, что мечты сбудутся. Ее так долго третировали, что она не знала, сможет ли теперь подняться на ноги после последнего, самого большого разочарования. Она всегда верила, что упорный труд и позитивный настрой помогут все закончить счастливо, но надежда таяла.       Затем, как по волшебству, появилась улыбающаяся бабушка в голубом одеянии и взмахом палочки начала творить чудеса. Она пообещала Золушке возможность попасть на бал.       Но была одна загвоздка.       — У всякого волшебства есть своя цена, дорогая, — сказала фея-крестная. — Готова ли ты заплатить то, что потребуется?       — У меня ничего нет... — нерешительно ответила Золушка.       — Волшебство возьмет у тебя то, что хочет, — успокоила фея-крестная. — Но только если ты не справишься.       Золушка не верила, что все может стать еще хуже, чем было. Ей надоело постоянно слышать "нет", постоянно заставлять себя улыбаться, даже когда хотелось плакать о том, как несправедлива ее жизнь. Она устала быть всегда доброй, потому что доброта была бессмысленной для таких людей, как ее сводные сестры и мачеха. Золушка устала от всего этого, и хотя бы раз ей захотелось иметь что-то для себя. Разумеется, цена не должна быть выше, чем она могла себе позволить.       Она улыбнулась и согласилась принять все, что случится, не понимая, на что соглашается. Она не догадалась спросить, что будет, если она потерпит неудачу.       Позже в маленьком городке далеко на востоке королевства, в деревушке, которая когда-то огибала бывшую столицу, давно превратившуюся в руины, родилась легенда. Молодые женщины знали, что лучше не выходить на улицу в одиночку, потому что путешествовать без сопровождения было небезопасно.       Никто не знал наверняка, что это было за существо, которое охотилось на них, но слухи ходили разные. В них упоминалось, что какая-то женщина ехала в карете, сделанной из тыквы, запряженной крысами, а лакеем был пес. На месте кучера сидела старая кляча. Она скалила в ухмылке желтые зубы и с невозможной скоростью гнала карету прямо на девушку, которой не повезло остаться одной. Никто не мог описать, как выглядела пассажирка, потому что никто из тех, кто когда-либо видел ее, не выжил. Несколько человек — те, кому удалось спастись, те, кого чуть не схватили, — утверждали, что слышали скрипучий женский голос, поющий о мечтах.       Каждый знал кого-то, кто едва выжил, или имел дальнего родственника, который не выжил. Сходить с пути было бесполезно, потому что карета не сбивалась с курса, а для движения ей не нужны были мощеные дороги. Девушка могла попытаться убежать, но тогда на ее стороне должна была быть удача. Только переправа через воду сдерживала чудовищное наваждение.       В бабушкиных сказках всегда давали один и тот же совет: если девушке не повезло столкнуться с полуночной каретой, ей стоило снять туфли и бросить их в разные стороны. Карета тогда поворачивала назад, и лакей разыскивал туфли, чтобы забрать их. Благодаря этой передышке у потенциальной жертвы было достаточно времени, чтобы перебраться через реку или ручей и добежать до дома.       Если нет... что ж, тела тех, кого поймала карета, всегда находили на следующий день... без головы.