The Mirror Of Hope

Каждый день пребывания Чонсона в этом мире был странным. Всё здесь было таким странным и нелогичным, не имеющим обоснования. Смыслы их песен, движения их танцев, их технологии - это глупость, которую он не понимает. Он и не хочет пытаться понять, он хочет домой - к своим королевским обязанностям и привычной жизни. К песням о Богах, что звучали как сказания; к нежным бальным танцам; к своим друзьям и поданным. Раньше в голову и мыслей не приходило о том, что он - великий и суровый Король, будет так по-детски скучать по дому! Как прискорбно и жалко, в самом деле. Ему пришлось согласиться на условия Чонвона. Чонсон был уверен, что его навыков, полученных на уроках вокала и танцев, еще будучи Принцем, хватит. Но это оказалась катастрофой. Музыка была отвратительной, с невнятным текстом, а танцы, по его скромному мнению, казались слишком резкими и даже вульгарными. Поэтому этой группе, как участник, он ничем не мог помочь. Чонсон бы уже давно сбежал, попытался бы сам найти путь обратно, но логически он понимал, что одному против шестерых своих соседей ему не победить. Его тело в нынешнем мире слишком слабо физически. Оно выносливое, безусловно, с довольно крепкими мышцами, но это и близко не стоит с его настоящим телосложением. Поэтому он беспомощен. «Сообщается, что участник Джей из группы ENHYPEN временно берёт перерыв в своей деятельности по состоянию здоровья. В ближайшее время группа будет продвигаться в составе шести человек. Belift Lab не разглашают подробностей о самочувствии Джея, как и информацию, касающейся следующего камбэка. Они лишь просят фанатов не паниковать и продолжать поддерживать ENHYPEN и Джея» Чонвон громко цыкает и откидывает телефон, даже не удосужившись его заблокировать. Только в своём самом страшном сне он мог увидеть такую новость об их группе. О перерыве. Не о «небольшом изменении в расписании из-за болезни», а о перерыве. Он не хочет сейчас заходить в Вивёрс или Твиттер, боясь даже представить, что эта новость сделает с энджин. Ха, будто ему самому легче. Что вообще означает формулировка «ENHYPEN и Джей»? Они будто уже вычеркнули его. — Ты в порядке? — Сону присаживается рядом с ним на диване в гостиной. Он ставит на кофейный столик напротив две кружки с кофе: с пенкой, шоколадной посыпкой и кучей сахара, как он любит. Впрочем, Чонвон обычно тоже никогда не отказывается. — Ты видел, что они написали? — Ян поворачивает голову, чтобы увидеть сочувствующее лицо Кима и его короткий кивок. Он также слышит опечаленный вздох, — Я не понимаю, почему нельзя было подождать. Мы же ещё только репетируем, выездного расписания тоже нет. Может, всё вернулось бы на круги своя до возвращения. Сону кладёт ладонь на его спину, коротко поглаживая. Сам смотрит куда-то в пол: — А если нет? Чонвони, мы же сами абсолютно ничего не понимаем. Даже причины смены Джей-хёна на Чонсона. Из всех зацепок у нас только тот факт, что он упал в ванной, но врачи опровергли наличие какой-либо травмы. Ты же был в больнице. Ян хмурит брови, прислушиваясь к словам лучшего друга. Он был прав, но Чонвону не хотелось признавать их бессилие. — Но формулировки, которые пишут в соц.сетях - полный отстой, — хмыкает младший, на что Сону коротко улыбается. — Да, слова они и правда подбирать не умеют. Как и обычно. Ким делает несколько глотков кофе из кружки, а Чонвон к своей даже не притрагивается. Он уверен, что напиток очень вкусный, но отсутствие аппетита и жажды побеждает. — Что остальные делают? — спрашивает Ян, чтобы отвлечься от навязчивых мыслей. Бесполезная затея, учитывая тот факт, что тема его головной боли - это то, что сейчас волнует их всех. Чонсон. — Ну.. — Сону на пару секунд задумывается, — Сонхун-хён отдыхает в комнате, Ники и Джейк-хён ушли в магазин, а Хисын-хён.. Ну, с Чонсоном. Чонвон громко хмыкает и откидывается всем телом на спинку дивана: — Опять? И почему именно к Хисын-хёну он так привязан? — в голосе присутствует капелька ревности. Совсем чуть-чуть. Чонвон может себе это позволить, не просто так он долгое время носит звание любимого мембера Джея. Или носил.. Ким хихикает, заметив надувшиеся щёки своего друга. Чонвон всегда очень милый, когда дело касается Джея. — Может, это как-то связано с тем, что они знают друг друга дольше всего? — предполагает Сону, а на следующих словах понижает тон голоса до шепота, — Чонсон уверен в том, что Хисын-хён может как-то ему помочь.. — А он может? — Я очень сомневаюсь в этом.. Будто услышав их разговор, Хисын широко распахивает дверь своей комнаты. С измученным лицом, даже немного угрюмым, он плюхается на диван рядом с Сону. Слышится тяжелый вздох с хрипотой и короткое: — Я уже не могу с ним. Ким смеётся, щуря глаза, и прикрывает рот ладонью. Даже в непростой ситуации Хисын может их всех рассмешить. Почти всех. Брови Чонвона сходятся в недовольном выражении. — Что он говорит тебе? — спрашивает Ян. Он пытается нагнуться так, чтобы увидеть лицо Ли за Сону. — Что-то, что тебе бы не понравилось, лидер-ним, — Хисын бубнит себе под нос и смотрит вперёд, на одну какую-то точку. Было видно, как он устал от внимания своего дорогого друга. Нет, конечно, Джей всегда был болтливым, но он был как-то по-милому разговорчив: интересные истории из жизни рассказывал, умные и познавательные вещи объяснял, отцовские шутки шутил. Но это был Джей. У Чонсона другая манера речи, он ничего не знает о современном мире и просит от Хисына невозможного. Это утомляет. — Мне не нравится, что он не говорит мне ничего, Хисын-хён. Это хуже, — Чонвон складывает руки на груди и отводит взгляд. Смешанные чувства бурлят в его груди, с которыми он не знает, что делать: с одной стороны, он всё ещё не верит в байки Чонсона, но с другой.. он просто скучает по голосу своего хёна и его присутствию рядом. До всего этого происшествия они были неразлучны с Джеем, поэтому да, от «потери» Пака на постоянной основе рядом с собой он ощущает огромную разницу. Сону сочувствующе похлопывает своего друга по плечу и натянуто улыбается. Он пытается сохранить позитивный настрой в данной ситуации, что достаточно тяжело сделать, сидя между раздражённым Чонвоном и уставшим Хисыном. Старшему Ким может предложить лишь свой напиток. Он протягивает небольшую голубую кружку со слегка остывшим кофе, уже без пенки, и Ли охотно соглашается. Но после первого глотка, правда, морщится от количества сахара. Не то, чтобы он ожидал от Сону чего-то другого. Ким любил есть сладкое, пить сладкое, говорить сладко и выглядеть сладко.. Что бы последние два пункта ни значили в голове Хисына. Их короткую молчаливую идиллию нарушает топот чьих-то ног. Они синхронно поворачивают головы на дверной проём, где видят взволнованного Чонсона с телефоном в руке. Это телефон Джея, которым Чонсон только учится пользоваться. Пока что выходит с трудом, но он умеет открывать галерею и листать фотографии. Время от времени он пытается найти в них какие-нибудь подсказки, которые помогли бы в создании плана по возвращению домой, но тщетно. Большинство фото не несли в себе никакого важного смысла, разве что давали понять, что Джей очень любил запечатлеть на снимках Чонвона. — Отведи меня сюда, — Чонсон буквально суёт телефон Хисыну в лицо, чтобы парень поближе рассмотрел открытую там вкладку Гугла. Ли щурит глаза и забирает гаджет из рук Пака. — Зачем тебе в Национальную библиотеку Кореи? — Хисын скептически поднимает бровь. — Разве это не самая большая и важная библиотека тут? В ней точно будут какие-нибудь сборники с заклинаниями и проклятиями, — Чонсон выглядит настолько убеждённым в своих домыслах, что у Ли даже нет сил спорить. — И почему именно я должен ехать с тобой? — Да, почему именно он? — Чонвон выхватывает телефон из рук своего хёна, чтобы тоже бегло посмотреть информацию о библиотеке. Чонсон отвечает без промедления: — Потому что Хисын - мой советник, — затем он задумывается, слегка сжимая собственный подбородок пальцами, — Но я думаю, что мы должны взять и Джеюна с собой. Он ближе всех из нас к этой теме. Ян громко цыкает и поднимается с дивана под обеспокоенный взгляд Сону: — Я же говорил тебе, что я - лидер этой группы. Я должен ехать с тобой. Чонсон не по-доброму ухмыляется, его красные глаза даже чуть-чуть сверкают под светом лампы в гостиной: — Ты? Тот, кто меньше всего хотел мне помогать? С чего я должен доверять тебе? Чонвон ахает, оскорблённый комментарием Пака, но возразить не успевает. С несколькими пакетами домой возвращаются Джейк и Ники, Сонхун же выползает из комнаты, чтобы встретить их и присоединиться к остальным в гостиной. — По какому поводу такой шум на этот раз? — с улыбкой спрашивает Джейк, снимая с головы кепку и зачёсывая назад волосы. Он выглядит непринуждённым после прогулки, будто отдохнувшим. — Мы с тобой и Чонсоном едем в сеульскую библиотеку, — быстрее всех отвечает Хисын. Правда его ответ больше похож на недовольный бубнеж под нос, чем на что либо ещё. Он всё ещё не впечатлён самой идеей куда-то ехать. — Что? — брови Шима поднимаются вверх, — А я то почему? Сонхун встаёт рядом с Джейком со скептическим выражением лица, складывая руки на груди. Ники же проходит к дивану и садится рядом с Сону, занимая предыдущее место Чонвона. Чонсон только сейчас разрывает зрительный контакт с Чонвоном и смотрит на Джейка: серьёзно и немного угрожающе, как обычно. У Шима мурашки бегут по спине от пронзительного взгляда, но не от страха! Скорее с непривычки. — Ты - ведьмак, Джеюн. Если кто-то и сможет вернуть меня обратно, так это ты, — твёрдо отвечает Чонсон. Джейк усмехается. Конечно, не веря, как и все остальные. Он уходит обратно в коридор, чтобы снять свою джинсовую куртку, разговаривая по пути: — И я всё ещё им не являюсь. Магии не существует, мы это уже обсуждали, только физика- А! — по пути назад Шим вскрикивает, перехватывая летящую в него подушку, — Какого хрена, чувак?! — он смотрит на Чонсона, порядком рассерженный. — Ты предвидел, что я её кину, — отвечает тот, — Поэтому поймал. Ты видишь будущее. — Это называется «рефлекс», р-е-ф-л-е-к-с, — с тяжёлым вздохом разъясняет Джейк прямо по буквам. Он кидает подушку Ники, чтобы тот положил её обратно на диван. Чонсон оглядывает комнату, в поиске чего-то, что поможет ему переубедить Джеюна. Он может видеть будущее, он обязан это делать. Шим из его мира мог предсказывать следующие действия даже на годы вперед, поэтому он считался самым великим ведьмаком в их Королевстве. Внезапно взгляд Пака цепляется за кружку на маленьком столике у дивана, которую Хисын поставил на место после первого же глотка. Получить в лицо подушкой - это не страшно, а вот посудой, которая может больно ударить по голове, так ещё и разбиться, разлив всё содержимое на человека - уже куда неприятнее. Чонсон не думает дважды перед тем, как в два шага сократить расстояние до столика, схватить кружку и, неплохо замахнувшись, запустить её в Джеюна. Парень быстро уворачивается, керамика с треском разбивается прямо о стену, а кофе пачкает пол и обои. Чонсон точно слышит вскрик Сону и ругательства от Ники и Сонхуна, а ещё видит недоумевающего Чонвона и напуганного Джеюна. На самом деле, ничего из этого не происходит. Чонсон даже не успевает взять в руки бедную кружку, как с ней уже стоит Шим и пробует остывший кофе. На вкус, определённо, как приторная жижа. Поэтому странно, что он вообще притронулся к этому.. что бы это уже ни было, так ещё и попробовал. Он ненавидит сладкое. — Ты знал! — рявкает Чонсон на Джеюна, — Ты знал, что я хотел её взять только что. Джейк натягивает улыбку и прикусывает губу, теперь выглядя неуверенно: — Не понимаю, о чём ты говоришь, брат. Этот кофе просто никто, кроме Хисын-хёна, так и не попробовал, поэтому я взял. Теперь взгляды всех людей прикованы к нему. Особенно Сону, который пытается счесть с лица своего хёна натуральную ложь: — Джейк-хён, ты никогда не ешь и не пьёшь то, что я делаю, — говорит младший с недоверием. — Как ты вообще понял, что Хисын-хён его пробовал? Ты только что пришёл.. — раздаётся голос Чонвона. Джейк топчется на месте, не находя подходящих слов. Он никогда не задумывался сильно о своих спонтанных действиях, как и сейчас, когда брал кружку со стола.. Разве можно после пары совпадений записывать его в гадалки? — Это глупо, — хмыкает Шим, — Ну взял и взял я этот кофе, что такого? Вы правда теперь верите всему, что говорит Чонсон? — Пак закатывает глаза, а Джейк смотрит на коричневую жидкость, которая и правда ему совершенно по вкусу не понравилась, — Не надо путать «видение будущего» с рефлексами, совпадениями или чувством Дежавю. Мы не в сказке с вами. Все замолкают. Тишина заполняет комнату, как купол - тот, который перекрывает и звук, и воздух. Но воздух на самом деле есть: поступает через открытое окно лёгким ветерком, развивая полупрозрачные занавески. Их шорох - единственное, что сопровождает мысли семерых парней в комнате. И почему они накинулись на Джейка? Неужели Чонсону удалось немного их убедить в своей правоте? Стоит ли уже вылить этот кофе? Хисын громко кашляет, обращая внимание присутствующих на себя. Он встаёт, подтягивая широкие домашние штаны и шаркает по полу ногами в направлении своей комнаты: — Если мы хотим успеть в библиотеку, то нам пора собираться. Можешь пока позвонить менеджеру, Джейк, ты всё равно одет уже. — Я ещё не согласился никуда ехать! — ноет младший в ответ, но его благополучно игнорируют. Он цыкает и уходит на кухню, чтобы позвонить менеджеру. Сонхун, почему-то, плетётся за ним. Чонсон гордится собой, ведь ему наконец-то удалось убедить этих людей делать так, как говорит он. Дело осталось за малым, если они найдут необходимые книги и команда продолжит соглашаться на его условия. Он смотрит на свою одежду, подмечая, что ему, наверное, тоже стоит во что-то переодеться. Хотя он всё ещё не понимает местный стиль. — Я тоже поеду, — говорит Чонвон сбоку от него, — И помогу тебе одеться. Чонсон в ответ раздражённо хмыкает и отмахивается: — На оба этих предложения мой ответ - нет. Мне может помочь и Хисын. Дома он часто помогал мне выбрать одежду.. Договорить не дают. Чонвон хватает его за запястье крепче, чем, скорее всего, нужно, и молча ведёт в комнату Джейка и Джея. Брови Яна нахмурены и челюсть сжата, но он не ругается и ничего больше не говорит. Чонсон понимает, что может вырваться в любой момент, но что-то подсказывает ему этого не делать. Так уж и быть, но в первый и последний раз. Просто чтобы не злить мальчика ещё больше. Но, на самом деле, у Чонвона было полное право злиться. Он редко когда помнил свои сны. С большой вероятностью его мозг, как и его тело, уставал из-за тренировок, выступлений, перелётов, встреч и всего остального, что было в его жизни. По приезде в общежитие он быстро принимал душ и буквально вырубался в кровати, а дальше спал, даже не меняя позы, всю оставшуюся ночь. Так было в особенно загруженные расписанием дни. Но даже в те моменты, когда появлялся долгожданный отдых, весёлое времяпрепровождение с участниками, возможность просто полежать перед сном и полистать социальные сети в телефоне, Чонвон не помнил своих снов. Его это не беспокоило. Только иногда он завидовал. Например, когда Сону мечтательно рассказывал о том, что красивый главный герой из последней просмотренной ими дорамы признался ему в безграничной любви в сладком романтичном сне, или когда Джейк, всё ещё помятый и растрёпанный, рассказывал о говорящей на английском Лейле, своей собаке. Чонвон бы тоже хотел поговорить во сне с Маыми. Что бы он ему сказал? Но один раз, один единственный раз, он запомнил свой сон. Потому что там был Джей. Его любимый Джей-хён. Джей в окружении других участников, счастливый и улыбающийся. Джей, который, кажется, хорошо проводил время. Он шутил и общался со всеми, отвечал на вопросы, всё внимание было приковано к нему. В том числе и внимание Чонвона. Ему нравился этот сон до того момента, пока Сонхун не решил задать вопрос: — Кто твой любимый мембер? — спросил он Джея с улыбкой, слегка пиная друга ногой. Всё выглядело так естественно, что легко можно было счесть происходящее за правду. Все притихли, потому что им стало любопытно. Яну тоже было любопытно, но он хотел защитить своего хёна от этого вопроса, будто он был опасным. Но разве он был? — Да ладно тебе, Сонхун-хён, не заставляй его на это отвечать. Джей-хён смущается, — Чонвон хихикнул, придавая натуральности своим словам. В реальной жизни он бы сказал и поступил точно так же. — А почему бы и нет? Это же интересно. Я ставлю на Сону. Почему Сону? — А я думаю, что Хисын-хён. Не просто так они много лет дружат, — сказал Джейк, который сидел рядом с Сонхуном. Почему Хисын? — А может Ники? Джей-хён всегда в нём видит малыша и младшего брата, — предположил Сону. Почему Ники? Разве не должен он назвать.. — Да ладно вам, ребята, — тяжело вздохнув, удосужился ответить Джей, — Это правда глупо. Я не буду на это отвечать. Но ответ ведь прост. Чонвон хотел поклясться, что знал его. Он ожидал лишь одного имени с уст Пака. — Я вас всех люблю одинаково, — вместо этого сказал Джей, чем заслужил улюлюканья и похвалу со стороны ребят. Всех, кроме Чонвона. Его не устроил такой ответ. Он проснулся посреди ночи, будто от кошмара. Не в холодном поту и не со сбитым дыханием, но с неприятным осадком на сердце и с подвешенным вопросом в голове. Луна в небе, освещающая комнату, тихое сопение Сону, Ники и Сонхуна и часы на тумбочке напоминали Яну о том, что было не время для бодрствования. Но он не мог уснуть снова, не уняв своё любопытство. Тихо выползая из под одеяла, на носочках он подкрался к двери и выскользнул в коридор. Везде было темно, все уже давно спали. Стараясь не споткнуться, он наощупь нащупал ручку от двери в комнату Джея и Джейка. Настолько ли он обезумел? Настолько хотел получить желаемое? Да. Поэтому незапертая дверь легко поддалась и позволила Чонвону войти. Джейк на своей кровати спал в позе звёздочки, его волосы опять были в беспорядке, да и одеяло тоже. Ян тихо хихикнул, глядя на своего милого хёна. На соседней койке лежал Джей: на боку и в более скованной позе, как всегда с повязкой для глаз на лице. Чонвон аккуратно закрыл дверь и прошмыгнул вглубь комнаты. Он сел на край кровати Джея и лишь чуть-чуть позволил себе полюбоваться старшим. Он даже во сне выглядел красиво: прямой нос, острая челюсть, приоткрытые губы, выступающий на шее кадык.. Всё такое же идеальное, как и днём. — Джей-хён, — прошептал Чонвон, слегка покачивая Пака в попытке разбудить. Но тщетно, — Джей-хён, — он попробовал ещё раз, но громче. Реакции ноль, потому что Джея всегда было трудно будить. Он спал очень крепко. Но нет такой задачи, которую Чонвон бы не решил. Он придумал самый странный план, но его мозг тоже отчасти ещё спал, так что кто его осудит? Придвинувшись ближе, он наклонился над лицом Пака, сложил губы трубочкой и подул в ухо своего хёна. Джей дёрнулся и причмокнул губами, брови сошлись ближе к переносице. Это уже больше похоже на пробуждение, поэтому Чонвон не остановился. Он укусил краешек этого же уха, не сильно, но ощутимо. По шее Пака побежали мурашки, он завозился на кровати и поднял руку, чтобы снять маску с глаз. Проснулся. Чонвон выпрямился так быстро, как только смог, чтобы потом встретиться с сощуренными глазами Джея, которые пытались отличить очертания своего донсэна в темноте. Он выглядел смущённым, но не злым: — Чонвон? Ты что делаешь? — тихо спросил он всё ещё хриплым ото сна голосом. — Бужу тебя, — Ян пожал плечами, будто происходящее было обычным делом, — Можно у тебя кое-что спросить? — Сейчас? — Джей повернул голову на часы, пытаясь разглядеть время, — Это не может подождать до утра? — Нет. Пак видел, как серьёзно настроен был младший. И он никогда не мог ему сопротивляться. Даже сейчас, когда парень без зазрения совести разбудил его только ради ответа на какой-то вопрос. — Кто твой любимый мембер? — Чонвон прикусил губу и сжал ткань своих пижамных штанов. Сейчас, почему-то, он начал чувствовать себя глупо. — Что? Почему вдруг ты это решил узнать? — Джей потёр глаза, всё ещё отходя от дремоты. Его голова соображала с трудом. — Просто ответь. Я не уйду, пока не узнаю, — Ян повернулся к Паку всем телом. Он изучал любое изменение настроения на его лице. — Ну.. — старший вздохнул, — Я думаю.. ты? Хотя я не уверен в том, насколько правильно в нашем случае вообще так выбирать. Вот он. Ответ, который вызвал в душе Чонвона трепет и удовлетворение. Несмотря на ползущую на лице улыбку, покрасневшие щёки и быстро бьющееся сердце, Ян пытался не выдавать свою взволнованность. — Вот как. Ну, спасибо, Джей-хён, — его голос слегка дрожал. От счастья, конечно. — И это всё? Ты серьёзно меня разбудил только ради этого? — с ноткой разочарования спросил Джей. Это было не страшно, он всё равно никогда не мог всерьёз злиться на Чонвона. — Да, — легко ответил младший, — Можешь снова ложиться спать. Пак цыкнул и надел обратно маску на глаза. Он отвернулся лицом к стене и устроился в позу поудобнее, бубня себе под нос. Чонвон лишь отрывками услышал что-то по типу «как будто это не было очевидно» со стороны Джея, но это уже не было важным. Важной была лишь та информация, которую получил Ян. С мягкой улыбкой он покинул комнату и вернулся в свою. Теперь он мог спокойно уснуть, не мучаемый вопросами. Конечно, он был любимчиком Джея. Как он мог усомниться в этом из-за какого-то групого сна? Вот почему он злится. С какого перепугу Чонсон всегда с Хисыном и выбирает его? Любимчиком всегда был, есть и будет Чонвон, будь то другая вселенная или следующая жизнь - это Джей и Чонвон. Больше никто. Может, Ян и эгоист, раз хочет целиком и полностью всё внимание своего хёна, но разве это плохо? Разве не все мы эгоистичны, когда дело доходит до самых дорогих нам людей? Чонвон отстраняется от холодного окна в машине и старается отогнать мысли прочь. Он не поможет их затруднительному положению, если без конца будет думать только о Джее и скучать по нему, но он не может смотреть на Чонсона и не вспоминать своего Пака, просто не может. Ян поворачивает голову, оглядывая салон автомобиля. Хисын и Джейк сидят спереди, с большой вероятностью старший из них спит. Чонсон занимает соседнее место с Чонвоном по инициативе последнего. Чонсон всю дорогу смотрит в окно, изучая незнакомые улицы, дороги, магазины и дома. Для него большинство сооружений кажутся странными: форма причудливая, расположение непонятное, внешний вид не броский. Будто здесь люди не пытаются похвастаться своим достатком, украшая дом снаружи и внутри: ни богатых различными видами цветов и фруктов садов, ни резных ставней и узоров на стенах. Все будто равны. Они доезжают до библиотеки, и вот она выглядит действительно величественно: большое как в высоту, так и в ширину серое здание с огромными панорамными окнами действительно завораживает. Больше всего Чонсону понравилась выгнутая крыша. Он пытался понять, как местные архитекторы спланировали что-то настолько захватывающее дух. Неужели правда без магии? Как-то слабо верится. Чонвон выползает из машины следом за Чонсоном. Он, не спрашивая, напяливает на старшего кепку и черную маску. Они приехали в очень людное место, где их, с большой вероятностью, могут узнать. Лучше перестраховаться. Менеджер сопровождает их повсюду в целях безопасности. Он же помогает им найти стойку администратора, чтобы знающие люди подсказали, как найти нужные книги. Но шанс того, что их правильно поймут здесь, очень мал. — Здравствуйте! Вы ищите что-то конкретное? Чем я могу вам помочь? — спрашивает миловидная девушка за стойкой с приветливой улыбкой. Все поворачиваются на Чонсона, потому что он, очевидно, единственный, кто понимает, что они ищут. Пак прочищает горло и делает несколько шагов вперёд. Он подходит вплотную к администратору, упирается локтями в гладкую поверхность стойки и наклоняется, будто собираясь рассказать что-то секретное: — Нам нужны книги про магию. Про проклятия, про заклинания, про параллельные миры, про смену душ.. — он говорит шепотом, но звучит настойчиво, — В общем, всё в этом стиле. Администратор сначала хлопает глазами с удивлённым выражением лица, а потом задумывается. Кажется, что все сотни тысяч книг их библиотеки проносятся перед её глазами в поисках нужной. С громким «Ах, я поняла!» она садится за рабочий компьютер. — Вы, наверное, ищите книги в жанре «фантастика»? Или с попаданчеством? — девушка ловко стучит пальцами по клавишам клавиатуры, чтобы открыть каталог. Чонсон не совсем понимает, что она имеет ввиду, поэтому оборачивается на остальных. Джейк с громким вздохом подходит к нему: — Нет, мы ищем не совсем это. Скорее.. какие-то сборники? Списки? Или научное подтверждение того, что, например, параллельные вселенные могут существовать. Щёлканье компьютерной мышкой прекращается, девушка-администратор снова смотрит на них так же, как и при первом вопросе. Со стороны её поведение может показаться забавным, особенно когда снова после небольшой «загрузки» она вводит новые фильтры на сайте библиотеки. — Я выпишу вам, в каких отделах вы сможете найти что-то, что может вам подойти. Берите нужные книги, но не уходите с ними за пределы библиотеки без разрешения администрации, это карается штрафом. Чонсон и Джейк одновременно кивают. Им в руки дают небольшой листок с буквами и цифрами, которые обозначают определённые секции, отделы и стеллажи. — Я думаю, будет быстрее, если мы разделимся, — Джейк рвёт листочек на три части, — Давайте возьмём всё, что может подойти, а затем встретимся за тем столиком, — он кивает в сторону небольшого стола у панорамного окна. — Чонсон пойдёт со мной, — заранее предупреждает Чонвон, хватая из рук Джейка один из оторванных кусочков. Второй рукой он хватает Пака за рукав кофты, — Тогда Джейк-хён и Хисын-хён пойдут вместе.. — он натягивает улыбку, которую всё равно не видно под маской, смотря на ещё одного мужчину в их компании, который выполняет скорее работу их няньки, нежели свою настоящую, — И я надеюсь, что Менеджер-ним тоже нам поможет в этом непростом деле? Менеджер вздыхает и устало кивает, забирая у Джейка второй кусок. Не желая больше тратить время, они расходятся по разным сторонам огромной библиотеки. И внутри она выглядит даже восхитительнее, чем снаружи. Чонсон сразу вспоминает библиотеку своего родного замка: такие же высокие потолки, большие окна, столики и, конечно же, огромное множество шкафов с книгами. Но тут всё обустроено ещё масштабнее. Даже коридоры между большими секциями заставлены книгами. А как доставать те, что расположены на полках под самым потолком? — А как нам в случае чего добраться до верхних полок, интересно? — озвучивает его вопрос Чонвон. Они дошли до первого и, на удивление, небольшого шкафа. — Я не знаю. Вы живёте в мире с такой библиотекой, а не я. У меня есть только идея с длинной-длинной лестницей, — Чонсон хмыкает. Он пробегается глазами по корешкам книг. Ян рядом с ним хихикает. Он хихикает. Ему понравилось то, что сказал Чонсон. Кажется, это первый раз, когда он испытывает положительную эмоцию рядом с ним. Пак лишь на секунду обращает внимание на мальчика справа и лишь мельком замечает под маской его щёчки. Мило, но не более того. Нет. Чонвон берёт с полки одну из книг, которая внешне его заинтересовала, и читает название: — «Сборник всех заклинаний из Гарри Поттера»? Они серьёзно? — он вновь коротко смеётся и убирает вещь на место. — Почему ты её убрал? — интересуется Чонсон, листая другую книжку в своих руках. — Это был просто список выдуманной магии из литературного произведения. Навряд ли он нам чем-то поможет. Пак согласно мычит, и, молча взяв пару подходящих книг, они идут в следующую секцию. Чонвон немного переживал, что их могли узнать в таком людном месте, пусть они и скрывали лица, но все здесь в основном занимались учёбой или являлись туристами, которым интересна сама библиотека, а не несколько затесавшихся здесь айдолов. Радовало, что хоть где-то они могут чувствовать себя спокойно и заниматься конкретным делом. Всё время, пока они ходят и собирают материалы, Чонвон наблюдает за Чонсоном. Пусть внешне они и одинаковые с Джеем, но манеры поведения у них совершенно разные. Чонсон просто.. статный? Манерный? Он ходит уверенно и не горбится, движения его рук чёткие, глаза никогда не смотрят в пол. Это не Джей с его временами забавной походкой, милой неуклюжестью и корявым почерком. Но все эти качества же, на самом деле, и делают Джея таким очаровательным. По крайней мере, для Чонвона. С момента появления Чонсона, Ян также не видел даже намёка на улыбку на лице своего хёна. Чонвон очень скучает по ней. И по смеху. И по прищуренным глазам. По всему, что связано с Джеем. Другими словами, теперь Чонвон правда видит в них двух разных людей. Хоть и не ясно, чем это вызвано, он хочет вернуть всё назад. Даже если в этом замешана магия или, как один раз предположил Джейк, биполярное расстройство, хотя оно не объясняет смену цвета глаз. Поэтому, в какой-то степени, в магию поверить даже легче. Со стопками книг в руках они приходят к тому самому столику, на который положили глаз ранее. Менеджер, Хисын и Джейк уже ждали их там. Стол оказался почти полностью заставлен книгами. — Давайте прочитаем здесь всё, что осилим, а остальное возьмём домой, — предлагает Чонвон и садится рядом с менеджером. Чонсон, на удивление, садится на соседний стул, а не к Хисыну. Каждый берёт по книге, начиная поиски информации. Конечно, все страницы досконально никто читать не собирается, парни в основном цепляются за выделенные слова, темы, определения или названия глав. Умом Чонвон понимает, что все их труды сегодня могут ничего и не дать. Как будто вся ситуация продолжает звучать и выглядеть сюрреалистично: они не в фильме и не в сказке, чтобы взять и случайно найти в какой-то книге решение их проблемы. Все остальные, кроме Чонсона, кажется, настроены так же скептично. Чонвон чувствует напряжённость менеджера, который, с большой вероятностью, хочет поручить их дело профессионалам или отправить Чонсона на ещё одно обследование. Но Чонвон этого не хочет. Даже если книги ничего им не дадут, они будут пытаться помочь Чонсону сами. Он считает, что так будет правильнее. — Ты очень громко думаешь, Чонвон, — говорит Чонсон тихо, чтобы не отвлекать других. — Я просто боюсь, что это тоже не даст результата.. Что нам тогда останется? — на той же громкости отвечает младший. Пак хмыкает и перелистывает страницу. Он выглядит куда более собранным и спокойным: — Я попал в другой мир и не могу отсюда выбраться. Думаю, это я должен бояться, а не ты, — в его голосе проскальзывает намёк на шутку. Чонвон дует губы под маской из-за его слов. — Но ты что-то не выглядишь напуганным. — О, я очень напуган, — честно признаётся Чонсон, — Моё королевство осталось без правителя накануне важной свадьбы, я не знаю, кто сейчас там у престола и что происходит с моей землёй и поданными. Но я не могу показать свой страх, потому что меня так воспитали. Чонвон опускает голову и прикусывает щеку изнутри. Стало как-то даже стыдно, что он не обдумал свои слова заранее. — Но я понимаю, почему тебе тоже страшно, — продолжает старший, — Джей.. важный человек для тебя. И у меня есть другие идеи на случай, если сегодня мы ничего не найдём. Вопрос только в том, веришь ли ты мне и согласишься ли помогать. Ян размышляет над его словами. Тяжело сглатывает неприятный ком в горле. Почти до крови издевается над бедными кутикулами на пальцах. Он вновь смотрит на лицо Чонсона: на такие родные черты и совершенно чужие глаза. — Я верю. И я помогу, — Чонвон кивает. Больше, наверное, чтобы убедить себя, чем собеседника, — Я хочу вернуть Джей-хёна домой.