The Mirror Of Hope

Следующий день Джея вновь начинается с Хисына рано-рано утром. Советник буквально вытаскивает его из тёплой постели, отдаёт на «растерзание» служанкам, чтобы те привели Пака в надлежащий вид, и ведёт за собой в неизвестном направлении. Потом, правда, оказалось, что в библиотеку: в просторную, большую комнату. Из высоких окон поступают яркие солнечные лучи, они греют и навевают какой-то уют, освещают всё помещение, давая возможность разглядеть бесчисленное количество книг на полках. Некоторые названия на корешках золотом переливаются под тёплым светом, а цветы в больших горшках, стоящие на полу, тянутся своими бутонами к солнцу, полностью открываясь ему и впитывая жизненно важную для себя энергию. Джей бы так и продолжил любоваться интересной комнатой, если бы не лёгкий толчок в спину. — Ваше Величество, пожалуйста, сядьте за стол, — вежливо просит Хисын, и Пак наконец замечает посередине продолговатый, деревянный стол. — Зачем мы пришли сюда? — Джей садится на один из стульев, а сам наблюдает за Ли, который начинает ходить по всей библиотеке и брать с разных шкафов по книге. Он внимательно рассматривает каждое название и если видит, по его мнению, что-то нужное, - складывает в одну внушительную стопку в руках. Через пару минут штук восемь толстых книг ставят на стол прямо у Джея под носом, да ещё и с таким хлопком, что некоторый слой пыли с обложек встаёт столбом. — Это, мой Король, минимум того, что Вы должны знать до приезда Его Высочества - северного Принца. Здесь несколько томов истории нашего Королевства, его Королевства, наши традиции, их традиции.. — начинает монотонно перечислять Хисын, а глаза Пака с каждым сказанным словом округляются всё сильнее. Он определяет примерный размер одного такого «учебника» и приходит к выводу, что в каждом, скорее всего, не меньше девятисот страниц. — Погоди-погоди-погоди! — тараторит Джей и машет руками, напуганный и взволнованный, — Разве ты не говорил, что свадьба скоро? Сколько у меня времени, чтобы всё это осилить? Два месяца? — Два дня, — спокойно отвечает Ли. — Два дня?! Пак ударяется головой об стол, не веря в происходящее. За кого Хисын его принимает? Разве они с Сонхуном не пообещали, что всё, что Джею нужно будет делать - это «притворяться», а остальную работу возьмут советник и рыцарь? — Ты же понимаешь, что это невозможно? — еле внятно бубнит Пак, всё ещё прижимаясь щекой к столу, — Мало того, что я не успею дочитать, так ещё и не подготовлюсь ко всему остальному. Ли тяжело вздыхает, садясь напротив парня, и потирает пальцами подбородок, явно задумавшись над словами собеседника. Времени у них было катастрофически мало, а дел - по горло. — Вы, безусловно, правы, но в нашем случае придётся чем-то жертвовать. Без всех этих знаний, — советник постукивает пальцем по обложке одной из книг, — Вы не сможете правильно поддержать разговор не только с Принцем, но и со всей остальной знатью, что будет на празднике. Это быстро раскроет наше и без того невыгодное положение. Джей нехотя признаёт тот факт, что доля логики в словах Хисына есть, поэтому выпрямляется и лениво открывает первую книгу. На самом деле, ему тоже было немного любопытно узнать больше о месте, в котором он находится, и о родине своей будущей.. второй половинки. Пак принимается за чтение, радуясь тому, что хотя бы иероглифы в этом мире полностью соответствуют корейским. Слог тяжелый, непривычный, но содержание кажется увлекательным. Истоки каждого Королевства начинаются с жизни неких «Всевышних», или же древних Божеств - как и многие другие мифологии. Это была совершенно новая теория сотворения всего сущего, что не могло не «окунуть» Джея в учебник полностью. Главными основателями Юга, например, были: Бог огня и отважности, Бог Солнца и гордости, а также Богиня плодородия и усердия. Они, определённо, олицетворяли не только сами земли, но и присваивали каждому жителю Королевства отличительные от других стран черты характера. Через несколько страниц Джей и не замечает, как вслух начинает зачитывать ту же историю, но в виде стихотворения: «Всевышние Солнца, огня, плодородия, День ото дня трудясь до бессилия, Мешали друг другу, ломая души и кости, Земли делили, сгорая от злости. Не хотели они любви, примирения, Предпочитая миру - конфликт и призрение. Упёртые были, как три старых барана, Не замечали, как новые раны, Губят их землю, кусок за куском, Сушат их почву, но о мире людском, Мечтала усердия Богиня. Решила она, что народ ей дороже - Семьи, хозяйство, уютное ложе, Сады из цветов и скот всех скотов, Здоровая пища, вино всех сортов. Но одна не сможет она справиться с этим, Теперь уж хрупкие плечи трескает ветер, Сил не осталось в полном могущества теле, Но не только её «крылья» вновь не летели. Некогда яростный, грубый Огонь, Держался как мог. Неутолимая боль Мешала и ныла, просила уйти, Но не из рук или ног, а из груди, Из сердца, из страсти, что когда-то в нём жгла Плодородия и усердия Богиня. Помочь ей решил в задуманном деле Отважности Бог, чтоб в новом уделе Правили двое - влюблённая пара, Что счастья и света Югу желала. Но свет невозможен без третьего Бога - Солнца и гордости, пришёл на подмогу С условием таким: Богиня обязана дать им дитя, Лучика Солнца, но с силой огня, С чистой душой и сердцем отважным, Надеждою Юга он станет однажды. Согласилась она, но появились в итоге - Два близнеца, убитые горем, Родители не приняли слабого Лучика, Оставив на троне другого, «колючего» В плане характера, но сильного юношу, Что очами красными вселял всем уверенность И не перенял у Лучика бережность. С тех пор красноглазые правят на троне, Потомки огня - с крепчайшею волей, А маленький Лучик, отвергнутый каждым, Ещё снова появится, не единожды - дважды.» — Воу.. — выдыхает Пак, приходя в себя. Настолько проникнувшись старыми записями, он перестал обращать внимание на рядом сидящего Хисына, что с нежной улыбкой слушал Пака. Советник всей душой любил историю создания их Королевства, хоть она и была, в каком-то плане, жестокой. — А Вы не хотели читать, Ваше Величество, — хихикает Ли. Джей, ещё больше заинтересованный, поднимает на собеседника взгляд. — Что стало с Богом Солнца? Разве можно считать их сделку завершённой? Хисын, довольный, пожимает плечами, а сам кивает в сторону окон. — Солнце на Юге - самое тёплое и яркое. У Бога гордости было условие, чтобы Богиня родила наследника - она сделала это. Первый правитель пусть и был во всём похож на Бога огня, он был и ребёнком Солнца тоже. Джей понимающе хмыкает и откидывается спиной на спинку стула: — Я так понимаю, любые виды любви разрешены в Южном Королевстве? И однополые, и полиаморные, раз уж у Всевышних общие дети. Улыбка Ли становится ещё шире, его глаза буквально сияют. Паку очень непривычно видеть его таким, учитывая, что советник вёл себя максимально сдержанно до этого. — Разве это не чудесно, Ваше Величество? Любовь - такая многогранная и доступная. Пока все в отношениях счастливы - разве этого не достаточно? В мире Джея всё совершенно иначе, поэтому он не может дать Хисыну сиюминутный ответ. Да, самому Паку нравились далеко не девушки, как обычно принято в родной Вселенной, но семья принимала его - этого, как он думал, было достаточно. Каково же ощущать, что тут вообще никто не вправе осудить тебя? Мечта - не иначе. Джей решает увести тему. — Почему ты вновь начал обращаться ко мне на «Вы»? Знаешь же, что я не Король на самом деле. Настроение Ли меняется на прежнее, он прочищает горло и садится прямее: — Чтобы всегда придерживаться образа. Говорить неформально, когда у всех стен есть уши - непредусмотрительно с нашей стороны, — Хисын отводит взгляд, а сам сжимает одно из своих запястий в другой ладони. Джею кажется, что на душе у советника тоже не радуга и цветочные поляны, а бушующая буря, которую он скрывает. — Ты скучаешь по нему - это нормально. Я тоже скучаю по дому, невыносимо сильно, — Пак пытается поддержать, но Ли только хмурится и отмахивается. Упоминания о настоящем Короле, кажется, нагоняли на него тоску. — Ваше Величество, не отвлекайтесь от чтения. Джей вздыхает, вновь утыкаясь в книгу. С появлением людей в этом мире, оказывается, почти сразу родились и представители тёмной магии - ведьмы, заклинатели и многие другие. Пак сразу же вспоминает о Джеюне. — Хисын, — зовёт Джей советника, что снова притих. Парень поднимает на него голову, — Расскажи мне что-нибудь, пока я читаю. — Разве это не будет отвлекать? — Ли хмурится. — Дома я всегда слушаю музыку, пока сижу с книгой. У нас много кто так делает, поэтому всё будет хорошо. Буду получать информацию сразу с двух источников, — Пак коротко смеётся, а Хисын закатывает глаза, но тоже слегка улыбается. — О чём Вы хотели бы знать? Джей задумывается, пытаясь сформулировать хотя бы один из тысячи вопросов. Их было так много, но начинает он с самого для него интересного: — Почему у Сонхуна такого цвета волосы? У Ли округляются глаза от удивления, а затем он громко хохочет, прикрывая глаза рукой и полностью расслабляясь. Атмосфера в библиотеке быстро сменяется на беззаботную и более расслабленную. Парни, может, и с разных миров, но им всё ещё комфортно вместе. — Из всего, что Вы могли спросить, волосы - это наиболее удивительное? — вытирая слезинки с уголков глаз, Хисын немного приходит в себя. Пак выглядит непоколебимым, поэтому советнику ничего не остаётся, кроме как рассказать, — Они не всегда у него были такие. На самом деле, это связано напрямую с Господином Шим Джеюном. Но это очень долгая история.. — Ли выглядит неуверенным в том, стоит ему продолжать или нет. Джей кивает, спокойно перелистывая страницу книги. — Очевидно, что в книгах у меня история куда длиннее. Я весь во внимание. — Ну, хорошо..

Примерно пятнадцать лет назад.

Королевство Севера - могущественный, холодный и грубый народ, привыкший к вечной мерзлоте, борьбе за еду, за тепло, за жизнь. Они не знают любви, глубоких моральных ценностей; не стремятся к счастью, не боятся смерти. Они дети Богини Луны и бесчувствия, Богини льда и кровожадности. Пак Сонхуну пятнадцать и он - северянин. Такой же безэмоциональный, закрытый и не имеющий мечты - прямо как его Королевство. Он выходец из многоуважаемого дворянского рода, который поколениями так или иначе служил правящей семье. Когда принцесса-наследница подрастёт, Сонхун так же будет помогать ей и её мужу или жене. Ведь так и должно быть, да? Пак Сонхуну пятнадцать - почти шестнадцать, когда на границе начинается война с Западом. Когда его родина решает, что она достаточно всемогуща, чтобы напасть на соседнее Королевство и начать отбирать её земли. Когда их Великий Король решает, что призывать всех юношей с шестнадцати лет для помощи армии на фронт - это правильно. Когда родители Сонхуна решают, что не готовы так рано терять своего сына. Он помнит слёзы матери и младшей сестры, опечаленный взгляд отца, когда они отправляли надежду своей семьи вместе с другими беглецами в повозке на Юг, лишь бы уберечь от неминуемой гибели. И даже тогда Сонхун не испытывал страха, лишь стыд: за то, что оставил единственное, что у него было; за то, что никого не смог защитить и спасти. Потрёпанным, уставшим и грязным Сонхун прибывает в Королевство Солнца. Один. Все остальные парни погибли в дороге, не выдержав опасных животных, обстрела и нападений диких племён и западных войск, голода и обморожения. Но Сонхун выжил, прибыв к границе Южного Королевства верхом на лошади и с повозкой с трупами за спиной. — Кто ты, мальчик? Откуда едешь? — спросил его стражник, охраняющий большие ворота, — Что везёшь с собой? — Я с Королевства Севера. Пожалуйста, похороните моих павших братьев, — чётко произнёс Сонхун, а затем упал с лошади в голодном обмороке. «Я сделал это, мама, папа, Йеджи. Я доехал до Юга.» Пак Сонхуну шестнадцать, когда он проходит отбор в академию рыцарей при королевском дворе. Ему требовалось всего-ничего по времени, чтобы прийти в форму после побега из дома. После этого ему выделили койку в юношеской казарме, выдали одежду и назначали встречу с тогдашним предводителем армии. — С твоей выносливостью, силой и упорством - ты далеко пойдёшь, парень. Пока что ты - маленький огонёк, но с талантом и стимулом, который может стать сильным и пугающим пламенем. Мы обеспечим тебя всем необходимым для жизни, а ты вступай в академию и начинай всё с чистого листа, как будущий рыцарь. Согласен? — Согласен, сир. — Как тебя зовут-то, кстати? — Пак Сонхун, сир. — Добро пожаловать в Южное Королевство, Сонхун. Сонхун, выбравшийся изо льда, - на самом деле пламя. У Сонхуна без мечты на самом деле есть стимул Пак Сонхуну семнадцать, когда он становится лучшим в академии среди своих сверстников. Война Севера и Запада продолжается, у парня нет возможности отправить письмо своей семье. На Юге вспыхивает ужаснейшая болезнь, которая доходит даже до дворца. Королева погибает, у власти остаётся только Король с десятилетним сыном на руках - принцем Чонсоном. Будущему Королю нужна будет личная охрана, Сонхуна рассматривают как одного из кандидатов. Он без проблем проходит все «этапы» некого экзамена, будь то устный зачёт по всей истории Юга и его правителей, или дуэль с другими кандидатами. Среди всех этих мужчин и женщин были не только ученики академии, но и доблестные рыцари королевской армии. Но Сонхун, даже будучи подростком, обошёл их всех. Таков его путь. Под конец «отбора» остаётся лишь пятеро человек, и последний вердикт, по какой-то причине, выносит не Его Величество, и даже не Его Высочество - умный не по годам ребёнок, а некое «доверенное лицо». Каким влиянием должен обладать этот человек, если его выбору доверяет даже королевская семья? Сонхуну остаётся лишь догадываться, но он знает имя этого человека - Шим Джеюн. Господин Шим Джеюн.. просто возьмёт и решит его судьбу. Такие были условия. — Секундочку, ты правда не знаешь про династию Шим? — спрашивает Пака один из его соседей в казарме, не скрывая искреннего удивления. Сонхун только пожимает плечами, не отвлекаясь от своего дела - протирания меча от грязи. — Я знаю о Юге только то, что прочёл в книгах и учебниках. Я ещё не настолько долго тут живу, чтобы выучить все дворянские семьи, — безучастно отвечает Сонхун. Подслушав их разговор, несколько парней из их общей комнаты тоже подходят, чтобы вставить своё слово. Пака это не может не бесить. — Ох, Сонхун, они - не просто очередная дворянская семья, а надежда и опора всего Королевства! Уже несколько веков, из поколения в поколение, они помогают правящим Королям, — продолжает его сосед. — И чем же? Парни, столпившиеся вокруг, ахают в унисон: — Они - ведьмы! Всемогущие, опасные и умные. Иметь такого помощника рядом с собой, находясь на троне, - очень выгодно. Ведьмы? Разве это не должно быть чем-то плохим? Сонхун не припомнит, чтобы на Севере рядом с королевской семьёй сидели подобные «помощники», а с той знатью он общался много. Интересно, все ли из них всё ещё живы? — Значит, ведьмак выберет по каким-то своим магическим критериям человека на роль охраны принца? Какие у него методы? — Пак откладывает любимое оружие, уже больше заинтересованный в разговоре. — Никто не знает, — отвечает другой юноша, — Но увидеть Шим Джеюна вблизи.. Это уже подвиг. Говорят, что он безумно красив. — Да-да, и молод! Ему всего девятнадцать! — с восхищённой улыбкой на лице, третий парень прикладывает руку к сердцу, — Интересно, привлекают ли его мужчины? Дальше Сонхун не слушает. Сплетни и разговоры влюблённых подростков его совершенно не интересовали. Для него Господин Шим - это просто «судья», на которого нужно произвести впечатление. На следующее утро всех кандидатов выводят на улицу, ставят в одну линию и приказывают ждать ведьмака. Сонхун всё же чувствует некое предвкушение, касательно этой встречи: то ли любопытно узнать, как именно будет проходить оценивание, то ли хочется посмотреть на человека, который «держит» в своих руках всё Королевство. Хотя оба варианта верны. Шим Джеюн появляется вовремя, привлекая всё внимание к своей персоне. Он идёт быстро, уверенными и широкими шагами; его чёрный плащ эффектно развивается на ветру, но лицо закрыто капюшоном. По бокам от него двое человек из охраны, но ведьмак не выглядит так, будто сильно нуждается в них. Сонхун встаёт ровно по струнке, не решаясь даже вдоха неверного сделать перед приближающимся парнем. Вблизи Джеюн выглядит тоже довольно устрашающе, хоть он и не высок ростом. Шим снимает капюшон перед рыцарями и будущими рыцарями, осматривая досконально всех пятерых. У Пака перехватывает дыхание, когда тёмные как ночь глаза обращают на него внимание. Ведьмак и правда невероятно красив - парни в казарме не врали, но осознание этого факта пугает Сонхуна. Внешность - это, обычно, не то, на что он обращает внимание в людях. Почувствовав, кажется, изменившийся настрой Пака, Джеюн подходит к нему первым. — Дай мне свою руку, — просит Шим, первым делом открывая свою ладонь, что покрыта перчаткой. Сонхун сглатывает и немного хмурит брови, неуверенный. Он делает, как было велено, после чего ведьмак сжимает его запястье и ладонь двумя руками и опять смотрит в глаза. Пак чувствует, как тепло разливается по всему его телу, как во взгляде теряется чёткость, а у висков и затылка головы начинается неприятная пульсация. Джеюн будто пытается влезть к нему в голову, изучить всё тело и пробраться к сердцу - к душе. Когда Сонхун ощущает, что он в шаге от обморока, ведьмак отстраняется, а сам Пак слегка пошатывается. — Этот, — коротко говорит Шим. Шок застывает на лице у стоящих вокруг людей - они явно не ожидали такого расклада. — Н-но, Господин Шим, Вы же не оценили остальных! — протестует один из стражников, на что Джеюн очень недовольно хмурится. — Этот. Я сказал, что выбираю этого парня, — ещё раз поясняет он, — Оспоряя моё решение - вы оспоряете решение Его Величества, так что подумайте ещё раз, стоит ли это делать. Больше никто и вякнуть не смел, в том числе и Сонхун. Он не мог перестать смотреть на уверенного в себе ведьмака до тех самых пор, пока тень его не скрылась далеко из виду. И даже потом: перед сном, на следующий день, через неделю после окончательного решения, Пак не выбрасывал из своей головы Шим Джеюна. Сонхун начал желать их новой встречи. И не успевает ему стукнуть восемнадцати, как в лице уже рыцаря - самого настоящего, Пак даёт клятву в верности Королю, Принцу и Королевству. Ему выделяют отдельную комнату, дарят новые доспехи и меч, а предводитель армии - тот самый, что предложил Сонхуну вступить в академию, с гордостью пожимает младшему руку и по-отцовски хлопает по плечу. В этот день Пак вновь думает о своей семье и желает в скором времени написать им письмо, но не от лица ученика и ребёнка, а от лица личной охраны наследного Принца. Юный Чонсон принимает его с улыбкой - как какого-то нового друга, сверкая своими красными очами. Сонхуну кажется, что он найдёт общий язык с этим мальчиком. Даже с тем фактом, что малыш не так давно потерял мать, он остаётся сильным, упёртым и жизнерадостным. — Я рад, что Джеюн выбрал тебя, — говорит своему рыцарю Принц, пока они оба находятся в библиотеке: Чонсон делает свою домашнюю работу, а Сонхун верно его охраняет. — Почему же, Ваше Высочество? — интересуется Пак. — Потому что ты правда хороший. Не очень общительный, но хороший, — честно отвечает мальчик. Сонхун слегка улыбается и хмыкает, — Джеюн много мне про тебя рассказывал, пока ты проходил подготовку. Сердце Пака делает небольшой кульбит от слов будущего правителя. С ведьмаком они виделись первый и последний раз в день окончательного отбора, поэтому рыцарю стало интересно, что о нём могли сказать «многого». — Неужели? И что же Господин Шим Вам сказал? Чонсон ахает, прикрывая своими маленькими детскими ладошками рот, осознавая, что он только что ляпнул. Очевидно, что он только что разболтал секрет. Мальчик смотрит на Сонхуна умоляющими глазками, как у котёнка: — Обещай не говорить ему, что я тебе рассказал. Старший хихикает, умиляясь поведению Принца. — Обещаю, Ваше Высочество. Мы всё равно с ним не пересекаемся. Так что вы обсуждали, касательно меня? — Не скажу! Принц прячет своё лицо в книге, чтобы не пересекаться с глазами рыцаря. Сонхун вздыхает, не смея больше давить на Чонсона. Тем не менее, судьба всё равно сводит Пака с Джеюном буквально через пару дней после разговора с Принцем. Сонхун сторожит покои Чонсона поздним вечером, а Шим возвращается после долгой конференции с Его Величеством. — Господин Шим! — окрикивает рыцарь ведьмака, как только тёмная макушка появляется в зоне его видимости, — Почему Вы во дворце в столь поздний час? Джеюн поднимает голову, услышав голос юноши. Его выражение лица из хмурого и задумчивого превращается в более расслабленное: — Могу задать Вам тот же вопрос, сир Сонхун, — говорит Шим, а его губы растягиваются в мягкой улыбке, — Разве на ночь Вас не сменяют другие стражники? Пак немного мнётся, не желая «ударить в грязь лицом» - всё же это первый их нормальный разговор с Джеюном. Он аккуратно подбирает слова. — Всё верно, они должны прийти в скором времени, после чего я последую примеру Принца и пойду отдыхать, — Сонхун тоже слегка улыбается, — Так почему Вы здесь? Уводя взгляд, ведьмак вздыхает. Рыцарь наблюдает за каждым малейшим изменением в настроении собеседника, не смея отвернуться. — Этот разговор не совсем подходит для случайной встречи в коридоре дворца.. Не желаете уединиться в беседке в саду после того, как будете свободы? Там нет лишних «ушей», — тёмные глаза вновь смотрят на Сонхуна, но теперь как-то иначе. Спустя пару секунд до Пака доходит, да так, что розовый румянец начинает покрывать щёки. Господин Шим Джеюн с ним кокетничает. — Конечно, — младший расправляет плечи, чтобы выглядеть увереннее, — Приду сразу же, как сдам пост. И они встречаются в беседке всего лишь через каких-то двадцать минут. Полуофициальная беседа постепенно переходит во что-то более личное: ведьмак рассказывает Сонхуну больше о себе, о Юге и о том, какой тяжелой ношей является наличие магии внутри человека. Пак внимает его словам, совершенно не обращая внимания на то, что на горизонте медленно, но верно встаёт солнце. Пак Сонхуну наконец восемнадцать, когда.. — Погоди секунду! — Джей прерывает повествование, явно негодуя. Книга по истории, уже давно забывая, просто лежит открытой на столе, — Ты не расскажешь мне о том, что они обсуждали? Хисын тяжело вздыхает, сжимая пальцами переносицу: — Не кажется ли Вам, что я и без того очень подробно рассказываю? Я не знаю в деталях их разговор, всё таки это личное.. «Король» цокает и надувает губы. Он немного сползает вниз на своём стуле, не желая мириться с таким положением дел. — Ты сам начал мне пересказывать всю биографию Сонхуна вместо того, чтобы просто ответить на вопрос, а теперь опускаешь такие важные детали. Это не очень честно, Хисын. — Дальше будут детали ещё интереснее, так что можете просто спокойно слушать, — Ли снова открывает рот, чтобы продолжить, как Джей опять вставляет своё слово. — Кстати, пока ты и я здесь, кто следит за замком? У советника начинает дёргаться глаз, он прожигает Пака глазами, после чего отвечает: — Главный герой сегодняшнего дня - Сонхун. У него есть на это полномочия. Хотите узнать, как он их получил? — Джей задумывается над словами Хисына, после чего кивает и, наконец, даёт Ли продолжить. Пак Сонхуну восемнадцать.. Входная дверь в библиотеку громко открывается, заставляя обоих парней дёрнуться и обернуться на шум. Хисын недовольно вздыхает, а Джей счастливо улыбается. — Ники! — радостно выкрикивает он. Нишимура в этом мире всё такой же высокий, да и красивый; с тёмными волосами и в доспехах, похожих на те, что носит Сонхун. Джей делает вывод, что младший тоже рыцарь. — Не знаю, что это за прозвище, Ваше Величество, но мне нравится! — Ники тоже улыбается - открыто и искренне, а затем кланяется, — Но для начала - добрый день. И Вам тоже, Ваше Превосходительство, — он удостаивает и Хисына почётным кивком, но советник не выглядит удовлетворённым. — Что ты тут делаешь, Рики? Нишимура подходит к ним, мельком глянув на книги на столе, и поправляет меч на поясе: — Отец сказал мне временно побыть охраной для Его Величества. Сказал «смотреть в оба», — он отвечает честно, а Ли пялится на него с широко которыми глазами. — Он тебе так сказал?! — восклицает советник, — Почему меня не предупредили? Его Величеству надо усердно заниматься перед свадьбой, нам некогда нянчиться с тобой! Рыцарь ахает и обиженно хмурит брови, сжимая кулаки: — Со мной не надо нянчиться! Я тут не в роли юнца какого-то, а на временном посту личного охранника Короля, ясно? Джей смотрит за их перепалкой, съежившись на стуле, неуверенный в том, стоит ли ему что-то говорить. В его мире Хисын и Ники спорят очень редко, а тут это выглядит так естественно, будто они ругаются каждый день. — Так.. — всё же начинает Пак, — Я услышу историю до конца? Ли закатывает глаза и вздыхает, отвернувшись от Нишимуры. Последний садится на один из свободных стульев, убавив пыл. — А что за история? — Рики берёт в руки одну из книг, просто чтобы отвлечь свой взгляд на что-нибудь. Советник украдкой наблюдает за его движениями. — Рассказываю, как встретились твои родители. У Джея, кажется, челюсть «падает» с концами. Нет, конечно, в группе ходили периодически шутки про то, что Ники - ребёнок Джейка и Сонхуна, но чтобы буквально.. — Ой, обожаю эту историю! — Ники опять улыбается, —- Это так круто, что способности папы после закрепления их связи распространились и на отца, что у него осветились волосы и один ноготь окрасился в чёрный! — Рики, чтоб тебя, я это и хотел рассказать! — Хисын замахивается рукой, делая вид, что хочет дать младшему подзатыльник, а новоиспечённый охранник заливается искренним смехом. Парни опять спорят, а Джей обдумывает слова Нишимуры. Получается, цвет волос Сонхуна - это влияние магии Шима. В целом, наверное, этого стоило ожидать. Но Паку всё равно было интересно, как эти двое полюбили друг друга. — Ну, раз Вы теперь всё знаете, Ваше Величество, прошу, — Ли двигает все учебники обратно к «Королю», — Возвращайтесь к чтению. Джей вздыхает, но послушно сдаётся. Он отвиливал столько, сколько мог. — А почему Его Величество вообще это всё читает и слушает? Он же изучал это лет двадцать назад.. — шепчет Рики Хисыну, пока Пак погружается в книгу. Проходит много часов, отчасти скучных и унылых, а отчасти очень даже захватывающих. Местами. Про мифологию читать было даже интересно, а про то, как предки Чонсона и северного Принца делили в своё время земли - не очень. Радовало то, что Юг в своё время перестал вести войны, хоть его правители оставались вспыльчивыми и грубыми. — А Чонсон.. — интересуется Джей, когда Рики уходит от них в другую часть библиотеки, — Какой он был по характеру? Хисын перебирает пальцами рук, подбирая слова. Его брови слегка хмурятся, после чего он отвечает: — Суров, но справедлив. У него был пылкий нрав и он не щадил тех, кто серьезно ошибался, но.. Он глубоко ценил семью и уважал старших, в особенности своего отца. Его Величество со всем трепетом относился к предстоящей свадьбе, потому что соглашение о ней - это последняя воля бывшего Короля перед.. — Ли поднимает на собеседника тоскливые глаза, и Джей кивает, понимая, о чём речь. Отец Чонсона тоже погиб, когда парень был ещё молод, — С близкими он был снисходителен. Даже с Рики у них были отношения скорее «дядя и племянник», чем «Король и подчинённый». Пак нежно улыбается, услышав это. Нишимура общался с ним легко с первой секунды, как появился в библиотеке - теперь понятно, почему. Парнишка доверял ему здесь, но если проводить параллель между этим Ники и тем, что сейчас находится в родном мире.. Лицо Джея мрачнеет. Он вспоминает, что дома они с макнэ хорошо так поругались. И расстаться на такой ноте, серьезно? Паку становится очень стыдно и противно от себя. У него даже не получится извиниться, черт бы его побрал! — Думаю, мы можем отправиться на обед, — говорит Ли, видя изменившееся настроение Джея. И работает - «Король» буквально вскакивает со своего места. — Ну неужели! — Пак воодушевленно закрывает книгу с громким хлопком, — Я так голоден, Боже.. Они берут не менее радостного от идеи пойти кушать Рики и выходят уже втроем из злополучной библиотеки. По пути до столовой, Джей вновь любуется красотой дворца. Трио проходит мимо огромного гобелена с королевским семейным древом, около которого Пак решает остановиться. Помимо последнего портрета Чонсона, там изображено множество поколений его предшественников. Джей узнаёт и лица своих родителей, и бабушек с дедушками, которые в его родном мире ещё все живы и здоровы, а здесь - уже нет. Неприятный холодок проходит по всему его телу от жутких мыслей, но оставалось надеяться, что их миры не связаны настолько сильно, как может показаться на первый взгляд. В конце концов, ведь дома и Джейк с Сонхуном друг друга не любят романтически, и Ники уж точно не их настоящий ребёнок, а сам Джей - не Король. Он в группе-то своей не лидер. Лидер.. Чонвон. В столовой их уже ждёт Сонхун. Он сидит с левой стороны стола, и Рики, долго не думая, садится на стул рядом с ним. Хисын садится справа, и Джей делает вывод, что место в середине - его. Это нормально, пока их тут четверо, но по размерам стол был так огромен, что мог вместить хоть пятьдесят человек. Пак не представляет, на что похоже это давление, когда ты сидишь во главе и взгляд каждого обращён на тебя, на каждое твоё действие. Хотя.. Жизнь айдола мало чем отличается, наверное. Разве что ешь ты обычно только с группой или стаффом. — Господин Шим, не хотелось бы, конечно, портить нам всем настроение перед трапезой, но.. — начинает Ли с ноткой язвительного тона в голосе, когда все садятся на свои места, — Почему Вы не посчитали нужным предупредить меня о том, что Ваш сын внезапно заявится со словами, что он - новая охрана Его Величества? Они перекидываются с Шимом холодными взглядами, после чего Сонхун складывает руки на груди: — Всё, что касается армии и защиты нашего Короля - это моя забота. Я мог поставить и двух, и десяток человек, если бы посчитал нужным. С нынешней ситуацией, я посчитал, что Его Величеству нужна повышенная безопасность так, как никогда. И я доверяю своему сыну в этом вопросе больше всего, — мужчина звучит твёрдо и уверенно, Рики повторяет его позу и согласно кивает. Бровь Хисына дёргается, он расправляет плечи и явно не собирается уступать: — Но сир Рики ещё молод для такой должности, не находите? Ему всего шестнадцать лет, он даже не закончил до конца свою учёбу в академии. Ники приподнимается, чтобы ответить что-нибудь эдакое, но отец останавливает его одним движением руки: — Я был не намного старше его, когда вступил на такую же должность. Этот юнец - гений. Всевышние даровали ему мою силу и рассчётливость, а также предвидение Джеюна. Рики станет лучше меня в скором времени. Младший гордо поддакивает, довольный словами отца, но Ли готовит новый аргумент: — Я правильно понимаю, Вы уже сами для себя решили, что сир Рики пойдёт по Вашим стопам? А как же возможность раскрыться остальным будущим рыцарям? — Господин Ли, я не понимаю Вашу логику.. — Отец говорил совсем не про это! — Хватит! Мы можем хотя бы поесть без этой ругани?! Джей громко хлопает по столу, напугав всех остальных. Его голос почти срывается на рычание, а глаза окрашиваются в красный, но лишь на долю секунды. Его гнев будто перестал контролироваться, и все эмоции выплеснулась разом. Пак тяжело и озлобленно дышит, будто бык, а потом немного приходит в себя. Увидев шокированные глаза своих «подчинённых», он хлопает себя по рту. — О, Господи, простите, я.. — Джей делает паузу, — Сам не знаю, что на меня нашло. Сонхун и Хисын переглядываются между собой и вздыхают вунисон. Кажется, их такая вспышка агрессии наоборот успокоила. — Узнаю Его Величество, — говорит Сонхун. — Он ненавидел ссоры за столом, — кивает Хисын. Слуги приносят им еду, но вот Джею будто совсем не до неё уже. Что, мать вашу, только что произошло? Кто-то будто вселился в его тело, полностью подчинив себе контроль. Пытался ли так Чонсон вернуться? Или это какая-то новая, неведомая сила? Как же много ему ещё предстояло выяснить.. После неловкой тихой трапезы они вновь расходятся. Сонхун покидает их первый, сославшись на дела, но не забывает потрепать сына по волосам напоследок. Рики машет ему рукой, после чего их команда возвращается в библиотеку. Там, правда, они снова не одни. Джеюн стоит у того же стола, где ранее сидели Джей, Хисын и Рики. Он не особо заинтересованно листает одну из книг, потирая между пальцами пожелтевшие страницы. Брови на его лице слегка нахмурены, а вторая рука сжата в кулак. Только после звука открывшейся двери, Шим поднимает взгляд на вошедших. — Пап! — Рики улыбается и подбегает к ведьмаку, чтобы обняться. У последнего черты лица тоже смягчаются, он слабо похлопывает сына по спине, — А ты чего тут делаешь? Тебе надо было тогда с нами пообедать, с отцом.. Джеюн отмахивается, слегка улыбаясь парню: — Не волнуйся, малыш, я не голоден. Мне нужно рассказать Его Величеству кое-что важное, — он уже куда серьёзнее смотрит на Джея и Хисына, и те напрягаются, предчувствуя неладное, — Рики, ты можешь посторожить снаружи на случай, если кто-то захочет войти? — Так точно! Юноша уходит, беспрекословно повинуясь. Ли подходит к Шиму первый, уже зная, что спросить: — Вы что-то выяснили по поводу возвращения Его Величества? Ведьмак вздыхает, а затем отрицательно качает головой: — Нет, не совсем. До поздней ночи вчера я изучал дневники своей семьи, моих предшественников, но пока безрезультатно, — Хисын и Джей разочарованно вздыхают от не шибко обнадеживающих новостей, но Джеюн продолжает, — Однако сегодня мне приснился сон.. Я думаю, что он вещий, Ваше Превосходительство. Ли сглатывает, переглянувшись с Паком, чтобы тот тоже подошёл поближе. Так Джей и поступает. Шим взмахом руки задвигает все шторы в библиотеке и, не касаясь, зажигает свечу на столе. Джей с детским интересом наблюдает за магией ведьмака, даже не пугаясь того, что всё помещение погружается во мрак. — Мне снилась свадьба, — шёпотом начинает Джеюн, — Чьи-то горькие слёзы, отчаяние, кровь. Людские образы - как тени, красивый вальс, отражение луны в воде. Корона.. — он прикладывает руку ко лбу и морщится, будто испытывает боль в этом месте, — Корона ничья. И солнце.. — на виске у Шима слегка набухает вена, а по лицу начинает течь пот, — Выходит лишь под конец. Пак, не в силах больше смотреть на него, отводит руку ведьмака от лица и прикладывает свою холодную ладонь: — Прекрати, тебе же больно, — настаивает парень, после чего Джеюн уставшим взглядом смотрит прямо ему в глаза. — Это мой долг перед Королевством, — коротко отвечает ведьмак и отстраняется. — Почему тебе становится плохо от воспоминаний? — Джей всё ещё выглядит встревоженным. Шим был его другом, невзирая на разные миры. Хисын же молча обдумывает сон Джеюна, пока тот объясняет своё состояние Паку: — Такие сны, похожие на предсказание, полностью сохраняются в моей памяти и потом проигрываются в таком же виде. Все эти яркие картины - не самое приятное зрелище, если честно. Ночью я тоже проснулся в холодном поту, но, благо, Сонхун был рядом со мной, — Шим нежно улыбается, говоря о муже. В их пару Джей, почему-то, верит всё больше. Пока двое разговаривают, Ли не теряет времени и берёт пустой пергамент, перо и баночку чернил. Наклонившись над столом, он записывает всё, что только что рассказал ведьмак. — Я могу предположить, что никому не принадлежащая корона - это наше положение на данный момент. Всё же на троне не совсем Его Величество, и у власти, по факту, никто, — Джеюн и Джей кивают, внимательно слушая советника, — Вальс - это традиционный танец молодожёнов. Наш Король и Принц Севера должны будут станцевать его на свадьбе. Луна тоже может быть намёком на Его Высочество; люди - это просто массовка, а вот всё остальное.. — Пугает, — заканчивает за него Пак, привлекая к себе внимание, — Какие ещё кровь и слёзы? Они замолкают, просто смотря на записи Хисына и размышляя над вопросом. Потрясений у них и так не мало, не хватало ещё пострадавших или жертв. Джеюн вздыхает, потушив свечу и вновь открыв окна. Джей щурится от резко появившегося света. — Если я увижу что-то ещё, наталкивающее нас на разгадку - я дам знать. А сейчас, пожалуй, я вас покину, — он слегка кланяется им обоим и направляется к двери, но его через пару шагов окрикивает Пак. — Может, присоединишься к нам за ужином? В конце концов, твоя семья тоже будет там.. — Джей не знает, что им сподвигло, но этот вопрос казался необходимым. Может, он просто хотел увидеть всех ребят за одним столом, как дома? Хотя ни Чонвона, ни Сону всё ещё не было здесь. Шим ласково улыбается, после чего кивает и открывает дверь: — Спасибо за предложение, я обязательно над этим подумаю. Он исчезает быстро, после чего в проёме появляется макушка неловко выглядывающего Рики: — А мне расскажут, что вы тут обсуждали? — Нет, — твёрдо отвечает Хисын, после чего слышится огорчённый стон парня. — Это нечестно! «Нечестно, Рики, это оказаться в другом мире и не знать, что тебя ждёт дальше» - думает Джей, всё ещё беспокоясь о сне Джеюна.