Розовый яд

— Там мистер и миссис Ким пришли в себя! Идем скорее! — Словно не слышит про гитару, тащит подругу за собой к остальным. Дженни вновь в слезах, но в этот раз это слезы радости. Она обнимает родителей и целует в щеки. Они не понимают, что происходит и почему на них такая реакция. Кажется, что еще утром попрощались спокойно с любимой дочуркой, даже без слов о любви. Уже настолько привыкли друг к другу. Но сейчас она плачет и говорит о том, как любит их и как скучала по ним. Наконец-то их больше, чем трое. Есть надежда. Минуты радости прошли будто в странном тумане, никто толком не запомнил этот момент, видимо радость была слишком сильной. Ким сидит между родителями, подтягивает колени к груди. Она сидит в объятиях и все еще всхлипывает. — Дженни, что случилось. Почему ты плачешь? — Отец гладит девушку по плечу, чувствует, как та дрожит. — Случилось что-то странное, все люди в каком-то трансе. Вы тоже были в трансе и мы не могли вас разбудить.— Во время этого рассказа Ким плачет еще сильнее. Она долго держалась, но сейчас может побыть слабой. Роза и Лиса смотрят на все слегка со стороны, они пока не вступают в разговор, дожидаясь, когда их представят и спросят. С радостью наблюдают, как семья радуется пребыванию вместе. А гости понимают, что это значит, что шанс на спасение есть. — Бурундучек, а что ты делала, пока нас не было? — Манобан думает о том, что привело в чувство родителей подруги.— Ты сидела с гитарой… — Я пела. Очень нервничала, но увидела гитару и просто начала петь. Только не говори Дженни, я без разрешения трогала ее вещи.— Их тихий разговор не слышат. Блондинка чувствует тревогу внутри.— Вы нашли что-нибудь? — Нет, ничего.— Девушки вздыхают.— Я надеюсь, что папа Дженни нам поможет. Он точно знает больше о чрезвычайных ситуациях. — Я хочу найти моих родителей, Лиса.— Внутри Пак зреет легкая зависть подруге, которая без умолку разговаривает с родителями. Те внимательно слушают рассказ о произошедшем. Вначале не верят, но потом соглашаются выйти и проверить все. Стучатся к соседям— ответа нет. К другим— тишина. Заходят еще в один дом— никаких признаков жизни. На всех устройствах одно и то же— музыка, которую опасно слушать. Семейная пара погружаются в раздумья. Тревожиться не меньше, чем девушки. Только не унывают. Раз они проснулись, значит и остальных разбудить можно. Мужчина удаляется в свой кабинет и ищет там методички по чрезвычайным ситуациям. Он ищет рации и пытается найти свободные волны, чтобы с кем-нибудь связаться. Бесполезно. Мир перестал работать так, как ему положено. А новые правила пока до конца не понятны. Их лишь предстоят изучить. А Лиса думает, не озвучивает свои мысли. Пока Дженни с мамой готовят и разговаривают, наслаждаясь наконец-то обществом друг друга, Она просит Розэ еще раз спеть. Уйти в комнату и спеть там. А сама остается в гостиной. Голос прекрасно оттуда слышен, без проблем. Пазлы собираются, но их слишком много, чтобы сразу все понять. — Дженни, мы возьмем твою гитару и сейчас вернемся.— Решает тайка. Хватает за руку блондинку, берет гитару и скорее спешит на выход.— Пойдем, нужно, чтобы ты еще кое-где попробовала спеть. — Зачем? — Попробуем, вдруг там акустика лучше.— Пак терпит, хотя не понимает, зачем пробовать петь около чужих дверей, однако каждый раз, когда ее подводят к дверям, она начинает петь, как и просят. Не выходит. Пытается напевать мелодии, но ничего, никаких изменений. Лиса не понимает, что не так, но не сдается. Близка к ответу и чувствует это. Уверена, что ключ от замка в ее руках, только как его верно вставить в скважину и провернуть не понимает. Просит снова спеть, попробовать разные песни и тональности, играть на гитаре или просто исполнять а капелла. Не получается. Возвращаются домой уставшие и даже расстроенные. Дома ждет горячий ужин. Хотя бы немного приносит это радость. Решают поесть на балкончике, чтобы подышать свежим воздухом. Тишина вокруг пугает, но ее стараются не замечать. Глава семейства рассказывает смешные истории из жизни, в том числе про Дженни. Та краснеет, просит прекратить. Стесняется, но все просят рассказать еще. За ужином распивают бутылку вина, найденную в шкафу. Празднуют пробуждение. От половины бокала ничего не случится ведь. Это расслабляет, потому что иначе не расслабиться. В момент затишья Розэ решает начать неожиданно петь, вспоминая, как они с семьей в загородном доме устраивали уютные посиделки, где она часто пела. Больше всего ее сестре нравилась одна из мелодичных песен— баллад, которую блондинка выучила еще в детстве. Ее и поет сейчас, пытаясь мысленно вернуться в те прекрасные моменты, а может и перенести других в ту атмосферу. Все слушают внимательно, заворожена. Потом поет еще одну, а когда открывает глаза, видит улыбки всей компании. — Ты прекрасно поешь, Розанна. Теперь я понимаю, почему Дженни так хвалила твой голос.— Улыбается миссис Ким. Приятная женщина, очень заботливая.— Тебя родители учили? — Немного, но чаще я сама пыталась заниматься, а потом меня отдали в музыкальную школу.— Улыбается Пак. Она любит, когда ей делают комплименты, особенно ее голосу. Это самое важное для нее. — Тебя всю жизнь тянуло к музыке? — Да, всегда. И родители меня в этом поддерживали.— Разговор продолжается, стараются не возвращаться к тому, что происходит в окружающем мире, но все темы все равно к этому приводят. Неожиданно раздается стук в дверь. Вся компания замирает, ведь до этого живых людей не было рядом. Идет открывать мистер Ким. Он аккуратно встает около двери и смотрит в глазок. Там стоит пожилая соседка, а по лестнице кто-то идет. Открывает дверь. — Добрый вечер! Как вы себя чувствуете? — Женщина выглядит растерянность. — Ох, добрый вечер! Я прошу прощения, что так поздно пришла к вам, но у меня что-то странное с техникой дома. Радио перестало работать. Может быть вы посмотрите? — Старушка держит в руках древний радиоприемник. К счастью, он не работает. — Не стоит его включать, не лучшее время. — Почему? Я хотела послушать музыку, пока готовлю ужин. Но правда у меня испортились продукты. Странно… — Заходите к нам.— Мужчина настойчиво хочет старушку в квартиру. А потом и незнакомца, замершего на лестнице с пачкой сигарет в руках. Паренек выглядит растерянно. В квартире их для начала стараются накормить, а потом аккуратно все объяснить. Манобан же торжествует, еще один пазл сложился в ее голове. — Рози, о чем ты думала, когда пела? — Пока все заняты гостями, трое подруг шепчутся. — О сестре и родителях. Обычно я им эти песни пела. — А утром? — Ни о чем, я просто пела. Оно как будто было в потоке.— Признается блондинка. — Мне кажется, что я поняла, почему просыпаются люди.— Признается тайка.— Дженни, ты сказала, что это ваша соседка, а парень упомянул, что ждал кого-то на лестничной клетке в наушниках. Так? — Да. — Они могли слышать пение Рози, как и твои родители. Это их будит.— Торжественно и весело объявляет девушка подругам. — Но мы пели у других дверей сегодня и ничего не вышло, Лиса.— Напоминает Пак. Такая очевидная несостыковка делает предположение тайки неверным. — Ты просто пыталась петь тогда, но твое пение должно быть от души. Ты утром и сейчас была «в потоке», как ты сказала. Ты не просто пела, ты показывала так свои эмоции. — Думаешь, что это повлияло? — Ким переспрашивает.— У меня есть колонка и микрофон, надо их зарядить, а завтра утром выйти на улицу. Рози, тебе нужно будет снова так петь. Стены тут везде тонкие, поэтому в квартирах все отлично слышно. Мы проверим теорию Лисы. — А если не выйдет? — Поищем другие способы.— Гости сидят со всеми за столом. Старушка причитает, рассказывает, как утром собиралась приготовить кимчи, но включила радио… Дальше не помнит, что было. Проснулась от тишины и голоса за стеной, радио сломано, за окном вечер. Молодой человек и вовсе провел эти дни на лестничной клетке. Ждал друга, чтобы поехать в магазин и купить мебель для квартиры, которую тут друг снимает. Сидел в наушниках, собирался выкурить сигарету. Но телефон заглючил и не получилось включить музыку, которую хотелось послушать. Наступила темнота. Очнулся и услышал, что кто-то на пару этажей ниже поет. Он в этот момент стоял около открытого окна в подъезде. Наушники разряжена, а телефон видимо выпал из руки— валялся на земле разбитый. Нужно было спуститься за ним. На лестнице и встретил мистера Кима и старушку. Все складывается…