Глава 8. Диалоги и встречи
25 сентября 2023 г., 19:42
***
Марк Максвелл оторвался от созерцания доклада и посмотрел на ручные часы. Время давно перевалило за полдень, а экстренное заседание Королевского Совета было в самом разгаре. -… хоть события и приняли столь резкий оборот, мы ни в коем случае не должны совершать поспешных действий, ваше величество, — распинался граф Мальтус, владения которого находились в относительном тылу — вдали от границы как с Лескатией, так и цепочкой демонических царств. -… введение военного положения и стягивание войск в пограничные территории ужасным образом скажется на доходах государства, — советник принялся зачитывать статистику, к созданию которой приложило руку королевское научное сообщество, -… и таким образом мы окажемся в крайне невыгодном положении. Действие же, так называемого, эффекта "осажденной крепости", — Мальтус изобразил кавычки, — крайне переоценено. Простой люд не способен безропотно перенести растущие поборы… Седовласый мужчина с цепким пронзительным взглядом, сидящий на троне, поднял руку и советник тут же замолчал: — Возможно, вы намерены далее внести разъяснения, уважаемый граф, но в вашей речи прозвучало "простой люд", — король выдержал паузу, — Однако не находите ли вы несправедливым тот факт, что бремя защиты и обеспечения королевства возлагается только на низшие сословия? Король снова прервался, как будто специально бросая вызов всем присутствующим в зале. Дворяне и чиновники ощутимо заерзали, но в большинстве своем пока не подали виду. Некоторые аристократы же наоборот были готовы вступить в полемику. — Ваше величество, позвольте возразить, — с оббитого бархатом кресла поднялся тучный герцог Жарден, — Дворяне, вопреки расхожему в народе мнению, также исправно платят трехпроцентный налог в казну, согласно изданному два года назад закону. " — А точнее с помощью простых махинаций и под разными предлогами перекладывают его на плечи крестьян и рабочих мануфактур", — про себя усмехнулся Максвелл. Он давно предупреждал короля, хотя самодержец и сам прекрасно знал о происходящем, но едва ли был способен на что-то повлиять. Аристократия Эртны, что стояла у истоков страны, рожденная через слияние древних родов, берущих свое начало из Драконии и Лескатии, по-прежнему сохраняла огромное влияние в королевстве. — А еще мне до меня доходили сведения, что с введением «дворянского сбора», в ближайшее время возросла земельная рента, а выплаты рабочим на частных предприятиях уменьшились… Но вероятно это просто совпадение, — как бы невзначай сказал король. В этот раз в зале поднялся слегка возмущённый гул. Граф Мальтус прищурился: — При всем уважении, ваше величество, но согласно закону и наследному праву, дворяне имеют право устанавливать любую арендную плату на своей земле и назначать любую ставку рабочим, — аристократ поднял палец кверху, — Ваш же достопочтенный дедушка и вовсе отменил привязанность крестьян к земле и мануфактурам, и отныне весь люд королевства — граждане, вольные распоряжаться своей судьбой. Если их не устраивает работа на определенных условиях, пусть найдут себе место получше. Все дороги открыты, в том числе на королевские предприятия, так старательно организованные вашим достопочтенным отцом. Повисла напряженная пауза. Взгляды Мальтуса и короля столкнулись, а атмосфера ощутимо сгустилась. — Кхм, кхм. — прокашлялся еще один аристократ — Сен-Жуан, владелец целого ряда крупнейших военных предприятий в королевстве, — Прошу прощение ваше величество, многоуважаемые господа, но мы отвлеклись от главного вопроса. Споры о налогах можно разрешить позже, по ходу дела, но как быть с готовящейся демонизацией Лескатии? Разведка точно не ошиблась в своих данных? Беловолосый колдун поднялся со своего места и щелкнул пальцами. Прямо в воздухе посреди стола возникла объемная, сотканная из магического света проекция. — К сожалению, разведка не ошиблась, уважаемый Сен-Жуан, — волей Максвелла синие огни обрели форму карты, расстелившейся перед всеми участниками собрания. Из левой части искусственного полотна тянулись густые темно-фиолетовые линии, которые словно артерии испещрили знакомые многим очертания Лескатии. — Как удалось выяснить, под прикрытием нескольких торговых компаний, пребывающих в сговоре с Радикалами, производился массовый ввоз демонических товаров в Лескатию. И фрукты -лишь вершина айсберга, — колдун поправил карту и приблизил один из участков, — Здесь нашим агентам удалось раздобыть улики и выйти на след. — Так близко к нашей границе! — воскликнул военный советник при королевском дворе. Он как никто другой из всех находящихся в зале знал сколь опасна и стремительно может проходить демонизация целых королевств, когда целые гарнизоны и форты, охваченные похотью, без боя попадают в лапы монстров. — Да, — продолжил Максвелл, — Более того в лагерь Радикалов, базированный в соседнем Полове, пришел в движение. По нашим оценкам начало массированного наступление мамоно начнется не позже, чем через неделю. — Значит, неделя, — вздохнул король и посмотрел на карту. События развивались с высокой стремительностью и самым прениприятнейшим образом. Балансирующее между демоническим молотом с севера и наковальней Ордена с юга, королевство Эртна строго придерживалось нейтралитета во внешней политике. Но сейчас развитие отношений достигло крайней точки, и даже алчные аристократы понимали — за следующим шагом радикалов последует неизбежная и тотальная война, в которую их страна будет неизбежно втянута. В своем безумном порыве искоренить человеческие несчастья четвертая дочь Повелительницы Монстров зашла слишком далеко, нарушив все мыслимые и немыслимые «красные линии», о которых прекрасно была предупреждена. — Мы должны немедленно собрать войска! — громко кричал лорд Мальтус, потрясая кулаками, — Кто знает, что еще взбредет этой суке в голову! — А как же Белая суккуба?! — вторил ему Сен-Жуан, — Она же дала клятву не трогать человеческие земли! Максвелл лишь покачал головой, его голос стал ниже и загадочнее: — Она давно лишь безучастный наблюдатель за движением этого мира, что никогда не держал в узде собственных отпрысков. Обращаться надо не к ней, хотя предпринять формальную попытку все же стоит… — Что ты предлагаешь? — внезапно поинтересовался король. Два взгляда встретились. Что-то заметно поменялось в помещении, нечто тяжелое и вяжущее сгустилось в воздухе. Все окружающие люди словно замерли в ожидании следующей фразы, а постоянный шорох и гомон пропали. — Я лично встречусь с Друэллой и отговорю ее от безумной затеи, что приведет нас к войне, — Максвелл посмотрел в глаза короля. Полные печали и усталости, но единственно живые. Он обернулся, чтобы встретится с остальными — во взгляде ближайшего аристократа застыла стекло. Все они слушали и согласно кивали, и лишь король снова покачал головой и вынес свой вердикт. — Тогда переговоры с Друэллой поручаю тебе, Марк Максвелл. Я же в свою очередь обязуюсь лично связаться с Повелительницей монстров и организовать дипломатическую миссию с Кастором. Надеюсь, что судьба нашей эпохи не висит на волоске, — добавил король и снова посмотрел на аристократов, выражающих полное согласие. — Возможно, так и есть. История имеет свойство повторяться, но не все выучили ее уроки, — Максвелл щелкнул пальцами, и проекция исчезла. Легкое шуршание одежды и шепотки снова наполнили комнату. — Значит, пора перейти к следующему, не менее значимому вопросу, касающегося недавнего массового прибытия новых пришельцев и вопиющего случая на границе, — голос короля стал более строгим, а лицо заметно помрачнело, — Более того, уже давно от научного сообщества не поступали доклады с результатами исследований технологий иномирцев. Тебе есть, что сказать, Максвелл? — Хотя допрос взятых в плен в ходе двух инцидентов пришельцев продолжается, мне есть, что сказать, ваше величество…***
" — От каждого события тянется хвост из других событий или действий ему предшествовавших", — подумал Даин, глядя на снующих туда и сюда людей и даже некоторых мамоно. Истина, которую Даин усвоил давно, сейчас проявляла себя в полной мере. После полученных известий с границы гарнизон пришел в движение и сейчас напоминал разворошенный улей. Орущие и раздающие команды сержанты, солдаты, спешно приводящие экипировку, регулярные строевые смотры, отработка базовых навыков и сборы, сборы и еще раз сборы — давно позабытый, но все еще привычный переполох, вызванный угрозой войны. Дурин не знал всей подоплеки и не видел того самого «хвоста», но по происходящему и так было все понятно — в гарнизоне, а может даже и во всем королевстве началась массовая мобилизация, и части пограничников первыми приводились в полную боевую готовность. — Тьфу ты, kurwa! Так и не успел ничего узнать и место не получил, — выругался Даин, удаляясь от кузницы. Ругался старик для приличия, ведь львиную долю работ по ремонту и изготовлению простейших устройств ему и так приходилось делать на коленке, а точнее на складном компактном верстаке. Последовавший за мобилизацией вал военных заказов лишил здешнего кузнеца и минутки свободного времени, а мечтать о площади, пока все не утихнет, и вовсе не приходилось. Готовящиеся же боевые предприятия пока что обошли «скитальцев» стороной, по крайней мере Максвелл не спешил привлекать к делам ни рыцарей, ни внезапно возникшее пополнение. К слову, о новоприбывших. Первый контакт между пришлыми из разных миров прошел на удивление гладко, хотя и оставил неизгладимое впечатление странным, а порой и до жути пугающим сходством языков и ряда культурных аспектов. То, что проявилось еще в лесу, достигло своего пика, когда «иномировые урсусы» раскрылись чуть больше. " — Конвергентная эволюция какая-то, мать ее", — непроизвольно вырвалось тогда у кузнеца. Впрочем, общение быстро было налажено благодаря волшебным амулетам, которые колдун, не теряя времени, раздал всем пришельцам разом. Возможно, Максвелл хотел видеть в разрозненных группах единую команду, в том числе пригодную для достижения только ясных ему целей. — Круто конечно, что вы с исламистами разобрались, но хотелось, чтобы сволочам заслуженное наказание вынесли, а не как это обычно бывает, — "урсус" по имени Виктор, уже не в первый раз высказывал свои опасения Гаральду. Как оказалось, "чуйка", выработанная за годы контактов с разномастным вооруженным контингентом, рыцарей не подвела — бесхвостые "саргонцы" с пушками оказались вооруженной террористической бандой — одной из бесчисленного множества в многогранном и запутанном военном конфликте в чужом мире. И двум солдатам, принесенным вслед за ней, просто не повезло оказаться вблизи аномалии, подозрительно походившей на то, с чем столкнулись сами рыцари, когда уходили от Катастрофы. Но к текущему моменту, проблема боевиков была во многом решена, а контакт между жителями разных миров только набирал обороты. И проходил он достаточно гладко, вопреки некоторым изначальным опасениям. Солдат с Земли абсолютно спокойно воспринимал сарказа-голиафа, только поначалу проявляя некоторое удивление, столкнувшись с необычной внешностью коллег по попаданию. По крайней мере, он точно не шугался при виде Гаральда, да и про демонов, если и вспоминал, то про себя. — Все еще не доверяешь колдуну? Я тоже. Но после учиненного вряд ли фокусник куда-то их отпустит. Меня же больше интересует, что колдун по «нашим» нароет, — к тому времени судьба взятых в плен террористов не сильно интересовала Гаральда. Убьют их, посадят в тюрьму или найдут иное применение — это будет решение от них независящее. А вот результатов допроса кучки рейдеров, которые уже ранее получали по морде от команды Олесницкого, он ждал с куда большим энтузиазмом. Висящий на шее амулет резонировал в такт голосу, подстраиваясь под темп и интонацию говорившего, транслируя перевод непосредственно в голову владельца аналогичной безделушки. Это было крайне необычное чувство, когда сарказ слышал чуждый, очень похожий на урсуский язык, и все равно понимал, о чем идет речь. Только дальнейшем выяснилось, что один из землян все же мог общаться на викторианском, который на его родной планете окрестили "английским". Но Максвелл решил дело не усложнять и просто выдал всем амулеты, что с избытком хранились у него в кабинете. Волей не волей всего за несколько дней пришельцы из разных миров сближались и узнавали все больше и больше друг о друге, а создание единой команды лишь становилось вопросом времени. — Такие доверия не внушают, — Алексей остановился недалеко от выделенного специально для «скитальцев» закутка, — Идеально, если чертей допросят, а потом подарят пулю в башку. Учитывая, что они вытворяли там на Земле, только так с ними и можно. — Радикально. Но в Урсусе их бы скорее всего ждала участь гораздо хуже. Ну во время войны уж точно, — призадумался Гаральд, — У них и император в те годы другой был. Поговаривали, что тогда дезертиров перед строем расстреливали. — Кхм, не знаю, что у вас там за империи, но иногда кажется, что только радикальные меры страну спасут. Шаг за шагом, разговор за разговором солдат и наемник из разных миров добрались до «ангара» — на деле же небольшой складской пристройки, куда с горем пополам рыцари уместили машину — один из главных козырей команды. — Неплохой актив, — присвистнул Виктор, глядя на потрёпанный, но все еще годный внедорожник. — Места лишнего правда нет. Только если автобаллисту привести в боевое положение и пару контейнеров выкинуть, — Гаральд едва приоткрыл дверцу и пригляделся, что можно убрать. — Эй-эй, полегче, башка рогатая! — из-за угла выскочил боевой и весьма недовольный дурин, — Можешь себя выкинуть, а приборы мои не трожь… Здрав будь, urus Виктор. — И тебе не хворать, старый gnome, — нагло улыбнулся спецназовец. Бородатый коротышка прищурился: — Мое предложение все еще в силе. — Только через мой труп, — отрезал Виктор, — За оружие башкой отвечаю. " — Было бы перед кем", — военнослужащий усмехнулся и поглядел на новые действующие лица. Какими бы колоритными и странными ни были попутчики, дабы успешно вернуться домой и выжить в чужом мире, работать придется с тем, что есть. — Эх, до чего молодежь жадная пошла… А, урсус с ней, — дурин махнул рукой, — Все равно докопаюсь до принципов работы твоей тарахтелки. — Тебе все еще не выделили место, старина? Как грустно-то, — сарказ вернулся к изначальной теме и сделал приторно кислую мину, указав на достаточно габаритную аппаратуру для дальней связи, — И на кой тебе этот передатчик в машине? — А на той, дьявольская морда, что теперь это наш единственный способ поддерживать связь друг с другом на больших расстояниях. Кстати, — коротышка достал из-за пазухи две рации, протягивая их Алексею, — Как и обещал. Не новомодные наушники с эротичным микрофоном, но хоть что-то. — С нас должок, — Виктор получил, что хотел, и теперь после небольшой перепалки разговор начал снова перетекать в привычное русло взаимных расспросов. Гаральд как и коллега не стал терять время и тут же начал курить трубку. — И все-таки странно все это, — протянул Виктор, подмечая очевидные совпадения, — Чертовщина, попадание на чужую планету, куда тянет пришельцев из разных мест. Тут что медом что ли намазано? Даин с Гаральдом переглянулись: — Беловолосый тоже отмечал этот факт, — дурин принес пинту пива и неспешно потягивал алкоголь, — Мы сами не поначалу не поняли, что произошло. Обычно после Катастрофы остаются рожки, да ножки, а тут целое перемещение. А ведь со слов колдуна это даже близко не первый случай. Еще вчера пришельцы обменялись историями своего перемещения в этот загадочный мир. Еще тогда Виктор поблагодарил бога, что межмировые силы вышвырнули их здесь, а не в месте под названием Терра. Альтернативная земля с девочками-кошками, где каждую секунду почти в любую точку планеты может обрушиться стихийное бедствие, способное сравнять с землей целый город. " — Ну его нахрен", — подумал тогда землянин, даже мысленно не желая прикидывать перспективы от встречи с подобным бедствием посреди сотен километров бесплодных пустошей, населенных бандитами и мутантами. — И все это вылезло примерно девять лет назад. При том со слов фокусника выходит, что твои, кхм, соотечественники, — Гаральд указал на солдата, — Прибывали и ранее, при том, как он сказал, совершенно из разного времени. — И к чему бы это? — поинтересовался землянин, нутром чуя нечто неприятное, сквозящее в речи стариков. — А то парень, что возвращаться назад может быть тухлой затеей, — дурин словно читал его мысли, — Скорее всего миры сильно рассинхронизированы по времени. И здесь, скорее всего, оно течет гораздо быстрее. Сомневаюсь, что местные смогут этот изъян преодолеть. На короткое время воцарилась тишина. Виктор обдумал слова старика и тяжело вздохнул — возможно они и правда здесь застряли. — Вот же pizdec, — спецназовец громко выругался, — Ни домой, ни в увольнение. Эх, и родных скорее всего уже не увидеть, — Виктор печально вздохнул, — Для полного счастья кучи врагов из старого мира не хватает. А да, уже. — солдат посмотрел в сторону терран и махнул рукой. — Да, вам в этом плане повезло больше нашего, — дурин пока был спокоен, но это мнимое спокойствие таяло на глазах, — Нас же шакал колумбийский теперь в покое не оставит. Слава великому дурину, что хотя бы теперь мы точно знаем зачинщика всех последних приключений на нашу задницу. Как только потрепанные драконы передали имя, многое сразу встало на свои места. Гаральд был очень удивлен — Вильгельму не хватило копнуть еще на треть меча, чтобы добраться до правды. Но действительно ли все было так просто? — В том то и дело, что мы нихрена не знаем, — вставил сарказ, — Янош Таргариес — просто цепной пес, род которого разве что не вылизал зад лично к президенту Колумбии, хотя, думаю, с тех пор его семейка закрыла пробел. — Этот Янош, кто он и почему преследует вас? — внезапно спросил Виктор. Сарказ выдохнул кольцо дыма, заправил трубку, переглянувшись с Даином. — А тебе зачем это знать? — прищурился Гаральд, — Я бы не рекомендовал вообще впутываться в это дело. — Потому мы в одной клетке, — начал разъяснение Виктор, — С одними и теми же зверями. Я не знаю кто он и что, но тут и дураку понятно — враги у нас общие, и это вопрос времени, когда нас также втянут в разборки. Так что лучше иметь минимальное знание обо всех потенциальных угрозах. Ваш колдун уже перешел дорогу этому типу, а со слов той драконицы, он и его головорезы хорошо вооружены. Старики пожали плечами — если иномирец хотел получить информацию, то нет была смысла препятствовать. Ему знание — им повод побрюзжать, благо репутация у объекта препарирования, как и всего его рода была, что надо. — Ладно, — Даин почесал миниатюрную бородку, — Правда технических подробностей и какой-то новой информации о вооружении сверх известного не жди — мы сами нихрена не знаем. Вот пусть колдун допросит его шавок и может чего выведает. Следующие двадцать минут прошли, что называется, "как надо". Старые жители Терры, заставшие расцвет и закат империй, а также множество войн поведали много «интересных фактов» о родословной не самого известного рыцаря. — Импотенты, корпоративные лизоблюды, торгаши, воры и просто ублодочные гиены… — это и много других эпитетов посыпалось на Таргариесов и их «шайку». Яростные конкуренты Олесницких с претензиями на часть имущества последних, ни года не могли обойтись без затяжных разбирательств, порой совершая откровенное вредительство. Виктору только оставалось удивляться насколько идентичны некоторые нелицеприятные явления в разных мирах. — Ладно эти суки капитал и все активы в Колумбию вывозили во время войны, но они же открыто наживались на ней! — восклицал дурин, — Сколько рыцарей и ополченцев погибло из-за этих сволочей. Брали заказы и деньги у торговой палаты, по документам все в порядке, а на деле ни боеприпасов, ни бронежилетов и доспехов, а если и есть, то абсолютно дешевое колумбийское дерьмо. Чай, для своих "птенчики" такого не делают, а вот для наших — только в путь. Благо всегда найдется свой Таргариес, который уже задрал хвост и раздвинул булки. Дурин прервал монолог и немного отхлебнул из трофейной фляги, снятой во время войны с тела урсуского солдата. " — Черт, очень напоминает наши армейские", — отметил про себя Алексей, смирившись с тем фактом, что придется выслушивать много ненужной информации. Только не ясно ему было одним ли приступом патриотизма было вызвано негодование гнома? — Дай угадаю и государство это ваше ничего не смогло сделать? — Государство? — усмехнулся Гаральд, — Казимеж всегда был страной сначала рыцарей, потом корпораций. Уже тогда последние и были государством, а Таргариесы очень удачно в него встроились, — он выдохнул клубы дыма и продолжил, — Торговая палата все прекрасно знала, но ни на что не решилась. Конечно, Адепты Справедливости — рыцарский орган в национальном совете пытался давить, и даже что-то получилось. Помнится, под конец войны Таргариесы стали действовать менее нагло, но это почти ни на что не повлияло. — В те годы корпоранты еще мечтали о колумбийских рынках, да и сами хотели кое-какие связи с новым капиталистическим хищником заделать. Таргариесы просто были одной из опор для этого мостика, — уточнил механик, — И ведь, dranie не прогадали. " — А ведь у нас в мире тоже такое бывает. Рыцарей давно нет, а предателей и коррупционеров хоть отбавляй", — прикинул Виктор. — В конце концов они добились своего и забрали земли, уничтоженных в ходе войны Олесницких, — с какой-то потаенной злобой сказал рогатый "демон", — Мартина — единственно выжившего наследником не признали. Так, собственно, и началось наше скитание. — Вот и делай выводы о нашем враге, — закончил рассказ Даин, — Склизкие подхалимы. Таргариес — не исключение. — Думаешь, он попытается втереться в доверие одной из здешних сильных фракций? — сообразил Виктор. — Если уже это не сделал, — уточнил Гаральд. Миланта не забыла упомянуть, что преследователь скрылся на территории орденской страны. — Принято к сведению, — солдат кивнул, — А что конкретно по нему известно? Гаральд выдохнул кольцо дыма: — Ну во-первых, даже среди своих Янош славился, как жестокий отморозок, — старый сарказ покачал головой, — Я помню его, когда он еще учился с Мартином в одной группе. Уже тогда щегол проявлял неприкрытое стремление к силе и мог использовать Артс для улучшения физических показателей. — Артс? Дурин вздохнул и принялся вносить пояснения: — Ориджиниум Артс. Искусство. Особые врожденные способности, которые есть у каждого, завязанные на манипулировании силами ориджиниума. — Короче понятно — магия, — Виктор подобрал наиболее понятное слово. Про ориджиниум же он уже знал из предыдущих разговоров, не раз и не два офигев от того, как устроена жизнь на планете пришельцев со звериными приблудами. — Магия-шмагия, — заворчал дурин, — Но суть в том, что с тех пор о нем мало известно. Может статься так, что с того момента его силы и возможности возросли. А сам он занял важное место среди прислужников колумбийским организациям. — Достаточно важное, чтобы получить в свое распоряжение профессиональных военных наемников и регулярно нанимать небольшие банды для нашего преследования, — закончил сарказ. — Понятно. Не густо информации, — Виктор пощупал новую рацию, — Вас послушаешь и не представляешь, как так можно жить с погонями и перестрелками вечными? — Привыкнешь, — сухо ответил Гаральд и тихо добавил, уставившись на Даина, — Не получится у нас больше бегать от прошлого. Дурин кивнул. После предстоял еще один разговор. Вдали от посторонних ушей.***
— Смена позиции! Перезарядка! — на организованном за стенами замка миниатюрном стрельбище раздавался громкий и четкий голос рыцаря. С каждым разом тренировка давалась девушке легче, но "господин" все еще был очень требователен. Но подобное отношение никак не расстраивало Риту, наоборот, возникала мотивация делать все идеально. Не отвлекаясь на окружение, Рита со всей силы дернула рычажок-натяжитель. Движение отозвалось легким зудом в руке и звуком взведенной тетивы, на которую тут же легла оперенная холостая стрела. — К стрельбе готова! — крикнула крольчиха, лежа на земле. — Шесть и семь. Почти армейский норматив, — куранта убрал секундомер, — Ты молодец. На сегодня хватит. От последних слов щеки служанки приобрели пунцовый окрас, со лба стекла капелька пота. Рита быстро выдохнула и сняла экипировку. Она чувствовала себя гораздо увереннее после того, ночного боя. — Спасибо, что прикрыла, Рита, — куранта посмотрел на нее и улыбнулся, на сколько позволяла эмоциональная скупость. Девушка зарделась: — Что вы, что вы господин… это долг вашей верной слуги, ну то есть наемницы… Слева раздался приглушенный хмык. Землянин, что сидел неподалеку и чистил свое оружие, непроизвольно усмехнулся. Мартин негромко выругался. Амулеты переводчики работали слишком исправно, а как их отключать колдун не объяснил. — Ой, простите… — Рита активно замахала руками и изогнулась в поклоне. Словно нашкодивший большой ребенок. — Так, — Мартин поднял ладонь, останавливая спонтанный порыв "служанки", — Давай договоримся. Привычки привычками, поблажки поблажками, но от "господ и рабов" мы отходим, — рыцарь отчеканил каждое слово, но говорил вовсе не строго. Проблема, неоднократно поднимаемая ранее, которую они всегда заминали, требовала окончательного решения. — Я для тебя Мартин, ну или инструктор Мартин. — Я вас поняла, гос… инструктор Мартин, — девушка робко посмотрела на рыцаря, не совершив в этот раз фирменного поклона, на что получила одобрительный кивок. — А ваша сокомандница — интересный хм… человек, — землянин подошел поближе, — Колдун сказал, что она двоих подстрелила из этой штуки, — он указал на арбалет, — А вы очень смелые, раз с ходу решили ввязаться в такую-то заварушку. Мартин смерил человека взглядом: — Спасибо за высокую оценку. Хотя основные решения принимали не мы. Максвелл сделал очень многое для удачного проведения операции. Его знания и возможности во многом позволили нам так вовремя на все среагировать, - только произнеся это куранта невольно обнаружил, что нахваливает одного из самых подозрительных субъектов в жизни. Максвелл точно оказывал на него какое-то едва уловимое влияние, при том далеко не самое положительное. — Вот именно, что "вовремя". Чуть ли не до минуты. Вы же тоже пришлые. И вас наверняка тоже смутило странное стечение обстоятельств, при которых встреча случилась? — задал вопрос «в лоб» Алексей. Мартин сразу же понял к чему клонит землянин: — Максвелл сразу дал понять, что наше появление ждали, а проблема с пришельцами у них в мире стоит… несколько остро. Мы — ценный актив, но при этом слишком непредсказуемая переменная. Поэтому очень логично, что здешние страны выработали методы пресечения нелегальных актов попадания, и даже готовы устроить разборки из-за нас… — колдун не стал утаивать информацию о том, кто именно пытался умыкнуть пару землян под шумок сражения. — Ага, только вопреки законам жанра, если брать слова этого колдуна, мы тут не всесильные нагибаторы, а интересные экспонаты, — Алексей закончил собирать автомат и выразительно посмотрел на Риту, — Подопытные кролики с интересными игрушками, но не более. Надо — поставят раком и будешь плясать, как скажут. И это еще повезло, что беловолосому достались… Мартин и Рита кивнули головой. Человек из чужого мира с урсуским именем уже рассказал о том, что же происходило за занавесом ночных событий. Угрозы, о которых они подозревали с самого начала, заявили о себе чуть ли не в первый день пребывания на чужой на планете, название которой до сих пор оставалось загадкой. Местные без затей называли свой дом просто "миром", не вкладывая в название какого-то большего смысла. Проблема же, обозначенная Алексеем, теперь нависла и над командой Олесницкого. Вряд ли одинокий колдун мог выступать их вечным прикрытием. Пришельцы все сильнее и сильнее походили на заложников чужого мира, нежели на тех, кто способен хоть как-то на него повлиять. И это при том, что сейчас шел только четвертый день с момента их попадания и встречи с местными. — Возможно, этот мир не так уж и плох… — тихо вставила Рита, мечтательно глядя на то, как успевала ворковать парочка из мамоно-ящерицы и человека, пока не видели сержанты. — Может быть. Но я домой хочу, а не ввязываться в разборки и интриги здешних фентези-спецслужб, — сказал, как отрезал Алексей. — Кстати, извини, но давно спросить хотел, а что это такое? — мужчина указал на штрих-код на шее у Риты и тут же добавил, — Если это слишком личное, то лучше не надо. — Это клеймо, которое ставят на рабов в Казимеже, — спокойно и с расстановкой, в несвойственной манере ответила девушка-каутус. С непривычки куранта удивленно скривил бровь. — Я оставила его как знак клятвы перед инструктором Мартином. Ведь именно он выкупил меня, обучил и не бросил умирать. — То есть тебя перекупили, и он твой новый хозяин? — солдат быстро бросил удивленный и немного разочарованный взгляд в сторону рыцаря. Мартин ответил полным спокойствием. — Нет, нет! — замахала руками крольчиха, — Ну почему вы все думаете, что гос… инструктор Мартин рабовладелец? Он благородный и никогда не пойдет на такое! Он ВЫКУПИЛ меня и даровал свободу, а я сказала, что готова делить с ним и горе, и радости и помогать ему во всем. Инструктор Мартин даже взял меня на обучение и наемничий контракт выписал, — последние слова каутус произнесла с некоторым придыханием, разбавленным пафосом и искренней гордостью за "господина". " — Нихера у них тут Санта-Барбара. Да, эта девушка-кролик как раз идеально вошла в роль "служанки" и воздыхает по хозяину. А последний все понимает, но явно пока что держит дистанцию. И не мудрено - разница в возрасте у них минимум лет пятнадцать", — подумал Алексей и тут же выругался, — "Тьфу бля, что я как баба, мусолю все это? Не мое дело, так что и черт с ним. Каждый сходит с ума, как ему нравится". Как и в прошлый раз вмешиваться в исповедь Риты рыцарь не стал. Он считал, что Рите только предстояло научиться отстаивать свои убеждения. — Черт, твоя история с попаданием в рабство — это, конечно, ужасно, — Алексей искренне посочувствовал этой девушке. Он сам не понаслышке знал, какая судьба может постичь тех, кому не повезло угодить в рабство к исламистам. Однако там, откуда она пришла, подобное совершали даже близко не одиночные экстремисты. — Но я все еще охреневаю, как в настолько развитых странах, могут практиковаться столь дикие вещи? — Как видишь, могут, — ответил Мартин, — При том поддерживает эти традиции отнюдь не рыцарская знать, которая почти полностью исчезла в Казимеже. Корпоранты и их ручные рыцари — вот основная аудитория со спросом на рабов, особенно привлекательных. Риту я выкупил как раз у генерального директора одной из крупных фирм. Мартин коротко пересказал подробности того, как молчаливая девушка-кролик присоединилась к его команде. Спустя много лет он вернулся на родину, чтобы посмотреть на плоды изменений. Бизнес и экономика росли, мобильные платформы расширялись, но грязь и несправедливость не спешили покидать Казимеж. Все также неотступно они преследовали его бывшую страну, скитаясь по родной земле вместе с ее городами. Именно тогда, выполняя поручение владельца крупного оружейного бизнеса, рыцарь впервые столкнулся с этой поникшей девушкой-заложницей крайне несправедливой судьбы, которая позже и стала большей частью его награды. К удивлению Мартина, корпорант очень легко принял условия Олесницкого и расстался с таким прекрасным, но совершенно безжизненным «активом». Рабыня ему надоела, а тут так удачно подвернулся идеалист-рыцарь, которому корпорант очень выгодно сбагрил потерявшую интерес игрушку. Благородный же порыв обернулся внезапной удачей, каутус — не бросила своего освободителя, но последовала за ним, став полноценным сокомандником и весьма искусным снайпером. " — Хех, ну прямо настоящий рыцарь, етить-колотить. Спас красивую даму из лап дракона, ну то есть капиталиста", — про себя отметил Алексей. — А как ты вообще угодила в рабство? Рита посмотрела на землянина своими большими зелеными глазами: — Меня продали на черном рынке охотники за головами, — ответила Рита и опустила уши, — Наземный корабль, на котором мы следовали в Колумбию, сбился с курса и потерпел крушение в пустошах между Викторией и Казимежем. — Как понимаешь, и нашли их первыми отнюдь не военные или спасательные группы, а падальщики, которых в пустошах просто навалом, — вставил Мартин, — Стоит ли говорить, что на дешевых транспортных кораблях такого класса едва ли была хоть какая-то охрана. Охотники просто вырезали большую часть пассажиров и экипажа. Особо привлекательных женщин и мужчин продали в рабство. — Pizdec…- выругался "урсус", — И они даже не стали брать заложников? Мартин покачал головой: — А кто их выкупит в Рим Биллитоне? Одноразовых чернорабочих, да даже простых работяг, а именно с такими Рита попыталась сбежать из своей дыры? — Мартин махнул хвостом, — У нее, как и половины бедолаг, даже мобильников не было — все продали ради того, чтобы найти новое будущее. Корпорация просто бы пожала плечами, и Охотники это прекрасно понимали. — А продать всех в рабство в этой вашей Польше, ну Казимире… никак? Зачем убивать всех? — Алексей решительно не понимал, почему политики в чужом мире не пресекали подобные зверства и явления. — В Казимеже — рабы давно стали предметом роскоши. Как рабочая сила в век автоматического производства и массовой индустриализации, они давно не нужны. — Жесть, — прокомментировал Алексей вслух, в то время как про себя ругался матом. " — Пиздец. Просто ебанутый мир! Может быть даже не так плохо, что нас закинуло вот в это фентези, а не на родину наших ушастых товарищей по несчастью". — Так что не знаю как вы, но, как верно заметила Рита, для нас все еще стоит вопрос стоит ли возвращаться вообще, учитывая, что прошлое крепко вцепилось нам в зад, и не желает что-то отпускать, — Мартин посмотрел на гладкую поверхность щита, на которой покоился индикатор заряда. " — 99,9 процента, и это учитывая сколько мы с тобой прошли", — подумал про себя рыцарь. Эффективность на грани фантастики, море энергии, сосредоточенной в небольшом устройстве. А точнее огромное стоячее озеро. Пока что от него отходил лишь микроскопический ручеек, созданный силами кузнеца, а большего рыцарю и не требовалось. Но были и те, кто подобную точку зрения не разделял, не желая довольствоваться крохотным ручейком. На курсе военной истории Мартину довелось услышать занимательную легенду об одном северном яньском правителе, что пожелал сокрушить своих врагов без большой крови. За помощью будущий император обратился к мудрецу. " — Открой дамбы, дай путь реке, что течет с севера на юг — обитель твоих врагов". Император последовал совету и опустил реку. Стихия смыла города южан и нанесла им столь чудовищный удар, что вскоре север без труда захватил обездоленный юг. Иногда проще спустить на врага реку, чем пытаться затеять войну, что может принести гораздо более серьезные убытки. " — Твои хозяева хотят создать и отпустить реку, Таргариес. И вам абсолютно плевать к чему это может привести", — подумал про себя Мартин. — С вами все в порядке, инструктор Мартин? — из глубоких раздумий куранту вырвал обеспокоенный голос служанки. — Все в порядке, Рита, — рыцарь закинул щит за спину и повернулся в сторону кабака, — Думаю, вы не против, что мы обсудим некоторые вещи в более бурной обстановке. — Ну, бахнуть немного пенного я не против, — живо отзывался Алексей, — Что же ведите, товарищ рыцарь.***
Четвертая дочь Повелительницы монстров — прекрасная, властная и развратная Друэлла устало вздохнула и потянулась на роскошном кресле, разминая затекшие плечи и крылья. Организация военной экспедиции, ежедневные отчеты всех уровней важности — рутинные дела, необходимые для успеха любого предприятия, от которых нельзя отмахнуться или переложить на рядовых демониц, сейчас тяжким грузом давили на плечи, стелились по столу ворохом бумажек. " — И как я до этого дошла?" — На немой вопрос рогатая красавица лишь покачала головой. Сейчас Друэлла желала лишь одного: покончить с волокитой и заняться куда более интересными вещами, разжигающими страсть. Непередаваемое удовольствие доставляли томные стоны орденских монашек и героинь, их отчаянные попытки сопротивляться неизбежному преображению, раскрытию своего настоящего внутреннего "я" — порочного и сладострастного. Лилим обожала смотреть на то, как рушатся догмы, а замшелость и серость отступают прочь, оставляя место лишь искренней любви. Люди Ордена были по своему прекрасны и сильны, но при этом зачастую очень несчастны. Ежедневно они страдали от жрецов и алчных толстосумов, от нависшей над головой простого человека церковно-бюрократической машины, что без жалости пила из них последние соки. Перечитывая отчеты и разгребая горы бумаг, Друэлла еще сильнее понимала страдания людей. " — Массовые казни, подавление бунтов. Как же далеко вы готовы зайти? И после этого мы — монстры…" — лилим принюхалась. В воздухе все также витал запах роз и сирени. Из соседней комнаты доносились хлюпающие звуки вперемешку с томными стонами, что так приятно ласкали слух. На секунду лилим зажмурилась и улыбнулась, полной грудью вдыхая сладкий аромат. Занятая рутиной и отвлеченная повседневной суетой Друэлла все меньше и меньше стала обращать внимание на столь приятные сердцу мелочи, разжигающие чресла. Невольно эти важные для каждой мамоно вещи стали для нее вторичными, непростительно далекими. В какой же момент времени царивший распорядок был нарушен? Увы, четко сформированного ответа у принцессы демонов не было до сих пор. Но одно Друэлла знала точно — девять лет назад, произошло нечто, что сдвинуло мир с привычной колеи и возможно толкнуло его в пропасть. И это нечто сейчас не давало ей ни минуты покоя, каждую секунду занимая разум, норовясь отвлечь его от самого важного для любой мамоно. Из пучины собственных мыслей лилим вырвал порыв ветра, взявшийся словно из ниоткуда. Сердце екнуло, а мир словно застыл, стал тягучим и вязким. Листы бумаги, подхваченные внезапно возникшим дуновением, застыли в воздухе. " — Защитные рефлексы сработали, а лучшее охранное заклинание — нет?" Девушка нахмурилась и усилием воли перевела часть маны в защиту, сформировав едва видимый купол. Лилим покинула место и сделала шаг. За долю секунды рефлексы и общая скорость обострились до предела, томные звуки, доносившееся из соседнего помещения, словно испарились, не поспевая за обладательницей роскошной фигуры. Секунды растянулись в минуты. Быстрый осмотр комнаты сразу же дал понимание, что стоит за этим маленьким переполохом. Друэлла вздохнула и подавила действие заклинания. Время вернуло свое прежнее течение, ворох бумаг, так и не успевший покинуть стол, за сотые доли секунды был приведен в порядок изящной рукой. Хлюпанье и стоны в соседнем помещении затихли. — Возможно, правила этикета и манеры для тебя пустой звук, но телепортироваться в комнату дамы без предупреждения — слишком даже для тебя, — лилим злобно посмотрела в сторону темного угла комнаты. Тень вышла на свет, явив фигуру в белом. — Не делай вид, что не получила уведомление, дочь Повелительницы, — колдун кивнул в сторону стола, где среди бумажного однообразия покоился зачарованный конверт, — Колдуны никогда не опаздывают, и я пришел как раз вовремя, — Максвелл указал на ручные часы. — Я не говорила, что готова принять тебя именно здесь, — Друэлла нахмурилась еще сильнее, давление ее ауры ощутимо возросло, но чародей продолжил стоять как ни в чем ни бывало, — Но раз ты изволил явиться в мои покои, то можешь начинать. Ты же здесь за тем, чтобы читать проповеди? — рогатая соблазнительница уселась на кресло и скрестила ноги. Беловолосый колдун ответил ей тем же высокомерным безразличием. — К твоему счастью, меня поджимает время, — неподвижный взгляд чародея застыл на столе с бумагами, — Я могу закрыть глаза на ваши попытки засунуть нос, куда не следует. Любопытство — праздное или из благих побуждений, вопреки стереотипам, свойственно даже демоническому роду. Однако сейчас важно другое. И мне, и всему королевскому двору Эртны известно, что готовится в Лескатии. Друэлла, ты ведь и сама понимаешь, что последует за этим решением? — Охо, значит все-таки проповеди, — ухмыльнулась Четвертая дочь, — Ну что же, я полагаю, что и без моей подсказки всезнающий и всеведущий Марк Максвелл уже сформировал собственный ответ. — Ты хочешь бросить вызов огромной части человечества? Лилим не сдержалась и изящно прыснула со смеху: — Марк Максвелл, — обратилась Друэлла, широко распахнув крылья, — Мама кое-что о тебе рассказывала. Хотя тебе и простительно жить прошлым, но все, о чем ты вещаешь, давно не имеет смысла! Люди, — лилим выделила данное слово, — С самого своего появления неустанно только и делают, что занимается самоуничтожением, истребляя себе подобных. Оглянись вокруг! Нищета, голод, бедность и вечные войны. Они страдают и не способны сойти с этого гибельного пути сами! Друэлла сделала паузу и продолжила речь: — Даже ваше королевство преисполнено проблемами, которые давно удалось преодолеть в демонических царствах. Только мамоно и их искренние любящие сердца способны коренным образом переломить ситуацию, изменить этот мир, — чуть подумав Друэлла продолжила, — Мы не претендуем на него, как и на всех людей в нем, но лишь помогаем тем, кто подвергается наибольшей несправедливости. — Значит вы взяли на себя роль судей, навязывая людям свои истины, игнорируя тот факт, что действия Радикалов могут стать прелюдией к еще одной глобальной войне, — вставил Максвелл, вызвав неудовлетворительный вздох Друэллы. — И эти слова исходят из уст безучастного наблюдателя, что радеет за человеческий род, но не сделал ничего для его спасения из лап самоуничтожения… Колдун грозно смерил ее взглядом: — Повторюсь, не тебе судить, что было сделано и не сделано мной или кем то еще, — тон Максвелла обрел угрожающие нотки, — И это не отвечает на вопрос, как вы планируете предотвратить войну и нарушение мирового баланса? — Знаю, знаю… — махнула рукой Друэлла и поменяла положение ног, — Всего лишь надуманные людьми причины. Уже тысячу лет между "страшными демонами" и "доблестным Орденом" идет непрерывная война на уничтожение. Но пока что все люди умирают только в бессмысленных конфликтах друг с другом или от невыносимых условий, созданных, чтобы поддерживать эту иллюзию. Реальность и проповеди Ордена сильно отличаются, при том не в пользу последних. Лилим встала с кресла и, расправив крылья, посмотрела в глаза Максвелла: — Ты ведь не употребил главный аргумент, — лилим таинственно улыбнулась и подошла чуть ближе к колдуну, — Потому что знаешь правду. Человечеству больше не грозит вымирание. Все происходящее лишь часть плана, часть Судьбы. — Тебе не должно быть это известно… — Конечно, не должно, — Друэлла соблазнительно качнула грудью и развела руками, — Я же всего лишь ветреная лилим, которая по своей прихоти обожает погружать в похоть целые города и наполнять страстью сердца монашек, — лилим обворожительно улыбнулась. Воздух стал зыбким, а тягучая, сводящая с ума любого мужчину аура стала видимой, полупрозрачной. Ни один простой человек не был в состоянии выдержать давление настолько концентрированной силы. Даже великие герои, жрецы и паладины Ордена всякий раз ломались и тонули в пучине разврата, при встрече с лилим. Демоническая энергия давно заполнила комнату густым фиолетовым туманом и теперь вырывалась наружу, окутывая все больше и больше помещений замка. Но даже здесь — в средоточии сводящей с ума зыбкой пелены, таинственное синие свечение — аура человека, отгоняла ее прочь. Лиловые щупальца лишь бессильно разбивались о стену чистого незамутненного света. " — А ты сильнее, чем я думала. Кто же ты такой, Марк Максвелл?" — Друэлла ослабила натиск и демоническая мана перестала заполнять комнату, повиснув в воздухе и медленно рассеиваясь. Максвелл выдержал поединок. — Не грозит вымирание… — столь же резко, как переменилась сама Друэлла, колдун ушел в себя, погружаясь только в известные ему мысли. Сколько раз ему доводилось слышать это слово? Почему он снова поддался столь мимолетному, иррациональному чувству? Еще несколько секунд его неподвижные зеленые глаза отстраненно сверлили стену прямо напротив суккубы, словно смотрели через стекло. — Четвертая дочь, ты — делаешь вид, что знаешь хоть что-то. Но на деле не знаешь ничего, — колдун кивнул в сторону стола и указал на один из отчетов, — Ты прекрасно осознаешь, что помимо нас в сложившийся порядок добавились новые переменные. — Пришельцы не столь серьезная проблема, и они очень даже контролируемы… Максвелл отрицательно покачал головой: — Их становится все больше и больше. Миры сближаются. Они могут стать еще одним камнем, что переломит горб великана, и обратит твой замысел во всеобщий конец. — И ты правда думаешь, что армия Радикалов не ищет решения и не учитывает подобные факторы? — Друэлла исподлобья взглянула на колдуна. Судя по всему, Максвелл ни во что не ставил планы и расчеты лучших умов мамоно. — Это не решение, а шаг в пропасть. — Ты слишком много возомнил о себе, колдун, — кроваво красные глаза блеснули, а хвост быстро задергался, — Считай себя хоть богом, хоть судьей. Фракция радикалов продолжит действовать согласно изначальному плану и ни ты, ни паранойя вашего королевства не станут для нас преградой. Вера в надуманные причины, исходящая от одного человека, не изменит моего решения. Лилим вынесла свой вердикт и, грозно посмотрев на колдуна, добавила: -… Ты выбрал роль пассивного наблюдателя и бессмысленного контролера, мы же меняем мир к лучшему. Во благо человечества, которое давно безразлично Марку Максвеллу, — сказав это на одном дыхании, Друэлла вернула себе изначальное, просто слегка недовольное выражение лица. — Очень зря я надеялся на твое благоразумие. Значит, у меня не осталось выбора, — вздохнул источник раздражения лилим, — У тебя есть четыре дня на то, чтобы прекратить военные приготовления и отозвать войска от границ Полова, а также пресечь распространение демонической энергии на территории Лескатии и вывести оттуда всех своих агентов. Надеюсь, вам хватит совести забрать с собой всех обращенных. — Это ультиматум? — лилим грозно махнула крыльями. — Предупреждение, — спокойным голосом ответил Максвелл, — В противном случае вас постигнет возмездие: тебя и всех примкнувших к фракции Радикалов. Однако я не хочу прибегать к крайним мерам, хотя на кону и стоит слишком многое. Дальнейшее существование Друэллы и, доверившихся ей, будет зависеть только от них самих. Максвелл поднял руку в белой перчатке и раздвинул ткань пространства. Через секунду прямо под ним из синих линий соткалась охваченная синим свечением гексаграмма: — А теперь прощай, Четвертая дочь. Надеюсь, что в тебе осталась хоть капля здравого смысла, — сказав это, по щелчку пальцев колдун исчез из комнаты, растворился в снопе синих искр, оставив Друэллу наедине с собственными потрепанными мыслями. Она понимала, что колдун вовсе не шутил, его предупреждение — не было блефом. Но Друэлла не могла отступить. Слишком многое было поставлено на это дело, тысячи мамоно доверились ей. Она не испугается и не отступит, ведь как и Максвелла у нее была причина вмешаться в сложившийся распорядок. Помутневший расфокусированный взгляд оторвался от созерцания отчета и перескочил на лежащий под изящной рукой рисунок. Черный как смоль он обрел форму шипастого кристалла с острыми, четко очерченными гранями. " — На кону и правда стоит слишком многое".
