Чёрная кошка под белой луной

Чонгук метался по своей комнате. На часах уже 3, а он дома. Не может места себе найти. Юн внезапно написал ему это, и теперь он разрывается между кланом и человеком, что стал ему братом. В комнату робко постучали. - Да... - Чонгук, уже 3 часа, ты не опоздаешь... - Тэхён, помоги мне, - Чонгук сел на корточки и обхватил коленки руками, - я разрываюсь, я не знаю, что делать. - Что такое? - Как бы тебе объяснить, - и не сболтнуть лишнего, - в общем, моего друга сильно обидели. Прямо очень сильно. И вот ребятам написал обидчик, сказал, что ему самому не поздоровится, он хочет отомстить за себя. И при этом раскрыть ещё одного обидчика, того, кто попросил его сделать так. И мне хочется и обидчику сделать больно, и мне ехать надо, меня знакомые общие попросили, сказали, что справятся сами. И ехать важно. Не могу я, - Чон лбом уткнуться в коленки. - Хэй, тише, - Тэ подошёл робкими шагами к старшему и присел рядом, - ты можешь доверять этим знакомым? Они тебе друзья? - Они очень верные, друзья, Самые-самые. - Тогда верь им. Они сказали, что справятся. А что касается обидчика... Попроси их устроить встречу тебе и этому ублюдку, - Чонгук прыснул, понимая, что встреча эта будет в мире ином, - Что? - Ничего, медвежонок, я понял... Спасибо за помощь, - голос Тэ успокаивал и уравновешивал. Немыслимо, будто моральная зависимость уже пошла от этого человека. - Странно, чего ты перенервничал так? Вроде и не так серьёзно... Что ты мне не договариваешь? - Не могу сказать, потому и недоговариваю) - Чонгук почесал затылок неловко. - Это обижает, вообще-то... - Тэ обиженно вздернул носик и пошел к двери, когда его обвили руки на талии. - Спасибо, - короткий поцелуй в плечо, - за то, что не спрашиваешь, - ответ на немой вопрос, витающий в воздухе, - я расскажу тебе, позже. Клянусь...- Гук прервал себя, потому что их принятая клятва звучит дико и смешно. - Ловлю на слове! - Тэ выкарабкался из объятий, разворачивался и грозя пальчиком, - быстро такси заказывай, у тебя рейс через два часа.

***

Юн догоняет друзей в подвале, которые обрызгиваются спрэем с специфическим запахом: имбирь и мускус. Этот запах тут витает давно, уже как 3 года, с тех пор, как появилась Лаура. Парни прошли вдоль бетонных стен дальше по коридору и, повернув налево, тут же оказались у чёрной железной клетки с мощными прутьями. - Лааура, милая, как ты? - Намджун бесстрашно открыл дверь, заходя в вольер к огромной чёрной кошке, что встала с тёплой мягкой подстилки, спокойно подходя к старшему. Большой влажный нос дернулся несколько раз, обнюхивая протянутую руку, затем голова потерлась о ладонь, ластясь. Пантера и вправду стала как домашняя, легла на пол и заурчала, подставляясь под ласковые поглаживания. Джун присел на пол, потакая животному и подзывая друзей, стоящих у железных прутьев и наблюдающих за этим. - Не тяните руки сразу, сначала дайте обнюхать, - друзья послушно протянули руки с расправленными ладонями под мокрый чёрный нос Лауры. Та привстала и обнюхала сначала руку Джина, чихнув мягко, как и полагалось леди, затем руку Юна. Пантера, видимо учуяла что-то знакомое и лизнула ладонь влажным шершавым языком, промурчав что-то низко. Намджун хохотнул. - Кошак кошака видит издалека? - Юнги хмыкнул как-то снисходительно и продолжил ласкать огромную кошку, что стелилась ковриком у его ног, подставляя пушистый животик. - Кажется, Лаура будет охотно меня слушаться, - Юн улыбнулся своей милой десенной улыбкой, - Лаура, пойдем, - кошка встала, понимая четко, что от нее просят и встала рядом с Мином, грея боком его бедро, - мы же сейчас на улицу? Я боюсь, если мы будем восстанавливать её навыки дома, от последнего ничего не останется.. - Идём, - Намджун похлопал по своей коленке, подзывая животное к себе, на что сама грация в чёрном облачении, рыкнула недовольно и плотнее прижилась к Мину, - не, Юн, она будет слушаться только тебя, по-ходу. - Ща проверим, - Юнги отошёл на два шага вперёд и похлопал себя по ноге, подзывая пантеру, - королева моя, пойдём, - пантера активно порысила вслед за "сородичем", изящно повиливая бедрами. Настоящая леди. - Ну, миледи, давай-ка побегаем, - мужчины стоят в поле и смотрят с разных ракурсов, как Мин командует пантерой в кожанном ошейнике с короткими шипами. Лаура вся в готовности: она чует мясо. Метрах в семиста от них с Джином стоит Намджун и держит огромный кусок мяса в руке, вытянутой вбок. Пантера пригнулась к земле, полная грации: сейчас лопатки выделялись на атласной шерсти, сияющей на солнце, длинный хвост в нетерпении мощно качнулся из стороны в сторону. Лаура ждала сигнала, она не бестолковое животное, чтобы кидаться на еду по-сумасщедшему. - Стой, - голос спокоен и тверд. Юнги снимает ошейник и поглаживает по холке, получая утробное раздражённое рычание, - Фас! Пантера, получившая команду рванула с места, заставляя песок и пыль полететь из-под мощных лап. Пантера несется по прямой, фокусируясь не на аппетитном куске, но на месте под ним: она знает, мясо кинут, ей ни к чему прыгать и травмировать хозяина. Скорость поражает, она преодолевает расстояние всего за пол минуты, схватывая на лету огромную вырезку мяса и, не начиная есть, уже лёгкой рысцой подбегает к Мину и усаживается напротив него, смотря в глаза. Аппетитная говядина все еще в её пасти, кровь чуть сочится, стекая по подбородку и капая на сухую траву красными капельками, дразнит животное, что пытается игнорировать металлический манящий вкус. - Ты моя королева! - Юнги с восхищением смотрит на гениальную кошку и чешет за ушком, - а она не потеряла былую грацию и смышленость, - он кричит эту фразу так, чтобы истинный хозяин услышал похвалу, - кушай, я такое не ем, - обращается он к Лауре, - Можно! Пантера откусывает часть мяса, показывая свои белоснежные клыки и укладывается на землю с оставшимся, кушая неторопливо, с грацией и шиком даже тут. Это - не животное, это - богиня! - Джуни, ей уже четыре года с хвостиком, пора бы и пару искать нашей принцессе. - Знаю, - Намджун уже успел до них дойти, всё обтирая руки о серые спортивки. Он разумно переоделся перед тренировкой, - боюсь, с этим придется пока повременить... До мира, хотя бы. Восцарилось минутное молчание, прервавшееся довольным облизыванием большого леопарда-меланиста. - Так, - Юнги похлопал себя по бедрам, - Где всё снаряжение? У тебя была площадка для неё, насколько я помню, - Джун в ответ почесал затылок. - Ну, тогда пойдем на задний двор, - глава клана обернулся к зданию, что сейчас стало небольшим светлым пятном вдалеке: они отошли порядочно. - Аминь дому, - задумчиво произнёс Джин, на что оба кивнули.

***

"Да не могу я так!" - Чонгук стоит в очереди бизнес класса на посадку в аэропорту. "Господи, я веду себя как ребенок.... Мину нужно верить, спокойно" - а вот этим он вообще себя не успокоил. Рука с обгрызанными ногтями и перехрустевшими вдоль и поперёк пальцами тянется за телефоном, угрожая Мину тирадой сообщений, полных манией контроля, касательно ситуации. Jungkook: Юнги, где вы? Jungkook: Что написал этот ублюдок? Jungkook: Вы уже на месте? Jungkook: Ответь! Ну я же волнуюсь! Jungkook: Что вы решили предпринять? Это точно не ловушка? Jungkook: Вот верь вам после этого, тебе даже не интересно.... Он не отправил это сообщение, перечитал предыдущие и осознав, как тупо это выглядит. - Да блять! - тихим шепотом произнёс Гук, - Мин Юнги, идиотина! Девушка впереди напряглась и сглотнула тяжело, но Чон этого не заметил, ему не до того. Наконец они вошли в самолёт и Чон, всегда летающий у окна, плюхнулся на своё место "3F", всё так же нервничая. Рядом села молодая девушка, боящаяся вздохнуть и шолохнуться. На то были причины: Мина она не опасалась, но вот Гук - дело абсолютно другое. Она уверена - он ни на секунду не забыл её, помнит то, что она натворила, втянув одного из них в неприятности. А Юн - она с ним спала, он не может ей навредить и поднять руку на девушку, ему не позволительно такое. Для Гука это - не девушка, для него она просто человек, ни чем не отличающийся от него самого, лишь предавший и подставивший их. Ей нет пощады, спасение её лишь в том, что сейчас они будут в воздухе, а это не его стихия, он не может быть тут как на земле, и законы тут другие. Чон не может придушить её тут, но это всего лишь безопасность на три гребаных часа. Считайте, что ей осталось жить всего эти несколько часов. Ведь то, что она сделала - грязно и непростительно. Гук в это время смотрел в иллюминатор и покусывал губу, переминая костяшки пальцев. Мимо проходит стюардесса, проверяя ремни. И Чон поворачивает голову, когда его просят убрать портфель с колен, замечая давнюю знакомую. - Какая встреча, - произносит Гук, когда стюардесса продолжила проверку, желваки загуляли по лицу, губ коснулся оскал, - и как тебя угораздило снова нам попасться? Видимо карма существует, - он сжал в пальцах подбородок, надавив сильно, что девушка пискнула, затрясшись как осиновый лист, - а давай-ка спросим ребят, что с тобой делать? - глаза загорелись синим пламенем, делая взгляд пылающе-ледяным. Он достал телефон из кармана, в то время, как девушка вжималась в кресло, и начал записывать видео. - Юнги, родной, - спокойным будничным тоном сказал Чон, - посмотри, кого я тут встретил, - он поворачивает камеру на девушку, - Джия, ты же рада нашей встрече? - девушка испуганно часто закивала головой, теряя связь произнесённых слов, согласная на все. А Юн как раз вошёл в сеть, закончив тренировку податливого животного, - у нас тут вопросик возник с ней, - Чон улыбнулся приторно, - что же нам делать с ней, а? Джия, ты знаешь, что делать с тобой? - Джия помотала головой, выпучив в страхе глаза, - Вот мы и хотим к тебе обратиться за помощью, все-таки, в первую очередь, она нагадила тебе. - Гук выключил запись и отправил Мину, сдерживая своё нутро, дабы не убить её раньше, чем они приземлятся в Китае. Ответ последовал мгновенный: Yoongi: Оставь её. Она и так опустилась до работы в круглосуточной аптеке, пусть продолжает жить жизнью ничтожества. Чонгук рыкнул недовольно, заставив Джию дрогнуть. - Он чересчур снисходителен к таким слабым существам, как женщины. Все время конючите и жалуетесь, поддаваясь своим тупым эмоциям и желаниям. А потом кто-то верный себе, а не деньгам попадается на ваши фокусы. Живи и дальше, как грязь. А она и не против, только бы жить. Потихоньку прощаясь с диким страхом, она молчала в тряпочку весь полёт, в то время, как Гук кидал на неё взгляды злости и отвращения.

*Flashback*

Ребята все вчетвером празднуют в борделе Чонгука, проводя время с девочками. Одна из них - новенькая, совсем невинная и трусливая. Юнги плавно плывет взглядом по всем, замечая её в углу комнаты. - Ребят, я первым пойду, с ней, - он указал на девушку сжавшуюся в комок. Друзья согласно кивнули. Юн подошёл к девушке и, взяв её за руку под испуганный взгляд, потащил в соседнюю комнату. - Ну что, осчастливишь меня сегодня, маленькая проститутка? - девушка сьежилась на кровати,даже уменьшившись, и отползла кое-как к изголовью. Юн прифигел и подошёл быстро, пугая её ещё больше, следом наклоняясь и заглядывая в лицо, - И что это? Какого хуя?... - он сел на кровать, ему было больше любопытно смотреть на пугливую эскортницу - точно необычно, - ты девственница, что-ли? - блондинка кивнула, - И как тебя зовут, трусишки кусок? - тон не был грубым и возбужденным. Девушка подняла заплаканные глаза. - Я... Джия... - Так! Вот только не надо мне потоп устраивать, - Мин поразмыслил немного,перед глазами и картинка: отчим насилует мать. Грубо. Безбожно. Так нельзя. - я сейчас поеду домой, скажу, что голова болит, поняла? - лёгкий кивок, - постарайся помять вещи и растрепать волосы. Ещё макияж подпорти, будто у нас что-то было, - выпученные в благодарности глаза и частые кивки, - потом иди в комнату, опираясь на стену, как будто тебе трудно или больно ходить. Тут все здешние знают, что я люблю грубо и иногда болезненно. Все понятно? - Д-да... Юнги приблизился немного и сжал плечо приободряюще, затем молча выйдя из комнаты. Пара минут и послышался звук отъезжающей машины. - Спасибо... - в пустоту, но с благоговением.

***

Снова праздник Чёрной Пантеры. В этот раз они угомонили мелкую шайку в Сеуле. Взгляд Юнги, выпившего лишь глоток любимого виски, пока что, случайно упал на такую же невинную на вид девушку, которую он, неким образом, спас. Джия подзывает его взглядом, что незаметно для других членов клана. - Ребят, я пообщаться с нашими кошечками. - Иди, иди, повышай общительность, наконец, - Джун, попиваюший пиво спокойно, отправляет Юнги к девочкам. Мин выходит из гостиной вслед за Джией и видит её в коридоре. - Что?. - Я должна тебе ночь, которую обломала. Я не боюсь, но я берегла свою девственность для тебя, - она оборачивается с лёгкой улыбкой на губах, и Юн видит: в глазах нет больше прежнего испуга, только волнение. Парень молча хватает её за запястье и тащит в уже знакомую комнату.

***

- Спасибо, Юни... - Тебе спасибо, крошка, оказывается, ты очень даже не плоха, - оба лежат обнаженные на кровати. Джия прижалась к боку Юнги и теперь водит пальчиком по подкачанной груди, а тот, в свою очередь, поглаживает её талию. - Юни, а... Можно спросить тебя? - Мм... - Юнги ухмыляется, - Ну попробуй. - Что это за шрамы, - девушка указала на стройные бледные ноги, на коих виднелись две розоватые отметины. - Это давно было, - Мин решает довериться Джие, - у отчима были два больших добермана, и вот после очередного избиения, я, полуживой, решил сбежать из дома. А эта тварь пронюхала мои планы и выпустила собак на меня. Они и вцепились мне в ноги, чудом туловище не пострадало, это было, когда я был семи лет от роду. Повезло, - Юн нахмурился, вспоминая детскую травму, - терпеть собак не могу. - Прости... - Джия поджала губки в линию. - Ничего, всё в прошлом

***

Джия идет домой поздним вечером. Вдруг из-за поворота выскакивает человек во всем чёрном с лицом, покрытым маской и становится перед девушкой, не давая пройти. Джия сильно напрягается. - Вы Ю Джия? - Д-да, это я, а что? - У меня к вам некая сделка...

***

Это не ночь - это шедевр. Джия выжала из Юна все соки и сейчас он лежит на постельном белье после третьего захода. Девушке позвонили и она вошла ванную, кинув на дремлющего Юна беспокойный взгляд. - Да. Я же сказала, кинофобия. - голос тихий, почти шепчущий, но Юнги слышит, далее голос перекрывается ревом мотора машины за окном, - двадцать шестого оставшиеся? Спасибо. Девушка улеглась и прижалась к Мину. Это было доверие. Одностороннее.

***

Намджун и Юнги идут по роскошному саду Хейше, в сопровождении хозяина и слуги. Неожиданно к зрелому Волку подходит приближённый, что-то шепчет на ухо. - Извините, я должен отлучиться, - учтивая, хорошо подделанная улыбка, и Хейше удаляется в особняк. И молодые люди остаются втроем. Из внутреннего кармана главы Пантеры раздаётся вибрация. - Это Юонг, - он отходит подальше в сторону, придерживаясь принципа "личное - не публичное". - Дорогой гость, думаю нас догонит ваш друг, пойдемте дальше, пока ничего исторического и интересного впереди нет, - китаец мило улыбнулся остановившемуся Юну и поклонился немного. Юнги молча пошел за прислугой. Разговор, видно, затянулся и они уже минут десять шли одни. Сквозь цветущие грозди сакуры показалось деревянное сооружение. - Что это? - по мере приближения, в Юнги пробуждались опасения. - О, не беспокойтесь, это псарня, - Юн побдеднел сильно, но ему нельзя выставлять собственную слабость на показ, потому он продолжает идти по тропинке, проложенной сквозь живописную растительность. Неожиданно дверь деревянной постройки открывается и оттуда выбегает резво стая собак... Доберманы. Чтоб их... У Юнги подкаштваются ноги, он стоит лишь Богом поддерживаемый, но вот главный в стае, судя по виду, поворачивает свою узкую морду и внюхивается в воздух. Знакомый запах. Животные рычат агрессивно и кидаютня на Мина остолбеневшего, сбивая его с ног и вгрызаясь острыми зубами по всему телу. Юнги не кричит, нет. Каков смысл? Он лишь делает все, что может, отбрыкиваясь от взбесившихся животных и чертыхаясь, смотря на слугу, который побежал в псарню, чтобы взять вилы, уже сорвавший голос, когда орал на собак. Джун, что был неподалёку, уже закончивший разговор, ускорил шаг, услышав лай. Он выходит на небольшую поляну и видит Юнги, истекающего кровью от укусов и царапин когтями, лежащего на животе хоть для какой-то защиты, потерявшего сознание. В глазах Намджуна немеренный гнев, готовый разнести весь этот гребанный сад, всех этих долбанных собак. Старший вмиг подлетает, пытаясь зажать руками рану между шеей и плечом Юна, сильно кровоточащую. - КАКОГО ХУЯ ТЫ СДЕЛАЛ, УЕБОК? - слуга стоит и смотрит в ужасе на Юна, истерзанного уже запертыми животными. Парня грызли так, что кожа летела: одежда порвана, рубашка превратилась в темно-алую, а брюки похожи на лохмотья, везде поблизости сухая земля запачкана кровавыми следами лап и шмотками кожи, оторванной жестоко и бессознательно, - ЗОВИ БЫСТРО ХЕЙШЕ, ПОКА Я ТЕБЯ НЕ ПРИКОНЧИЛ. ЕСЛИ МИН УМРЕТ, Я ПОДОРВУ ЗДЕСЬ ВСЕ К ЧЕРТЯМ. Спустя четыре минуты подлетает хозяин особняка и личные лекари. - Заперай псарню. - голос железен, как вкус крови, что запачкала губы, - Я сожгу твоих собак заживо.

***

Мин, с подзажившими ранами приходит в бордель. Ему нужно поговорить с этой продажной сукой. Парень врывается в комнату Джии, которая уже собирает вещи, собираясь бежать. - Вот ты где. - кровь стынет в жилах от этого тона. Этот человек страшен в гневе. Джия поворачивается медленно и вжимается в стену, когда Юнги подходит ближе, метая искры взглядом, - Довольна, тварь? - он срывает футболку, оголяя кожу, на которой красуются бордовые запекшиеся раны: безумно глубокие. Она пробегается по телу взглядом: нет сожаления, лишь страх за свою жизнь. - Ах ты сука. Страшно тебе, что пристрелю прямо тут, да? - он хватает за горло девушку, врезаясь ногтями в кожу. Перед глазами вспыхивают воспоминания: отчим душит мать, избивая и насилуя её который раз у стены. Рука Юна медленно ослабляет хватку и опускается, а девушка падает на колени перед ним, задыхаясь. - Беги. И не попадался мне на глаза, ничтожество прогнившее. Юнги выходит из комнаты, поднимая и отряхивая чёрную футболку. Она не заслуживает даже смерти, так пусть жизнь ей будет пыткой.

*End of flashback*