Чёрная кошка под белой луной

Джин выскакивает шустро из машины и несется сломя голову в больницу, врезаясь плечом в автоматические двери. Сейчас не важно. Ким подлетает к стойке ресепшна и без спроса хватает телефон, набирая номер телефона, что стоит в палате у Хосока, под непонятливые взгляды медсестёр. Гудок за гудком, но ответа он никак не может дождаться. - Черт! - Сокджин рыкнул и обернулся к медсестре, сверкнув глазами, - Где Чон Хосок?. - Джин? Что случилось? - Хосок медленно двигается в больничной пижаме и тапочках, держась за руку медсестры. - Хоби, мне нужны врачи, которым ты доверяешь. Гука ранили, он в себя не приходит. - Понял. Подготовь мой кабинет для приёма и операционную напротив. Предупреди доктора Хвана, что скоро он нам может понадобиться, - обратился Хосок к кивнувшей девушке на ресепшене, а затем достал телефон, который неожиданно для Джина оказался в кармане светлой пижамы, и позвонил. Телефон Сокджина завибрировал, и тот достал наушник, чтобы обе руки были свободными, сунув попутно телефон в задний карман брюк, - Задам несколько вопросов пока, - Хосок поковылял к лифту поторапливаясь, насколько в его состоянии это было возможно. Дождавшись короткого "мгм", он продолжил, - тип ранения? - Пулевое. - Область? - Кажется рядом с селезенкой, могу ошибаться, - дальше голос стал менее слышим, будто парень говорил, прикрывая динамик телефона рукой, - Помоги перетащить, ладно? - Хосок этому значения особого не придал, Джин мог предусмотрительно взять с собой кого-нибудь из их немногочисленных слуг. - Сильное кровотечение? - Сейчас его нет. Хосок заступорился на месте, как только вышел из лифта, - Что за хуйню ты несешь Джин. В смысле, нет кровотечения. Когда ранение случилось? - Примерно полтора дня назад. - Блять, Джин, ты совсем сдурел? Какого хрена он ещё не в послеоперационной, почему не привезли его раньше?? Он жив вообще? - Вроде жив. Его только этой ночью вернули на вертолёте из Китая. Джун был уверен, что он мёртв. - Да, ебанутость у вас - семейное. А теперь поподробнее, как так вышло, что брат твой считал Гука мертвым, а ты воскресил? - У него пульс около пары ударов в минуту, - Хосок выплюнул воду, которую пил на ковер. - ЧЕГО НАХУЙ, - стук в дверь, - входите. В дверном проёме показалась широченная, чуть сгорбленная под тяжестью Чона, спина Джина. Затем Хосок увидел незнакомого ему юношу, который держал Чонгука за ноги, неизвестный весьма удивил старшего Чона телосложением: необычное для слуг мафии. Хоби перевел взгляд на Гука: лицо бледнее полотна, а губы почти перестали отличаться по цвету от кожи. - Сюда, - Хосок указал на кушетку и обошёл стол, удерживаясь за него рукой, - Джин, подай стул, - Чон сел, а оба Кима отошли на пару шагов, - Джини, кто это? - Я... - Это его любовь. - Кто и чья? - Хосок разговаривал, подготавливаясь к тщательному осмотру. - Обоюдная, если правильно понял, - Джин посмотрел на Тэ. - Д-да. Надеюсь, что так. - А я и не в курсе... Джин, ранение произошло полтора дня назад? - Вроде того. - Думаю, братишка растратил максимум человеческой удачи на подобное, если он выжил. Такого в принципе, никогда в медицине не было, и, думаю, не будет, - Хоби снял перчатки и приложил два пальца к шее младшего Чона, пока те молча ждали. Хосок сосредоточился, дожидаясь, похоже, слабого толчка сердца и после выдохнул, повернувшись обратно к Кимам, - жив. Тут не просто чудо, тут как минимум пара миллионов планет из разных галактик встали четко в ряд. Расскажу своё предположение: было две пули, которые прошли в одном месте практически под одним и тем же углом. Первая задела стенку селезеночной артерии и открыла кровотечение. Он бы умер там же минуты через три, если бы не вторая пуля, которая запекла кровь и закрыла кровотечение. Сейчас Гук в коме, в весьма необычной коме, при которой пульс у него всего пару ударов в минуту. Рана, девятое чудо света, следующее за его жизнью сейчас, оказалась практически чистой. Точнее не скажу, мне и по этому поводу надо будет подумать... - парни слушали затаив дыхание и пытаясь усвоить все сказанное. С особым упорством стремился переваривать информацию Тэхён. Удивительно крепкая система у этого девятнадцати летнего паренька, - подключим ко всем нашим желазякам, отдохнет недельку-другую, выдыхайте уже. Оба с облегчением выпустили воздух из лёгких и прикрыли глаза: жив. Будет жить. Будет... Тэхён неожиданно валится на колени, а затем полностью грохается на жёсткий холодный пол. Его удерживал от срыва жуткий страх за жизнь человека, который уже стал ему близким безумно. Родным. Своим. Тэ заходится в истерике, что набирает обороты, разрушая все стены и барьеры, которые он выстраивал, дабы не сорваться не вовремя. Джин присаживается на корточки рядом и начинает легко поглаживать парня по плечу, так тепло, по-настоящему поддерживающе. От такого простого жеста его накрывает девятым валом, и Ким не сдерживает более свои слезы, эмоции и, куда без этого, сопли, которые он небрежно утирает рукавом. А Джин продолжает его подбадривающе похлопывать, пока Хосок даёт указания старшим медсестрам по телефону. Наконец он закончил, позволил себе опуститься на колени рядом и обнять рыдающего Тэхёна. Обнять так крепко, чтобы держать неимоверно долго. Потому что им обоим это нужно. Потому что... Потому что не надо тут слов, пока итак все понятно. Понятно так же как и Джину, вышел из комнаты, оставшись за дверью ждать персонал.Тэ все равно, он не видит сейчас ничего, кроме части спины и плеча, которое он, впрочем, изрядно запачкал. Но есть ли разница? Ровно так же он не заметил, когда Чонгук исчез из комнаты на носилках. Ни один, ни другой не знали, сколько просидели так: минуты тянулись долго и мучительно, скребли противно по сердцу. Скоро у Тэхёна просто закончились слезы, он угомонился в надежных и крепких руках Хосока, от которых, по непонятной причине, веяло тем самым необычайным уютом Гука, они родным были. Хоби наконец перестал чувствовать трясущиеся плечи в своих объятьях, теперь он ощущал лишь часто вздымающуюся грудь и слышал по-детски умильное икание. И вправду - родной. Чон мягко взял его за плечи и отстранил от себя, чтобы заглянуть Тэ в глаза. Хоби мягко улыбнулся - ну совсем ребенок: глаза припухли, щеки покрылись розовыми пятнами, нос покраснел очаровательно, а губы почти потеряли контур. Тэ снова икнул и подтянул руку, чтобы утереть руковом нос, но его перехватили: - Не пачкай рубашку соплями, - Хосок вынул из нагрудного кармана больничной рубашки носовой платок и протянул, - Держи, - юноша принял его с кивком благодарным и высморкался. Хоби улыбнулся солнечно и всав с пола, подал руку Тэ, - Как зовут тебя, чудилка? - Тэ..ик Тэхён. - Понятно. Я Хоби, брат Чонгука. - Ой.. Рад знакомству, - Ким поклонился. - Хорош кланяться, лучше помоги воды налить, я, конечно, не инвалид, но царапинка моя побаливает, - старший потер живот, зажмурив один глаз, - Да и тебе бы не помешало. Тэхён подбежал шустро к графину и наполнил стакан, так же быстро затем возвращаясь к уже севшему на кушетку Хосоку. Тот отпил половину и вернул Тэ, который не стал возвращаться за новой порцией, а просто допил оставшееся. - Я поболтать с тобой хочу, если ты в состоянии сейчас, - Чон похлопал ладонью рядом с собой. Тэ залез и уселся поудобнее, неуверенно помахивая ногами в воздухе - Да, мне.. Тоже это сейчас нужно. - Давно познакомились, раз ты так за него тревожишься? - Мм... Нуу, примерно неделя, как знакомы, - Хосок смешно округлил глаза и посмотрел на Тэ, - шесть дней, как съехались. - Это как так вышло? - А это... - Тэхён улыбнулся немного грустно, - Это я к нему на работу так нанимался. В бордель. - Правда? Но почему... Неужели ты так запросто готов быть снизу? Я... - Чон заметил, как уголки губ Тэхёна опустились, - прости, я сильно напираю... - Нет, я расскажу. Вообще мало кто об этом знает, на самом деле, вообще никто. Но я хочу поделиться этим с тобой.. Мы же можем на "ты"? - Ещё спрашиваешь. - Спасибо, - Тэ поднял на старшего взгляд, который отдался уколом в сердце. На него будто смотрел побитый щеночек, - Мои родители умерли, когда мне было восемь. Пару лет об этом не особо было известно, а потом, когда тётя впервые пришла на школьное собрание, пошел слушок, что родители сдали меня в детдом, а потом меня приютила какая-то женщина. Ведь у нас даже фамилии разные. Дальше стали строить версии, по какой такой причине от меня отказались. Кто-то считал, что родители спились и побили так сильно, что я сам ушёл после двух недель в больнице, когда я отходил от аварии. Кто-то говорил, что я был неудобным ребёнком и вообще ошибкой. Одна версия стала особо популярной: о том, что меня трахнули по моему же согласию. С тех пор я и стал шлюхой, - слова дались нелегко, надавливая на самые больные точки горечью воспоминаний. Две слезы упали на чёрную ткань джинсов и Тэхен запрокинул голову, пытаясь высушить слезы, - Я стал настолько часто слышать сплетни и шепот, пересказывающий "все, как на самом деле было" с новыми дополнениями и красками, что почти начал в это верить. А обращение к себе в форме "шлюха", "шалава", "проститутка малолетняя", я слышал с такой периодичностью, что забыл бы своё имя, если бы не тётушка. История стала слегка забываться, а прозвище так и осталось, мне казалось, моего имени вообще никто не помнил. Дальше... А дальше хуже, - Тэ замолк. - Тэхен, верно? - как же давно он не слышал своего имени, произнесенным кем-то, кроме тетушки. Уже пять лет его не замечали, и его это устраивало. Лучше чем слышать постоянные оскорбления в свой адрес, - Можем познакомиться? Тэ развернулся к симпатичному парню с лисьим разрезом глаз и кивнул неуверенно - Я Чонин, Ян Чонин. Можешь звать меня Айен, меня так обычно друзья зовут. Я... Подружиться с тобой хотел. Не против? Ким мотнул головой, и кудряшки милашно запрыгали на голове. Он редко с кем-то общался. Но, похоже, это закончилось. Заканчивалось... - Тэхен, ты мне нравишься, - прошло около двух месяцев с их знакомства. Они пролетели незаметно для Тэхёна, а сейчас они сидели в доме Айена и прибирались после тусовки в честь дня рождения Яна. Остался только Тэхён, он всегда помогал по таким мелочам всем, кто его не гнал. Айен подполз поближе к Тэ, который выронил несколько пластиковых вилок от такого признания, - Ты мне очень нравишься. Ты такой красивый, я... - Чонин подцепил пальцами подбородок и чуть надавил пальцем на нежную кожу, при открывая рот, - так хочу тебя. Чонин впился требовательным поцелуем в мягкие губы, развязно запуская язык гулять по рту, что стонал протестующе. Тэхён отпихивал его, упираясь ладонями в грудь и пытался отстраниться. Чонину, что был на год его старше и значительнее крепче, было откровенно плевать на все брыкания Кима и он отстранился лишь после кого, как прикусил нижнюю пухлую губу до крови. Это было противно. - Ты чего творишь, Чонин?! Я не давал согласия, - глаза Тэ пылали яростью - Именинникам не отказывают, - Чонин толкнул его в грудь так сильно, что Тэ упал на пол, стукнувшись головой, а Айен все наступал, и, медленно раздвинув коленом его ноги, навис над младшим, что вжался в пол, - Ну же, будь хорошим мальчиком, сделай мне подарок, - Айен наклоняется к шее и оставляет на ней яркий засос, от которого все тело покрывается отвратительными мурашками. Ким с силой отрывает лицо Чонина от своей шеи и вмазывает тому громкую пощечину, выкарабкиваясь из под него после замешательства старшего. Ненадолго. Ян резко встал, почти швырнул парня в стену, прижимая быстро своим тяжелым туловищем, и зашептал зло на ухо: - Я слышал, что шлюхи работают безотказно и без выходных, а я обхаживал тебя два месяца. Что за черт. Или тебе твоя сучья гордость мешает покорно раздвинуть передо мной ножки? Это перешло вообще все границы. Тэхён что есть силы вдарил коленом Чонину между ног и, пока тот скрючился, выбрался вновь и на полпути к двери развернулся: - Я думал, что мы друзья, - в глазах застыли слезы. - Хуйню не неси, я не дружу с детдомовскими шлюхами. Слезы все-таки потекли дорожками солеными по лицу. Тэхён больше ничего не сказал. Он просто молча ушёл и заблокировал Чонина везде где мог. Проревел всю ночь и не ходил в школу неделю... - Дальше мной просто захотели воспользоваться. Видимо я действительно стал шлюхой. Говорят, со стороны лучше видно, - Тэхён снова утер слезы от болезненных воспоминаний, которые вычеркнуть так и не удалось, - В универ я не пошел, отучился в колледже и все. Сейчас мне уже девятнадцать, сижу у тёти на шее до сих пор. У меня нет мечты и цели, кроме как не обременять тётю своим присутствием. Я попытался устроится на работу, подал заявку в несколько мест. В общем, все отклонили из-за недостатка опыта работы, только из борделя ждал ответ. Гук сам позвонил. Провёл собеседование, извращуга блин... Заставил переодеться в одежду для трассы, и станцевать на шесте. Дурачок. А потом позвонили мне из больницы, сказали, что тётя в аварию попала. Её прооперировали экстренно, ждать нельзя было. И выставили мне потом ценник в четырнадцать миллионов вон, - Хосок кивнул понимающе - ясное дело, таких денег нет у Тэ, - Чонгук оплатил ещё и в вип палату перевёл, - Тэхён поджал губы под пристальным взглядом Хосока, - я не люблю быть в долгах перед кем-то, боюсь, что этим воспользуются легко. Ну он и запросил к нему переехать и выполнять все его прихоти. По факту, я просто живу теперь на его шее в его доме и ем его еду. Интересно долг отрабатываю... - Он не делал так никогда. И собеседование сам не проводил. Ты ему как раз с первого взгляда приглянулся, а Пант.... - Хосок запнулся, не договорив "а Пантеры абы с кем себя так не ведут", поняв, что чуть не спалил их. - Я знаю про вас. Почему-то меня это не сильно страшит. Сейчас я действительно хочу, чтобы Чонгук очнулся. Если он проснется и останется таким же, я никуда не уйду. Потому что, похоже, полюбил. - Ты сильный, Тэхён. Тебя примут. - Я тоже хочу этого. "Лишь бы ты только вернулся ко мне"