Чёрная кошка под белой луной

Прошло уже шесть дней. После этого разговора дни тянулись непозволительно медленно. Первые дней пять Тэхён от Чонгука не отходил вообще. Сидел на стуле рядом с его койкой, смотрел в красивые черты, воссоздавал каждую секундочку, которую они провели вместе. Когда спина затекала, он отходил чуть дальше, на кровать, которую поставили в палате по его просьбе. Тэхён не спал почти совсем: пара часиков в день, если удавалось. Не ел нормально. Он больше уже не плакал, не позволял себе. Слишком о многом ему нужно было подумать. И он думал. Он изнуял свой мозг, нещадно гоняя себя по воспоминаниям, который были связанных с человеком перед ним. Изо дня в день: что было бы, если бы я тогда удержал его? Что, если бы не позволил улететь? Что, если... Бесконечный круг. К концу пятого дня он пересмотрел все варианты событий, стал повторяться, путаться в своих собственных мыслях. О да, он испугался. Знали бы вы, как он побоялся забыть, упустить что-то важное и драгоценное. Тогда он стал повторять все с самого начала, не додумывая лишнего. И черт бы его - не получалось, он сам поймал себя в сеть. Хватаясь за голову, он ходил по комнате, но все воспоминания ускользали от него, словно тень ото сна. Дымка. Он забыл то, что было на самом деле, пока скитался по лабиринтам "если". Сам принялся сводить себя с ума. Свёл. До того свихнулся что раскрошил бы себе череп, пока долбился головой в бесконечные белые стены. Благо Хосок, который решил навестить Гука, оттащил его и приказал врачам дать ему успокоительное. Тэхён уснул под действием препаратов. Заснул на пятнадцать часов на радость Хосоку. И сейчас Хоби наблюдает, как два родных друг другу человека лежат на соседних кроватях и будто спят оба. Кажется, что они дышат в унисон.... Если бы это могло быть правдой... Тэхён нехотя распахнул глаза. Вставать с кровати он пока не торопился: усталость, которую он ощутил под успокоительным никак не хотела уходить. Он повернул голову и взглянул на Чонгука - ничего он не пропустил. Все до одного показатели такие же. Тэхён перевёл взгляд на Хосока и поспешил встать, чтобы показать своё уважение: - Хо.. Хосок, здравствуй. - Лежи. Отдохни. - Но.. - Ты не спал пять дней, - Хоби поднялся со стула и подошёл поближе к койке Тэ, - прекрати над собой издеваться. Если будешь искать выход и винить себя в том, что он сейчас в коме - сбросишься с крыши этой больницы быстрее, чем увидишь его глаза, - Хосок зглотнул вязкую слюну: у него с этим есть отдельные воспоминания, которым сейчас не место в его мыслях, - я знаю, ты хочешь их увидеть. Увидишь, если пообещаешь мне и себе, что перестанешь страдать этим бредом, в который себя погружаешь. Тэхён молчал, лишь смотрел, ожидая продолжения речи. - Пообещай. - Как мне не делать этого? Хосок, я так боюсь, - Тэхён сел на кровати и поджал колени, уткнувшись в них носом, - Ты бы знал, как.. - Я знаю, что ты чувствуешь. И ты сам должен себя из этого вытащить. Никто тебе с этим не поможет, даже я, - Хосок взял Тэхёна за плечо и, дождавшись взгляда, продолжил, - Тэ. К нам попало аудио, которое Чонгук записывал там. Знаешь, почему у него появилась седина? - Ким помотал головой, - слушай. Хосок достал телефон и включил отрывок записи. Зазвучал незнакомый голос. - А теперь осознай, там сейчас твоя шлюха, Тэхён, - Тэ скривило бы от бывшего прозвища, не знай он, что за этим могло следовать в любую секунду. Да, ему придется это пережить, - И он подохнет там, вдали от тебя, - раздался психопатический смех и срывающийся крик. Родной. Беспомощный. Надрывный. Тэхён схватился за сердце, ему так же больно сейчас, ужасно. Дальше последовал глухой грохот: кажется Чонгук упал на колени, выкрикнул так же снова. С той же несоизмеримой ни с чем в этом мире болью, - а ты подохнешь тут. До того, как Хосок успел выключить запись, раздался выстрел. В ту же секунду слеза спустилась по щеке Тэ и спряталась в тени по подбородком. - Он... Из-за меня он сейчас в таком тяжёлом состоянии... - Нет. Благодаря тебе он жив сейчас, Тэхён. Именно потому, что ты в его жизни появился. Он сейчас меж двух миров застрял. И ты - его единственная причина, для того, чтобы жить или же умирать. Поэтому, не смей, слышишь меня? - Хосок схватил Тэ за плечи и встряхнул, - Не смей заставлять моего брата думать над выбором, - Тэхён закивал часто и набросился на Хоби с объятиями. А тот прижал одной рукой понимающе, второй зарываясь в розоватые волосы и легко их поглаживая, - Все, все, тшш... Слеза скатилась по бледной скуле и исчезла в седоватых прядях. Показатели на аппаратах стали расти медленно. Хосок с Тэхёном подбежали к койке Чонгука. - Гуки, пожалуйста... Ты сможешь, - Тэхён прильнул головой к груди Чона, наслаждаясь заходящимся в более частом ритме сердцем, - Ну же.. Показатели дошли до пульса 30 ударов в минуту, а затем начали опускаться так же медленно. Тэхён, было поднявший голову, уронил её обратно на крепкую грудь и вздохнул с горечью, которую можно было почти ощутить на языке... Это был первый раз за все время. - Чонгук слышит нас, Тэ. Пожалуйста, будь с ним рядом. Он заслужил немного счастья. - Буду. Он вернется. - Обязательно. Дни шли. Тэхён начал есть по норме, больничная еда не была такой плохой, как можно было от неё ожидать. (Ложь, блевал, в лучшем случае, половину того, что съедал, если он ел всё. Из-за этого пришлось сократить вдвое его рацион, а то, что не съедал - выкидывать, не хотелось волновать Хосока) Он перестал, действительно перестал водить себя по лабиринтам прошлого. Стал вместо этого разговаривать. Поначалу он немного стеснялся это делать - выглядело дествительно... Глуповато. Говорил будто с собой. Но каждый раз старался это перебороть, начиная бурчать себе под нос тихонько. А потом... Потом он привык. Начал болтать о глупостях, перескакивая с темы на тему резко. Показывал себя настоящего, приучал, даже если тот не слышал. Было в этом что-то особенное, личное, близкое. Сердце стало биться немного чаще, что не могло не радовать Тэхена, который посматривал на показатели довольно, рассказывая очередную историю последних школьных лет или воспоминания, связанные с тётей, специально выбирая только положительное. Пак Бора лежала на том же этаже, но достаточно далеко от палаты Чона, поправляясь в хорошем темпе. Тэхён стал её навещать почти ежедневно, но недолго. Ему приходилось много врать. Кажется, он никогда столько не врал: про работу, про жильё, про друзей, состояние и настроение. Практически о всём, только бы тётушка не волновалась. Бора начинала потихоньку ходить на костылях, сама справляться кое с какими делами, но выписываться было всё равно рано. Тэ сказал, что он работает далеко и там ему дают место для проживания, а потому лучше тетушке остаться в больнице, ведь одной ей будет очень справляться с домашними делами. Спорами-уговорами она согласилась все же на то, чтобы выздороветь для начала, а потом уже возвращаться к нормальнлму распорядку. А Ким большую часть времени проводил у Чонгука, пытаясь уловить крохотные изменения в состоянии.

Billie Eilish - I love you

Прошло около трёх недель, рана Гука затянулись более-менее, и Тэхён дорвался наконец, смог лечь рядом с Гуком. Тепло. Хорошо рядом с ним, даже несмотря на то, что Тэ лежит в совершенно неудобной позе из-за всех проводочков, которые подключены к Чону. - Гукии, когда ты придёшь? - Тэ вздохнул тяжело и выпустил тихую слезу. Гук не видит, но слышит, нельзя его расстраивать, нужно давать ему надежду, - я так жду тебя, л.. люб.. Прости, мне неловко, - Тэ улыбнулся легко и уставился в потолок: посмотрит сейчас на Гука - заревет. Потому что так близко. Потому что настолько далеко. Убивает, - Я к тетушке сегодня ходил. Она поправляется. Почти бегает.. Гуки.. Я.. Я скучаю так, ты бы знал... - Он не может позволять реветь себе громко. Только так, как сейчас, выпуская из себя молчаливые слезы. Тэ повернулся на бок и прижался ещё ближе к Чонгуку, положив ему руку на сердце и поглаживая легонько, - я так хочу снова увидеть твои глаза... - Тэхен сжал ладонь в кулак, - Я буду ждать. Сколько нужно. Только не бросай меня, ладно?.. Хоть год, только не оставляй, - Слезы текли без остановки, пропитывая рукав больничной рубашки Чона, голос подрагивал, а пальцы сжались до побеления костяшек, и Тэ положил голову Чонгуку на грудь, слушая слабые удары, - Вернись ко мне, мм? Я же... Я люблю тебя, - первое признание. Тихое, словно шелест ветерка в листве. Слившиеся с воздухом и растворивлееся в нём. Такое искреннее, нежное, нужное.... По бледной щеке стекла слеза, веки дрогнули, пульс скакнул сразу на шесдесят, аппараты заверещали. Тэхён пододвинулся к уху ещё ближе, так, что губами даже коснулся. - Люблю, слышишь? Я уже сказал, а ты мне нет. Ты задолжал мне эти слова. Хиленькое сообщение не считается, Гук, проснись и скажи мне! - Тэхён всё время повышал свою интонацию от нарастающего волнения, - скажи, что любишь меня, Чонгуки! - Тэхён прижался к шее губами, где сумел достать: прямо к венке, которая пульсировала непривычно часто. Чонгук вдохнул резко и открыл глаза, перед которым всплыл скучный белый потолок. Под боком ощущалось человеческое тепло, а на шее... Губы и дыхание? Чонгук с трудом повернул голову и увидел зарыданное, но улыбающееся квадратно лицо Тэхена. Гук не помнит, чтобы Тэ когда-нибудь улыбался настолько ярко. Некоторые розоватые пряди прилипли к мокрыму лицу, по которому всё ещё стекали слезы, обладающие сейчас вкусом безмерного счастья. Чон протянул руку к щеке и погладил нежно, проговорив шёпотом: - Ради такой твоей улыбки я готов умереть, и не раз. - Дурак, - Тэхён толкнул Чонгука в плечо аккуратно: знает, что может больно сделать, - я так ждал... - Я люблю тебя, маленький, - Чонгук переместил руку на лопатки и чуть надавил, прося прижаться теснее. - Чт.. Что? - Говорю слова, которые задолжал, - слышал. Тэхён счастливо кивает головой и смотрит в бездонные чёрные глаза-галактики, по которым скучал безумно. Чонгук переползает ладонью на шею и притягивает голову ближе, касаясь лаского мягких губ своими, бережно их сминая, не желая углублять поцелуй: какие тут бешеные страсти, когда лишь чистой любви и нежности здесь место. - Да, конечно. Не подождёте минутку, я вынужден проведать пациента, - голос где-то в коридоре, такой знакомый, но оба не слышат его, наслаждаясь тем, чего достигли спустя долгое время: друг другом. Дверь открывается и Хосок застывает в дверях с улыбкой, меняющейся на красивое "о", и глазами, лезущими на лоб. Как и, собственно, Пак Бора, которая чуть костыли не выронила. - Чт.. - оба парня поднимают глаза на людей, застывших в коридоре. - Хосок, почему ты.. - Чонгук??? - Тэхён, что ты делаешь.. - А что вообще, собственно, блять, происходит?