Чёрная кошка под белой луной

- Наконец-то! - сумки коснулись пола, а Тэхён раскинул руки и вдохнул аромат дома: все-таки он особенным был, - Гуки, давай быстрее, - Тэ за секунду скинул с себя вещи и пошел босиком по тёплой плитке на кухню, а Чонгук засмотрелся. Такой домашний его возлюбленный, так правильно он смотрится в его доме, так хорошо на сердце. - Ага, - он ответил не сразу, постепенно возвращаясь к реальности из своих мыслей. Чон взял специально наполовину полные сумки: нельзя ему тяжести пока что. Тэхён подбежал к нему, чмокнул в носик весело и схватил остальные пакеты: да, в больницу им привозили провизию на целый взвод, кажется. (Угадайте, кто был поставщиком 75% от всего этого) - Давай поедим? - Тэхен быстро начал распихивать продукты по двум холодильникам, выбирая то, чем они будут обедать. Чон подошёл к нему сзади, обвил руками вокруг талии и устроился подбородком на плече младшего, - ты чего?.. - руки поползли под свитер и начали оглаживать мягкий живот, заставляя покрыться мурашками, а лебединая шея Кима оказалась под атакой осторожных укусов, что будоражили тело. Тэхён откинул голову невольно: шея - его слабое место, - Ч-чогук, может... Ты же голоден... - О, да, малыш, я безумно голоден, - глаза Чонгука загорелись жаркими огоньками: голод его еда утолить не сможет. И Тэхён покраснел и закусил губу, когда почувствовал мокрый горячий язык на своей шее: приятно до подгибающихся коленок. Тэ не падает, кажется, лишь потому, что Чонгук держит его в своих крепких надежных объятиях. Киму так хорошо, что вот-вот плохо станет. - Я... Мне нужно в душ... - Тэхён не дурачок, понимает, к чему идет вечер. Он даже в интернете читал, как и что... Да, с перерывами, в которые он прятался красными щеками в подушку и графином воды, который к концу эксперимента опустел, но читал! Чонгук нехотя его отпускает, лизнув напоследок шею и сжав ягодицу аппетитную, а Тэхён мышкой выскальзывает из крепких рук и уже с верхней ступеньки лестницы чуть хриплым голосом произносит что-то типа "жди в своей спальне", на что Чонгук кивает. Он тоже волнуется, его пальцы слегка подрагивают, но он это умело скрывает. Ни с кем он не был и не будет таким же осторожным как с Тэхёном. Чонгук забыл, что значит нежность в постели. Девушки в его борделе были крайне опытными, даже скучными временами, а парни в клубе сами себя растягивали на крупных игрушках. Стонали все, но так фальшиво. Он только сейчас это понимает. Только сейчас, утонув в тихих коротких вздохах и предыханиях своего медвежонка, которого старший дразнит, проходясь по ягодицам и чувствительным соскам. Сейчас он ничего кроме своего Тэхёна он не слышит. И ему хорошо. Ким влетел в комнату и схватился за сердце: ещё бы, и инфаркт от такого волнения хватить может. - Так. Стоп. Тебе надо вы.. Выч.. Да что это такое! - Тэхён шепчет это громко себе под, сердясь на свое стеснения и неопытность. Ну не может он это выговорить! Не хочет вслух! - может.... Да, Тэхен решил, он сделает все, чтобы Чонгуку этот их (его) первый раз запомнился. Тэ подошёл к шкафу решительно, но вся его уверенность испарилась, когда он тихонько с закушенной губой приоткрыл дверцу деревянную: это все слишком для девственника. Тэхён закрывает глаза и протягивает руку к отсеку с анальными пробками, на ощупь выбирая ту, что поменьше. Затем наугад берёт бутылек со смазкой: когда не знаешь, что выбрать - закрывай глаза и выбирай наугад. Так же с закрытыми глазами он закрыл дверцу и, шаркая в ванную, посмотрел на то, что он прихватил: красная глянцевая анальная пробка и смазка со вкусом... манго? Серьезно? Он манго в своей жизни всего раз пробовал и то лет в восемь! Тэхён открыл крышечку лубриканта и принюхался: приятный фруктовый сладкий запах, но, очевидно, химозный. Ким выдавил на палец немного и попробовал кончиком языка: ну... сладковатый. Ожидаемо. - Уверен, Чонгук вкуснее, - Ким хмыкнул, а потом осознал то, что он сказал и покраснел, - ой... - Ким прыснул, - Так, все, пора готовиться... Ну.. Или пытаться готовиться, - Тэхён по вертел в руках клизму, которую достал из кармана и посмотрел на то, что взял из страшного шкафа: шанс, что выйдет как надо минимален, учитывая, что всё, что он делает впервые идет через жопу. В данном случае буквально через жопу. - Ну, удачи мне... Гук сидит в комнате уже около получаса и кусает губы: волнуется. Боится спугнуть, они, на самом деле, так мало времени провели вместе... Для него это были три недели, а для Тэхёна больше полутора месяцев. Нет, он не сомневается в своей любви к Тэхёну. Он хочет его, желает безумно, готов носить его на руках и делать все, что он только захочет, но он боится. Себе не так верит, как Тэхёну. Тэхёну доверять легко: нежный, лёгкий, прекрасный, словно ангел. Ангел, над которым, кажется, судьба подшутила не по-детски. Это в его глазах. В тихом сбивчивом шепоте "я не могу потерять и тебя"... Дверь открывается с лёгким скрипом и комната будто светом озаряется. Ангельским. Тэхен в белом махровом халате выглядит совершенно невинно. Он двигается так плавно, словно парит, а не идет, двигается медленно к большой кровати со смущенным лицом. Такое грех разрушать, такое достойно лишь нежности, что само оно излучает. Чонгуку становится стыдно за то, что посмел бросить его почти на месяц и заставил эти прекрасные глаза плакать. В глубине этих ореховых глаз плещутся искорки предвкушения возбужденного, почти детский интерес. Чон смотрит зачаровано, слова произнести не может: шикарен, превосходен, идеален. Матрац почти не прогибается под весом младшего, только простыни чуть шуршат. Ангел слишком близко, Чон убьет себя, если посмеет сделать этому идеальному созданаю больно. Чонгук подползает на коленях к Тэ, бережно охватывает лицо ладонями, поглаживая большими пальцами щеки горячие, и аккуратно целует, учится быть нежным настолько, насколько это возможно. - Мой Тэтэ, я ни за что не сделаю тебе больно, малыш. Медленно тягуче расцеловывает все лицо, не пропуская и сантиметра нежной кожи. А Тэхён плавится от такой заботы. Глаза прикрывает, доверяется полностью. Руки Чона плавно переходят на шею и плечи, чуть массируют через халат. Киму хорошо. Он откидывает голову назад, а к его шее Гук припадает поцелуями. Не оставляет засосов, не кусает, не терзает языком: касается кожи легко, ничего более. - Тэтэ, я могу снять халат с тебя? - Гук чуть ли не шепчет. Он на девственника сейчас похож больше, чем Тэхён. Чонгук дожидается кивков уверенных и распускает пояс халата, освобождает плечи от мягкой ткани. Старший берёт Тэхёна за талию и аккуратно кладёт на кровать, нависая сверху после. Смотрит в эти глаза и тонет. Обводит взглядом эту фигуру и растворяется. Черт. - Я... Я так нервничаю, Тэхён... Я не хочу тебя разрушить, малыш... - Чонгук смотрит в глаза Киму и признает свои страхи. Ему это просто даётся по какой-то причине. Ему легко делиться с Тэ. - Гук, все хорошо, - а в глазах Тэхёна лишь любовь и доверие. Ким прекрасно видит, как Чонгук боится, волнуется, переживает. Надо его расслабить, - Гуки, ты хочешь меня? - кивок, - Я тоже тебя хочу, давай, пройдем это вместе. Мне есть, чем тебя удивить, - Тэхён улыбается и ерзаёт в нетерпении под Чоном, - сними их. Не волнуйся, любовь моя. Чонгука клинит на словах "любовь моя". Он хотел это услышать слишком долго, чтобы не разулыбаться сейчас как дурак. Гук поцелуями от шеи спускается к кромке красных боксёров с кружевными вставками по бокам, пока на каждое его прикосновение Тэхён выгибается навстречу: прекрасно. Это выглядит так потрясающе... Гук медленно и постепенно начал отбрасывать свои сомнения, учиться доверять себе вместе с этим ангелом. Белье Тэхёна медленно сползает по гладким длинным ногам, согнутым в колене, и младший переворачивается на живот. Тэ встает в колено-локтевую и слегка раздвигает ноги, чтобы основание красной анальной пробки было видно. Они оба помнят эту позу с фотографии, которую он прикреплял к заявке в бордель. Их начало. Гук выдыхает восхищенно: пробка еле заметно двигается из-за мелких возволнованных сокращений мышц. Невыносимо прекрасно. - Малыш, это великолепно... - Чонгук решается коснуться ягодиц парня и огладить их. Не может действовать достаточно уверенно, боясь, что... - это же не сон?.. - Боже, что за пошлятина тебе во снах является, - прыснул, - Нет, Гуки, я настоящий, - Тэхён закусил губу. Его возбуждают такие лёгкие поглаживания, бережные, нежные. Но Чон боится. Тысячу раз боится. Надо исправлять, - Гуки, сожми, я хочу понять, как это. Давай, позволь мне ощутить наслаждение в первый раз. Чон повинуется (стоит ли говорить, что неуверенно) и слышит в ответ тихий стон. "Соберись, идиот, все не так страшно!" - убеждает себя старший. У Кима кожа бархатная, медового цвета, удивительно мягкая, так потрясающе ощущается в пальцах. - Я могу... - Да, Гуки. Я тебе доверяю. Сделай мне хорошо, любимый, - Тэхен качает бедрами и поворачивает своё прекрасное залитое смущением лицо, притягивая тут же внимание Чонгука своими блестящими глазами, - Верь себе, мой Гуки. - Спасибо... Тэхён дарит уверенность. Тэхён дарит любовь. Всего себя дарит, а Чонгук в нём тонет, растворяется. Любимый. Единственный. Его. Чонгук раздвигает аккуратно полные половинки, оставляет поцелуй рядом с основанием анальной пробки, отчего Тэхён дергается вперёд, но Чон не дает. Удерживает ладонями на месте и, зацепив зубами, вытаскивает её аккуратно. Тэхен чувствует пустоту, которая заменяется чем-то горячим и влажным, а Тэхен распахивает глаза и дергается, в попытке сняться с умелого языка. За такую выходку его легко шлепают по бедру и крепче притягивают. Его ласкают языком там... Это безумно приятно. Тэхен стонет, переходя на хныканье: узкие стеночки растягивают двумя пальцами и языком. Глаза сами закатываются, а каждое поступательное движение, что становятся все более быстрыми, сопровождается сбитым дыханием и переодическими поскуливаниями. Чонгук лишь на секунду вытаскивает пальцы из горячего нутра чтобы добавить к слюне лубрикант со вкусом манго (Тэ запихнул его в карман халата, а когда снимал с себя вещь, бутылек выпал на простыни). Гук растягивает лубрикант до костяшек и входит тремя пальцами тут же целуя ямочки прогнутой сильно поясницы. Тэ шипит, а голова, которая запрокинулась от дискомфорта, опускается, когда к неприятного ощущению добавляется приятное желание: больше. Тэхёну мало, а потому он сам насаживается на пальцы в погоне за удовольствием. Но они напротив выскальзывают, а Гук будто припечатывает кайф поцелуем в сжимающуюся дырочку. Квадратик презерватива рвется, а Ким поворачивает голову назад, он хочет все запомнить в свой первый опыт. Чонгук сбрасывает с себя джинсы и белье, оставаясь нагим, и Тэхён с небольшим шоком смотрит на член Чонгука: - Блять... Да он огромный... - Тэ аж позу меняет и на кровать присаживается, опираясь на одну руку для удобства.Чонгук переводит взгляд на свое возбуждение, что превышает отметку в 20 сантиметров, поджимает губы и смотрит немного виновато на Тэ, - Нет, не подумай, мне.. Мне нравится... Но, блять, в меня это точно влезет?.. Тэхён переводит многозначительно распахнутые глаза на член, истекающий естественной смазкой, а Чонгук улыбается пошленько и бровями играет: - Вот и проверим, - Чон под ползает ближе с детской задорностью и подтягивает к себе за бедра Тэхёна так, что тот полностью ложится на спину с согнутыми в коленях и поднятыми ногами. - Стоп, что?? Так погоди, я.. БЛЯ-Я-ЯТЬ, - Чонгук на панику отвечает поцелуем в лебединую шею и входит только головкой в Тэ, не забыв перед этим искупать член в огромном количестве смазки, - Гук, твою ж налево! Ты говорил, что больно не будет!!Вытащи этого коня из меня блять!!!!- Тэ истерит натурально от испуга и боли, отчего сжимает больно Чонгука. - Тшшш, тшш малыыыш, расслабься, маленький, ты нам обоим больнее делаешь, я не буду двигаться маленький, не надо напрягать свою попку, - Гук проговаривает своим самым успокаивающим тоном, на который способен и расслабляет младшего поцелуями частыми с поглаживаниями на тех местах, до которых достаёт. Медленно, но верно у них получается и Тэхён перестает сжиматься так сильно, что Гук принимает за зелёный свет и сжимает простыни, планируя.... - Только попробуй, блять, двинуться, я тебя выебу-переебу назад, ты меня понял?. - Тэхён не особо соображает, что говорит, стараясь держать контроль над организмом: ему больно, а расслабляться через боль - это геройство. Гук смотрит на слезы боли и хочет стереть, но если он сейчас расслабит хоть одну мышцу - ТэТэ будет больнее, потому он и держится - Не буду, моя любовь, ты такой молодец у меня, - Мышцы ещё больше расслабляются а с губ срывается выдох возбуждённый: раскусил, - Так хорошо справляешься, мой маленький, ты просто самый замечательный, малыш, - Тэ стонет и выгибает поясницу, после чего ойкает, потому что сместил положение члена внутри себя, - Аккуратнее, любимый, - поцелуй в солнечное сплетение, - Давай я аккуратно буду входить дальше, - Ким в ответ распахнул глаза в испуге и начал активно мотать головой: конечно страшно, - Тихо, тихо, тшш, дальше легче будет, обещаю. - Честно?.. - Тэ все-таки собирается с мыслями и старается панике не поддаваться окончательно, умница. Гук кивает уверенно, - Н-ну... Давай, - Чон плавно, по миллиметрам проходит дальше, - Стой-стой-стой, Гуки, больно!! Гук застывает. Надо придумать способ, чтобы Тэ расслабился... Вдруг неожиданно: - Anywhere for you I’d go To the places where your broken heart is In the dark no starlight cutting through Тэхён распахивает глаза и вслушивается в чарующий нежный голос, переводит смысл. Ким никогда не слышал, как Чонгук поет, а его голос прекрасен... Смешно, но этот приём работает: Тэ забывает о боли, переключает внимание на другое. - If the waves are trying to take you under Well they’re gonna have to take me too I’ll go anywhere for you Чон медленно двигается внутрь, не переставая петь своим чистым голосом. - To a place that’s far from where we started Love I promise we’ll always pull through If you’re falling or even if you’re flying I’m gonna be next to you you know it’s true* - Тэ, малыш, мы смогли, ты такой молодец, - Чонгук не перестает нахваливать его: полностью смогли, - а ты боялся, что не влезет, мой маленький, - Тэхёном хихикнул, но внезапно откинул голову на подушки и простонал громко, а локти, что были его опорой, разъехались. Его словно током прошибло, потрясающе.. - Ещё. Не знаю, что это, но сделай ещё раз, - толчок в ту же точку сопутствуется стоном исключительного удовольствия теперь. Чонгук нашел простату Тэхёна и теперь головка члена в аккурат проходится по комочку нервов, словно по клавишам, выбивая из Тэ возглас за возгласом. Тэхён наконец понял, как это приятно. Ким мечется на постели от этого чувства наполненности и импульсов удовольствия, которого он не знал. Гук наконец прикасается к члену Тэхёна, что давно просит внимания и принимается ласкать в такт точным толчкам. Ким выпадает из этого мира, кажется, не может же быть так приятно везде и сразу: на чувствительных сосках язык рисует узоры, член накрыт крепкой рукой, а простата под атакой идеальных движений. - Я... Гуки, много. Мне много... Я сейчас... Гуки! - Тэхён толком предупредить не успевает, как кончает в ладонь Чону, сжимаясь непроизвольно вокруг члена что и старшего доводит до края. Тот толкается ещё два раза резко под скулеж Тэхёна от сверхстимуляции и кончает в презерватив. - Малыш, все в норме, как ты чувствуешь себя? - Ужасно ахуенно... Гук это просто.. - Тэхену трудно говорить из-за послевкусия оргазма самого бурного в его жизни, - Я люблю тебя. - И я тебя, мой Тэтэ, - Чон, отдышавшись, тянется за салфетками влажными на своей тумбочке и обтирает живот Кима и свои и свою руку: на большее сил обоим не хватит. Чон выходит из Тэхёна медленно и бережно, осознавая сейчас минусы своего размера. Старший целует Кима в плечо, почти извиняясь за свои параметры, и, связав и отбросив презерватив к салфетками на тумбочку, наваливается на Тэхёна с обоюдным смехом. - Тэтэ, - Чонгук целует Тэхёна в лоб, понимая, что предлагает весьма неловкие вещи, - могу я погладить тебя там, чтобы твои мышцы смогли быстрее сомкнуться и прийти в норму, - Чон смотрит на кивнувшую светлую макушку, единственное, что он видит, потому что Тэ сполз и уткнулся в его плечо покрасневшим сильно лицом, - Спасибо, мой ангел. Давай поменяемся местами, хорошо? - снова кивок. Чон ловко кладёт на себя сверху Тэ и руками идет от лопаток до аппетитных бёдер, на которых останавливается поглаживаниями одной ладонью, а вторая вводит палец в колечко мышц, что никак сомкнуться не может после ширины члена, и поглаживает бархатные стеночки без пошлостей, но с заботой. Тэхёну это не сильно помогает, только сильнее заставляет его щеки розоветь от интимности момента, но вот сфинктер сжимается наконец и Тэ выдыхает расслаблено и разнежено. - Спасибо.. Робкий поцелуй в плечо от Тэхёна такой ласковый, что Чонгук сдержаться не может, и вжимает в себя младшего за талию (хотя куда ближе), а Тэтэ и не против совсем, ему нравится эта сила. Нравится то, что Чонгук его больше (в случае с членом это скорее проблема, но они со всем справились, так всегда и будет), нравится, что так крепко его в себя впечатывает. Тэхёна заводит дико его самоконтроль и прозвище "малыш", к которому он так привык. Чонгук - его нежная сила. - Это тебе спасибо, мое маленькое счастье. Тэ проваливается в дрему сладкую на пару часов, а Чонгук гладит его по шелковистым волосам одной рукой, второй перехватив поперёк узкой талии, усыпляя. Никуда не уйдет, не посмеет, когда уже понял ценность этого быстрого времени... Сладко. С Тэхёном лежать так сладко и спокойно, что Чон не замечает, как засыпает вслед за любимым, прижав Кима к себе покрепче и накрыв их одеялом... Так правильно. Сейчас все на местах.