Под тенью звёзд

      Тэхён плохо помнит, как именно они добрались до дома. Липкое чувство страха и боли не позволило ему даже насладиться мигом осознания, что дом Чонгука он теперь считает и своим. Перед глазами вспышки воспоминаний, как альфа превозмогая боль перекидывается в волка, забрасывает тушку омеги на свою спину и бежит изо всех сил.              Тэхён наивно полагал, что добравшись до убежища, они отныне будут в безопасности, но как оказалось, предстояло еще много работы.              Всё началось с того, что Чонгук отказывался выздоравливать. Иначе       Тэхён не мог объяснить то состояние, в которое впал альфа. Волк не желал возвращать человеческий облик, лишь скулил и забивался в угол дома. Его глаза, всегда живые и сверкающие, казалось впитали в себя всю боль этого мира.       Каждую ночь омега просыпался от сильного воя, который был насквозь пропитан страданием — убийство плохого человека, всё еще было убийством и противоречило природе Чонгука. Но даже с этим можно было бы как-то совладать. А вот старые раны, связанные с отцом альфы, как будто стали сильнее кровоточить и болеть. Одно дело знать, что твой родной человек не вернулся, а другое, что он пал от руки ничтожества. И даже мысль о том, что месть все равно совершилась, не грела, а лишь жужжала на периферии сознания, словно надоедливая муха.       В одну из таких ночей, Тэхён и принял решение, что больше не будет лишь безмолвным свидетелем чужой боли. Как только он услышал вой, то сразу же выбежал из комнаты, хлопнув входной дверью.       Полная луна освещала территорию сзади дома и омега увидел своего большого зверя, который сидел к нему спиной.       Конечно, Чонгук услышал поспешные шаги маленького омеги, который на всех парах приближался к нему. Какая-то его часть была уверена - сейчас он получит нагоняй за то, что мешает спать. Но совершенно неожиданно хрупкие руки обняли с нежностью и альфа почувствовал как сильно дрожит Тэхён. Омега прижимался изо всех сил, сперва со спины, но затем перебрался вперед, пытаясь заглянуть в глаза.              — Чонгук, пожалуйста, вернись ко мне… — шепот юноши был тише самого слабого ветерка, — я знаю, что тебе очень больно, ты не заслужил всего этого, слышишь? Как мне помочь тебе? — глаза омеги были полны слез и настоящего отчаяния.       Крепче обняв своего большого волка юноша продолжал говорить торопливо и сбивчиво, словно боялся, что не успеет высказаться.              — Если я не могу избавить тебя от боли, то позволь хотя бы разделить ее с тобой! Да, мы с тобой лишились семьи, но что мешает нам создать свою собственную? Может, может мы могли бы?.. — окончательно смутившись, Тэхён замолчал. Нет, ну где это видано, чтобы омега сам предлагал такое? В глубине души застенчивый юноша уже давно пищал от смущения.       Последние слова омеги буквально выбили из Чонгука дух. Он действительно услышал то, что услышал? Его любопытная натура была настолько сильна, что на какую-то минуту он забыл обо всех своих бедах.       Мягко освободившись из объятий омеги, волк сделал несколько шагов назад, а затем рванул в ближайшие кусты.       Тэхён истолковав действия альфы по своему, уныло поплелся в дом, уже не сдерживая рыдания.              Когда через минуту его внезапно оторвали от земли и слегка подкинули, сердце юноши чуть не пробило грудную клетку.       Очевидно, Чонгук побоялся перевоплощаться на глазах у своего маленького омеги и теперь не скрывая восторга подбрасывал свою ценную ношу.              — Тэхён, это правда? — еще одно подбрасывание, — Тэхён, мы правда будем семьей?       — Святые небеса, Чонгук, пожалуйста, опусти меня на землю! — еще немного и омега начал бы визжать от этой тряски. Внутри него была такая яркая смесь страха, смеха и счастья, что он буквально захлебывался. Его альфа наконец вернулся!       Впервые за долгое время не хотелось плакать, бояться или чувствовать боль. Стоять вот так перед маленьким, но очень отважным человеком и знать, что у вас есть шанс на будущее — это затапливало альфу счастьем. Он просто не мог держать руки при себе. В следующую секунду он уже крепко обнимал омегу, прижимал и легонько целовал в макушку. А когда почувствовал мягкое поглаживание спины в ответ, то чуть не завилял воображаемым хвостом, пока не услышал..       — Чонгук, да ты же абсолютно голый!!! — омега покраснел так быстро, что тепло от его щек можно было ощутить рукой. Не придумав ничего лучше, Тэхён резко развернулся и побежал домой. 🍃🍃🍃       Дни шли своим чередом, приближалось жаркое лето. Омега никогда не любил жару, его очень раздражало чувство липкого пота, поэтому большую часть дня он с удовольствием проводил около горной речки, за что и получил новое ласковое прозвище от Чонгука.       — Рыбка, хватит бултыхаться, нам правда пора домой! — альфа теперь не отходил от юноши дальше чем на несколько метров. Недавние печальные события были еще слишком свежи в памяти. — Если ты не вынырнешь через минуту, я приду за тобой сам!       Омега лишь смеялся смотря на то с каким грозным видом альфа сидел на валуне рядом. Прохладная вода реки приводила его в восторг. Если он хотя бы минуту стоял без движения, то маленькие, почти прозрачные рыбки подплывали и начинали щипать его ноги. Засмотревшись на очередную смешную атаку от несостоявшихся хищников, Тэхён и не заметил, что альфа уже в воде.       — Попался! — нагретое тело Чонгука составляло резкий контраст с промокшим юношей и поэтому обнимать его было особенно приятно. — А я ведь предупреждал тебя, рыбка! Тэхён хотел было возмутиться, но все его слова потонули в мягком и одновременно настойчивом поцелуе.       А начиналось все очень даже невинно. Тэхён сам предложил альфе спать в одной кровати, потому что ему все еще некомфортно было оставаться одному. Чонгук, который был готов сделать для него буквально все, с удовольствием согласился. Первое время их “спать вместе” значило действительно спать только и всего.       Каждую ночь омега рассказывал про жизнь их общины, своё детство и семейный уклад. Чонгук впитывал информацию как губка, на каждый рассказ у него появлялось бесконечное количество вопросов и, конечно, самый главный вопрос не заставил себя ждать.       — То есть после замужества альфа забирает омегу в свой дом? А потом? Что они делают потом? — в данный момент Чонгук скорее напоминал любопытного кролика, чем сурового волка.       — Ну, кхм, они вроде как делают всякие взрослые дела.. — сердце омеги билось по ощущениям где-то в районе желудка, а во рту стало очень сухо.       — Это какие? На охоту вместе ходят? Святые небеса, Тэхён сейчас провалится под кровать от стеснения, как он может объяснять такие интимные вещи.       — Нет, охота это немного другое. Понимаешь, когда альфа и омега становятся парой, они могут попробовать стать ближе в физическом плане, могут целоваться, спать вместе..       — Как мы? Мы ведь спим вместе, да? — Чонгук был в полном восторге, они оказывается делают взрослые дела, а он и не знал!       Погодите-ка, Тэхён сказал что-то еще про поцелуи ведь. Альфа мигом поднялся и навис над омегой.       — А целоваться это как тогда? Когда ты наелся ягод? — омега на эти слова тихонько заскулил и закрыл лицо ладонями, чтобы в следующую секунду ощутить мягкие поцелуи на них. Чонгук всегда прикасался к нему с огромной нежностью, но сейчас эти поцелуи ощущались иначе. Тэхён убрал руки и посмотрел в глаза альфы, которые сияли ярче звезд на летнем небе. Никогда и ни у кого он не видел взгляда прекраснее. Чонгук смотрел на него так, словно в мире кроме них двоих больше никого не осталось, как если бы видел перед собой единственное спасение и надежду.       Такие сильные чувства волновали и требовали выхода. Осмелившись, Тэхён зажмурился и мягко подался вперед, накрыв губы альфы.              Тот опешил на какую-то секунду, но затем, удивляясь самому себе, резко перевернул их так, что Тэхён оказался прижатым к его груди. Безумие начиналось.       Чонгук слабо отдавал отчет своим действиям, кажется, он просто отпустил себя и позволил инстинктам альфы управлять собой. Когда он услышал тихий стон омеги под собой, желание доставить удовольствие чуть не свело его с ума. Он с упоением целовал щеки, нос и лоб омеги, а затем возвращался к губам и слегка проводил по ним языком. Увлекшись, он даже не заметил как начал мягко посасывать язык омеги, доводя того до исступления. Руки альфы все это время поглаживали живот и бедра юноши, а когда тот для удобства развел ноги в сторону, чтобы Чонгук мог поместиться между ними, температура между ними поднялась на несколько градусов.       Впервые в своей жизни Чонгук почувствовал настолько сильный голод, который утолить теперь мог только Тэхён.       — Я могу сделать так? — за вопросом альфы последовал слабый укус в ключицу, а затем зализывание горячим языком. Его начинало немного потряхивать, усилившийся аромат омеги сшибал контроль напрочь.       — Чонгук-а, очень горячо вот тут — омега чувствовал как между ягодиц выделяется смазка, как низ живота тяжелеет и температура тела поднимается. Ему хотелось потереться о Чонгука всем телом, хотелось быть ближе. Не раздумывая, потому что если думать, то можно передумать, он отклонился и стянул свою ночную рубаху, оставаясь обнаженным. А затем обхватил крепкую шею альфы и прижался к нему, цепляясь ногами за талию.       Чонгук не мог насмотреться на эту красоту перед собой. Подхватывая омегу, он привстал и облокотился спиной о кровать, полностью держа омегу на себе. Тот безостановочно терся об него своим небольшим возбуждением. В любой другой ситуации альфы бы обязательно пошутил из-за разницы их параметров, но сейчас ему нужно было помочь своей паре. Если бы кто-то спросил его как называются все те действия, которые он совершал, то вряд ли бы он смог ответить. Каким-то образом он просто знал, что если взять омежий член в руку и немного приласкать его, то Тэхён начнет извиваться сильнее. Удовольствие ослепляло, хотелось бесконечно вылизывать и покусывать шею, неспешно толкаться бедрами вверх и сжимать тонкую талию омеги. О, Чонгук точно не оставит без внимания даже сантиметр этой манящей, сладкой кожи. Когда спустя время Тэхён вспоминал эту ночь, смущение накрывало его с головой.       Никто и никогда не рассказывал ему о тонкостях интимной жизни, так почему же в какой-то момент он оказался лежащим на животе, с оттопыренной голой попой и скулящим в подушку? Дыхание Чонгука, сила с которой он сжимал пышные бедра и горячий язык, жадно вылизывающий сзади, это не просто сводило с ума, а возносило куда-то очень высоко. Он только и мог, что толкаться в подушку перед собой и прогибаться сильнее, раскрываясь больше. Остановиться на минуту было также страшно как и умереть. Даже когда он почувствовал как уже полностью обнаженный Чонгук прижимается к нему со спины, мягко целует в затылок и игриво покусывает плечи. Чонгук просит его перевернуться на спину и оказывается Тэхён не жил до этого момента, потому что видеть горящие желанием глаза своего альфы, это слишком горячо.       Когда альфа устраивается между его ног, прижимая весом и вновь находя губы, омега знает, что в эту самую минуту он в полной безопасности. Он на своем месте. Та дрожь, которая пробивает Чонгука, пока он толкается вперед, раздвигая упругие стенки своим толстым членом, не даёт усомниться в решение связать свою жизнь с этим сильным и потрясающим альфой.       — Тэхёни, рыбка, ты в порядке? Я, ах, не сделал больно? — ритмичные толчки сопровождаются поцелуями по всему лицу и волосам. — мне так хорошо, никогда не отпущу тебя, мы теперь настоящая пара? Я справился?       Вместо ответа Тэхён сильнее прижимается к альфе и пытается подстроиться под его ритм, чтобы поделиться своим удовольствием и прийти к общему финалу.              А дальше будет только лучше. Утро, наполненное нежностью, бесконечные прогулки и влюбленные взгляды, доверие и восторг от принадлежности другому. Та ночь станет первой и одной из множества ночей, которые эти двое разделят между собой, вдалеке от всего мира, укрытые под тенью звезд.