Я планировал красивый финал

      Зимний резко разворачивается, из-за чего Рамлоу, которого он тянул за собой, практически врезается ему в спину, и смотрит на своего старого друга таким тяжелым взглядом, что тот ощущается практически на физическом уровне. От такого выражения лица Живого Оружия во времена Гидры техники разбегались по сторонам и делали онлайн заказы подгузников, стоя в уголочке и стараясь не отсвечивать. — Командир спит со мной. Это не обсуждается. – абсолютно ровный голос, который не оставляет вариантов для спора звучит в образовавшейся после гляделок двух суперсолдат тишине. — Бак, он не может спать с тобой. Я ему не доверяю, поэтому Рамлоу остаётся на диване и точка! – упорства им обоим не занимать. — Хорошо, Стиви. Тогда я тоже остаюсь спать здесь. – Барнс опять тянет Командира за собой, но в этот раз уже на диван.       Роджерс поднимает ладони к лицу и словно пытается спрятаться за ними от всего творящегося вокруг. Потому что… ну, не может его лучший друг быть привязан к такому человеку. Он должен нуждаться в нём. В человеке, с которым прошло его детство, юность, война, в конце концов. Капитан не понимает, почему вместо него Баки выбрал этого наёмника, который ничего в жизни хорошего не сделал. По его мнению, конечно.       Брок же просто трёт переносицу свободной рукой и усиленно пытается понять, как ему жить в этом пиздеце. Потому что пиздеца у него опять целых два: Роджерс, который готов обвешать его маячками и электрошоковым ошейником и Солдат, который вряд ли в ближайшее время его хотя бы в туалет одного отпустит, раз уж дорвался до желанного тела.       А как раньше всё было просто: следовал приказам Кэпа в ЩИТе, раздавал приказы Зимнему в ГИДРЕ. И всё, никаких тебе проблем. А теперь эти двое вместе и нет покоя старому агенту. Хотя то, что их дуэт ничего хорошего не приносит, можно было понять ещё тогда, на мосту, когда всё пошло по пизде. — Баки… давай ты будешь спать в своей комнате. Отдельно от Рамлоу. А я останусь с ним в гостиной и прослежу, чтобы он никуда не делся. – Стив пытается найти компромисс. Но он явно не умеет грамотно оценивать ситуацию. — Роджерс, блять, уймись! Ты ещё не осознал, что он теперь меня никуда не отпустит, и поссать за ручку будет водить? А ты, херов гений, предлагаешь ему спать пойти в другую комнату. Тогда уж проще нам всем здесь спать лечь, если, конечно, у вас нет огромного траходрома, на котором мы все поместимся. – Брок заебался. Создаётся впечатление, что он тут в качестве психолога или няньки для неразлучников, а не заключенного, которого за один неправильный взгляд отправят в камеру на пожизненное. — Я остаюсь с Командиром. – Солдат смотрит на друга исподлобья, не собираясь уступать. И, если Командир как раз это понимает, то вот Честь и Совесть Нации отличается непроходимой тупость в банальном умении улавливать сигналы, но, к счастью, он за этот насыщенный день тоже успел, пусть не заебаться (материться ведь нельзя), но устать так точно. — Ладно, тогда ложимся здесь втроём. Видимо другого варианта сейчас действительно нет, но завтра мы об этом поговорим, Бак. – чудо свершилось.       Диван в гостиной, даже в разложенном виде, не вместил бы троих далеко не маленьких мужчин, поэтому они притаскивают одеяла, вместо матрасов и решают устроиться прямо на полу. Благо, все привыкли спать на твёрдом, всё же на операциях редко можно найти что-то хотя бы отдалённо напоминающее кровать.       В итоге всё, вроде, неплохо. По крайней мере, обошлось без мордобоя, а это уже огромный успех.

***

— Так, Снежинка, давай ты посередине, а то боюсь, что наш благочестивый Капитан меня придушит по-тихому во сне и скажет, что всё так и было. – Рамлоу уже забавляет эта ситуация. Вот уж говорят, что мечты материальны, но почему-то забывают упомянуть, что исполниться они могут весьма сомнительным образом. А ведь он столько бессонных ночей провел, представляя себя в одной постели с этими двумя… Правда, обычно по отдельности. Да и напряжённость там была другого рода. В отдельно взятых органах, но сейчас об этом думать явно не стоит.       Зимний устраиваться на середине их лежбища и смотрит печальными глазами на бывшего куратора, который тут же опускается рядом с подопечным. Металлическая и живая руки сразу притягивают к горячей и весьма твёрдой груди, не давая даже просто коснуться головой подушки. — Стив тебя не тронет. Я защищу. – для шуток, видно, ещё слишком рано. — Конечно, не трону, Бак. Не переживай. Давайте просто поспим и разберёмся со всем остальным завтра. На свежую голову. - уставшим тоном говорит Роджерс, устраиваясь по другую сторону от Барнса.       Какое-то время они лежат в полной тишине. Весьма напряженной, к слову. Но усталость берёт своё и постепенно все погружаются в сон.