Игра Агния

      Быстрее, быстрее, быстрее!              Он точно видел карету с лошадьми, потому, не медля и расправив крылья, направился в другую сторону. Демон уже не впервые летал по округе, так что прекрасно запомнил план здания снаружи, почти ощущая момент, когда магия обрывается, а крылья становятся тяжелее в десять раз.              «Ну же!» — взмолился он, падая на каменную ограду, почти сорвавшись вниз, но зацепившись когтями за один из изгибов в последний момент. Несколько крошек застывшего когда-то раствора из песка и извести посыпалось вниз.              Хвост махал в стороны сам по себе, пытаясь дать равновесия, пока парень старался забраться в открытое им же ранее окно. Немного далековато от его комнаты, но зато здесь его меньше всего видно с внешней стороны. По крайней мере, он так думает.              Сколько бы дней ни прошло, а фасад огромного здания всё так же не даёт манёвра крупным крыльям, по крайней мере, один идущий вдоль стен демон явно ощущает эту тесноту. Лололошка всегда любил летать, несмотря на запреты, иногда он мог себе позволить лишнюю вольность даже на родной земле пойти против правил ради приятной прогулки лишние пару минут. Сейчас ему не пятнадцать, но приятное чувство, когда ветер обдувает лёгкие кудри на голове, до сих пор будоражит душу.       Можно ли его осуждать за то, что старые привычки остались?              Аккуратно идти на цыпочках было не просто, надеясь, что он успеет проскользнуть. Как никак, он был уверен в себе, следя за помещением и стараясь почти не попадаться на глаза прислуге. Волосы из-за полёта и бега распушились, а быстро собранный утром короткий хвост уже торчал во все стороны, когда некоторые волосинки и вовсе вылезли и повисли прямо на лице. Но его бы не стали ловить, больше нет, отнюдь: отныне каждый здесь служащий обязан обслужить демона, стоит тому дать малейшее указание, только вот…              — Ты не был в замке, — слова позади ошпарили, подобно резкому броску снега за пазуху.              … любой здесь служащий сдаст парня с потрохами их королю.              — Лю-юц, — протянул Лололошка, разворачиваясь и видя уставшее лицо, которого так хотел избежать.              — Я вижу, что был прав и уже знаю, как ты попытаешься оправдаться, — даже не стал тот восклицать в своей манере, наоборот, опустив веки и потерев переносицу, что пугало на деле ещё больше. — Опять.              — Почему я обязан быть в своей комнате? Я не могу прогуляться до… кухни? — цокнул парень, лягнув по полу хвостом и расправив крылья. Они были на втором этаже, возле комнаты, ещё принадлежащей демону, потому он старался не разбрасываться лишними словами, ощущая, как их слышит стража.              Сколько бы времени ни проходило, привычка быть всегда в окружении этих ребят у него так и не выработалась, вечно ощущая неловкость от подобных разговоров, особенно когда его отчитывали как ребёнка. Все же слышат!              — Мне буквально сказали, что видели летающего возле города демона, — замотал он головой, смотря на того как на идиота.              — Им показалось, — уже даже не старался играть Лололошка, осознав, как облажался.              Люциус со всей тяжестью лишь смог вздохнуть:              — Нет, это, по всей видимости, мне показалось, будто ты способен быть честным со мной или слушать хоть что-то из того, о чём я говорю.              — Но я ведь не летал далеко, как и обещал, — попытался хоть немного сгладить ситуацию парень.              — Дело не только в… — эльф провёл ладонью по лицу, вздыхая, словно хотел снять с себя всю тяжесть, накопившуюся внутри, и зашагал в сторону небольшого зала, слегка стуча тростью. — Мы ведь это уже обсуждали.              — Мы обсуждали, что мне могут навредить, — пошёл он вслед.              — И ты делаешь всё, чтобы однажды это случилось, — вскинул он брови, глядя прямо на парня рядом, пока подбежавшая служанка открывала дверь поданным ключом.              — Как? — возмутился Лололошка, выходя на свежий воздух, даже не думая не принять подобное приглашение. Он уже устал от этой шарманки. — Да я кого угодно уложу, забыл, как я тебя спас? А?              — Тебе очень повезло, что никто из стражи просто не был готов сразиться с летающим и испепеляющим огнём существом. Отныне они такой ошибки не допустят, — закрыл тот дверь, перед этим оглядевшись, теперь оставив их окончательно наедине, стоя на просторном балконе.              — И всё же я не настолько слаб, чтобы вечно нуждаться в твоей защите.              — Ло, этой весной тебя отправили в рабство к оркам и гоблинам, а меня чуть не убили. Ты правда хочешь сейчас ставить мою осторожность под вопрос? Потому что я чертовски сильно не хочу повторять тебе всё то, что говорил ранее.              — Джодах мёртв, как и его мать. Те двое выживших под чётким контролем и не имеют и капли власти, чтобы что-то тебе сделать. В смысле, ты у них забрал даже возможность разговаривать с кем-то без пристального присмотра, а в замке стало в два раза больше охраны. Мы сделали максимум для безопасности, — в конце он сбавил тон, чувствуя практически физически чужое напряжение, и положил голову на плечо эльфа.              Не сразу, но Люциус выдохнул, ответив на жест, слегка приобняв провинившегося.              — Я это делаю просто потому, что боюсь за тебя, — пробормотал он, окончательно перейдя на хрипящие нотки, словно перед этим он болтал часами. Стоять так было приятно, осознавая, ради чего всё это. Но неожиданно он отошёл, сев в кресло со вздохом, пока демон остался у поручня. Закат уже почти увёл солнце, оставив небу лишь ярко-красное напоминание о нём. Будто пыталось скрыть.              Лололошка на это лишь смог нахмурить брови, но комментировать не стал. Он не хотел опять делать сцену, когда они только успокоились, да ещё и из-за такой мелочи. Люциус явно очень устал.              — Как Воланд? — решил сменить он тему.              — Ты и сам знаешь, как он…              — Надеялся на перемены, — пожал он плечами.              — Как и я. Знаешь, я попытался с ним поговорить, но он всегда был упёртым ослом…              — Интересно, на кого же это похоже, — скептически склонил Лололошка голову.              — Кхм, в общем, он снова за своё.              Люциусу не нужно было много эмоций, чтобы демон мог понять всю боль от этих слов. Они оба понимали, чего именно желал израненный телохранитель, и они никак не могли с тем найти компромисс уже несколько тяжёлых месяцев.              — Я пробовал всё! Да ты и сам это знаешь, — продолжил жаловаться эльф.              — Может, ему нужна взбучка? — предложил Лололошка, вспоминая всё, через что прошёл человек, и как он обычно плевал на себя, отдаваясь на сто процентов своему королю. Не то чтобы сейчас что-то поменялось в плане самоотдачи, но только вот контекст не нравился никому.              — Ты серьёзно? — даже опешил Люциус. — Ты видел его? Какая, к чёрту, ещё взбучка, Ло?              — Иногда таким, как он, это нужно…              — Нет-нет, и ещё раз нет! — парень ненавидел эту интонацию, которую тот использовал на нём, будто король с подчинённым. «Королевский» тон. — Ему просто нужно время. Ещё немного. Он сам всё поймёт, примет и…              — Это теперь твоя любимая фраза? Ждать? — фыркнул парень, глядя, как постепенно вдали и на территории замка зажигаются огни.              — Не ёрничай и пошли уже в комнату, а то замёрзнешь, — встал со своего места Люциус, мимолётно поцеловав в макушку.              

∙∘***∘∙

             Он уже перестал удивляться неожиданным поездкам, молча сидя напротив двух хмурых лиц, что пару минут назад умудрились заткнуться. Лололошка хотел уже просто закрыть уши и попытаться сделать вид, что его тут нет, но, к сожалению, даже красивые виды за окном не могли его достаточно отвлечь.              Улица так и манила его выпрыгнуть на ходу и просто улететь в облака, подобно птице. Хотелось ощутить траву босыми ногами и глядеть на маленькие домики снизу, ощущая свободу и спокойствие — вещи, которые он любил. Но нет, ему приходилось сидеть возле двух балбесов, что с утра выясняют свои отношения чуть ли не на весь замок, чтобы теперь практически не затыкаться даже в пути.              Люциус прервал еле устаканившийся момент тишины:              — Это ради твоего же блага, перестань дуться.              — Я никуда не уйду, — человек явно пытался скрестить руки, только вот жест был для него отныне недоступен в том виде, в каком был раньше. Это, по всей видимости, только больше взбесило того, так как после неудачной попытки кулак стукнул по ноге. К счастью, не демона. — Я вернусь в строй. Или убей меня и замени.              — Не буду я тебя убивать, сколько раз повторять! — зашипел эльф.              Лололошка почувствовал, как дёргается его глаз.              — Мы оба знаем, что ты должен, — Воланд показал на то, что осталось, подняв плечо и тем самым задрав длинную накидку, что обычно полностью скрывала правую часть тела. — Моя рабочая рука осталась где-то в мусоре у того лекаря. В тот самый момент, когда ты позволил им её отпилить, я потерял силу.              — Во-первых, если бы мы этого не сделали, то ты бы просто не выжил. Было много рисков! А во-вторых…              — Тоже мне трагедия, — шикнул парень, после получив пинок по ноге то ли из-за слов, то ли из-за того, что перебил.              — …А во-вторых, я предложил тебе хороший вариант решения проблемы, — Люциус поднял подбородок, теперь привив себе эту привычку, словно пытаясь так казаться ещё выше и значительнее.              — Уйти в пожизненный отпуск — это для тебя хорошее решение? — почти начал плеваться он, слегка подпрыгнув, когда колёса попали на пару кочек, но не обратил внимания.              — Это прекрасное решение. И не «на пожизненный», а до тех пор, пока ты не восстановишься.              Не унимаясь, он повторил:              — То есть на пожизненный.       Лололошка бы подумал, что уже много раз видел угрюмого человека, но, глядя на эти сдвинутые до невозможности брови и складки на хмурящемся носу, он уже не был в этом так уверен.              Конфликты между этими двумя были настолько редкими, что даже радовало, потому что, глядя на них, можно было понять, насколько всё в мгновение становилось невыносимым, стоило двум быкам (или скорее баранам) сцепиться рогами. Демону даже становилось в моменте неловко, осознавая, что он бывает не лучше, потому ещё меньше старался мельтешить перед кем-то из них. Он бы стал просто красной тряпкой.              — Ты видишь то, что хочешь видеть! — не унимался эльф.              — Я знаю, на что способен, и дал тебе выбор.              — Выбор? Умереть от меча или от глупости? Это ты называешь выбором?              — Да лучше смерть, чем как крыса прятаться и пытаться залечить вечные раны. Я не какой-нибудь демон, чтобы сбегать от проблем!              — Эй! — возмутился Лололошка, но был проигнорирован.              — Ты впадаешь в крайности каждый раз, это невозможно, — Люциус показательно отвернулся, но быстро забыл про тактику игнорирования, продолжив. — И знаешь…              Демон хотел начать выть и уже почти начал это делать, разлёгшись вдоль всего длинного сидения, пытаясь закрыть себя в коконе из крыльев, но карета была слишком неудобной для них. Если раньше он мог просто уйти в другую комнату, избавив себя от этих бессмысленных споров, то теперь был вынужден терпеть этот кошмар буквально в метре от них. И ведь он сам напросился поехать с ними ранее, чтобы развеяться, а Люциус был за него спокоен, так что отпираться было уже поздно, но… кто ж знал, что это всё будет так невыносимо.              Глядя на руку, он сосредоточился на паре старых шрамов, что остались с его драки в поместье Джодаха. Есть почти незаметные, пока другие ощущались уже массивнее. Несколько небольших точно остались от ногтей Лемака. Странно, но они ощущались более неприятно, чем остальные, даже если их не было видно. Почти грязно, что даже хотелось смыть их под самой горячей водой, растерев до крови.              Но это бессмысленно, всего лишь мысли. Не нужно из-за этого сходить с ума.              Ярость каждый раз вспыхивала, но выплеснуть её не получалось как тогда. Такое приятное ощущение, когда чужая кожа повреждается от огня, а предатель в лице мерзкого эльфа кричит…              Карета вдруг останавливается, а чужая рука нежно похлопывает по плечу:              — Ло, выходим, — Люциус выводит парня из транса.              Солнце приятно опалило кожу, когда он практически выпрыгнул наружу, глубоко вдыхая воздух. Руки тянулись вверх, разминая плечи и спину, пока крылья распластались по сторонам, явно прикрыв кому-то вид, но демона это мало заботило. Иногда чувство, что рядом есть Сам Король, который наверняка встанет на его сторону… заставляет улыбнуться и почувствовать себя в своей тарелке.              «Он снова решил выйти без трости».              И не то чтобы с ощущением безопасности когда-то были сильные проблемы, просто морально тяжело быть всегда чужим для окружающих, как бы ты себя ни вёл. А он ведь пытался! Но что бы он ни делал — улыбка их пугает, а протянутая рука всё равно что направленный в их сторону меч.              — Не стой столбом, рогатый, — слегка боднул его Воланд по крылу, даже в таком состоянии не прекращая дерзить.              — Вот ты будто умрёшь, если перестанешь меня поливать своей желчью, — огрызнулся он в свою очередь.              Ответа не было, кроме чуть поджатых плечей и немного развивающейся накидки на ветру.              Они ехали долго, если учитывать, что Люциус обещал не выезжать за пределы города. Взглянув на здание перед ним, Лололошка лишь в удивлении смог вздёрнуть бровями. Оно было огромным, к тому же крайне привлекательным. Снаружи оно ощущалось как лесной огромный домик, уходящий в несколько этажей и обвиваясь по колоннам и стенам растениями. Это даже немного напоминало один из его старых домов, от чего приятно отдало куда-то в самую душу.              Глядя на один из балконов, ему захотелось, как раньше, влететь туда, но наваждение спало раньше, чем он бы взмахнул крыльями, потому оставалось лишь проморгаться да забыть об этой идее ради приличия. Он не дома, чтобы скакать вверх и тем самым пугать и так не доверяющих ему жителей.              Отныне, стоило Люциусу покинуть замок, рядом всегда было много охраны, и когда он говорил "много" он имел в виду, что там порой безумно много сопровождения. Даже если ты не видишь, то знаешь, что где-то возле здания будут стоять рыцари, словно непринуждённо охраняя это место. Лололошка был безумно рад, что он больше не цель для такого количества охраны, как это было когда-то давно, потому что паранойя Люциуса иногда могла быть безумной отныне.              В смысле, он же не один считает, что проверять даже вазу не больше метра, заходя каждый раз в комнату, — перебор?              В любом случае, на него уже начали коситься, потому ноги быстро перескочили через ступени, на одной запнувшись, зайдя внутрь здания. Под тихое «Не ребячься» от Люциуса он пристроился поближе, осматривая место, будто контролируя территорию, но на деле просто ахая внутри от количества всевозможной красоты.              — Устроили тут джунгли, — буркнул Воланд, на что эльф рядом лишь хмыкнул.              — А как по мне, красиво, — вкинул несогласный демон, находя в этом свой шарм.              А как тут его не найти? Глядя на опрятные, но при этом слегка хаотичные коридоры, он наслаждался атмосферой каждую секунду. Из окон тянулись приятные лучи, и не крохотные, как в замке, а, в самом деле, освещающие всё помещение сверху. Да, немного непривычно так сочетать светлый камень, но в этом тоже что-то было. Пахло смесью из старых книг, миксом из запахов алхимии и прочих реагентов, но больше всего выделялась пыльца цветов, которых демон ни разу не видел.              «Прекрасное место для жизни», — подумал Лололошка.              — Идеальное место для слежки, — пробурчал Люциус себе под нос, но Лололошка всегда мог расслышать парня, даже будь он в другом конце этого длинного коридора, привыкнув к специфичному тембру голоса.              Фыркнув про себя, демон лишь слегка стукнул того хвостом, но эльф сделал вид, что ничего не заметил. Только сейчас Лололошка обратил внимание, что с ними шла молодая девушка-эльфийка, указывая путь. Ну да, он, наверное, ведёт себя как дурак.              Глядя по сторонам, он мог увидеть иногда открытые двери, за которыми виднелись другие комнаты, и каждая казалась отдельной вселенной. Каждый здесь работал в своей атмосфере, и это казалось таким невероятным. Одна женщина в комбинезоне даже заметила мимо проходивших и помахала в ответ на удивлённый взгляд жёлто-голубых глаз.              Ему нравилось здесь.              Лишь подойдя к высокой лестнице, что оборачивалась по кругу, они заметили мужчину, который спускался, озорно улыбаясь:              — Ваше Величество… Что за светлый день Вас привёл переступить порог моего скромного места, что служит вам каждый день. Даже демонам здесь рады будут сегодня. — поставил он длинную черную трость перед собой, кланяясь.              Кто-то вообще обращает на это внимание? Это ведь даже не подходящий поклон, но, по всей видимости, такие детали никого не интересовали. Банальная формальность.              Лололошка узнал Аргуса почти сразу, только заметив эти ещё рыжие волосы и бороду, но смотря на того, неосознанно окунулся в старые воспоминания, состоящие из страха и недоверия ко всем. Холодок прошёл по коже, встряхнув плечами, он попытался вернуться в реальность, а не застревать там, где истерики могли быть каждую ночь.              — Не пожелаете горячего чаю? — спросил маг.              — Мы здесь не за чаем, — деликатно отказал Люциус, кивнув в сторону Воланда. — У нас есть слегка срочные дела. Мне сказали, что приём не возможен у меня в замке.              — Конечно. — Рука мужчины метнулась в воздухе, и, развернувшись, он попросил гостей идти следом.              Им пришлось подняться на самый верх, дабы ступить в чужую комнату, только вот она не казалась такой уж зелёной. Камень не прикрывался лианами, а у окон не стояли горшки с растениями. Нет, всё было также уютно и по-волшебному, но просто по другому оттого и неожиданно.              По всей видимости, не он один заметил эту разницу.              — Неужели хоть где-то здесь всё не увешано, словно в лесу, — Воланд не смог сдержать замечания, и, по всей видимости, это услышали не только стоящие рядом.              — Вы должны знать, что много лет назад старое здание ордена было уничтожено. Сожжено, — Аргус кивнул, показывая рукой, что они могут расположиться на диване с креслом, что почти тенью стояли в комнате. — Я был против экспериментов с таким количеством зелени, но мои коллеги оказались слишком… привыкшими к этому, и спустя время вернули всё, как было когда-то. Я понимаю: людям не постигнуть такого рвения сочетаться с природой, что даёт нам прекрасную магию.              И Лололошка понимал, о чём тот говорил. Почти любой, кто способен контролировать магию изнутри, может ощущать её источник. Демоны всегда лелеяли огонь и чувствовали, как возле вулкана порыв силы становится почти физическим. Он успокаивал и давал ощущение, что ты всё сможешь, потому с детства учат в тяжёлые периоды коснуться огня, дабы проникнуться этой мощью стихии и понять, что ты не один. Она всегда с тобой.              Наверняка эльфы чувствуют то же самое к своей природе. Наверное, именно поэтому эльфы так не любят работать в их замке.       — Да хоть увешайтесь с ног до головы, главное, чтобы оно работало, а, как я помню, мои ребята одними руками могут вырубить непутёвого колдуна, — неожиданный вброс заставил даже короля встрепенуться, что до этого оглядывал помещение (как же без этого).              — Наверняка это больной эльф, что и части силы не может добиться в своей жизни, — сделал он особый акцент на слове «больной». — Встретьте вы истинного мага, эльфа с чистыми корнями, тот хоть войско снесёт, коли нужно будет.              — Попрошу прекратить, — не стал медлить Люциус, элегантно выставляя жестом ладонь, глядя на обоих.              — Прошу прощения, Ваше Величество, — снова слегка поклонился глава ордена, после достав со стола небольшой блокнот и перо с чернилами. — Вы должны понимать, это больная тема.              — Мы пришли не создавать межрасовую рознь, а решить, как нам быть с рукой одного важного бойца. Воланд, сострой лицо попроще и засунь гордость куда подальше на время, — практически приказал он, как обычно это делает на публике. Такой важный. — Вам должны были передать часть всей ситуации.              — Конечно, потому я и настоял, чтобы вы пришли сюда лично. Хотел бы я вас не тревожить визитом, но, увы, только здесь я могу найти все нужные вещи и правильную энергетику, чтобы быть уверенным в своих словах.              Воланд только успел издать звук, похожий на усмешку, как получил хвостом по лицу, быстро потеряв эту бесящую ухмылочку. Лололошка прошёл мимо, сев в кресло не слишком далеко от Люциуса, но достаточно близко к окну, чтобы чувствовать солнечные лучи на себе, пока остальные старались быть в тени.              В последнее время он совсем чувствовал себя откормленной птицей, так как всё, что от него требовалось, — просто существовать и не лезть под руку. Ничего не делай и живи припеваючи. Глядя на человека, что сел на табуретку и выставил руку вперёд, становилось как-то грустно, вспоминая, как они хоть немного могли провести время вместе. Было что-то забавное в том, чтобы пытаться врезать по этой самодовольной роже и пытаться увернуться в ответ. После ранения Люциус запретил любые такие активности. Он был в ярости, стоило об этом заикнуться.              Селести до сих пор помогала, и Лололошка не спрашивал её о причинах, но с недоумением смотрел на то, как она до сих пор ходила по коридорам и делала всю работу. Ему нужно будет об этом поговорить. Потом.              Тем временем Аргус уже держал чужую культю, глядя на слегка неровный срез, что был когда-то надёжно сшит, как понял Лололошка, выйдя из своих раздумий. Маг бормотал, держа своими не слишком старческими руками, несмотря на возраст, проводя пальцами по впадинам, и словно пытался что-то прощупать, иногда вмазывая в кожу различные кремы, словно масло.              Он не спешил.              Закрыв глаза, Аргус приложил всю ладонь, на что парень рядом явно напрягся, хоть и пытался выглядеть как всегда стойко. «Ему больно?» — догадался Лололошка, зная этот взгляд.              — Чувствуете? — спросил мужчина.              — Вы мне её морозите, — сдвинул брови Воланд.              — Холод, значит, — убрал тот руку.              Аргус сделал новую запись, макнув специальным наконечником из стали в ёмкость с чернилами, что-то снова бормоча себе под нос. Он перевернул руку, изучая все линии среза, расположение мышц и сухожилий. Лололошка не был великим лекарем, но примерно мог понять логику действий.              Маг кивнул:              — Ампутация была грубой. Резали профессионально, но в спешке, некоторые нервные окончания срослись не совсем верно, потому возможны как раз фантомные боли. Жизнеспособности это никак не мешает, но вот для обычного протеза явно не подойдёт, — он повернулся теперь к Люциусу, обращаясь именно к тому, даже не пытаясь вести диалог с самим «пациентом». — Вы знаете, что эта технология ещё совсем не развита, так как мало кто готов в неё вложиться. Богатые не теряют рук пачками, а бедные просто не могут такого позволить себе.               — Хотите дополнительное финансирование? — поднял второй эльф бровь.              — Это никогда не бывает лишним, но я бы хотел заиметь некоторые вещи, о которых ранее не смел попросить. Коли вам, конечно, настолько важен этот человек, я пойму, если вдруг ради такого вы не пойдёте дальше. Грубая сила всегда была легко заменима, — с лёгкой ухмылкой он начал убирать обратно все, что достал ранее, задвигая к красивой коробочке с открытым верхом.              — Что нужно? — Люциус перешёл на свой "тот самый" тон, от которого могли у кого-то и пробежать мурашки по коже. У Лололошки уж точно.              — Пару ингредиентов, которых у меня нет: корень цветка шестипалого с запада, цветы «Альптрам» с земель орков и… — он сделал паузу, — кровь демона.              — Что, простите? — чуть не вскочил Лололошка с места, стоило осознать услышанное.              — Это зачем? — неожиданно даже Воланд возмутился, уже спрятав правую руку под плащ, пока Люциус снова слегка вскинул свою ладонь вверх, жестом показывая, чтобы оба замолчали. Аргус лишь начал пояснять:       — Я знаком с Бастианом и читал его записи об этом, потому имею представление о хорошей регенерации у демонов. Хочу сказать, что это лишь часть эксперимента, результат я обещать не могу, пока мы не попробуем. В ином случае я могу лишь пришить к вам подобие руки, но оно не будет её частью.              На момент воцарилась почти тяжёлая тишина. Лишь один маг здесь казался нисколько не взволнованным. Аргус смотрел с интересом, пока остальные погрузились в свои мысли. Перед Лололошкой прокрутились все те дни и ночи, будучи привязанным к металлической кушетке. Это не так страшно, он может потерпеть.       — Нет, — вдруг оборвал затянувшуюся тишину Люциус, словно обращаясь ко всем присутствующим.              Аргус только уже открыл рот, дабы вставить своё слово, но король его опередил:              — Этот демон — моя собственность и ответственность. Я запрещаю вам ставить на нём свои опыты и тем более вредить.       — Но я могу… — уже сам обсуждаемый Лололошка попытался вклиниться во всё это.              — Нет, не можешь, — тот кинул свой классический взгляд, что не сулил спокойного разговора.              — Значит, я могу не ждать свою руку? — Воланд выглядел не более воодушевлённо. — Я думал, мы были готовы прийти к компромиссу.              — Выйдите, — Люциус махнул Аргусу. — Нам нужно время подумать.              — Конечно, Ваше Величество, — кивнул тот, но было видно, как эльф не хотел покидать свой собственный кабинет. Большая дверь с мягкой аркой наверху хлопнула.              Эльф продолжил, уже явно слегка сбросив с себя «королевскую» роль:              — Я был готов к компромиссу, до того, как узнал о фактах. Ло прошёл много всего, и я не допущу его ещё дальше.              — А я-то думал, что он чисто на словах раб, — злостно усмехнулся человек.       — Даже не начинай.              — Почему нет? — продолжил он с издёвкой.              — Потому что я знаю, как ему было тяжело. Потому что я не могу даже представить, чтобы он на такое пошёл снова. Он слишком слаб для такого.              — Я не слаб, — попытался себя защитить немного поражённый происходящим демон, но его словно никто не услышал.              — Мне хватает одного уже побитого телохранителя, чтобы как-то рисковать ещё. Вы идиоты, которые идёте напролом, чтобы потом собирать себя по кусочкам, не пытайтесь отрицать, потому что я всё прекрасно вижу, — голос Люциуса в конце почти упал до шёпота, но в нём ощущалось побольше угрозы, чем в том же крике. — Я видел и слышал, как тот мучился от кошмаров после, как он чешет свои руки, и я не позволю подобному повториться. Никогда.              Лололошка замер, ощущая себя невидимым.              Воланд тоже замер. Они оба смотрели на короля и, наверное, были удивлены, что имеют одну сторону и точку зрения.              — Люциус, это не настолько страшно, правда, — потирая ладонями свой хвост, парень настоял. — Всё будет хорошо.              — Я ведь не хочу его крови, — продолжил убеждать второй, на удивление убрав всю язвительность. — Я хочу руку. Вернуться в строй. Если без этого никак… — он вздохнул. — То просто избавься от меня.              — Ты сошёл с ума, — покачал головой Люциус.              — А ты боишься простой процедуры, — Воланд не хотел отступать, и почему-то демон был ему благодарен. Ему нравилась мысль, что тот отстаивал его желания, хоть и не был готов полностью признаться в этом. — Не за него, причём. За себя.              Эльф встал с насиженного места и подошёл к телохранителю, немного шатаясь из-за нехватки опоры.              — Я не лишаю его выбора, — сказал твёрдо он, смотря сверху вниз.              — А что ты делаешь? Демон готов немного уколоться, так позволь ему хоть слово вставить, — кивнул он в сторону напряженного парня. — Ты узнал, что нужна его кровь и твоя первая реакция была «нет». Без единого вопроса.              — Я… — Люциус стоял, словно пойманный врасплох.              Лололошка смотрел на обоих, удивляясь, как они к этому пришли. В какой момент он стал девой в беде, которую нужно настолько оберегать? А он лишь хлопает ресницами и молчит, позволяя решать за себя.              — Хватит, — сказал он, после повторив чуть громче. — Замолчите, два идиота куска.              Они оба уже обернулись на него, один с тревогой, а второй с неким удивлением и вопросом: «ну и что дальше?». Придурки.              — Я согласен помочь, и это всё, что нам нужно сейчас, — пояснил он свою точку зрения, цыкнув.              — Ло, ты не обязан…              — Я знаю, потому и согласен. Это не такое большое дело, — перебил его Лололошка. В этот раз он не хотел уходить от темы. — Ты хочешь меня защитить, и я это понимаю, но сейчас не то время. О Румбий, это ведь не стоит стольких нервов. Я не фарфоровая кукла, чтобы сломаться, Люц.              Он не знал, соглашается, потому что хочет помочь Воланду, или ради протеста, но в любом случае, говоря эти слова, чувствует себя намного лучше. Люциус же сжал губы, словно у него что-то забрали, но ничего не говорил.              — Хорошо, как хотите, — в итоге махнул он рукой, вернувшись на мягкую обивку и отвернувшись от них. — Делайте, что вам вздумается, как угодно. Моё мнение тут неважно и не нужно.       

∙∘***∘∙

             И вот он уже сидит на подобии кушетки в отдельной комнате, выставив руку с закатанным рукавом и снятой курткой, чувствуя, как накладывается жгут ниже плеча. Люциус внимательно следил за каждым движением, почти не двигаясь, будучи достаточно близко, чтобы контролировать ситуацию, и при этом далеко, дабы не мешать. Аргус затянул жгут на руке, что пальцы слегка начали покалывать, а вены набухли.              — Потерпите, — сказал маг, внимательно рассматривая руку.              — Смотри на меня, — Люциус кивнул. — Не туда. Только на меня.              Лололошка послушался, глядя только на парня, за которого пару месяцев назад был готов порвать кого угодно на своём пути, дабы спасти. Он доверял ему, чувствуя заботу, и верил, что не должен опускать взгляд, когда боль пронзила плотную, но недостаточно толстую для небольшого ножа кожу. Сквозь зубы вырвалось шипение.              Он считал моргания эльфа. Раз. Два. Три. Тот редко моргал...              Демон не видел, но слышал и мог учуять, как кровь стекает и падает в чашу. Она наверняка тёмная и более густая, падая под почти мелодичный «кап-кап».              — Дыши, — напомнил ему снова Люциус, заставив вздохнуть и увидеть, насколько испуганным эльф выглядел. Он настолько переживает?              Перед глазами слегка начало всё плыть…              — Достаточно, — приказал король.       — Простите, ещё немного...       — Он отключается, хватит, сейчас же, — настоял он.       — Как пожелаете, — послышался не самый довольный голос мужчины рядом, который поставил сосуд, быстро зажав рану.              Лололошка не смотрел, как его перевязывают, до сих пор сосредоточившись на алых глазах напротив и улыбаясь. Он не хотел, чтобы кто-то переживал. Лишь встав и накинув обратно лёгкую куртку, он смог дышать ровнее, хоть боль до сих пор отдавалась по руке.              — Жив? — спросил Воланд, стоило им выйти.              — Ещё спрашиваешь, — ответил демон, на автомате придерживая левую руку. — Ты мне по гроб должен.              — И мне тоже, — более бледный, чем сам пострадавший, вышел Люциус.              Обратная дорога оказалась тише, намного тише утренней. Никто не хотел разговаривать, явно пытаясь понять, что это было. У них не в первый раз случались недопонимания, но обычно не так. Люциус сел в угол, словно вжимаясь в него, глядя на проезжающие дома.              Только в замке, оказавшись в его комнате, Лололошка смог заговорить:              — Люц… ты же не обиделся? — аккуратно спросил он, приоткрыв дверь.              — Нет, с чего бы? — тот переодевался самостоятельно в ночную рубашку.              — Это из-за того, что мы тебя не послушали? — прошёл поближе он, наклонив голову.              — Не переживай из-за этого, — эльф обернулся, выглядя неважно. — Я просто дурак, который думает только о себе, и видать слишком переживает из-за состояния своего парня.              — Люц…              — Нет-нет, не нужно. Прости меня, я правда виноват. Я слишком резко отреагировал, — он остановился, наконец расслабив плечи. — Но ты же знаешь, что я это любя.              — Знаю, — наконец, улыбнулся Лололошка, обняв непутевого короля.              Он любил такие моменты, привыкнув к их лёгкости, как он мог просто прижаться к чужому телу и чувствовать отдачу. В любое время. Люциус всегда любил контакт и почти проваливался каждый раз в партнёра, словно ленивец, прижимаясь и не отпуская. Такое в жизни нельзя потерять. В этом и есть отношения — находить компромиссы и принимать недостатки друг друга, не создавая из этого трагедию.              Поцелуй был слишком вовремя и к месту, чтобы от него отказываться, заставляя второго фыркать и в итоге тоже убрать эту недовольную моську.              — Пообещай, что не будешь лезть на рожон. Ради меня, — пробормотал эльф уже перед сном, играясь с кучерявыми волосами рядом, после проверки раны. Всё было чисто. — В мире происходит слишком много страшных вещей, чтобы я мог не переживать. Ты знаешь, что я сейчас занимаюсь важными вещами и могу быть на нервах.              — Я не ребёнок, — хмыкнул демон, чувствуя, как скоро провалится в сон.              — Ты моё всё, — прошептал Люциус. — Я сойду с ума в этот раз точно, если снова потеряю. Пообещай.              — Обещаю, что буду осторожнее, — уже желающий просто отключиться парень сжал в ответ протянутую руку.              — Люблю тебя…