Неужели ты против иметь свой собственный гарем?

- Поехать на обучение куда?! - Цзинь Лин был явно в шоке с новости которой его решил порадовать его дядя. - Не прикидывайся тупым, - Цзян Чен закатил глаза и недовольным взглядом уставился куда-то в окне. "Я же просто играл с Феей, никому не мешал... За что же мне это???" - думал Цзинь Лин еще даже не зайдя к дяде. Он конечно знает, что Цзян Чен его любит, но обычно когда он зовет его к себе, то либо он что-то натворил и ему сломают ноги, либо его ждут очень неприятные новости по типу этой. Кто бы был рад услышать с утра пораньше новость о том, что надо поехать почти на несколько месяцев на обучение в клан, где помимо заучивания 4 тысяч правил их нужно соблюдать. Цзинь Лин искренне не понимал, что можно было понаписать в этих 4 тысячах. Откуда у них там столько слов. И вобще, если бы не его невезучий дядя Старейшина Илин, то их было бы на целую тысячу меньше. Как вобще адепты клана Гусу Лань могут относиться к Вэй Ину с уважением и даже некой любовью. Он же буквально усложнил и так сложную жизнь. Откуда берутся эти настолько разочарованные в жизни дети, которые идут адептами в Гусу. Цзинь Лин считает, что все адепты Гусу либо отважные смельчаки, либо последние идиоты. Их разве не предупреждают, что там 4 тысячи правил, не очень крутая форма, очень жестокие наказания, так еще и дядя Женя. Ладно эти люди идут туда добровольно, но почему он тоже должен страдать то? Он вроде не записывался в добровольцы для похода на смерть. Так что ж эта жизнь так не справедлива к нему. Почему он не может просто тусоваться в Пристани Лотоса, никому не мешая. По мнению Цзинь Лина это лучшее место на всей Земле, где идеально все от лотосов до еды. Не считая его дяди кнш... Но почему бы адептам Гусу один раз не приехать к ним сюда, чтобы они смогли наконец-то понять, что значит жить в раю? После такой экскурсии они взбунтуются и пойдут всей оравой на дядю Женю! Цзинь Лин решил оставить эту идею на потом, ведь она была очень интересная. Главное не забыть бы запастись семенами лотоса, а то просто наблюдать за этим представлением будет не так круто. - Разве ты до сих пор не запомнил, что я не повторяю дважды? - Цзян Чен снова повернулся к племяннику и впился в него взглядом от которого по всему телу Цзинь Лина пробежали мурашки. Его дядя и правда не любил повторять дважды, так что лучше не злить его. - Но я не хочу туда ехать! - у Цзинь Лина был почти такой же скверный характер, как и у его дяди. Но это и неудивительно, ведь всю свою сознательную жизнь он рос рядом с Цзян Ченом и только моментами проводил время с Главой клана Цзинь - с дядей со стороны отца - с Цзинь Гъуняо. - Цзинь Лин, я разве спрашивал тебя хочешь ты или нет? - в голосе Цзян Чена начали прослушиваться нотки раздражения. Еще чуть-чуть и Цзинь Лин услышит его коронную фразу. - Но дядя! - и все же Жулань не намерен сдаваться без боя. - Ты ведь понимаешь, что если я поеду туда, то в следующий раз ты меня увидишь только на моих похоронах?! - было слишком страшно от одной мысли о том, что ему придется сидеть на уроках дяди Жени. - Не неси чушь. Вэй Ин же не помер, - сделав небольшую паузу, добавил, - к сожалению... а значит и ты не помрешь, - иногда Цзинь Лину казалось, что его дядя закатывает глаза чаще, чем он дышит. "Разве старикам не опасно так часто двигать глазами?" - такая мысль частенько посещала голову парня. - Вэй Ин не помер, потому что у него там была защита в лице Ханьгуан - Цзюня! - Жулань верил, что его неудачливый дядя не умер от руки Циженя только благодаря покровительству Лань Ванцзи. - Чепуха, во время нашего обучения в клане Гусу Лань он больше всего получал как раз-таки из-за Второго Нефрита. И тем более, - он повернулся к племяннику спиной, - ты вроде тоже общаешься с Лань Сычжуем и его другом. - Мы даже не друзья! - перед лицом Цзинь Лина на мгновение появились два лица с белоснежной кожей и с такими же белоснежными налобными лентами. Вечно улыбающийся Цзинъ И и добродушный Сычжуй. Эти два парня и вправду могли оказаться хорошей опорой для Жуланя, но разве может такой сильный и гордый человек как он признаться хотя бы самому себе, что ему нужны какие-то друзья. Действительно, в душе он понимал, что ему очень нравится проводить время с этими двумя, но иметь близких тебе людей означает иметь слабые места, которыми в будущем может воспользоваться враг. Это первое правило которому его обучил дядя. - Разве я что-то говорил про дружбу? - повернувшись вполоборота к Цзниь Лину, он скользнул по нему взглядом. - Все, не раздражай меня еще больше, иначе я сломаю тебе ноги! Проваливай! Пинками Цзян Чен выгнал племянника из своего кабинета. Цзинь Лин парой движений отряхнул свою одежду и почесав затылок, оглянулся на захлопнутые двери. - Никто тебя не спрашивает, никому не интересно твое мнение, - закатив глаза, он поднял свой лук и пошел в сторону своей комнаты, бубня себе под нос. - Неужели так трудно просто из вежливости хотя бы спросить хочу я туда или нет? - по пути он пинал камни с такой агрессией, будто они раздавили его любимого человека и теперь он пришел мстить. - Сам-то он наверное прям горел желанием в своем детстве поехать туда! В последствии нескольких дней Цзинь Лин много раз затрагивал эту тему и пытался достучаться до своего дяди, яростно объясняя, что эта учеба в клане Гусу Лань пустая трата его молодости, а в худшем случае еще и жизни. Но несмотря на постоянные его капризы по этому поводу, которые он устраивал при любой возможной ситуации, когда встречал своего дядю за завтраком, в ордене или в его кабинете, его все равно особо не слушали и сразу выпихивали за дверь с криками и угрозами. По итогу ему осталось лишь готовиться к своему отъезду и собирать вещи. За день до отправки на обучения он решил обойти все свои самые любимые места в Пристани Лотоса, ведь если он больше никогда их не увидит будет довольно грустно. А самое страшное и печальное в этой ситуации это даже не встреча с Лань Циженем и не компания в лице мелколаней, а его долгосрочное расставание с его любимой Феей. Это был удар ниже пояса. По этому поводу даже была отдельная истерика... Он собирал вещи и начал складывать всякие игрушки для Феи и тут ему говорят, что Фее нельзя туда и ей придеться остаться в Юньмене. После этой фразы он сразу же рванул искать своего дядю, чтобы поругаться и насчет этого. "Может это сработает как отмазка и получится избежать этой поездки?" - надежда все еще не покидала Цзинь Лина. Он был полон решимости. - Дядя! - он буквально ворвался в кабинет Главы клана Цзян без разрешения, а из-за этого чаще всего и ломал ноги людям Цзян Чен. Но Жуланю сейчас было абсолютно плевать на какие-либо запреты. Он пришел ругаться. - Это уже ни в какие ворота! Как могут в Гусу быть запрещены собаки??? Ладно просто собаки, но Фея она же породистая и лично я ее растил с самого ее детства. Она даже на кошек не бросается, ни то что на людей! Как они могут запретить мне ее взять с собой?! Это ведь не логично! Этот Цижень в своей пещере совсем поехал головой! И все его адепты такие же! - он даже не собирался останавливаться. Слова сплошным потоком лились из его рта, как бурная река. - Фея - это не просто питомец, это мой друг! Я не то что не могу расстаться с ней на такое огромное количество времени, я не могу оставить ее даже на пару дней! Это просто не приемлемо! - Цзинь Лин, закрой рот, - спокойным, но очень раздражительным голосом остановил его нескончаемую тираду Цзян Чен. - Мы уже 132 раза обсуждали, что ты поедешь в любом случае. Хватит устраивать истерики, иначе мне уже начало казаться, что тебя в самом деле не зря прозвали молодой Госпожой Цзинь, - эти слова резанули точно по достоинству и самолюбию Жуланя. Он просто ненавидел когда его так зовут. Чертов Вэй Ин! Если бы не он, никто бы никогда не осмелился так назвать его. Кулаки непроизвольно сжались с такой силой, что на тыльной стороне вздулись вены. И все-таки сейчас он ничего не мог ответить на это, так что ему пришлось проглотить обиду и попробовать восстановить свое сбившееся дыхание. Вот так вот всего одна фраза, сбила весь его настрой. - Тебе в любом случае придется поехать в Гусу и это больше не обсуждается, но если тебе правда так не спокойно на счет Феи, то я готов дать тебе слово о том, что лично позабочусь о ней во время твоего пребывание в Гусу. Ничего не оставалось, поэтому точно в назначенный день Цзинь Лин прибыл в Облачные Глубины. Как и положено в мире совершенствующихся их встретило огромное количество адептов клана Гусу, которые с огромной радостью согласились помочь им дотащить багаж. Эта радость вызвала у Цзинь Лина лишь отвращение и капельку жалости и сострадания. "У них здесь есть отдельный урок для изучения лицемерства??? Или этот старый дед Цижень настолько сильно запугал их?" - всю дорогу в облачные глубины он рассуждал на эту тему. На самом деле дядю женю он не любил не просто так. С ним у него уже имеются личные счеты. Во время одной ночной охоты, когда адепты всех кланов собрались посостязаться в мастерстве никто даже не думал что какой-то недоглава клана Цзинь, этот ребенок в теле юноши лишившийся родителей еще в раннем детстве, сможет обойти все юные таланты и стать в тот день номером один. Абсолютно все: и молодые, и уже более взрослые заклинатели были в шоке и только несколько человек были искренне счастливы за него: его дядя, благодаря которому он кстати и победил, если бы не его изнуряющие тренировки, то он бы никогда не добился успеха, а так же два не самых лучших человека в его жизни: Лань Сычжуй и Лань Цзинъ И. Эти двое единственные из всех адептов подошли и поздравили его с победой. И даже тогда Цзинь Лин почувствовал какую-то теплоту в груди от этих ярких улыбок. Хотя... Без колкостей от Цзинъ И тоже не обошлось. Но Жулань предпочел пропустить их мимо ушей, ведь он победил, а победителей не судят! А еще он просто засмотрелся на улыбку лань Сычжуя. Уже тогда он подумал о том, что этот парень необычайно красив, но поспешил отогнать эти мысли ведь они не Вэй Ин и Лань Ванцзи. А когда сам Лань Цижень увидел, что его адепты гуляют вдали от него и разговаривают с каким-то выскочкой, не только пришел в ярость, но и поспешил отогнать мелколаней от Цзинь Лина, напоследок фыркнув в его сторону. Такое отношение к себе Жулань точно не мог вытерпеть и если бы не тяжёлая рука дяди опустившаяся в тот момент на его плечо, он бы уже вонзил свой клинок в кожу этого старого хрыща. - Добро пожаловать! - на входе их встречало еще больше адептов. Они все были одеты в длинные белые сарафаны, так их называл Жулань, с длинными заколотыми волосами, белоснежными лентами на лбу и мягкими улыбками на лице. От этого вида глаза Цзинь Лина начали болеть, поэтому он поспешил сосредоточить свой взгляд на чем-нибудь другом. Но куда бы он не повернул свою голову везде были только эти нефритовые парни с идеальными чертами лица. "Почему в гусу нет страшных адептов... Неужели дядя Женя не хочет чтобы кто-нибудь обошел его в этом? Это ведь совершенно невозможно." И тут его взгляд зацепился за две фигуры, которые так же как и все остальные были одеты в белоснежные одежды с развевающимися на ветру рукавами. С широкими улыбками и искреннем смехом они что-то бурно обсуждали. Цзинь Лин больше не смог отвести взгляд от этих парней. Один из них вероятнее почувствовал такой пристальный взгляд и посмотрел прямо на него. Их взгляды встретились и как бы мозг не кричал Цзинь Лину отвернуться или прикрыть глаза, тот не мог ничего с собой поделать и лишь пялился на этих стройных парней. Зависть и вправду присутствовала. Он часто размышлял о том, что надо бы обзавестись хотя бы одним другом, но к сожалению в Юньмене с ним боялись общаться из-за того что его дядя глава клана и как бы такая перспектива почти никого не привлекала, а даже если кого-нибудь и привлекала. то это каких-то хлюпиков с которыми Цзинь Лин уж точно не стал бы тусоваться. Ну а в родном клане его просто не любили из-за... Если подумать, то он даже не знал причину по которой его сверстники не любили его. Просто так. - Цзинь Лин! - из размышлений его вывел этот мягкий голос, который позвал его по имени. Как редко он мог услышать такое обращение к себе... Так его звали лишь единицы, но только при таком обращении он мог почувствовать тепло. Может быть это самообман, но иногда после такого обращения ему кажется, что он точно помнит как его так звала мама... - Эй! - теперь это был не мягкий оклик, а скорее крик чайки. Он снова поднял свой взгляд на двух парней и теперь они шли в его сторону, маша ему рукой. Впав в ступор он все еще не мог поверить, что эти двое идут именно к нему. Неужели и у такого как он есть шанс обзавестись друзьями? все еще глядя на них, он неловко попытался улыбнуться, но вспомнив о своей репутации, снова натянул на свое лицо слой высокомерия и отстранённости, хотя в душе его приходила весна и цвели цветы от таких искренних улыбок в его адрес. - разве у вас в Гусу не запрещено слишком громко смеяться, слишком громко говорить и слишком громко дышать? - упреки и подколы никто не отменял, поэтому как бы он не хотел нормально поздороваться из его рта вышло только это. Но этот упрек не был лишен смысла. - Мы пока что не в гусу, а за его пределами, так что твой остроумный подкол не засчитывается, - презрительно ответил ему Цзинъ и, - лучше просто не умничай и помолчи. - Молодой Господин Цзинь, - сычжуй же как обычно не смог обойти вежливое приветствие и сложив руки в приветственном знаке немного кивнул головой. - Ты должен мне 25 золотых, - все так же с улыбкой произнес Сычжуй, даже не повернувшись на второго адепта Гусу. - Да отдам я тебе, - закатив глаза Цзинъ и показал старшему язык. Заметив немного странный взгляд Цзинь Лина, а-ля "вы решили на мне заработать денег??", - Не смотри на меня так! Мы просто устроили небольшое пари приедешь ты или нет. - И ты поставил на то, что я не приеду? - Цзинь Лин изогнул одну бровь. Неужели адепты его возраста настолько плохого мнения о нем. Неужели он кажется настолько избалованным. - Ну... Я правда не думал, что ты настолько выйдешь из зоны своего комфорта, Молодая Госпожа Цзинь. - Цзинъ И! - Сычжуй быстро шыкнул на младшего, а потом все еще с улыбкой глянул на Цзинь Лина. - Прошу прощения, но на самом деле мы и вправду думали о том, что ты не приедешь... - тут он сделал не большую паузу, пытаясь подобрать правильные слова. Пока Сычжуй думал о том как правильнее сказать что-то, а Цзинъ И просто тихо хихикал, Цзинь Лин вновь задумался о своем. Неужели они на столько близки с этими двумя, что могут так свободно общаться? Если в поведении Сычжуя еще наблюдалась какая-либо скованность, то Цзинъ И вел себя так словно они знакомы с самого детства, хотя виделись и общались всего пару раз. Но для себя Жулань еще не решил нравится ему такое свободное общение или нет. С одной стороны это придает какой-то комфорт и легкость на душе что-ли, а с другой стороны это как-то неправильно и слишком смущающе. Это все-таки первый его опыт в общении с кем-то на равных как приятелей. - Из-за ваших не самых лучших отношений с Лань Циженем мы думали, что ты сделаешь что угодно, но только не приедешь сюда, - закончил за старшего Цзинъ И. Все-таки он всегда был более раскрепощённым в общении нежели Сычжуй. - Эх... - Цзинь Лин горестно вздохнул от понимания, что вприницпе они правы: он и вправду не хотел сюда ехать. - В любом случае, меня даже никто не спрашивал хочу я или нет. - И все же, твой дядя слишком жесток даже по отношению к своему племяннику, - так же горестно вздохнул Цзинъ И. В его голосе даже прослеживалась капля сочувствия. - Цзинъ И! - в этот раз Юань не только шыкнул на младшего, но и ударил его по руке. - Да за что? - Цзинъ И недоумевающе уставился на старшего, но потом все так же ярко улыбнулся. - Ладно, давай мы покажем тебе где твоя комната, - Сычжуй тоже одарил Цзинь Лина искренней улыбкой. - Вы знаете где она? - Цзинь Лин даже подумать не мог, что этих бедных детей заставили выучить местоположения комнат всех приезжих? - Конечно, - задорно ответил Цзинъ И, - мы так-то из-за этого и пришли сюда. Нас назначали твоими личными экскурсоводами по Облачным Глубинам на первое время! - Цзинь Лину показалось, что такими темпами у Цзинъ И могут заболеть скулы.. Слишком часто он улыбается. - А, - такого Цзинь Лин точно не ожидал. Личными экскурсоводами? Такое тоже бывает? - Тогда хорошо, идемте, - как же ему повезло, что ему достались именно эти двое. Значит они и вправду могут стать друзьями. От этой мысли внутри стало тепло, а улыбка непроизвольно расцвела на губах. Но в следующий миг, Цзинь Лин испугался этой мысли и заставил себя выбросить это из головы. Ему не нужны друзья, а особенно из этого ужасного клана. Пару дней приезжие адепты из разных кланов обустраивались и привыкали к временному месту жительства. В этом им помогали ученики клана Гусу Лань. Мелколани сводили Цзинь Лина в самые красивые и интересные места Гусу. Хотя сказать что таких было мало, ничего не сказать. В основном они водили по разным зданиям, где будут проводиться занятия или площадки для будущих тренировок. Цзинь Лин рассматривал все без особого энтузиазма. От одного взгляда на эти места его воротило, как от протухшего мяса. Спасибо, что хоть Циженя пока не встретил, иначе бы вылетел раньше, чем начались занятия. Цзинь Лин конечно не против как можно раньше свалить, но тогда он точно получит по шее от дяди. И вот наступил первый день занятий. Хоть это и был первый день, но Лань Цижень явно не собирался жалеть адептов. Подъем в 5 утра для местных адептов и в 6 для приезжих. Хоть им и разрешили встать на час позже, но для Цзинь Лина это все равно было целое испытание. Все адепты с горем пополам, но смогли встать и одеться, но Жулань... Он не привык так рано вставать, потому что даже в учебные дни он не вставал раньше 9 часов. По итогам Сычжую и Цзинъ И пришлось быстро бежать поднимать его, чтобы дядя Женя не сожрал их всех троих. После был не большой легкий завтрак, но Жуланю не понравилось и это, ведь он был абсолютно пресным. Ни соли, ни перца, один ужас. Потом снова тренировки. Опять безвкусный, не приятный и ужасный обед, а после снова тренировки. И только лишь ближе к 8 вечера адептам разрешили разойтись по комнатам. Цзинь Лин был не такой как все, поэтому у него была своя собственная большая и более менее уютная комната. После тренировок мелколани пошли к нему, чтобы составить компанию на вечер. И нет, это не потому что Цзинь Лин попросил их прийти к себе, чтобы поговорить и обсудить все тяготы этой жизни. И уж тем более не потому, что он просто хотел подольше побыть с этими двумя и почувствовать себя чьим-то другом. - Как вы здесь живете, - только переступив порог своей комнаты, Цзинь Лин сразу же быстро подошел к кровати и просто плюхнулся на нее, уткнувшись лицом в мягкое покрывало. - Со временем привыкнешь, неженка, - Цзинъ И, не церемонясь, уселся на кровать рядом с лежащем парнем. - Заткнись, пень! - Цзинь Лин зло зыркнул на него. - А ты офигеть какой Не Минцзюэ? - младший адепт Гусу довольно хмыкнул. - Перестаньте, - Сычжуй наблюдал за этими детьми с улыбкой на лице, стоя в дверном проеме. Он всегда любил наблюдать за дурачествами этих двоих. Иногда он про себя думал, что может всю жизнь вот так с улыбкой любоваться этими красавцами. - Цзинь Лин, ты правда привыкнешь к этому со временем, - успокоил он младшего. - Он в любом случае начал первый, - по лицу Цзинъ И легко можно было понять, что он хотел сказать ту же самую фразу, но опоздал, а на лице Жуланя расцвела самодовольная улыбка. Первое занятие с Лань Циженем... Все, даже самые смелые адепты, побаивались этого момента. Да даже сам Цзинь Лин в это утро вставал с еще большем раздражением, чем в другие дни. Да и кто вобще горит желанием ходить на занятия к этому дряхлому старику. Только если какие-нибудь поехавшие идиоты, которые считают себя бессмертными, то есть адепты Гусу. Странные люди... Цзинь Лину и вправду не понять их. Только Цзинъ И более менее адекватный в этом деле. Они с Жуланем ныли всю дорогу до кабинета о том, что не хотят идти туда и вобще это поход на верную смерть, ну а Сычжую оставалось лишь слушать это нытье. - Сегодня вы узнаете о самых известных кланах существовавших около 700 лет назад, - "Ни здраствуйте, ни как дела... Этот дед точно глава школы?" - занятие только началось, а Цзинь Лину уже хочется зевать. Кому вобще интересно какие кланы существовали 700 лет назад, когда даже их пропробабушек не было. Он считает, что нужно жить сегодняшним днем! Он знает, что на данный момент существует 4 самых крупных ордена: Ланьлин Цзинь, Юньмен Цзян, Цинхэ Не и самый дотошный орден - Гусу Лань. Раньше еще существовал Цишань Вэнь, но после Аннигиляции Солнца этот орден был стерт с лица земли и его последние потомки - это Призрачный генерал и Лань Сычжуй или же Вэнь Юань. Этого достаточно чтобы считаться умным в нынешнем обществе, где больше ценятся боевые навыки и редко сами знания. Для чего вобще им знать о кланах, которые исчезли 700 лет назад. Поэтому чтобы не сдохнуть от скуки он решил на тихую поболтать с Цзинъ И, который сидел справа от него. Самой интересной темой, которую они могли сейчас обсудить - это дряхлую 150-ти летнюю черепаху, которая сидела прямо перед ними в начале класса. - Как такой старик до сих пор ходит и пьет самостоятельно??? - повернув голову в сторону собеседника и прикрыв рот рукой, Цзинь Лин со смешком в голосе сказал это. - Сам не представляю, но ходят слухи, что он пьет кровь каких-то недодемонов, чтобы оставаться таким "молодым" - на слове "молодым" он сделал особый акцент из-за чего они оба прыснули со смеху. - Кто смеется?! - этот голос прогремел словно гром над головой. Разъяренный Лань Цижень вскочил на ноги с такой ловкостью, что позавидовал бы любой молодой заклинатель. Цзинь Лин и Цзинъ И сразу же заткнулись и сели ровно, выпрямив спину. Сычжуй еще перед самым уроком предупредил этих двоих. Он с самого начала знал, что эти двое обязательно нарвутся на неприятности из-за своей болтовни. Так еще и обсуждать Циженя при нем же... Они и правда бессмертные. По слухам даже сам учитель Вэй редко позволял себе такое. А эти двое снова дурачаться. - Цзинь Жулань! Лань Цзинъ И! - этот крик был последним раскатом грома в жизни этих двух идиотов. Раз их раскрыли, то больше нет смысла пытаться скрыть свой смех. Но по итогу ни один из них не осмелился даже глаза поднять. Почти одновременно они вскочили на ноги. И нервы и их тела были натянуты как струны, которые в любой момент могут порваться. "Почему мы не послушали Сычжуя..." - у каждого из них в голове пронеслась эта мысль. Пока они молча сверлили пол, другие ученики стали перешёптываться и слегка глазеть на них. - Замолчали!!! - и тут же класс наполнила тишина и лишь пение птиц было слышно с улицы. - Вы двое! Что вас так рассмешило?! Смерть клана Кучу Пьян?! Или же смерть главы клана Дышун Кун?! - Цзинь Лин и вправду впервые слышал эти кланы. И он совсем не чувствовал угрызения совести за то, что проболтал все с Цзинъ И. И даже если ему сейчас же прикажут собирать вещи и проваливать он не будет чувствовать ничего кроме радости. - Учитель! - Цзинъ И поднял голову и сложив руки в уважительном жесте, устремил свой взгляд на Циженя. - Прошу прощения! Это я отвлек Цзинь Лина от занятия и готов принять любое наказание за свой проступок! - В голосе этого юноши не было ни намека на сомнение. Цзинь Лину показалось, что сидящий а впереди них Сычжуй тихо выругался, но он срау же отбросил эту мысль, ведь Вэнь Юань один из самых прилежных учеников: вряд-ли он хотя бы знает значение слова "сквернословить". Но то, что он ясно ощутил - это какое-то разливающиеся тепло в его груди... а может в желудке. Вобщем не так важно где, но этот поступок Цзинъ И заставил не только сердце Цзинь Лина ёкнуть, но и отключил его мозг и ход мыслей парня. Впервые в жизни за него заступился кто-то кроме его дядь. Он и правда не верил, что такое бывает. Но Цзинъ И больше ничего не говорил и лишь отпустил голову в поклоне. "Нет! Я же не девчонка, чтобы меня прикрывал какой-то придурок, так еще и адепт клана Лань." - этими словами он пытался убедить себя, что он не волнуется за Цзинъ И и последствия всего этого, которые произойдут если он не вмешается. Эта мысль заблокировала действия инстинкта самосохранения и здравомыслия, если они были у Жуланя. Лань Цижень только открыл рот, чтобы, наверняка, выплюнуть еще больше ругани на двух парней, но чужой голос его опередил: - Нет! - Цзинь Лин слишком поздно сообразил настроить громкость своего голоса, поэтому сказал это слишком громко. - Это я виноват и беру всю ответственность на себя! - Что ты творишь?! - почти беззвучно шикнул на него Цзинъ И. - То что должен! - Вы!... - Цижень явно был не готов к такому повороту событий. Эти ненормальные создания не перегонки ищут смерти?! - Вы невоспитанные отпрыски... - начал свою тираду Цижень, но его снова прервали. - Учитель! - на этот раз сос воего места вскочил Сычжуй. "Только его не хватало..." - эта мысль прозвучала не только в голове Цзинь Лина и Цзинъ И, но даже Цижень подумал точно так же. - Я как старший готов взять всю вину на себя! - Он так же склонил голову в вежливом поклоне. Теперь теплое чувство разливалось не только по всему телу Цзинь Лина, но и Цзинъ И ощутил это тепло. - Замолчите! Вы безнадежные существа! Ладно они, но ты!... Лань Сычжуй, - с каждой минутой злость Главы клана Лань становилась все больше и больше, - с каких пор самый прилежный ученик позволяет себе такие непочтения?! - Даже самый хороший и благородный человек имеет право на ошибку, учитель, - проговорил Сычжуй своим мягким голосом. Видимо это была последняя капля для Циженя. Зло махнув рукавами и испепеляя этих троих бессмертных он широкими шагами направился к ним. - Вы трое! - он указал на них пальцем. - Почему ваши родители не позаботились о вашем воспитании?! - как бы смешно эта фраза не звучало для 2 из 3 стоящих парней, но Цижень произнес ее на полном серьезе. Все лицо старика исказила гримаса злости и негодования. - Вы, Лань Цзинъ И и Лань Сычжуй! Сейчас же отправляйтесь в библиотеку для отбывания вашего наказания! - в этот момент все лица адептов, наблюдающих за этой сценой, побелели и исказились гримасой боли и сочувствия. Но эти парни, стоящие рядом с цзинь Лином лишь кивнули и сделали небольшой шаг друг к другу, чтобы незаметно преградить Цзинь Лина от пылающего пламенем гнева Лань Циженя от греха подальше. Что-то кольнуло сердце Жуланя, а глаза невольно наполнились влагой от такого, как показалось бы, не значительного поступка. И только для Цзинь Лина такое проявление заботы в его адрес было нечто невозможным. - Разойдитесь! - но к сожалению Цижень не оценил доблестный поступок и лишь растолкнул их. - А ты! Ты уверен, что готов признать свою вину?! - Да, - Жулань был полон решимости, но опустил взгляд в пол. - Тогда твое наказание - это 40 ударов дисциплинарной палкой! - особенно зло произнес Цижень и махнув рукавами и высоко задрав голову направился на выход из здания. По классу пробежались встревоженные вздохи и оханья полные сочувствия, но никто так и не осмелился произнести ни слова вслух. И только когда дядя Женя скрылся за горизонтом, Цзинъ И нарушил эту мертвую тишину резким вскриком: - Ты идиот?! - этот крик заставил почти всех вздрогнуть от испуга. Адепт клана Лань схватил Цзинь Лина за грудки. яростно тряхнув его. - Кто просил тебя лезть?! - как человек мог так быстро сменить одну эмоцию на другую... Только что он молча стоял весь из себя сама покорность, а уже через секунду готов наброситься на Жуланя с кулаками. - А почему я должен оставаться в стороне и молчать?! - Цзниь Лин наконец поднял свой взгляд и те, кто был поближе к ним могли разглядеть молнии на дне его черных глаз. Рывком отцепив руки Цзинъ И от своих одежд, он толкнул его обеими ладонями в грудь, заставив сделать пару шагов назад. - Я сильно похож на сопливую девчонку, которая ждет что ее кто-нибудь защитит?! - он ткнул пальцем в адепта клана Лань. Лицо обоих адептов побагровело от злости, а может и от смущения... Ведь ситуация произошедшая раннее ясно давала понять, что они не посторонние друг для друга. Цзинъ И уже поднял свою ладонь, сжавшуюся в кулак, чтобы замахнуться для удара, но к счастью Сычжуй во время встал между этими идиотами. Если бы не он, то наказание парни отбывали бы не из-за разговоров во время занятий. - Успокойтесь! - Сычжуй строго посмотрел на обоих. - Сейчас же прекратите!- это первый раз, когда Юань вобще поднимал голос на кого-либо, не говоря уже о Цзинъ И и Цзинь Лине, поэтому абсолютно все адепты, находящиеся в этом помещении, были ещё больше ошарашены. Повернувшись лицом к Жуланю, он уже мягко произнес. - Никто не пытается тебя задеть или оскорбить, А-Лин, но Цзинъ И прав. Нам в любом случае не досталось бы такое жуткое наказание, как тебе... Ты ведь и сам прекрасно знаешь какие натянутые отношения у тебя с учителем, - Сычжуй тяжело вздохнул. - И что?! Мне теперь прятаться от него?! - Цзинь Лин зло оттолкнул парня в сторону и направляясь вон из класса, добавил, - Сам разберусь, что мне делать! "Черт, не стоило его толкать... Он ведь всегда так добр ко мне... Но ведь они первые поставили себя выше меня! Да кто они такие, чтобы смотреть на меня с высока и считать себя круче меня! Думают, если заступятся я буду благодарен им до конца жизни?! Черт бы побрал этих Ланей! Только и умеют, что портить жизнь людям!" - возмущению Цзинь Лина не было предела. Он сам не до конца мог понять по-настоящему зол ли он или просто пытается скрыть смущение под этой руганью. Цзинь Лин сам не знал куда шел, но он точно понимал что хочет уйти как можно дальше от этих надоедливых Ланей. Кто вобще просил их вмешиваться или заступаться. Но мысль о том, что они пытались защитить его, не боясь пострадать, снова отозвалась теплом в районе сердца, которое постепенно растекалось по всему телу, заставляя ноги подкашиваться. Это лишь еще больше злило Цзинь Лина. - Твою мать! - он злобно пнул камень. Остановившись, он потер свое лицо руками, прекрасно чувствуя как кровь приливает к лицу и ушам из-за чего они становятся похожими на помидоры. "Нет, нет и еще раз нет! Я не могу нравиться им! Это просто хреновое воспитание! Да и они не нравятся мне! Я же не обрезанный рукав!" - продолжал твердить себе Жулань, растирая свое лицо теплыми ладонями. Опустив руки, он закрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов и медленных выдохов, пытаясь привести свое дыхание в порядок. Немного успокоив свой пыл, он направился на площадку для наказаний. Она находилась где-то во внутренних дворах куда не мог попасть почти никто. Но к сожалению, Цзинь Линь стал одним из счастливчиков и без проблем добрался до туда. На месте его уже ждали 9 адептов клана Гусу. Четверо с одной стороны и четверо с другой. Чуть впереди них стоял высокий стройный парень одетый в белые одеяния, держащий в руках огромную и тяжелую палку. "Мои шутки про то, что дядя меня больше не увидит, перестали быть шутками." - горько усмехнулся про себя Цзинь Лин, но продолжил идти в центр уверенной походкой. Даже в глазах этого юноши нельзя было разглядеть ни намека на страх или раскаяние. Дойдя до центра дворика, он остановился и начал ждать. С минуты на минуту должен появиться этот старый хрыщ. Цзинь Лин будет ненавидеть себя до конца жизни, если позволит себе показать слабость перед этой старой черепахой. Не смотря ни на что, он твердо выстоит это наказание и будет гордиться собой всю оставшуюся жизнь! Послышался небольшой шорох, все адепты склонились в поклоне, а во двор широкими шагами и с явным раздражением на лице вышел Цижень. Строго заложив руки за спину, он окинул всех людей злым взглядом, которым остановился на Цзинь Лине. " Такое чувство, что он хочет меня испепелить своим взглядом." - сказать, что Цзинь Лина в какой-то степени забавляла эта ситуация - ничего не сказать. Даже не смотря на то, что он знает и представляет себе, что его ждет, у него все еще было настроение шутить или смеяться. Главное делать все без сожаления, остальное неважно. - На колени! - голос Циженя был пропитан ядом и злостью. Но как бы эти слова не звучали устрашающе для всех, Цзинь Лин лишь ухмыльнулся, не двигаясь не на сантиметр. "Да я скорее умру, чем добровольно встану на колени." - ему даже в голову не приходило послушаться приказа Циженя. - Я сказал на колени! - все еще не увидев никакой реакции на свои слова, Цижень свел брови над переносицей и резко махнул рукой. И в ту же секунду тяжелая дисциплинарная палка ударила Цзинь Лина под коленями. Но, как не странно, Цзинь Лин не упал с грохотом на колени, а всего лишь сделал небольшой шаг вперед, согнув немного ноги в коленях. Он не упадет. Он выстоит. - Ты!.. - все вокруг снова сотряслось от крика Циженя. Палка вновь ударила по тому же месту, а кто-то из учеников громко и четко произнес: "Два!" В этот раз Цзинь Лин не смог так же твердо устоять на ногах и упал на одно колено, стиснув зубы до скрипа. В его глазах сверкали молнии. Наконец-то он поднял свой взгляд на Циженя, а на его лице вновь расцвела ядовитая улыбка. Облокотившись рукой на колено, он с трудом, но встал на ноги. - Раз так, то продолжайте! - старый хрыщ, увидев такое противостояние его воле, пришел в еще большую ярость и с почти садистским удовольствием в глазах, начал наблюдать за тем как удары дисциплинарной палки стали осыпаться, то на спину юноши, то на ноги. Все одежды Цзинь Лина на спине пропитались кровью и потом и теперь неприятно липли к телу. Но не смотря на все это он все еще твердо стоял на ногах. - Двадцать пять! - ответственный за подсчет ударов адепт уведомил, что Жуланю осталось выстоять всего 15 ударов. Он нагло соврет, если скажет что ему не больно. Но такова его упорность, которая кстате досталось ему от своих дядь. Он сможет выдержать ведь осталось меньше половины. Голова начала кружиться, а все тело бросало то в жар, то в озноб, но он сможет. Его гордость намного выше него, а значит он не может опозориться. Кости ломило, а все мышцы жгло огнем. Он начал терять фокус в глазах и мысли потихоньку стали покидать его голову. "Осталось совсем чуть-чуть, я смогу..." - продолжал он твердить себе для большей стойкости. - Сорок! - этот крик был спасательным кругом для Цзинь Лина. Наказание закончилось и он прекрасно с ним справился. Он поднял напряжённые веки и затуманенным взглядом вновь впился в главу клана Гусу Лань. - Спасибо, - он произнес лишь одно слово, а гнев Циженя дошел до точки кипения. С уголка рта Цзинь Лина полилась струйка алой крови, которую он тут же размазал рукавом. Но не смотря на кровь, он продолжал улыбаться. Кто бы сейчас на него не посмотрел, все бы как один твердили, что двинутый псих и реинкарнация Старейшины Илин или Сюэ Яна. Но именно сейчас никому не было совершенно никакого дела до этого юноши. - Не трогать его! - зло рявкнул Цижень и встряхнув широкими рукавами, развернулся и направился прочь. Как только этот костлявый дед скрылся, ноги Жуланя невольно подкосились и он упал на колени, выставив руки вперед. В этом положении он сплюнул полный рот крови. В глазах стало темнеть и последнее, что услышал Цзинь Лин перед тем как отключиться - это перешептывание адептов позади него и их удаляющиеся шаги. "Жалкие и трусливые псы..." - эта была последняя мысль парня. Сознание потухло, а его тело с характерным стуком повалилось на землю. Так он и остался лежать совсем один во внутреннем дворе, на холодной земле площадки для наказаний. Ни одной живой души, которая хотела бы помочь ему или позаботиться об этом, сейчас так похожего на трупа, юноше. Лишь слабое дыхание показывало, что он все еще жив. Солнце все еще ярко светило над землей, а птицы так же ясно пели и абсолютно всем было все равно. °•°•° - Еп твою мать! - Цзинь Лин прохрипел это ругательство даже не открывая глаз. Голова раскалывалась, все тело ломило, а глаза не хотели открываться. Во рту будто пустыня. Нормально разговаривать невозможно. За то он почувствовал, как на него вылился целый стакан какой-то жидкости. - Хахаха, - где-то над его головой прозвучал чей-то смех. "Неужели кто-то решил поиздеваться над трупом?! Совсем бессмертные?" - подумал про себя Цзинь Лин и предпринял еще одну попытку открыть глаза. Но веки были все еще слишком тяжелые, поэтому ему пришлось потратить почти все силы на то, чтобы хотя бы чуть-чуть приоткрыть один глаз. - Прости, прости, я не специально, - чертов Цзинъ И, как ему не стыдно издеваться над умирающим человеком. Хотя, Цзинь Лин даже не удивлен, этот осел никогда не отличался особыми манерами. - Цзинъ И! - а вот и Сычжуй... Сердце Цзинь Лина снова бросило в жар из-за этого мягкого голоса. "Интересно, а у мамы был такой же мягкий голос?" - Цзинь Лин мысленно улыбнулся. Но потом его сердце снова хватило болью. Он вспомнил, что совсем недавно самостоятельно оттолкнул этого человека от себя... - Да что я, это все из-за тебя! - смех младшего адепты Гусу не прерывался ни на секунду. - Лучше дай стакан воды, а тот этот недотруп сейчас задохнется, - будь в теле Жуланя сейчас хоть 1/4 часть его сил, он бы уже вмазал этому придурку. Но ох... Как же судьба не справедлива. Не прошло и минуты, в комнату вернулся Юань со стаканом воды. Обойдя хихикающего Цзинъ И, он подошел к месту где сейчас лежал Цзинь Лин. И как Жулань уже догадался это не то место, где его бросили умирать. Открыв глаза, он увидел потолок, а значит он лежит в каком-то помещении. Сычжуй поставил стакан на прикроватную тумбочку, а сам вплотную приблизился к кровати. Мягко улыбнувшись парню, он стал потихоньку накланяться к нему. Все ближе и ближе, пока между его лицом и лицом лежащего Цзинь Лина не оставалось меньше 15 см. От такой обстановки, уши Жуланя невольно окрасились в красный цвет, а сам он зажмурился. "Слишком близко... Зачем он это делает?" - сердце парня было готово выскочить из груди от такого давления. Но к счастью, или разочарованию, Сычжуй лишь решил помочь парню принять сидячее положение. - Садись, так пить удобнее. Аккуратно, - парень мягко поддерживал Жуланя обеими руками, пытаясь приложить как можно больше силы, чтобы "полутруп" не перенапрягался. Цзинь Лин сел и подвинулся к спинке кровати, чтобы облокотиться на нее. Но видимо это была не лучшая идея... - Черт! - все тело, начиная со спины, обожгло ужасной болью. Сычжуй резко дернулся на звук. Его лицо выражало почти материнское беспокойство. Он схватил подушку и помогая Цзинь Лина держать спину ровно без опоры, подложил ее между ним и спинкой кровати. - Молодая Госпожа Цзинь, вам удобно? - смех Цзинъ И полился с новой силой. - Я тебя убью, - все еще шепотом прошипел Цзинь Лин и потянулся за стаканом воды. Сычжуй сразу же сунул его ему в руки. - Ты хотя бы сидеть без чужой помощи научись. - Перестаньте, - Юань снова одарил этих двух своей лучезарной улыбкой и даже Цзинь Лин проглотил свой ядовитый ответ, не имея возможности отвести свой взгляд. - Принеси лучше полотенце, - попросил он Цзинъ И и тот безоговорочно встал со своего места и пошел на поиски тряпки. - Сколько я спал? - допив стакан воды, Цзинь Лин почувствовал облегчение и наконец-то смог нормально разговаривать. Глянув в окно, он заметил, что солнце уже садиться. Значит он проспал около 4 часов. Ну зато более мнее выспался. - Больше суток, - спокойно произнес Сычжуй. - Что?! - воды которую он выпил чуть не полилась у него через нос. "Больше суток?! Как такое возможно??" - в этот момент как раз вернулся Цзинъ И с полотенцем в руках. он прокашлялся и серьезно спросил, - А как вы поняли что я все еще там? - Мы просто своего рода гадалки! - усмехнулся Цзинъ И. - До нас дошли слухи... - начал было Сычжуй, но этот гаденыш опять перебил его. - Ты теперь местная звезда! Не знал??, - голос Цзинъ И так и сочился восторгом. - Еще никто не переносил такое жесткое наказание, стоя на ногах! Ты как вобще додумался и умудрился? - был ясно слышен его восторг. - Это того стоило, - горько усмехнулся Цзинь Лин и взглянул на младшего адепта Гусу. - Так вот! Мы значит такие пришли на свое наказание, начали переписывать эти никому не всратые правила... - Цзинъ И! - Сычжуй снова его окликнул. - Ладно ладно, - в ответ он лишь закатил глаза, но через секунду снова улыбнулся во все 32. - Начали переписывать эти очень нужные правила, стоя на руках... - Как переписывать? - его увлекательный рассказ снова прервали. Глаза Цзинь Лина стали как монеты. - Да хватит меня прерывать! Стоя на руках, как же еще?! - парень лишь усмехнулся. - Ага, начали мы переписывать... - Апчхи! - Цзинь Лин не специально, но чихнул в такой момент. Глаза Цзинъ И расширились, а челюсть сжалась. Сейчас он был похож на психопата. - Ты!... - он зло указал пальцем на парня в желтых одеждах. - Ты специально! - в комнате раздался смех Сычжуя. - Продолжай уже, - фыркнул Цзинь Лин. - Попробуйте меня еще хоть раз перебить, я вам по шее дам! - Все. не пугай нас зря, продолжай - в разговор вмешался Юань и атмосфера снова стала спокойной. - Так вот, переписываем мы значит и тут в библиотеку врывается какой-то чел, да так неожиданно, что я даже не удержался и свалился! Представляешь?! - парни, внимательно слушающие рассказ, снова засмеялись. - Оно и не удивительно для такого идиота как ты, - подколол его Цзинь Лин. - Я тебя убью! - Цзинъ и схватил полотенце, которое же сам и принес и быстрыми шагами подошел к кровати, намереваясь придушить парня. И снова кто-то нарушает личное пространство Цзинь Лина. Хочешь задушить, так пожалуйста, но зачем же так приближаться к его лицу своим. - Сычжуй! Лань Сычжуй! - со смехом в голосе прокричал Цзинь Лин и Цзинъ И сразу же отпрянул. - Сычжуй, ну ты же видел, что он первый начал! - пожаловаться первым - значит победить. Такой тактики придерживались эти двое. - Я уже устал вас разнимать, хватит вести себя как дети, - с улыбкой проговорил старший и пристально всмотрелся в лицо Цзинъ И. Возможно Жуланю показалось, но он заметил как лицо Цзинъ И покрыл легкий румянец. - Лааадно, - он снова отошел от кровати. - Вобщем этот парень начал яростно кричать о том, что ты бессмертный раз решил противостоять Циженю даже во время наказания. И что если тебя не спасти, ты так там и помрешь. Поэтому, мы как хорошие друзья, на скорую руку расправились с своей писаниной и поспешили к месту твоего захоронения, - на последних словах он состроил многострадальное выражение и якобы сбросил слезинку. - Ну и только благодаря мне ты сейчас все еще дышишь! Жду благодарностей! - Цзинъ И подмигнул ему, а после рассмеялся. - Спасибо, Сычжуй, - Цзинь Лин повернул свою голову в сторону Юаня и горько улыбнулся, - и прости, что я тогда тебя толкнул, - он прикрыл глаза. - Все в порядке, А-Лин, я ведь понимаю, что это было сделано на эмоциях. - Эй, а я?! - Цзинъ И был явно оскорблен таким поведением младшего. Облокотившись о стену, он сложил руки на груди. На это показушничество Цзинь Лин лишь показал ему язык, а в ответ в него прилетела тряпка. - Давай я помогу тебя обработать твои раны, - Сычжуй улыбнулся и взял тряпку в руку. - Я и сам могу, - почти шепотом возразил Цзинь Лин, но это было скорее от смущения, ведь его красный уши вновь его выдавали. - Ага, сам он может, - Цзинъ И обошел кровать и сел на кровать напротив Цзинь Лина. - Тебе от любого движения больно, придурок, - и пнул ногой Цзинь Лина. - Катись отсюда! - Жулань дернулся в попытке избежать удара. - Сядь ровно, пожалуйста, чтобы я помог тебе раздеться, - Сычжуй помог Цзинь Лину отодвинуться от спинки кровати и сесть к нему спиной. Пока помогал, он заметил красные уши парня и переглянулся с Цзинъ И, на что тот лишь усмехнулся краешком губ. Быстро развязав пояс и сняв верхнее ханьфу, Сычжуй посмотрел на Цзинь Лина, чтобы убедиться, что он в порядке. - Возможно будет немного щипать, но ты ведь уже большой, - мягко произнес Сычжуй. Оголив белую кожу на спине Цзинь Лина, он оглядел раны, которые покрывали всю спину. Их было очень много, но они были не такими глубокими. Кое-где кожа полопалась и рассеклась, но это тоже было не смертельно. Главное, что не было внутренних повреждений. Промокнув тряпку в тазике, который они приготовили еще заранее и хорошо выжав ее, он начал протирать раны легкими движениями, начиная с лопаток. Как только прохладная тряпка соприкоснулась с разгорячённой кожей, все мышцы под рукой Сычжуя мгновенно напряглись, а Цзинь Лин прошипел сквозь сжатые челюсти. - Настолько больно, молодая Госпожа Цзинь??? - Цзинъ И вновь издевался над ним, но это лишь своего рода попытка отвлечь его от боли. - Катись отсюда! - Жулань хотел было ударить того ногой, но к сожалению не дотянулся, а лишь доставил себе еще больше боли. - Да не дергайся ты! - хоть Цзинъ И и говорил с улыбкой, но в его голосе слышалась серьезность. -Я просто сделаю вид что ты меня побил,- и тут же он повалился набок с кряхтением, а-ля драма квин. Сычжуй лишь улыбнулся, но продолжил сосредоточенно протирать кожу. Кровь давно уже запеклась, а некоторые раны уже начали покрываться корочкой, а значит что уже можно наблюдать процесс заживления. Чем дольше Юань вытирал кровь, тем меньшую боль чувствовал Цзинь Лин. От крови тряпка окрасилась в алый, да и вода в тазике тоже приобрела светло красноватый оттенок. - А-Лин, мне осталось протереть немного снизу, а после пройдусь еще чистой тряпкой, чтобы грязь не попала на раны, - в ответ парень услышал лишь мычание, скорее всего означающие согласие. - Сычжуй, - тут голос подал теперь уже оживший Цзинъ И, - а тебе вобще удобно так наклоняться??? - на его лице расцвела нахальная ухмылка, а в глазах появился странный блеск, заставивший Цзинь Лина напрячься. - На самом деле не очень, - смущенно пролепетал Юань. - Скажи какую позу мне принять, чтобы тебе было легче, - на одном выдохе произнес Цзинь Лин, а потом понял что только что выплюнул. - Если тебе не трудно, - здесь Юань сделал паузу и вновь глянул на хитро улыбающегося Цзинъ И, - можешь лечь на живот? - Жулань лишь кротко кивнул головой и стал предпринимать попытки более безболезненно устроиться на животе. - Че лыбишься как идиот? - гавкнул он на Цзинъ И, который даже не шелохнулся чтобы помочь ему, а сидел с довольным лицом. Младший адепт Гусу хихикнул и поднялся со своего с места, чтобы все-таки придержать парня. - А почему бы мне не улыбаться в компании своих лучших друзей? - при помощи двух парней, Жулань все-таки смог перевернуться на живот почти без затруднений. Как только его голова соприкоснулась с подушкой, все его тело в ту же минуту расслабилась и размякло на постели. Его все еще опухшие глаза наконец-то прикрылись и сам он почувствовал усталость во всем теле. "Интересно... Когда дядя узнает об этом происшествии он будет ругаться или нет?" - эта мысль неожиданно промелькнула у него в голове. В принципе теперь он с легкостью мог сказать, что ему ниче не страшно! Ну... Не считая главы клана Цзян. - Цзинь Лин,- такую прекрасную тишину нарушил голос надоедливого Цзинъ И. Сычжуй возобновил свои мягкие движения. - Цзинь Лин, - более настойчиво позвал его младший адепт Гусу, но ему было слишком лень отвечать. Его разум стал затуманиваться, а значит он вновь собирался провалиться в сон. - Цзинъ И, я сейчас, - Сычжуй положил тряпку на прикроватную тумбочку и взяв тазик с водой в руки направился в сторону выхода. "Если этот придурок сейчас докапается до меня, я сломаю ему шею." - заранее составил план действий Цзинь Лин. Юань вышел из комнаты и стала подозрительно тихо. Он почувствовал, как Цзинъ И встает с кровати и идет в сторону, где до того сидел Сычжуй. для своей же безопасности Жулань приоткрыл один глаз и уставился перед собой. Цзинъ И остановился четко напротив его лица и присел на корточки перед кроватью. Цзинь Лин быстро закрыл глаз, делая вид что спит. Цзинъ И пристально смотрел на него около минуты, не делая совершенно ничего. Странный чел... - Цзинь Лин, - но по итогу он ткнул пальцем Цзинь Лина в лоб. Брови парня сразу сошлись над переносицей. - Отвали, я хочу спать, - лишь твердо произнес он, даже не соизволив открыть глаза. - Цзинь Лин, как ты относишься к отношениям между твоим дядей и Ханьгуан-Цзюнем? - Цзинъ И развернулся и облокотился о кровать, усевшись на пол. - Никак не отношусь, - раздражённо ответил парень, - мне абсолютно все равно на любовные похождение дяди. - Да ну, - Цзинъ И откинул голову на кровать, - я ведь серьезно спрашиваю. Неужели тебя совершенно не смущает, что они оба мужчины? - Отстань, - нервно кинул Цзинь Лин. Он открыл один глаз и гневно уставился на сидящего парня. У этого парня были красивые и четкие линии лица, красивые большие глаза, и розовые губы. Его легко можно было назвать красавчиком. Сначала Цзинь Лин даже забыл, что он только что был зол. Он посмотрел прямо в эти черные, похожие на две глубокие бездны глаза. Ему почти перехотелось пинать этого парня. - Ц, - зло цокнул Цзинь Лин и уткнулся головой в подушку. Разве это нормально считать других парней привлекательными? И почему его сердце вдруг подхватило тахикардию. - Нет, я не против того, что они оба мужчины, - Цзинь Лин сам не понял, как стал нести эту чушь, так еще и от чистого сердца, то есть честно. - Какая разница, какой пол у людей, главное разве не любовь? - фыркнул Цзинь Лин и вновь закрыл глаза. - Вау, а я думал ты ответишь что-то в стиле твоего дяди, а-ля "Любовь для слабаков и вобще я больше всего люблю себя!" - комната вновь погрузилась в тишину. Сейчас тишина для Цзинь Лина была просто идеальной атмосферой. Казалось, что если начнется шум, то его голова взорвется. Вот так лежа на животе с закрытыми глазами в полудреме, он услышал шуршание и интуитивно понял, что Цзинъ И поднялся со своего места и взял тряпку с тумбочки. Раздались шаги, а после вновь наступила тишина. "Наверное он пошел помочь Сычжую." - подумал про себя парень. Каково же было его удивление, когда он почувствовал тяжесть чьего-то тела на своих ногах. - ЭЙ, - он резко открыл глаза и хотел повернуть голову, но понял что ему это не удастся из-за слишком напряженных мышц. - Я просто протру твои раны, зачем так кричать, - возмутился Цзинъ И и прикоснулся прохладной тряпкой к спине парня. - А ты не можешь делать это сидя на кровати, а не на мне?! Мне больно, - а вот это была слишком наглая ложь. Да, по ногам ему тоже досталось палкой, но раны были намного меньше чем на спине, да и не болели совсем. - Врешь ведь! - фыркнул Цзинъ И и не обращая внимания на брыкания парня продолжил протирать кожу. Цзинь Лин долго пытался скинуть его с себя, но не потому что ему было больно или тяжело, а из-за дикого смущения и слишком быстрого сердцебиения. Для него эта ситуация была слишком интимна. - Да расслабься, я же не учитель Вэй, - попытался как-то успокоить парня Цзинъ И. Ведь он чувствовал как были напряжены мышцы спины и ног. - Иногда мне кажется, что ты еще хуже, - пробубнел Цзинь Лин, но все же предпринял попытку расслабить свое тело. Наконец-то спустя какое-то время он немного успокоился. Но наверное это было зря... Как только Цзинъ И перестал чувствовать напряжение с теле лежащего парня, он одним быстрым движением с колен пересел ему на бедра. - Цзинъ И, сукин ты сын! - вот сейчас Жуланю и правда стало не до шуток. Его тело мгновенно напряглось, а уши вновь окрасились в красный. Он хотел подорвать голову, но чужая рука, прижавшая его обратно к постели не дала этого сделать. - Ну, А-Лин, чего ты дергаешься, - обиженно протянул Цзинъ И, - я ведь правда просто хочу тебе помочь, - свободной рукой он возобновил движения на спине. - Знаешь, ты сказал, что тебя не волнует какого пола люди состоят в отношениях, - вот это уже точно выходило за рамки вон. Цзинь Лин ощутил как Цзинъ И всем тел наклонился ближе к его спине, а его дыхание ощущалось где-то на загривке. - А важно ли для тебя количество этих людей? - как только до него дошел смысл этих слов, его глаза округлились, а смущение с ушей перешло на лицо. Ему не послышалось? Или он не правильно растолковал все это? - Нет, ты правильно меня понял, - Цзинъ И продолжил протирать спину, но теперь вслед за влажной тряпкой раны покрывали легкие поцелуи. - Цзинъ И, - все тело Цзинь Лина пробило мелкой дрожью. Если он и думал об отношениях между ними, то он точно не ожидал таких явных действий со стороны парня. - Неужели ты против иметь свой собственный гарем? - тут за спиной раздался голос Сычжуя. Казалось бы, что хуже ситуация быть не может, но нет... Теперь, в присутствии Юаня, Цзинь Лин чувствовал не только смущение, но еще и стыд. Он всегда воспринимал Сычжуя как старшего брата. Тем временем, поцелуи на его спине мало того что не останавливались, так к ним еще добавился и язык. Тело Жуланя будто пробил электрический заряд. Что что, а такое он точно никогда не планировал. Он даже не мог найти в себе силы просто ответить Юаню. - Да даже если он против, - игриво усмехнулся Цзинъ И, - мы либо заставим его изменить мнение, либо сделаем вид, что нас это никогда не волновало, не волнует и волновать не будет, - Сычжуй медленными шагами подошел к Цзинь Лину и присел на против его лица. - Выбор за тобой, А-Лин, - как только были произнесены эти слова, Сычжуй убрал руку Цзинъ И с головы парня и впился в его губы яростным и одновременно нежным поцелуем. Цзинь Лину показалось, что он сейчас просто помрет как батя Бывшего Главы ордена Цзинь. Смущение, неловкость и страх смешались в один огромный комок эмоций, который давил ему на мозги. Если сейчас это все зайдет слишком далеко, то он переплюнет своего дядю... Тем временем Сычжуй лишь углублял поцелуй, даже не давая парню вздохнуть. Кто бы мог подумать, что самый прилежный ученик будет профи таком деле. - Мгмммм, - Цзинь Лин поначалу пытался оттолкнуть Юаня и продолжал настойчиво мычать в губы, но чертов Цзинъ И прижал его руки к телу своими бедрами. Таким образом у него почти не осталось путей к отступлению. Он конечно мог притвориться мертвым, но скорее всего этих извращенцев это бы не остановило. Да и сердце парня почему-то говорило ему не заканчивать, а лишь продолжать. Все тело так же требовало больше: больше поцелуев и на спине и в губы, больше прикосновений и ощущений. А мозг к сожалению совсем отключился, как только Сычжуй раскрыл чужие губы своим языком и на пробу толкнулся им в чужой рот. Жулань даже не понял, как расслабил сжатые челюсти и пустил нахальный язык парня к себе в рот. Но если он скажет, что эта ситуация ему не нравится, он нагло соврет. Голова Цзинь Лина кружилась не только от незабываемых и новых ощущений, но еще и от нехватки кислорода. Если мелколани выбрали такой извращенный способ задушить его, то он обязательно обернётся злым духом и сделает все, чтобы они не смогли спокойно спать. Но к счастью, как только у него в глазах начало темнеть, Сычжуй решил сжалиться и разорвал их поцелуй. Все это время пока Цзинь Лин с широко раскрытыми глазами смотрел на спокойного парня, Цзинъ И опустился поцелуями к пояснице и вот тут Жуланю было реально не до смеха. - Мх..., - промычал он уткнувшись лицом в подушку, потому что все его мышцы напрягались, а спина непроизвольно выгнулась навстречу новым поцелуям. Это движение доставило Цзинь Лину некую боль из-за еще не до конца заживших ран, но смешиваясь с такими приятными прикосновениями и чужой рукой на своем затылке, которая притянула для нового поцелуя, доставляла лишь удовольствие. - Нравится? - на последок Юань прикусил Жуланя за нижнюю губу и и оттянул ее, после выдохнув это слово почти не отодвигаясь от него. Этот неожиданно низкий голос и этот стремительный взгляд прямо в глаза, заставили Цзинь Лина залиться краской и вновь уткнуться лицом в подушку. - Молчание знак согласия, - только сейчас Жулань понял, что поцелуи прекратились и Цзинъ И бессовестно дышал ему куда-то в затылок, а эти слова и вовсе прошептал в самое ухо, оставив невесомый поцелуй на нем. Цзинь Лин не знал куда ему деться от этих извращенцев, куда скрыться от их рук, как повернуться, чтобы не чувствовать их прикосновения. Все это для него слишком. Все чувства обострились, а сам он стал чувствительнее некуда. Разум кричал ему сваливать оттуда, а сердце твердило остаться. И ох как жаль, что люди склонны чаще всего прислушиваться к своему сердцу. К счастью, или все же к сожалению, мелколани решили дать Цзинь Лину передышку и слились в поцелуи. Он сначала не хотел смотреть на это, потому что слишком стыдно и как-то неправильно, но любопытство взяло вверх и он поднял свой взгляд. Он легко мог увидеть, как язык Цзинъ И пробирается в рот Сычжуя, как рука Юаня сжимает волосы младшего адепта Гусу у корней и мягко оттягивает их. Неожиданно для самого себя, Цзинь Лин понял, что хочет так же. Хочет почувствовать язык Цзинъ И у себя во рту. Хочет понять насколько это приятно. И возможно он даже хочет научиться... - Ну так что? - снова сфокусировать взгляд на чем-то ему помог соблазнительный голос Цзинъ И. Цзинь Лин наказал себе позже узнать, не был ли этот парень в прошлой жизни лисой - обостительницой. - Что ты выберешь: продолжить или остановиться? - он провел пальцами по оголенной спине парня. А Сычжуй своими тонкими и длинными пальцами обхватил подбородок Цзинь Лина и легким нажатием заставил приподнять голову и посмотреть ему в глаза. - Разве это не вы пару минут назад говорили о том, что независимо от моего ответа не остановитесь? - откуда только он взял столько смелости выплюнуть такое перед двумя чертовыми насильниками. Оба парня ухмыльнулись, а в глазах Цзинъ И блеснул опасный огонек. Жуланя за подбородок повернули направо и теперь его губы накрыли губы младшего адепта Гусу. Поцелуи с Цзинъ И и с Сычжуем были совершенно разные. Поцелуи Сычжуя были тягучими и мягкие с небольшой долей резкости. А вот с Цзинъ И было все с точностью наоборот. Они были резкими и рваными, но не менее дурманящими. Цзинъ И распустил уже и так потрепанный хвост Жуланя и намотал его волосы себе на кулак, чтобы сразу же оттянуть. Отстранившись от припухших губ парня, Цзинъ И начал мазать поцелуями по скуле, пока не добрался до уха. - Уверен, тебе понравится, - шепнул он и провел языком по ушной раковине. Наконец-то Цзинь Лина соизволили перевернуть. Как ни странно особого труда это действие не доставило адептам Гусу. Они с легкостью уложили его на спину, которая кстати все еще ныла, но кого это заботит. Цзинъ И сбросил свое верхнее хангфу, которое очень затрудняло его действия из-за длины. Освободив себя от этих оков, он легко перебросил свою стройную ногу через тело Цзинь Лина и вновь сжал его своими бедрами, с довольной улыбкой устроившись на его торсе. Он снова припал к губам парня, на этот раз еще более резко проникая своим языком в чужой рот. Жулань поднял свои руки, чтобы обвить их вокруг шеи парня, но неожиданно Цзинъ И перехватил его запястья, и прижал их кровати. - Держи руки при себе, наглец, - дыша прямо в губы Цзинь Лина, прошептал младший адепт Гусу с наглой ухмылкой. Цзинь Лин решил проигнорировать это возмущение и дернул головой вверх, неумело целуя губы Цзинъ И на пробу. Такая инициатива со стороны младшего, сначала озадачила сидящего парня, но не прошло и 3 секунд, как он вновь жадно начал покусывать чужие губы. Пока Цзинъ И отвлекал Цзинь Лина поцелуями, Сычжуй все это время тихо сидевший на краю постели и наблюдавший за этой очень соблазнительной сценой, наконец решил помочь своему другу. Тоже быстро скинув свою верхнюю одежду, он обошел кровать и опустился на нее в районе ног младшего. Кинув беглый взгляд на оттопыренную задницу своего соученика, он огладил рукой ногу Цзинь Лина от коленной чашечки до щиколотки. Тело Жуланя мгновенно отреагировало и нога неосознанно дернулась. - И правда, такой чувствительный... - прошептал вслух Сычжуй. Его тело давно скрутило приятным узлом, а все ниже пояса полыхала огнем желания. Он легко раздвинул ноги младшего на что тот яростно промычал в поцелуй Цзинъ И и дернул руками. Но хватка Цзинъ И была слишком сильна, а его губы безжалостны, так что это не привело ни к какому результату. Младший адепт Гусу, отстранился, напоследок мазнув языком по сжатым губам и начал спускаться вниз мокрыми поцелуями. Жулань пытался свести свои ноги обратно, но руки Сычжуя были слишком сильными. Когда он попытался крикнуть, то осознал, что не может выдавить из себя и писка. "МАТЬ ВАШУ ЛАНИ!" - прокричал он про себя и пожалел, что не сбежал еще когда это только началось. - Прости, но ты бы не смог вести себя тихо по-другому, - Цзинъ И украшал шею парня яркими укусами и засосами, в перерыве уведомив парня о заклятье молчания, что он на него наложил. Цзинь Лин смог лишь сильно зажмурить глаза и тряхнуть головой, когда почувствовал как Сычжуй сжал свои челюсти на коже внутренней стороны бедра через одежду. В данный момент он даже готов был молиться, потому что это было слишком. Укусы на бедрах и на шеи жгли и ссадили, но никто из Ланей не собирался останавливаться. Сычжуй, наконец-то одним рывком стянул штаны парня, а затем сразу же снял и его нижнее белье, лишая последнего элемента одежды. Член Цзинь Лина уже давно стоял и сочился естественной смазкой. Головка покраснела, а сам орган слегка набух. Цзинь Лин рвано выдохнул, когда прохладный воздух окутал его член, но не осмелился открыть глаза. Юань признал, что в столь юном возрасте достоинство Цзинь Лина уже было неплохих размеров. Он наклонился и подул на головку, кончиками пальцем щекоча кожу на бедрах. Жулань дернул бедрами в попытке отодвинуться от парня, но его тело было придавлено Цзинъ И, а ноги крепко держал Сычжуй, так что все что он мог - это дергать головой и мычать. Наконец-то Юань аккуратно лизнул головку члена после вновь подув на нее. Проделав так еще пару раз, он решил взять чуть глубже и вобрал в рот на половину, начиная ритмично двигать головой, доводя Жуланя до полуобморочного состояния. В тот же момент Цзинъ И дошел поцелуями до груди лежащего парня и принялся играть с уже набухшими сосками. Вобрав один в рот, он мазнул по нему языком, обведя ореол и оттянув его зубами. Рукой он перекатывал другую горошину между пальцами, слегка давил на нее подушечкой. Как бы это странно не звучало, но Цзинь Лин сейчас был экстра чувствительным в любых местах. Он будто стал одним нервом, который отзывался на все импульсы. Сычжуй взял его член до конца, уткнувшись носом в лобок. Продержавшись так пару секунд, он полностью выпустил орган изо рта и вновь стал играться с головкой. Обведя ее по кругу, он толкнулся кончиком языка в уретру, от чего Цзинь Лина просто подбросило на кровати. Рукой он начал двигать рукой по стволу, пока шершавым языком лизнул по всей длине, специально надавливая на вздувшиеся вены. Он явно знал, как сделать так, чтобы было приятнее. Вдруг Цзинь Лин перестал чувствовать абсолютно все. Он больше не ощущал вес чужого тела, не ощущал чужое дыхание на своем половом органе. Он хотел было открыть глаза, чтобы убедиться что все это было лишь дурным сном. Но резко земля и небо поменялись для него местами. Его вновь перевернули на живот, дергая бедра вверх, заставляя встать на колени, упарившись лицом в подушку. Сложно представить насколько ему было стыдно в этот момент. Он уперся руками по обе стороны от своей головы. Кто-то крепко схватил его за ягодицу, а после сильно ударил по ней. Цзинь Лин непроизвольно выгнулся в спине. Самым смущающим и постыдным была не его поза, а реакция его тела на все это. Ему явно нравилось... Нравилась даже боль... Рука вновь сжала ягодицу, но теперь уже другую и за этим движением не последовало удара, поэтому Цзинь Лин облегченно выдохнул. Но в тот же момент его задницу вновь обожгло болью от еще более сильного удара. Вслед за ударом последовал укус. Цзинь Лин вздрогнул, а про себя подумал, что даже наказание Циженя перенести было легче чем это. Пока он про себя проклинал весь род Ланей вплоть до тех с кого он начался, парни сзади жадно сжимали его ягодицы, кусали их и так же безжалостно били. Вся нежная кожа покрылась следами от зубов, красными пятнами от чужих рук и скорее всего вскоре покроется синяками. - Сидеть на занятиях Циженя станет еще труднее, - ухмыльнулся Цзинъ И и кинул многозначительный взгляд на Юаня. Парень в свою очередь слегка улыбнулся и мягко кивнул. Наконец-то задницу Цзинь Лина оставили в покое, если так можно сказать... По-крайней мере его никто не кусал и не бил. Он почувствовал как кровать рядом с его головой прогнулась из-за чужого тела, но не стал отрывать голову от подушки. Он слишком ясно ощущал насколько его лицо красное. Чужое рука легла на его голову и начала мягко поглаживать волосы. А после неожиданно Цзинъ И наклонился чтобы сначала поцеловать его щеку, а после макушку. От этих действий Цзинь Лин почувствовал еще больше смущение и весь напрягся. - ММ! - тут он никак не смог стерпеть и издал недовольное мычание. Пока он смущался действий Цзинъ И, самый старший парень в этой комнате бессовестно развел его ягодицы в сторону руками и широко лизнул Цзинь Лина там. Он резко дернулся в попытке отползти и избежать такой стимуляции, но руки Сычжуя крепко держали его бедра, не давая шанса сбежать. Кончиком языка он щекотал сначала ободок ануса, а после на пробу толкался внутрь, размазывая собственную слюну по гладким стеночкам. Целовал судорожно сжимающуюся дырочку и вновь широко лизал, всячески стимулируя сокровенное место. От таких действий член Цзинь Лин стал поддергиваться. Когда Юань вновь протолкнул свой язык внутрь, чужая рука, а точнее рука Цзинъ И, сжалась на половом органе Жуланя. Сначала он сдавил основание, а после медленным движением поднялся вверх в головке, оглаживая ее по кругу, коротким ногтем скребя по уретре. Цзинь Лин выгнулся в спине, оттопыривая свою задницу еще больше, вновь мыча в подушку. Чужой язык хорошо ощущался внутри себя, а чужая рука безжалостно дрочила ему в бешенном темпе. Эта двойная стимуляция доставляла слишком много удовольствия. Вскоре бедра Цзинь Лина стали подрагивать, а его мычание становилось все громче. Движение языка внутри так же становились быстрее, а рука беспощадно стимулировала чувствительную головку. Не выдержав такого напора, тело Цзинь Лина содрогнулось, спина выгнулась, а сам он излился с протяжным мычанием. Его дыхание окончательно сбилось, став очень сбивчивым и шумным. Как только сперма забрызгала все белье под ним, ноги разъехались и он упал на кровать всем телом. Рука Цзинъ И оказалась запачкана семенем Жуланя и он, совсем не противясь, быстро слизал всю белую жидкость. Хорошо, что Цзинь Лин этого не видел, иначе бы он просто умер вот так. Он все еще не открыл глаза, потому что не смотря на то, что он сейчас испытал такой яркий оргазм, Сычжуя это не остановило. Он вновь уткнулся лицом между ягодиц и продолжал жадно лизать сжимающуюся дырочку. Как ни странно, но после бурного оргазма, тело Жуланя не расслабилось, а наоборот его скрутило еще большим узлом. Член все еще стоял колом и изнывал от трения об постельное белье. Тело хотело еще, да и Цзинь Лин не хотел останавливаться. Сычжуй оторвался от своего увлекательного занятия. Жулань поднял свою голову и оглянулся чтобы знать, что делают те два парня за его спиной. Его зрачки сузились, когда он увидел жадно целующихся парней, быстро сдирающих одежду друг с друга. Цзинъ И стал осыпать шею Сычжуя поцелуями и укусами, как дел это с Цзинь Лином. Сычжуй лишь зарылся рукой в его волосы, судорожно хватая воздух ртом. Все это выглядело слишком возбуждающе, слишком красиво. Но даже если бы Жулань захотел присоединиться к ним, то не смог бы, ведь без чужой помощи ему ни то что не встать, он просто не мог самостоятельно перевернуться. Но к счастью Цзинъ И заметил его жадный взгляд и улыбнувшись в поцелуй последний раз оттянул губу Сычжуя и оторвавшись кивнул тому в сторону тумбочки. Поняв, что до старшего дошли его мысли, он, уже совсем голый, соблазнительно веля бедрами вновь подошел к Цзинь Лину и глянул на него сверху вниз. Жулань боялся опустить взгляд с его лица и посмотреть ниже пояса, но к счастью младшему адепту Гусу это было и не нужно. Он схватил парня за подбородок и яростно приник к его губам. Сейчас он специально не углублял поцелуй, а лишь кусал, оттягивал и посасывал поочередно губы Цзинь Лина. Неожиданно Цзинь Лин вновь перевернули на спину от чего он слишком сильно укусил Цзинъ И за губу. Ему даже показалось, что в поцелуе стал чувствоваться вкус крови. Сычжуй помог согнуть ему ноги в коленях и расставил их в стороны, открывая себе обзор на самые сокровенные места на теле младшего. Цзинь Лин почувствовал, как что-то холодное потекло между его ягодицами. А после судорожно сжимающегося ануса коснулся прохладный палец парня. Цзинъ И вновь устроился на его торсе, но теперь невесомо потирался голой задницей о член младшего. Пока Цзинъ И оставлял свежие засосы и укусы на тех, что уже были, Юань начал медленно вводить первый палец в тело Цзинь Лина. Тот промычал и вновь выгнулся. - Не больно? - заботливо спросил Сычжуй, а Жулань в ответ отрицательно покачал головой. Цзинъ И перешел на грудь и стал осыпать ее поцелуями бабочками, а иногда проходился языком, нарочно не касаясь сосков. Не почувствовав сильного сопротивления, Сычжуй ввел первый палец до конца и сразу же начал им двигать. Цзинъ И оторвался от вылизывания кожи младшего и оперевшись обеими руками о его рельефный пресс, стал сильнее потираться задницей о член, судорожно дыша и прикусывая губу. Цзинь Лин схватил его за бедра и сжал пальцы на них до побелевших костяшек. Потом, когда Сычжуй ускорил движения пальца, одна рука лежащего парня поднялась и сжала талию Цзинъ И, на что тот лишь довольно промычал, устремив свой взгляд в темные глаза Цзинь Лина. Свободной рукой Сычжуй похлопал Цзинъ И по заднице и тот резко наклонился чтобы поцеловать Жуланя. Раздвинув его зубы одним небольшим нажатием, он стал ласкать чужой язык своим, щекоча неба. Цзинь Лин почувствовал, как в него проник второй палец, но это тоже не доставило боли. Скорее некий дискомфорт. Сычжуй вводил пальцы медленно, пытаясь не навредить младшему. Наконец он смог вогнать пальцы до упора, начав разводить их на манер ножниц, растягивая податливые стенки. Цзинъ И, оторвался от Жуланя и на его лице расцвела какая-то опасная ухмылка. Сычжуй резко согнул пальцы внутри Цзинь Лина, задев комок нервов из-за чего его тело прошибло током, а сам он издал громкий и протяжный стон. Как только он осознал, что этот звук был создан им, он широко раскрыл глаза и встретился с хитрыми глазами Цзинъ И. - Мать вашу Лани! - как только он понял, что он вновь может говорить, то сразу же разразился в проклятиях. - Ебал я вас и всех ваших предков! Я вас убью и сжогу ваши трупы на горе Луаньцзан! Я вас... - он запнулся, вновь сорвавшись на стон. Почему именно сейчас они сняли заклинание молчанья... Цзинъ И лишь ухмыльнулся на его угрозы, а Юань вобще не обратил внимания. Он добавил третий палец. И хоть это было намного труднее, чем с двумя другими, он делал все аккуратно, поэтому все что чувствовал младший - это небольшой дискомфорт и до боли в ребрах приятное удовольствие. Заткнувшись и прикусив нижнюю губу, он зажмурился, пытаясь больше не издавать таких громких звуков. Вскоре его тело полностью привыкло к чувству наполненности и и он сам стал двигать бедрами навстречу пальцам Сычжуя. Заметив это, старший резко вытащил все пальцы разом из ануса Цзинь Лина с характерным хлюпаньем. Почувствовав пустоту, младший не смог сдержать разочарованного вздоха. - Хэй, А-Лин, - Цзинъ И погладил его по голове, - ты уверен, что сможешь избавиться от нас после такого? - в глазах блеснул огонек, а умелый язык прошелся по верхней губе. Цзинь Лин решил промолчать, потому что сказать "да" он не мог, но и признавать поражение он тоже не собирался. Увидев такую реакцию, Цзинъ И легко кивнул головой и заведя руку за спину, слегка протянул ее, чтобы Сычжуй вылил ему масла на нее. Почувствовав прохладную жидкость у себя между пальцев, Цзинъ И нащупал эрекцию младшего и провел по ней пару раз рукой. Оперевшись свободной рукой о торс Цзинь Лина, он приподнял свои бедра, чтобы через секунду направить чужой член в себя. Одновременно с этим движением, младший почувствовал, как головка Сычжуя толкнулась в его анус. Он вскрикнул и опрокинул голову на подушку. Цзинъ И резко опустился до конца и уселся на бедра Жуланя, давая себе время привыкнуть. А Сычжуй не торопился и медленными и маленькими толчками все глубже толкался в лежащего парня. Все эти чувства были абсолютно новыми для Цзинь Лина. Он не знал куда себя деть. Сверху на нем сидел Цзинъ И, чей анус так приятно обволакивал его и втягивал глубже. Внутри он был горячим и гладким. Сзади точно так же в него погружался член Сычжуя. Каждая взбухшая венка хорошо чувствовалась, что дарило еще больше удовольствия. Как бы Цзинь Лин не старался, он не мог заставить себя молчать и из его голоса вырывались вперемешку громкие и тихие стоны, рваные вздохи и оханья. Двойная стимуляция для него было слишком мучительной пыткой. Тем более он уже кончил недавно. Сейчас он стал еще более чувствительным. Сычжуй наконец-то вошел до упора и крупная головка уперлась прямо в комок нервов от чего все тело Цзинь Лина прошибло ударом тока. Он дернул бедра вверх, еще больше погружаясь в Цзинъ И. Не ожидавший такого младший адепт Гусу судорожно хватил ртом воздух и прошептал что-то шепотом. Но, к сожалению, Цзинь Лин все же смог расслышать его слова. "Слишком глубоко..." - эта фраза застряла у него в голове. дав немного времени привыкнуть, Юань стал двигаться небольшими толчками. Пришедший в себя Цзинъ И тоже стал подниматься и вновь до упора опускаться на член младшего. Движения были хаотичны и совершенно ни в одном ритме, что приносило Цзинь Лину еще больше удовольствия. Постепенно скачки на него члене и движения в нем стали набирать темп из-за чего теперь не только он один стонал в слух. Цзинъ И протяжно стонал, когда Цзинь Лин вздергивал бедра вверх из-за особо удачных толчков внутри него. И Жулань нагло соврет, если скажет, что ему не нравятся стоны младшего адепта Гусу. Сычжуй стал бешено вдалбливаться в податливое тело и Цзинь Лину на момент показалось, что он может порвать его изнутри. Все-таки стоит заметить, что у этих чертовых мелколаней размер был тоже не самым маленьким. Каждый толчок бил точно по простате, даставляя максимальное удовольствие. Цзинъ И опрокинул голову и все его лицо исказила гримаса сильнейшего удовольствия. - А-Лин, - тихо простонал он, - помоги мне, - и его большие черные глаза глянули Жуланю в лицо. Быстро среагировав, Цзинь Лин поднял свою руку с красивого бедра парня и сжал его член. Он начал надрачивать парню в том же темпе, в котором в него входил Сычжуй. Цзинъ И стал издавать все более и более громкие стоны, и не сказать что Жулань сильно от него отставал. Со стороны могло показаться, что они соревнуются в самых громких стонах. Бедра Цзинъ И задрожали, член дернулся, а сам он сел на бедра Цзинь Лина, вбирая в себя всю длину. Удовольствие накрыло его бешенной волной. С громким вскриком, он выгнулся в спине и излился первым. Цзинь Лин заскрипел зубами от ого, насколько сильно парень сжал его внутри себя. Из-за этого он и сам неосознанно сдавил член Сычжуя, заставив его немного замедлить толчки. Обмякшее тело Цзинъ И, рухнуло на Цзинь Лина. Младший адепт Гусу соприкоснулся с ним лбами, а потом вновь приник к его губам, все еще не слезая с члена. Сычжуй возобновил быстрые движения внутри Жуланя, отчего тот простонал в рот Цзинъ И, пока тот посасывал его язык. Отстранившись, младший адепт Гусу, вновь сел ровно и круговыми движениями поерзал на члене Жуланя, прикусив губу и закрыв глаза. Наконец-то выпустив половой орган младшего из плена своего ануса, он сел рядом на колени, смотря как член Сычжуя исчезает внутри Цзинь Лина. Он дотронулся указательным пальцем до и так сейчас слишком чувствительного члена Жуланя и провел им по всей длине. Охватив разгорячённую плоть рукой, он стал быстро ею двигать в такт движениям Сычжуя. Цзинь Лин прикусил ребро ладони, но из его рта все равно вырывались громкие стоны. - Прости, А-лин, - прошептал Цзинъ И и последний раз пройдясь рукой сверху вниз, сжал налитую кровью головку члена Цзинь Лина и скрутил ее. - Мать вашу! - вскрикнул Жулань, быстро дыша. Его член стал обильно извергаться белым семенем, пачкая все вокруг: его живот, постельное белье и руку Цзинъ И. Этот оргазм был еще намного ярче и сильнее, чем предыдущий. Сычжуй не прекратил своих движений и Цзинь Лину показалось, что он наоборот увеличил скорость проникновения. Каждым движением он задевал чувствительный комок нервов. Жулань до боли сжал Сычжуя в себе из-за чего тот тоже в конце концов не выдержал. Войдя до упора, он излился глубоко внутрь, продолжая двигаться небольшими толчками. Юань издал довольное мычание и выдохнул. Жуланю же показалось, что от такой сверх стимуляции он даже потерял сознание на несколько секунд. Внутри разливалось тепло, а чужой член все не покидал его тело. Наоборот, как только Сычжуй кончил, он остановился в Цзинь Лине и рукой слегка подвигал член внутри парня, потеревшись крупной головкой о простату. - Сычжуй! - Цзинь Лин уже не мог стерпеть этой пытки и вскрикнул, зажмурив глаза до желтых пятен. Только после его жалобного крика, парень соизволил выйти из него. Как бы стыдно это не звучало, но оба адепта Гусу жадно рассматривали как из сжимающийся дырочки вытекала сперма Сычжуя. Цзинъ И даже неосознанно протянул руку чтобы размазать белое семя по покрасневшим ягодицам Цзинь Лина. - Хватит пялиться, идиоты! - возмущенно крикнул Жулань и свел ноги. Только после этого оба адепта пришли в себя, наконец-то соизволив подняться, и легли по бокам от Цзинь Лина. Жулань повернулся к Сычжую и уткнулся носом куда-то ниже ключицы, вдыхая приятный и родной аромат. Юань лишь улыбнулся, положив свою руку ему на голову и начал поглаживать его растрепавшиеся волосы. Цзинъ И недовольный таким поведением со стороны младшего фыркнул и и ущипнул того за бедро. - Эй, - вскрикнул Цзинь Лин, - я сломаю тебе руки, если не уберёшь их от меня, паршивец! - сказать, что Цзинъ И был озадачен и даже слегка разозлен этими словами - ничего не сказать. - Что-то я не припомню, чтобы за все время, пока мы с тобой тра... мммм! - Цзинь Лин резко заткнул ему рот ладонью, зло зыркнув на него. - Я убью вас обоих, если кто-нибудь из вас скажет это! - зло процедил он сквозь зубы, на что младший адепт Гусу лишь закатил глаза. - А вобще, делайте что хотите, но теперь вы должны отмазать меня от занятия дяди Жени на ближайшие дни, сукины сыны! - Я что-нибудь придумаю, - мягко произнес Сычжуй и вновь притянул Цзинь Лина в свои объятья, поцеловав его в лоб. Заметив недовольную реакцию Цзинъ И, который явно был обижен таким отношением в свою сторону, он протянул руку и тоже подтащил его поближе к ним. - Я люблю вас, - прошептал он, зарывшись рукой в волосы Цзинъ И. Так они и уснули. Цзинь Лин с мирным выражением на лице, обнимал спокойного Сычжуя, а сзади, прижавшись к нему, спал Цзинъ И. Невозможно точно сказать, как дальше развивались отношения этой троицы. Сычжуй в дальнейшем помогал Цзинь Лину избежать новых наказаний от Циженя, а Цзинъ И помогал младшему вляпываться в ситуации, после которых их постоянно наказывали. Вобщем в их отношениях царила своего рода гармония, пока в один прекрасный день дядя Цзинь Лина не узнал о его двух парнях, но это уже другая история...