Маринетт, ты попала!

Маринетт в волнении расхаживала по комнате, энергично размахивая руками. Алья, её лучшая подруга, сидела на кровати, поджав под себя правую ногу. Вот уже целый час она наблюдала за тем, как её подруга обдумывает хитроумный план по соблазнению Адриана Агреста. Наконец, Сезар не выдержала, встала с кровати и жестом левой руки попросила Маринетт остановиться: — Маринетт, прошу тебя, перестань быть «Маринетт»! Понимаешь, о чём я говорю? Брюнетка взглянула на свою лучшую подругу и обречённо вздохнула: — Ты имеешь в виду перестать отключать мозги, стоит мне только упомянуть имя Адриана? — Именно! Позволь мне помочь тебе успешно провести операцию под кодовым названием: «Подарить Адриану Агресту девственность Маринетт Дюпен-Чен»! Уж я-то всё проконтролирую! Внезапно Маринетт рассмеялась, чем немало удивила свою подругу: — Не пойму, что тут смешного? Немного успокоившись, Маринетт пояснила: — Да просто после твоих слов: «Я всё проконтролирую» я представила, как в самый ответственный момент ты стоишь и контролируешь, чтобы моя девственность наверняка досталась Адриану! — Да ну тебя! — Обидевшись, Алья схватила с кровати плюшевого хомяка и запустила им в лучшую подругу. Поймав мягкую игрушку, Маринетт тяжело вздохнула и села на кровать: — Знаешь, на самом деле я очень боюсь, что после выпускного мы с Адрианом совсем перестанем видеться, ведь у нас не будет поводов для встреч, а я так его люблю и очень тоскую. Я хочу, чтобы моим первым мужчиной был только он, и никто больше, или я уйду в монахини, проживу там до глубокой старости и умру девственницей! Рыжая девушка присела рядом с Маринетт и, приобняв её за плечи, приободряющее сказала: — Никуда твой красавчик не денется, соблазним! То есть ты его соблазнишь, — поправилась она, продолжив: — Все эти четыре года я видела, как ты по нему страдаешь и не замечаешь других парней. Маринетт, тебе уже не 14 лет, а 18, пора отпустить свою детскую влюблённость. ­— Я не могу, — с грустью призналась Дюпен-Чен. — Поэтому сегодня на выпускном я обязательно должна его соблазнить. Лицо Сезар просияло от радости. Довольно улыбнувшись чему-то, она вдруг вскочила с кровати и потянула подругу за руку: — Я придумала, поехали в магазин! Маринетт тоже встала с кровати: — Зачем нам в магазин? — Как зачем? Купим тебе такой сногсшибательный наряд для соблазнения, что твой Агрест будет пускать слюни и соблазнится как миленький! Хихикнув на слова подруги, Дюпен-Чен, подхватив рыжую бестию под локоток, повела её к выходу. Наряд для соблазнения сам себя не купит, а выпускной уже сегодня вечером. В честь выпускного вечера Габриэль Агрест разрешил провести шумную вечеринку у себя в особняке. Его единственный сын в этом году окончил школу с отличием, и выпускной был не только поощрением за отличную учёбу, но и своеобразным извинением за постоянные разъезды и отдаление друг от друга после трагедии, произошедшей с матерью Адриана. Весь первый этаж был украшен воздушными шарами. Габриэль, проходя мимо, с раздражением наблюдал, как они колышутся на стенах. Он не был против шаров и праздников в целом, но только когда всё это великолепие, происходило где-то в другом месте, а не в его доме. Однако он пообещал сыну отличный выпускной, и он сдержит своё слово. — «Мне нужен виски, и побольше.» — сказал он себе, направляясь в свой кабинет. Габриэль собирался пересидеть вечеринку у себя, занимаясь делами. Крепкий алкоголь поможет ему пережить этот вечер, в доме полным пьяной молодёжи и веселья.

Этой же ночью, после вечеринки…

Маринетт, стараясь не издавать ни звука, кралась на цыпочках по коридору второго этажа. Если верить её подруге, комната Адриана Агреста находится в самом конце коридора по левой стороне. По совету Альи, Маринетт надела полупрозрачный пеньюар и кружевную сорочку, которые едва скрывали её прелести, не оставляя простора для фантазии. Наконец заветная дверь предстала перед ней! За этой дверью спит самый красивый парень в мире, который, как уверяла Алья, не устоит перед Маринетт в таком наряде. Девушка осторожно вошла в комнату, тихонько прикрыв за собой дверь. В помещении было темно, но глаза, немного привыкшие к отсутствию света, могли различить очертания мебели. Большая кровать в центре комнаты угадывалась сразу. Маринетт на цыпочках подошла к ней, но не успела сделать и нескольких шагов, как вспыхнул яркий свет, и строгий властный голос спросил: — Кто вы? И что вы забыли в моей спальне? Маринетт покрылась холодным потом. «О нет, только не это!» — мелькнуло у неё в голове. Словно в замедленной съёмке, девушка повернулась на звук голоса. В дверях стоял Агрест-старший, как всегда в безупречно сшитом строгом костюме, его светлые волосы уложенны в идеальную причёску. В руке он держал стакан с алкоголем. Он окинул взглядом непрошеную гостью, отмечая её ладную фигурку. Сама же Маринетт молчала, приоткрыв рот и широко распахнув от страха свои синие глаза. Габриэль закрыл за собой дверь, поставил стакан на столик и двинулся к гостье: — Не припомню, чтобы я приглашал Вас сегодня ночью к себе в спальню. Наконец немного отойдя от шока, Маринетт промямлила: — Простите! Простите, пожалуйста, месье Агрест! Я не знала, что это Ваша спальня, я перепутала. — Вам разве не говорили, что очень опасно заходить ночью в спальню к одинокому мужчине в таком соблазнительном наряде? Мало ли что может случиться? Габриэль ещё раз прошёлся взглядом по телу девушки, которая под столь изучающим взглядом почувствовала себя очень неловко и попыталась, насколько это было возможно, прикрыться своим пеньюаром. Это вызвало кривую усмешку на породистом лице Агреста-старшего: — Можете не утруждаться. Что хотел, я уже рассмотрел. Маринетт почувствовала, как кровь прилила к её щекам: — Да Вы… Вы… Мужчина сделал два шага навстречу и оказался практически вплотную к Маринетт, нависая над ней: — Ну же, мадмуазель, закончите свою мысль, кто же я, по-вашему? Мерзавец, гад, подонок? Она почувствовала, как её слегка обдало запахом дорогого алкоголя. «Господи, да он же пьян!» — пронеслась мысль у неё в голове. Маринетт стало страшно. Она совсем одна в дурацком наряде соблазнения, в комнате наедине с пьяным мужчиной. Надо срочно отсюда валить! Тем временем, не дождавшись ответа от девушки, Агрест наклонился к самому уху и нежным бархатным голосом тихо сказал: — Как бы плохо Вы обо мне ни думали, знайте — я намного хуже. Отпрянув от Габриэля как от прокаженного, Маринетт попыталась его обойти, чтобы как можно скорее покинуть эту негостеприимную комнату и оказаться подальше от Агреста, смотрящего на неё так, что сердце бешено билось в груди: — Ещё раз простите, что ворвалась в Вашу спальню, месье Агрест, а теперь позвольте, я хочу уйти! Но сделать этого ей не дали. Мужчина схватил Дюпен-Чен за руку со словами: — А теперь Вы меня извините, но боюсь эту ночь Вам придется провести в моей спальне. Маринетт не на шутку испугали его слова, и то, как властно он схватил её за руку. Она попыталась вырваться: — Отпустите меня! Я хочу уйти! — Конечно уйдёте, но только завтра утром. — Сообщил Габриэль, и потащил упирающуюся девушку к кровати. Маринетт отчаянно брыкалась, пытаясь вырваться из крепкой мужской руки, но силы были не равны, стальные пальцы крепко сжимали девичью руку. Мысли одна страшнее другой, ярким хороводом завертелись в голове, неужели отец Адриана, способен на такие низменные поступки, как взятие девушки силой? Она взмолилась: — Я прошу Вас, месье Агрест, не надо пожалуйста, отпустите меня! Габриэль остановился, будто что-то вдруг до него дошло. Он посмотрел на кровать, потом на перепуганную девушку, которая так отчаянно и так безуспешно вырывалась. Закатив глаза, он сказал, отпуская её руку: — Да бог ты мой, прекратите истерику! Не собираюсь я Вас насиловать! В доме полно народу, не дай бог кто-то увидит, как Вы почти голая, ночью выходите из моей спальни, следующим же утром все жёлтые газеты будут пестреть заголовками о том, что я завел себе молодую любовницу. Мне-то по большему счету плевать, про меня и похуже вещи писали, но поверьте Вам это совершенно ни к чему, Вы же не хотите, чтобы Вас везде караулили папарацци и журналисты? Поняв, что мужчина не собирается покушаться на её девичью честь, Маринетт немного успокоилась, и перестав вырываться ответила: — Нет, конечно же я этого не хочу, но месье, в доме мои бывшие одноклассники и друзья, даже если кто-то случайно и увидит меня выходящей из Вашей спальни, я не думаю, что они пойдут сразу же об этом всем рассказывать, я доверяю своим друзьям. Мужчина опять криво усмехнулся: — К сожалению, не разделяю наивного доверия к Вашим друзьям, поэтому прошу Вас по-человечески, не выходите в коридор до утра. Если хотите, можете не спать, но окажите мне любезность, останьтесь здесь, мадмуазель… ээ…? — Маринетт Дюпен-Чен, месье. — Наконец-то представилась девушка. — Мадмуазель Маринетт — Продолжил Агрест старший: — Не бойтесь, обещаю, что Вам ничего не угрожает, я не трону вас. Уйду спать в другую комнату. Немного посомневавшись Маринетт всё же согласилась: — Хорошо, я останусь тут до утра, но только если вы действительно уйдете в другую спальню. — Неужели я настолько Вам неприятен как мужчина? — Сказал Габриэль, тихим голосом, и нежно погладил девушку по щеке кончиками пальцев. Агрест прекрасно знал, какое впечатление он производит на женщин, особенно когда говорит таким бархатным голосом, а эта перепуганная девчонка с синими глазами, в дурацком наряде коварной соблазнительницы, вызывала у него лишь смех, и он решил её немного подразнить. Маринетт в страхе отпрянула. Её сердце бешено стучало, а тело покрылось мурашками. Испугалась она скорее не того, что мужчина проявлял к ней явно сексуальный интерес, а того, что ей это понравилось. Видя всю гамму эмоций на лице ночной гостьи, Габриэль осадил себя. Плохая была идея дразнить это наивное создание, вон как перепугалась, ещё чего доброго действительно решит, что её сейчас будут насиловать. Мужчина отступил на шаг, подняв обе ладони вверх и весело улыбнувшись сказал: — Я пошутил, просто пошутил! Не бойтесь, обещаю и пальцем Вас не трону. Я ухожу, отдыхайте. — Сказав это, он подошел к столику и забрал свой стакан: — Это я, пожалуй, заберу. Отпив глоток из стакана, он отсалютовал им Маринетт и скрылся за дверью. Девушка, тяжело выдохнув, плюхнулась на кровать. Вот это она, конечно, попала в историю. Ну Алья! Ну рыжая интриганка! Чтобы Маринетт ещё хоть раз послушалась советов подруги! И почему вообще она сказала, что знает, где комната Адриана? Может она специально это всё подстроила? Да нет, Алья не могла так поступить с Маринетт. Только не она. Нарядить подругу в этот пошлый наряд и специально отправить в спальню к Агресту-старшему? Нет, нет, это просто бред какой-то! Подняв свою левую руку, девушка посмотрела на свежие синяки, от стальных пальцев Габриэля Агреста. Надо же, он, оказался, таким сильным. Если бы действительно вздумал её изнасиловать, как показалось Маринетт в тот момент, когда он жадно разглядывал её тело, а потом потащил к кровати, то у девушки не было бы ни шанса против него! Агрест-Старший без труда бы взял своё. Раз обещала, что до утра не выйдет, значит надо немного поспать. Маринетт сбросила туфельки, закинула ноги на кровать, укрылась одеялом. Свет девушка решила не выключать — так было намного спокойнее. Уже засыпая, она со смехом подумала, как порой удивительна жизнь! Мечтала сегодня уснуть в постели любимого Адриана Агреста, а лежит в постели его отца.