Маринетт, ты попала!

Маринетт стало жутко интересно, что это за проверка силы, она спросила Габриэля: — А как будет проходить проверка силы? — Все мужчины будут бороться на руках, стараясь положить руку противника на стол. – Ответил он. – Не понимаю, зачем это нужно? — Такова традиция, и поверь, это ещё не самая худшая! Маринетт и Габриэль вошли в большой зал как раз в тот момент, когда установили четыре стола. Народу набралось прилично. Человек тридцать как минимум собралось. Маринетт шепотом спросила: — А что получает победитель? Габриэль хмыкнул: — Ответ тебе не понравится. — Давайте Вы не буде всё время решать за меня? — Нахмурилась брюнетка. — Рассказывайте уже. Мужчина посмотрел на неё внимательно и кивнул: — Хорошо. Тот, кто победит всех, получает право выбора. Это значит, что он может выбрать любую девушку, на двадцать четыре часа, в своё полное распоряжение, может делать с ней практически всё что захочет, в приделах разумного конечно. Маринетт пришла в ужас, всё меньше ей нравилось это место. Заметив неподалёку Грегори, она хотела с ним поздороваться, но Агрест её остановил: — Не надо. Лучше держись от него подальше. — Но почему? — Возмутилась девушка. — Я тебе потом расскажу, а сейчас, наслаждайся соревнованием. Двое мужчин садились за стол напротив друг друга, ставили на него локти правой руки, сцепляли кисти, и каждый старался положить руку противника. Соревнования шли своим чередом. Лидировал Грегори. Из разговоров между зрителями выяснилось, что он выигрывал уже четыре год подряд, и, вполне возможно, выиграет и в этот. В финал вышли, как и ожидалось, Грегори, и неожиданно Габриэль Агрест. Присутствующие были удивлены, ведь он ранее никогда не отличался физическими данными, кто-то даже спросил: — Эй, Габриэль, ты где так подкачался за три года, что мы тебя не видели? Он промолчал. Они с Грегори сели за стол. Противник Агреста что-то шепнул ему, довольно ухмыляясь. Затем нашел глазами Маринетт, послал ей воздушный поцелуй, мол: «Ты моя!» Девушка побледнела. Если он действительно выиграет, он сможет сделать с ней все, что угодно. И насколько она успела узнать по обрывкам фраз, в прошлые разы, он делал с девушками ужасные, непристойные вещи. После слов Грегори, Габриэль пришел в ярость, чувствуя, как просыпается сила берсерка. Не успел распорядитель дать сигнал о начале, как Агрест одним резким движением сломал руку противника. Грегори истошно заорал, вскочил со стула, держа пострадавшую конечность, из которой торчал обломок кости, и кровь закапала на стол. Габриэль невозмутимо встал, подошёл к скулящему Грегори, и сказал так, чтобы только ему было слышно: — Ещё хоть раз ты про нее что-то подобное скажешь, и я разорву тебя на пополам. Буквально! Зрители в шоке молчали, но быстро опомнились, кто-то бросился на помощь пострадавшему, а кто-то начал аплодировать. Габриэль нашёл взглядом Маринетт, и подойдя к ней спросил: — Испугалась? — Приобняв шокированную девушку, добавил: — Пойдём от сюда. Грегори крикнул в след уходящим Маринетт и Габриэлю: — Всё равно я трахну твою девку Агрест! Запомни это! Маринетт хотела остановиться, чтобы выяснить у крикуна, причину его грубости, но Габриэль не дал ей этого сделать, уводя её из зала: — Не обращай внимание, это он все мечтает мне отомстить за свою девушку. Грегори искренне считает, что если он переспит с моей парой, то это разобьёт мне сердце. — А это так? — Полюбопытствовала Дюпен-Чен. Габриэль усмехнулся: — Нет, радость моя, от этого моё сердце не разобьется, но я буду очень зол. Маринетт промолчала, что-то в душе неприятно кольнуло от слов. Они шли по коридору, когда навстречу попалась блондинка, которая в первый ужин смотрела на Габриэля с болью в глазах. Она остановилась, потом, гордо вскинув подбородок, спросила: — Что, Габриэль, нашел девочку помоложе, посвежее? Научил её всему, что тебе так нравится? Агрест окинул блондинку презрительным взглядом: — Тебя, Вероника, учить особо не пришлось, ты отлично знала своё дело. — Ты! — Прошипела Вероника. — Я! — Не стал скрывать очевидного Габриэль, усмехаясь. Блондинка накинулась на него с намерением вцепиться ногтями в его красивое лицо, но мужчина ловко поймал её за обе руки и, крепко держа, проговорил: — Веди себя прилично! — О каких приличиях ты говоришь? Ты подонок, Агрест! Ты разрушил мою жизнь! Проклинаю тот день, когда судьба свела меня с тобой! Проклинаю каждый из дней, проведенных с тобой! — Горячо проговорила Вероника. Чем больше они находились на этом лайнере, тем больше Маринетт убеждалась в том, что Габриэль Агрест не такой уж хороший человек, каким она знала его в качестве известного модельера. Ей становилось страшно. Тем временем, Габриэль отпихнул блондинку со словами: — Бог ты мой, какая драма, я впечатлен. Не старайся, я больше не верю твоим слезам. Не надо винить меня в своих бедах, ты сама виновата во всем! — Затем он повернулся к Маринетт и сказал: — Пойдем! Вероника закрыла лицо руками. Её плечи тряслись от рыданий. Она еле слышно проговорила: — Но я всё ещё тебя люблю! Маринетт было искренне жаль эту молодую, красивую женщину, она не понимала, почему месье Агрест так жесток с ней? Уже в каюте, девушка все же решила спросить Габриэля: — Месье Агрест, за что вы так жестоки с этой несчастной? Она ведь любит Вас! Мужчина молчал. Опустившись на одно из кресел, окинул взглядом стоявшую перед ним Маринетт, заглянул в её синие глаза и спросил: — Разочарована во мне? — При чем тут это? — Не поняла она. — Ответьте, пожалуйста, на вопрос. Он поманил девушку к себе: — Подойди ближе, я тебе всё расскажу. Она сделала нерешительный шаг к Габриэлю. Этого ему оказалось достаточно, чтобы схватить её и усадить к себе на колени. Она попыталась вырваться, но он крепко её держал. Улыбнувшись, сказал: — Если успокоишься, я отвечу на твой вопрос. Любопытство взяло вверх над Маринетт, она затихла, для себя решив, что как только узнает ответ, тут же встанет с его колен. Агрест поведал: —Я познакомился с Вероникой на одном модном показе, я привозил свою новую коллекцию. Она была моделью и понравилась мне, я предложил ей поужинать вместе после показа. Так у нас закрутился роман. Но я даже не подозревал, что она просто шпионка и сливала обо мне всю информацию моим врагам. Помимо этого, она устраивала различные диверсии, всеми средствами срывая выход моей новой коллекции. Но все раскрылось, когда она, не придумав ничего, чтобы заставить меня остаться дома, отравила моего сына. — Сказав это, Габриэль скрипнул зубами. У Маринетт оборвалось сердце, её любимый Адриан мог серьезно пострадать, если не хуже. Мужчина продолжил: — Слава богу, ей хватило ума не подмешивать ему в еду весь яд, который ей дали, чтобы однажды отравить меня. Адриан отделался расстройством желудка. Я быстро выяснил, кто стоял за этим отравлением. Вероника выдала всех. Она также рассказала, что их шайка планировала меня убить, забрать мою фирму, и поделить. Ей обещали 20 процентов от моего состояния. Сына моего, как прямого наследника, либо силой заставили бы от всего отказаться, либо же устранить. Веронике еще сильно повезло, что я сохранил ей жизнь. Услышав все это, Маринетт была в шоке, она не знала, что сказать, но одно она знала точно, жалость к блондинке растаяла как снежный ком в горящей печи. Она даже забыла, что сидит на коленях мужчины, и какие давала себе обещания на этот счет. А Габриэль, тем временем, прижал её теснее к себе и начал нежно целовать в шейку. Девушка охнула, не ожидавшая, ни этого поцелуя, от которого табуном пробежали мурашки п спине, ни того, что это окажется настолько приятно. Агрест уловил её реакцию. Довольно ухмыльнулся, и поцеловал её уже за ушком. Маринетт выдохнула: — Месье Агрест, что вы делаете? Она почувствовала, как его дыхание стало тяжелым, а сердце забилось быстрее. Габриэль прошептал хрипло: — Хочу тебя безумно. — Ой, не надо. — Испугалась Маринетт, и попыталась вырваться из крепких объятий, но никто отпускать её не собирался. Мужчина снова поцеловал её в шею, затем приподняв её лицо за подбородок так, чтобы их глаза встретились и нежным, бархатным голосом проговорил: — Не надо боятся, маленькая моя, я тебя не обижу. С этими словами, он накрыл её губы своими. С одной стороны, её это пугало, а с другой стороны, ей очень нравилось, как он её целует. Она неумело отвечала на поцелуй. Габриэль гладил её своими руками по спине, затем начал гладить ей бедра, ноги. Казалось, будто он исследует девушку, которая была полностью поглощена поцелуем и не заметила, как ловкие мужские пальцы расстегнули молнию ширинки на её бриджах. Не успела она охнуть, как рука Габриэля Агреста ловко скользнула к ней в трусики. Она резко дернулась назад всем телом, стараясь отодвинуться от пальца, который трогал самое сокровенное место. Габриэль начал поглаживать нежную промежность девушки, от чего она охнула и выгнулась всем телом. Эти ощущения были для неё в новинку. Она попыталась плотнее сжать ножки, чтобы не дать мужчине шевелить рукой в её трусиках. Прервав поцелуй, он пообещал: — Не бойся, я не пойду дальше. Просто хочу сделать тебе приятно. Расслабься, раздвинь ножки. Доверься мне. Сама, не понимая почему, но она послушно расставила ножки слегка в стороны. Этого хватило, чтобы мужчина возобновил свои ласки. Он прошелся по складочкам. Про себя отметил, как быстро у неё там стало влажно. Коснулся клитора, что вызвало стон из губ девушки. Он начал ласкать это чувствительное место своими умелыми пальцами. У Маринетт по всему телу проходили волны удовольствия. Такое приятное и такое незнакомое ощущение. Она начала выгибаться навстречу пальцам, что так нежно её ласкали. Будто сквозь пелену ощущений она услышала ласковый шёпот: — Да моя хорошая, вот так, почувствуй это. Ещё один стон из её уст. Ей было уже все равно, где она находиться, и что с ней делают. Она лишь молила про себя, что бы он не прекращал. Габриэль и не собирался прекращать. Он хотел довести её до пика наслаждения. — Тебе нравится? — Спросил он, понимая, что вопрос был риторическим. Она ответила сквозь стон: — Да. Ласки мужчины становились всё активнее, унося Маринетт в дали блаженства. Его пальцы такие нежные и такие умелые, сейчас весь мир для неё сосредоточился на этих пальцах, что дарили ей такое наслаждение. В самый пиковый момент, она не выдержав выгнулась на встречу мужской руке, после по её телу прошла крупная дрожь, от чего она непроизвольно плотно сжала бедра, от этого приятное ощущение усилилась. — Аааах… Воскликнула Маринетт. Обессиленная она упала на мужскую грудь, прикрыв глаза, стараясь отдышаться и восстановить дыхание. Это безумное чувство, что она сейчас испытала впервые в жизни, оказалось настолько фееричным, что её до сих пор била мелкая дрожь. Она только что была в раю. Габриэль Агрест знал, как доставлять девушкам удовольствие. Он поцеловал её в ушко сказав: — А ты темпераментная девочка. Поздравляю с первым оргазмом, радость моя. Эти слова, будто вернули Маринетт в реальность. Она вдруг осознала, что сейчас произошло! Жгучий стыд обжег её щеки. Какой позор! Рука Габриэля всё еще находилась в её трусиках. Она поерзала, попросив: — Уберите, пожалуйста. Агрест понял, о чем она просит, вытащил свою руку, и застегнул ширинку на её бриджах. Маринетт еще тяжело дышала. Она слегка пошевелилась на мужских коленях, ощущая, что что-то твёрдое упирается ей в бедро. Она спросила: — Можно я встану, а то мне в бедро, что-то упирается. Маринетт не поняла, почему Габриэль Агрест, смеётся уткнувшись ей в волосы. — Конечно, можешь вставать. — Сказал он, ставя девушку на пол. — Думаю, самое время сходить на обед, но сначала мне нужно привести себя в порядок, подожди меня здесь. Он вёл себя так, будто бы сейчас ничего такого не произошло. Это сбивало Маринетт с толку. Она до сих пор чувствовала жгучий стыд. Больше всего, ей было стыдно за то, что ей ведь действительно это понравилось и поэтому она не помешала месье Агресту делать с ней такое. Маринетт, скромно потупившись, попросила: — Месье Агрест, я надеюсь, такое больше не повторится? Габриэль усмехнулся: — Постараюсь держать себя в руках. Но ничего не обещаю. — С этими словами он скрылся в ванной комнате. Идти на обед с торчавшим членом на его взгляд было несколько не комильфо.