Интервью с Богом

      У Локи было ощущение, что он играл в самую сложную партию шахмат. Рассказ о двух месяцах его разгульной жизни в поисках огня и норн — был отчасти правдив. Точнее некоторые детали были не оговорены из лучших побуждений. Во благо любви. Он был точно уверен, что смертная не оценила бы его историй с корабля Грандмастера, где ему довелось зависнуть на добрые пару недель после изматывающего приключения к стервам норнам.       Поэтому в изложении тех недель было краткое описание — скорбел и чувствовал себя мудаком. Это в принципе было его перманентное состояние с тех пор, как Оливия застегнула замок своих сапог и ушла прочь из его жилища. И надо же. В нём есть мужество и смелость признать это.       Как и то, что сейчас он был безмерно рад, что девушка протянула ему белый флаг, кивнув на стул с другой стороны своего рабочего стола. Она задавала редкие вопросы, немного отчужденно смотрела на него, но всё-таки слушала. И ему казалось, что он мог говорить целую вечность. Лишь бы она слушала. Позволяла быть рядом. Простила его.       — По-моему, это всё было крайне глупо, — хмыкнула она, сложив руки на груди, оглядывая Локи, что зеркально сидел напротив неё. Разделял их только её рабочий стол. Ей было тяжело принять, что вся эта история была лишь его прихотью. Всё из-за того, что он сам не умел доверять другим, а от того бежал от любой близости. И как он и сам сказал — он боялся. И ей было сложно его в этом винить…       — Ну… кто не совершал ошибок? — Повёл он бровью. И его ошибка в том, что он был трусом, который не мог сказать правду даже самому себе.       — Тебе это непростительно, — качнула головой Лив, думая, что уже немного устала, — ладно, ладно, — сдалась она, поднимаясь со стула, поднимая ладони вверх, — я точно буду об этом жалеть, — не верила она, что снова наступала на эти грабли. Нет. Прыгала на них со всей силы, уверенно, без единого сомнения. Дура.       — Тебе не придётся жалеть, — недовольно цокнул Локи, галантно снимая с вешалки её пальто, накидывая на её подрагивающие плечи, — я тебя больше не подведу.       — Знаешь, нормальные люди не предают, а потом не делают вид, что всё нормально. Так делают только полные мерзавцы. Ну кто-то вроде тебя, — кольнула она, невозмутимо просовывая руку в рукав своего зимнего пальто. Она не хотела грубить ему. Совсем нет. Только вот задетая гордость и бушующие чувства брали верх. И она ничего не могла с этим поделать.       — И снова ранишь, — театрально вздохнул Локи, поморщившись, словно от досадливой боли, — возможно, это хороший знак?       — Ты, — она развернулась к нему лицом и ткнула пальчиком в его грудь, уверенно глядя в его потеплевшие глаза, что больше не жалили холодом. Теперь в них читалось ясное небо в тёплый день, — научишь меня быть ведьмой. Больше никаких отмазок, скучных книжек по травологии. Я хочу знать всё, — в зелёных глазах блеснул огонёк, и Локи криво ухмыльнулся, теперь точно зная, что боги послали ему самую невероятную женщину во Вселенной.       Он немного наклонился вперёд, заботливо вытаскивая её серебристые локоны из-под воротника пальто, невесомо касаясь пальцами нежной кожи на шее.       — Манипулируешь, — одобрительно хмыкнул он, — кажется, у меня больше нет дозволенности тебе отказывать?       — Абсолютно верно, — по-деловому отозвалась она, завороженно глядя на мужчину перед собой. Непростительное умение выходить сухим из воды. Отвратительный характер. Скверные привычки. Ужасный и невыносимый во всём и, чёрт возьми, самый идеальный на всех планетах во Вселенной!       Локи наконец за долгое время чувствовал спокойствие. И облегчение. Он задумчиво оглядывал смертную, что забавно суетилась по своей гостиной, рассказывая ему, какой чёрт её вообще понёс тогда в бордель, и как она там оказалась. Её серебристые волосы струились по спине, завиваясь у кончиков, зелёные глаза также опасливо возвращались к нему раз за разом. Она поворачивалась на него, смотрела несколько секунд, а затем продолжала свои дела, словно проверяя… слушает ли он её или вообще исчез? Ему это не нравилось. Как и не нравилось то, что Оливия Аслог Элмонд хоть и выглядела обворожительно красиво, но румянец с её щёк сошёл, скулы заострились, а зеленые глаза цвета молодой листвы заметно потускнели.       Она болтала и шумно вздыхала, немного нервничая, замолкая на пару секунд, переключаясь с одного рассказа на другой, упоминая и коллегу из юридического отдела, который дарил ей цветы (минуточку, что?), возвращаясь обратно к событиям прошедших выходных и всего того, что было на работе, как она впервые сломала палец на правой ноге, поскользнувшись у входа в редакцию. Упав в объятия пожилого джентльмена, который тоже впервые за семьдесят шесть лет сломал палец на руке. А декабрь ей вообще не нравился, она смешно сморщилась и задумалась, глядя в окно, где начинала подниматься метель.       Локи согласно кивал, боясь спугнуть шаткий мир, что он смог выстроить за этот короткий вечер.       Она отпила из стакана сок, наконец устав посвящать его в те несколько месяцев своей жизни, что он отсутствовал. Взяла контейнер с ужином, что они заказали из какой-то новой доставки, пока ехали из коворкинга до её дома, и уселась рядом с ним на диване. Она была осторожной. Во всём. В словах. Действиях. Взглядах.       — Мне было некомфортно, знаешь, я даже не думала, что моя магия для меня так важна, ведь толком я не умела ею пользоваться и казалось, что от неё одни проблемы, но когда её не стало, — внезапно начала она, бездумно погладив свободной рукой серебряный кулон, чувствуя приятный отклик сил, — я была опустошена. Мир стал пустым, будто в нём чего-то не хватало, — рассуждала она, подтянув к себе ноги, поставив контейнер с пастой на колени.       — Заставляешь меня испытывать чувство вины, — невесело хмыкнул Локи. Он сидел к ней полубоком, прислонившись к спинке дивана, подперев голову ладонью. Так было удобнее наблюдать за ней, впитывать каждое слово, каждый жест. Запоминать, словно она может вот-вот испариться.       Ну а что он хотел, собственно говоря? Он прекрасно понимал, что ей нужно время, чтобы вернуть то, что было между ними прежде. Если это вообще возможно… Но он был готов идти в этом направлении, потому что её смех был важнее мирового господства. И, кажется, важнее его самого.       — Ты виноват, — безапелляционно и резко отрезала она, шумно отставляя контейнер на кофейный столик, неуверенно придвигаясь к нему, оказываясь напротив, — но я не буду играть на твоём чувстве вины. Прости, — она немного расстроенно опустила взгляд вниз, думая, что раз решила снова подпустить его к себе, то всё должно было быть правильно.       — О, нет. Не извиняйся, — качнул он головой, осторожно взяв её за руку, мягко погладив большим пальцем, — я покорно выслушаю всё, что ты обо мне думаешь, — он усмехнулся, считая, что все её мысли были просто написаны на лбу красными буквами.       — Потому что не воспринимаешь мои слова всерьез? — Скептически отозвалась она, невольно копируя его позу, оказываясь к нему совсем близко, заглядывая в его насмешливое и понимающее лицо.       — Потому что надеюсь, что тебе от этого полегчает, — лукаво прищурился он, немного забавляясь несвойственной сомнительности Лив. Её магия говорила всё за неё. Как бы она не огрызалась, интерес был слишком очевиден, — можешь злиться и выливать на меня свой яд. Я готов это потерпеть.       — Аккуратнее, ты же имеешь привычку сдерживать своё слово, — хитро прищурилась Лив, губ её наконец тронула настоящая тёплая улыбка. И Локи снова повело. За сегодня он пережил разный спектр эмоций, ему думалось, что за все тысячу лет, он ни разу такого не испытывал. И ему не было неловко за свою, возможно, излишнюю откровенность и сентиментальность. Ощутив страх потери этой женщины, что сейчас сидела напротив и невинно хлопала ресницами, он сдался, приняв все эти удушающие правила судьбы. Собственноручно затянул петлю на своей шее. И был готов сделать что угодно, лишь бы она не злилась, а её магия снова приветливо его касалась, успокаивая своим теплом. Ведь оказалось, что для него важно именно это.       — Расскажи мне что-нибудь ещё, — Оливия вздрогнула от внезапно мягкого голоса Локи.       — Может, уже ты что-то скажешь… — вопросительно покосилась она, опуская взгляд на его ладонь, что теперь покоилась у неё на коленях. Он был расслаблен, спокоен и до неприличия искренен. Это обескураживало и в какой-то степени подкупало, точно заставляя терять бдительность. Отдаться нахлынувшим эмоциям было легко. А вот противостоять им — ничуть.       — Успеем. Я соскучился по твоему голосу, — обходительно пожал он плечами, утягивая её на себя, уже привычно укладывая её голову на свою грудь, зарываясь пальцами в блестящие пряди на макушке, — почему ты переехала в новый офис?       — Захотелось сменить обстановку, — недовольно протянула Лив, предпринимая попытку вырваться, терпя неудачу, а затем позволяя себе расслабиться и уткнуться носом в свитер Локи, прикрывая глаза, вдыхая знакомый запах кожи, леса и костра.       — Давай мы на берегу обсудим то, что тебя беспокоит, — обыденно отозвался Локи, чувствуя, как Оливия начала нервно перебирать складки его свитера в районе пресса. Он мягко накрыл её руку, легкими импульсами успокаивая её невроз.       Лив подняла голову, и промолчав пару секунд проговорила:       — Что ты исчезнешь или… снова меня обманешь, — это была правда, с которой Локи ничего не мог поделать. Доверие можно было только заслужить поступками, а пока они говорили против него.       — Да-а, я, конечно, придурок. Соглашусь. В рейтинге моих необдуманных поступков сначала Нью-Йорк, а потом это, — хрипло рассмеялся он, поглаживая кончиками пальцев её ладонь, ощущая всплески осторожной магии, — я не смею тебя просить доверять мне. Но прошу дать мне шанс всё исправить, рушить я уже научился, а вот с другим у меня пока проблемы.       — И мне снова будет больно от твоих игр? — Голос Оливии был серьёзным и тихим, но Локи он оглушал. Он же обещал не врать. Что же…       — Детка, — он на секунду прикрыл глаза, борясь с раздражением на самого себя. Если кому и будет больно в этот раз, так это ему. Локи заключил лицо Оливии в свои ладони и притянул ближе к себе, касаясь её кончиком носа, чувствуя мелкую дрожь под пальцами, — я очень постараюсь, чтобы такого не произошло.       — Ого… — удивленно выдохнула Оливия, видя, как в голубых глазах напротив плескалась нежность.       — Ого, — передразнил её Локи, невесомо целуя в губы, прикладывая много усилий, чтобы не утянуть её в настоящий поцелуй, — что-то ещё?       Оливия заторможено моргнула, ощущая приятную теплоту в груди и покалывания в кончиках пальцев. Вчера она его «ненавидела», не смея даже подумать, что вновь сможет его касаться, а сейчас снова грелась в его объятиях, кажется, собираясь довериться и отдать последние кусочки сердца, что у неё остались.       — Так… когда ты начнешь учить меня магии? — Вскинула она указательный палец, когда Локи в сомнении поднял бровь. Ведьма. Точно. Даже сейчас всё обращала в свою сторону.       — Ты же говорила, что не будешь играть на чувстве вины… — тяжело вздохнул Локи, опуская её руку вниз, согласно кивая, — да, gullet mitt. Мы пересмотрим подход к твоей магии.       Вила верёвки. Оливия удовлетворительно кивнула, блестящими глазами оглядывая Локи, что, как ей казалось, немного изменился. Его лицо стало мягче, взгляд теплее. В том, что она смертельно соскучилась, она призналась себе ещё в тот момент, когда просила его уйти, стоя посреди своей гостиной. Сейчас она была готова попросить его остаться, потому что два чёртовых месяца не видеть эту улыбку, не слышать этот бархатный голос и просто быть вдалеке — слишком.       — Что значит — gullet mitt? — Локи усмехнулся, сложив руки на груди, хитро щурясь:       — Только сейчас решила об этом узнать?       — Как это переводится? — Оливия вопросительно повела бровью, тыкая пальцем в его плечо, — ты часто меня так… называл.       — Кому-то нужно будет подтянуть знания по староасгардскому. Ты ведь замахнулась на настоящую магию, — игриво подмигнул Локи, поглядывая на часы.       — Это что-то обидное, да?       — Почему ты всегда обо мне плохого мнения, — негодующе закатил он глаза, посмеиваясь.       — Не скажешь?       — Пусть это останется моим личным, золотко, — забавлялся он, пожимая плечами, — я хочу кое-что проверить, — улыбнулся он, вытягивая вперёд ладонь, взглядом указывая, чтобы Оливия сделала также.       Она внимательно посмотрела на их руки, недоуменно хмуря брови. Почувствовав всплеск магии, удивленно округлила глаза, когда красная ниточка появилась в воздухе, вновь подсвеченная золотом, она тянулась от её руки к руке трикстера.       — Это… что такое? — Радости в её голосе было немного.       Он же разрушил связь?       — Есть сила сильнее меня, судьбы или задумок норн, — усмехнулся Локи, развевая нить кончиками пальцев.       — Какая? — Скептически прошептала Лив, Локи со странной ухмылкой пожал плечами, делая вид, что ответа он не знал. — А ты точно уверен, что норны тебя не обдурили?       Не норны его тут обдурили. Ой, не норны.       Локи хрипло рассмеялся, считая забавным, что она допустила такую мысль.       — Можешь не переживать, своё я забрал.       — Да, было бы обидно, если всё это было зря, — хмыкнула Оливия.       — Не зря, — уверил её Локи, взглянув на наручные часы, — мне нужно идти, ты не против?       — Конечно, нет, — качнула головой Лив. Он у неё теперь спрашивает разрешение?       — Одно дело с Хэксом, — зачем-то уточнил он, потрепав её по волосам, думая, что идти ему совсем не хотелось, — мы… исчерпали ситуацию?       Ситуацию… Оливия усмехнулась, кивнув.       — Да.       — И мы можем увидеться завтра? — Локи поднялся с дивана, возвышаясь, наблюдая за эмоциями на её лице, снова чувствуя приятные поползновения магии, ощущая мурашки на загривке.       — Да.       — Хорошо, — по-мальчишески улыбнулся он, переводя взгляд на руну, осторожно касаясь её пальцами, стуча по кусочку металла. — Магия снова с тобой и может вести себя непредсказуемо. Если что-то пойдёт не так, пиши, — Оливия поднялась следом, раздумывая, должна ли что-то сделать на прощание? Она замешкалась и неловко уткнулась лбом в его плечо, обнимая руками за талию, укладывая ладони на его спину. Отпускать его было страшно. Страшно и непривычно. Словно он мираж, что исчезнет и снова оставит после себя пустоту. — Я загляну утром, — будто прочитав её мысли, успокоил Локи, невесомо целуя её в висок, отстраняясь, — доброй ночи.       — Удачи, — усмехнулась Лив и вздрогнула, когда знакомое изумрудное свечение растворило его в воздухе.