Я без памяти из-за себя!

Первую ночь после происшествия, когда мы вернулись ко мне, мне не спалось и я просто бродил по комнатам, плечом случайно напоровшись в темноте кабинета на один из висящих там портретов. Шкаф с коллекцией золотых перьев отодвинулся в сторону. Оказалось что у меня две гардеробных. И вторая похоже для особенно дорогих нарядов. Пришлось походить по квартире двигая каждый висящий здесь портрет. В спальне, как назло, мой портрет проснулся и начал протестовать. Я попросил его потерпеть, но Феликс уже проснулся и с интересом стал за мной наблюдать. Поначалу он порывался мне помочь, похоже решив что я их снимаю, но я честно признался, что просто их покачиваю. Тогда Феликс зажёг неяркий свет люмуса и ходил позади меня, позволяя мне не натыкаться на разные предметы мебели. Теперь я работал над книгой каждый день в рамках рабочего дня из одной маггловской книжки со сложным названием. Феликс постепенно стал переносить в мою квартиру те магические цветы, за которыми нужен более тщательный уход. Наступил день когда мне пришлось взять свою рукопись и отправиться на встречу по поводу публикации книги. Редактор от издательства, уже зимой встретился со мной в кафе, неподалёку от перекрытого на карантин парка. Полный, низенький, шепелявый и крайне усат. Этот человек был самым позитивным из всех, что мне доводилось видеть. Он так смешно жестикулировал во время разговора! Постоянно сравнивал мой новый и старый стиль письма. Впрочем заметив, что я стал лучше понимать людей. По его словам: в моих книгах появилась некая глубина наблюдения за человеком, не столько с целью работы, сколько сопереживания прототипу моего рассказа. Хотя понимания мира в моих работах стало гораздо меньше… “Вы однозначно завоюете местечко в сердцах ваших старых критиков! Я совершенно спокоен! Мне даже больше нравится ваш новый стиль Локхарт. Вы стали человечнее. Но! это совершенно не значит что вам нужно себя запускать! Вы только поглядите! Как же вы разительно отличаетесь от старого себя!”. Я кивал и улыбался, потягивая густой латте. Теперь самый трудный этап. Книгу нужно прорекламировать. Похоже мне всё же придётся сходить к парикмахеру… После встречи с редактором я нашёл самый тихий райончик пригорода, где у барбера наверняка найдётся для меня время. К счастью я не прогадал и у симпатичной миниатюрной девушки с длинными красными волосами нашлось окно через полчаса. Недолгое ожидание скрасил дождь за окном. Она очень долго изучала мои волосы, водила палочкой по прядям. “Ваше заклинание, создающее завитки, уже почти выветрилось. Оно не было расчитано на длинные волосы. Это довольно дорого, но я могу его обновить”. "Я был обескуражен, поражен. Значит, все мои мучения с непослушными волосами были из-за того, что старому мне хотелось завитков? Я однозначно ответил "нет" и, подумав, добавил: "Оставьте длину, но чтобы это просто неплохо выглядело". Эх, вот так Гилдерой продолжает удивлять, хотя прошло столько времени…" Девушка искренне восхищалась, какой у меня необычный золотой цвет волос. Я осмотрел себя в зеркало, оставшись вполне довольным моими прямым волосами, обрамляющими лицо. Надел очки после стрижки. Когда же я, наконец, сброшу вес? И люди перестанут сравнивать меня со мной прошлым? Я пришёл домой захватив из полусухих цветущих кустов вокруг парикмахерской коробочку цветочных семян. Выглядели эти цветы очень красиво… может моему ботанику они и понравятся… Хотя лично у меня любви к цветам немного поубавилось. Феликс был дома. Полулёжа на диване он что-то зарисовывал в альбоме. Периодически добавляя размашистые пометки. Я положил на его стол синюю подарочную коробочку с открытой крышкой и наблюдал за устроенным представлением: Вначале Феликс удивился, потом пригляделся и его затопил профессиональный интерес. Затем он некоторое время изучал форму цветочной коробочки. “А ты умеешь дарить цветы людям моей профессии…”. Я отсалютовал своей новой дежурной улыбкой и отправился готовить нам ужин. Меня поймали и обняли сзади. Взъерошили уложеные волосы. Потом Феликс смилостивился и забрав узорчатую глубокую тарелочку с трещинкой, предварительно спросив у меня взглядом, полностью сосредоточился на создании условий подаренным семечкам для прорастания. Затем начались мои разъезды по книжным магазинам с представлением книги. Я заранее прописал себе речь. Взял костюм из кабинетного гардероба. Книга основанная на реальных событиях захватывала интерес совсем другой аудитории, я слышал и читал, что раньше мои рассказы интересовали больше дам и подростков. Сейчас же это были самые разные люди. Меня спрашивали о сценах насилия, возрастном рейтинге (который определил мой редактор). Я приходил домой, падал на диван оккупированный Феликсом и засыпал. Независимо от того насколько этот вечер был ранним. Когда подошло время полнолуния, Феликс купил зелье в какой-то определённой аптеке, куда отправился на метле. Он даже попросил расписку, что зелье от оборота будет готовиться лично самим зельеваром, а не его подмастерьями. И не смотря на его плохое самочувствие в тот день, Феликс в образе оборотня просто проспал ещё одну ночь. Я дежурил рядом, проверяя заклятье клетки и готовя ночную выпечку. И это тот момент, когда на утро становится ясно, что сладкого нам теперь хватит ещё на пару месяцев… Жизнь потекла своим чередом. Ещё около полугода, до тех пор, пока издатель снова не спросил о новой книге. Но у меня не было новых писем с просьбами о написании их историй. У меня не было идей. Я сразу отбросил мысль написать очередную автобиографию или руководство по обучению жизни. Я несколько дней ходил в прострации. И когда Феликс повёл меня в то самое кафе на крыше, то твёрдо решил отправиться в библиотеку и поискать материал для книги самому.