Maybe we were a married couple in our past life.

      Он пришел сюда, чтобы извиниться, но теперь всё пошло наперекосяк. Знание адреса Шиына и тот факт, что он живёт один, были самым лучшим, что когда-либо случалось с Сухо. Ему не нужно было проводить все выходные в тревоге о том, что произойдёт между ними, когда он мог просто подъехать к дому Шиына и поговорить с ним.       «Я хочу извиниться за то, что поцеловал тебя. Я не знаю, почему я это сделал. Я хочу, чтобы мы были друзьями. Можем ли мы быть друзьями?»       Это достаточно просто, верно? Поднимаясь по лестнице в блок 902, он мысленно повторял то, что собирался сказать.       Динь-дон — Доставка! — Сухо изобразил на лице самую дружелюбную, не угрожающую, улыбку, ожидая когда откроется дверь. Так и произошло, и это был Шиын во плоти. На нём была просторная белая футболка без рукавов и светло-голубые баскетбольные шорты. Должно быть, он только что принял душ, потому что его волосы были мокрыми и откинуты с лица, а вода капала с кончиков на полотенце, накинутое на плечи.       «Спасибо тебе, Ан Сухо из прошлого. Спасибо тебе за спасение этих умирающих сирот.» — Я ничего не заказывал, — В прошлый раз, когда он сказал то же самое, Шиын был сбит с толку, но теперь он выглядел слегка раздраженным, он, очевидно, знал, что задумал Сухо. — Я знаю… Мы можем поговорить? Пожалуйста? Я хочу… Извиниться.       Сухо не был готов к такому Шиыну, который открыл дверь. Становилось все труднее даже вспомнить, что он должен был сказать. Плечи Шиына были покрыты маленькими веснушками, которые начинались у ключиц и заканчивались прямо у локтя. И под волосами, зачесанными назад, Сухо мог видеть едва заметный шрам над правой бровью.       «Я не думаю, что смогу с этим справиться. Может просто уйти?» — Я… Занят. — Это очаровательно. Ен Шиын был плохим лжецом. Его ложь была ясна, как божий день. Он посмотрел вниз на пол, а затем направо, избегая зрительного контакта, и даже его глубокий хриплый голос звучал неуверенно.       «Прекрасно. Поскольку ты хочешь играть именно так…»       Сухо протискивается мимо Шиына, на этот раз изо всех сил стараясь не подходить слишком близко. Протискиваясь, он чувствует запах шампуня, и этот запах будет преследовать Сухо во снах в течение нескольких дней. Вероятно, это было что-то совершенно неожиданное, например, клубника. — Не волнуйся, это не займет много времени. — Объясняет он, снимая обувь у двери и направляясь в гостиную.       «Вау! Это место такое милое и чистое для того, кто живет один».       На полке было много книг, пять рядов, и все расставлены по цветам: жёлтые, оранжевые, синие, зелёные и пурпурные… Другая полка находится на стене справа. На ней расположились трофеи, медали и награды, посвящённые некоему Ен Шиыну за его выдающиеся достижения в математике, английском, физике и бла-бла-бла.       Там же стоит фотография. Маленький мальчик в ресторане. Те же глаза, рот и кремово-чистая кожа. Только его глаза не выглядят такими печальными. На этой фотографии он выглядит счастливым, хотя на самом деле не улыбается, но его выдают глаза. — Откуда ты знаешь, что я один? — У тебя есть что-нибудь выпить? Я хочу пить. — Сухо оборачивается и обнаруживает, что Шиын всё ещё стоит у двери. На мгновение он выглядит противоречиво, словно не может решить, выгнать ли Сухо из своего дома или действительно предложить ему что-нибудь выпить. Наконец, он принимает решение и направляется на кухню, слегка задевая Сухо.       «Черт. Это черника.Шиын спит здесь, на диване, укрываясь этим? Он сам это купил? Он сам это сделал?»       Шиын вернулся со стеклянным бокалом в руках. Сделав глоток и прочистив горло, Сухо решает, что либо сейчас, либо никогда. — Прости, что украл твой первый поцелуй. — «Ладно, это немного не по сценарию.» — Кто сказал, что это был мой первый поцелуй?       «Учитывая твои плохие социальные навыки, я сомневаюсь, что ты целовался с людьми, ты даже не можешь нормально ни с кем поговорить.»       Или так и было? Шиын только недавно привлек внимание Сухо, но это не значит, что до него не могло быть других. Не было ведь никакого варианта, где он шел по жизни и не заставлял бы кого-то влюбляться в него по уши с первого взгляда? — Мне следовало сначала спросить тебя, прежде чем целовать, прости. Я не знаю, что на меня нашло. В следующий раз я сделаю все правильно. Я действительно ценю согласие и никогда бы не заставил тебя делать то, чего ты не хотел. И я не говорю, что мы будем все время целоваться или что-то в этом роде, мы можем начать медленно, если ты хочешь… — Что?.. В следующий раз?       «Черт. Я сейчас очень, очень, далек от сценария.» Сценарий был разорван в клочья, сожжен и разбросан по реке Хан. — Ты мне нравишься. — «Ты мне нравишься??? С таким же успехом я мог бы сделать предложение».       Шиын некоторое время ничего не говорит, и Сухо боится даже открыть рот, опасаясь ляпнуть еще больше глупостей. Но затем Шиын делает самую странную вещь. Он улыбается. Это странная улыбка, которая становится еще более странной, когда он смотрит в потолок, прикрывая рот рукой, и начинает смеяться.       Смех был не очень счастливым, просто сухим.       Когда смех Шиына немного утихает. Сухо ничего не говорит, просто наблюдает за ним, пока тот плюхается на единственное кресло напротив него, запрокинув голову. — Что это? Какой-то новый тип тактики запугивания? — Его голос сочится отвращением. — Я тебе нравлюсь? Почему? Ты меня хоть знаешь? — Ен Шиын. Я бы никогда не стал тебя запугивать. Ты мне действительно нравишься. Это сложно объяснить, но, хотя я тебя не знаю, я хочу узнать о тебе больше. Я хочу, чтобы мы были друзьями. — Я мало знаю о том, что делают друзья, но я знаю, что они не целуются. — Я знаю, я извинился за это. Просто ты произнес мое имя и… — Кто сказал, что мне нужны друзья? — Я не говорю, что тебе нужны друзья. Я просто хочу, чтобы мы были друзьями, мы могли бы тусоваться и говорить о разных вещах и…       Шиын встает и подходит к Сухо. Он наклоняется, его лицо нет выражает никаких эмоций. Сухо еще глубже вдавливается в диван, когда тот придвигается ближе. Он кладет руки на диван по обе стороны от лица Сухо. — Потусоваться? Поговорить? Тебе этого будет достаточно? Хм? Ан… Су… Хо… — Его голова склонилась набок, в ожидании ответа.       Но Сухо сейчас даже не может подобрать слов. Футболка Шиына оттопыривается спереди, обнажая грудь и еще больше веснушек. Он смотрит прямо в глаза Сухо. Эти грустные, блестящие глаза. Сухо мог вдыхать только запах черники и мятной зубной пасты. Он хотел вдыхать это всю оставшуюся жизнь. К черту жизнь. К черту кислород. — Я… Мне будет достаточно дружбы. Я обещаю. — Нет, ты не можешь обещать. Ты будешь причинять себе боль, Сухо. Я думаю, тебе следует уйти.       Шиын отходит, оглядывая Сухо с ног до головы, прежде чем проводить его на улицу. Он бормочет «До свидания», прежде чем закрыть дверь. Оставляя ошеломленного Сухо стоять там, все еще паря в пространстве. Онемевшая боль в руках и нижней губе возвращает его на планету Земля. Его кулаки были сжаты так крепко, что на них остались небольшие ранки, а зубы проделали то же самое с нижней губой. Затем пришло другое ощущение, ниже талии. Конечно же, он был твердым. Его эрекция была отчетливо видна из-за светло-серых спортивных штанов, которые он надел.       Он пришел сюда, чтобы помириться с мальчиком, в которого был влюблен, но теперь Сухо не мог сказать, сделали ли они только что шаг вперед, или три шага назад.