***
Зачем Попов приперся к незнакомому мальчишке, а не послал его куда подальше, сказать сложно. Чувство вины не то, чтобы давило, но немного давало о себе знать. Всё-таки старший правда виноват. Мужчина выходит из машины и глубоко вдыхает дурманящий запах ночной свободы. Раньше Арсений часами мог сидеть на качелях и лишь красный огонек сигареты выдавал его присутствие. Любимое время, когда можно не притворяться кем-то, снять все маски, обнажить свои чувства перед самим собой. Теперь ему этого так не хватает. Ещё один вздох прерывает вибрация телефона. Школота🥱 Я Вас вижу, подниметесь может уже?) Улыбка расплылась на лице старшего, хотел бы он также уметь наглеть. Вытащить незнакомого человека с другого конца города ради своих хотелок… Он даже знакомого не попросил бы. Эх, вот уж эти зумеры! Недолго думая, брюнет нашел нужный подъезд, а затем и этаж. Приоткрытая дверь служила значительной подсказкой, так как номера к дверям, в новой многоэтажке, приделать не догадались. Однако, внутри встречать никто даже и не думал. Пришлось скинуть обувь и пройти внутрь, отрекаясь от плана «кинуть в лицо и съебаться в закат». — Где ты, бедный мальчик мой? — Громко вопросил гость, ступая на ощупь вглубь квартиры. — Проходите сюда. — Раздалось откуда-то справа, куда тут же свернул старший. Комната представляла собой небольшое помещение, стены которого были окрашены в серый цвет, а вдоль потолка была проведена неоновая лента, служившая единственным источником света. Повсюду весели постеры, а также многообразные рисунки, привлекающие взор. Подросток полулёжа сидел на кровати, закинув больную ногу на подушку. — Арсений Попов, я Вас заждался. Нога та-а-ак болит. — Блондин показательно потёр колено, еле сдерживая хитрую улыбку. — Здравствуй, Антон. Тогда уж Арсений Сергеевич, а не твоё это «Арсений Попов». Вот мазь, а я, с твоего позволения, спать поехал. — Мужчина кинул коробку лекарства на постель, уже направляясь в сторону выхода. — Стойте! — Недовольно раздалось сзади. — А как же я сам намажу и перевяжу? Я не умею, я ещё маленький, Арсений Сер…геевич. Будь у начальника чуть меньше нервных клеток, то мальчишка научился бы не только оказывать первую помощь, но и летел бы с окна быстрее, чем скорость света. Или звука? Попов не особо шарил в физике. Он всё-таки креативный директор, а не инженер какой-нибудь. — Mon lapin, je vais te fouetter pour que tu ne puisses pas t'asseoir pendant une semaine! — Приторно сладко проговорил старший, медленно разворачиваясь на пятках. Шастун лишь ухмыльнулся на это, откидываясь на кровати. — Мне так нравится Ваш французский, можете ещё что-то сказать? Я закрою глаза. — Школьник накрыл ладошками веки и расплылся в улыбке ещё больше. — Давайте. Кстати, мне нужен репетитор по языку, может хотите стать им? — Ни за что. Давай свою ногу и я поехал. — Смерившись со своим недосыпом этой ночью, Арсений сел рядом и положил ногу себе на бедра. — Что болит? Колено? Просто кивнув, младший внимательно следил за каждым движением, пока гость открывал тюбик с кремом. Руки, увитые венами, шустро оголили нужную часть ноги, резко дернув ту на себя. — Так вам нравится грубо, — очередная усмешка и томная пауза, — Арсений Сер-ргеевич? Мне тоже, представляете? — Доиграешься, мелкий. — Уверено размазывая гель по участку кожи, всё же прокомментировал колкости подростка Попов.***
Ехать до дома не было смысла, поэтому, выкурив две сигареты перед чужим подъездом, мужчина ещё раз глянул на экран телефона, на котором так обидно светило «6:47». Вздохнув, он сел в машину и выехал в сторону работы, надеясь успеть поспать до начала рабочего дня хотя бы час. Школота🥱 Спасибо большое, что сорвались по первой просьбе. Могу ли я называть Вас мамочкой? Или Вам больше нравится «папочка»?) Внутри что-то всколыхнулось, отчего даже спать захотелось меньше. Давно забытые чувства проснулись где-то глубоко, что скорее напугало. С ним давно не флиртовали, тем более так нахально. Однако Арсению уже совсем не пятнадцать, поэтому на такие дешевые штуки он не поведется. Это всего лишь подросток, встретившийся по дикой случайности, у которого шалят гормоны. Всего лишь.