Солью моря

Проснулся Ричард от того, что рядом стало холодней. Походное одеяло, которое они нашли вчера вечером было откинуто, а Алва, прислушиваясь, бесшумно подходил к двери. В доме кто-то был: тихо брел по коридору и, скорее всего, искал их. Алва, глянул на Ричарда, прижал палец к губам, жестом веля молчать, достал кинжал и замер, прижавшись спиной к стене. Дверь распахнулась, Дикон увидел в проеме старшего младшего Савиньяка. Тот, выдохнув с облегчением, шагнул к нему: - Слава Создателю, ты жив, Дикон. - Эр Эмиль! Улыбнувшись, как только он умел улыбаться, Эмиль вошел в комнату, но заметил Рокэ и повернулся к нему. - Это Ли, Дикон, - бросил Рокэ Ричарду и обратился к вошедшему, - Какими судьбами ты здесь, Ли? Почему один? Вопрос был резонный, а еще Дик осознал, что не слышал лошадей на дворе, но Дикон же видел, что это Эмиль - их невозможно было перепутать! Нахмурившись, он бросил быстрый взгляд на Рокэ, а тот шагнул, чтобы обнять друга - в тот же момент в руке Савиньяка блеснуло оружие. Алва успел. Когда Дик сердцем, не голосом крикнул "Рокэ!" это было уже не нужно, он вскочил и подбежал, когда все уже было кончено. Ричард ждал, что "Эмиль" поднимется, но тот казался совершенно мертвым, по крайней мере он так и лежал бездыханный, пока Дик стоял над ним, с пугающей его самого холодной готовностью в любой момент умертвить снова, кем бы он не был, а Алва собирал в какую-то тряпку вещи, которые могли понадобиться пока они будут выбираться из города: веревку, что-то из ящиков, оставшийся от вечерней трапезы мед - больше никакой еды они не нашли. Облив касерой тело чудовища; Дик решил даже про себя не называть иначе; Рокэ выбил огнивом искру, добавил тлеющее полено из камина. Кажется, получилось: огонь загорелся и дым занялся, чадя на всю крохотную каморку. Схватив за руку стоящего в растерянности Ричарда, Рокэ потянул его к выходу. Дракко нигде не было, пришлось оставить идею найти его и уходить от горящего дома, понадеявшись, что конь удрал, а не пал жертвой чудищ. Из занимающегося пожара и дальше по улице они так и выбирались: таясь неизвестно кого и не расцепляя рук, даже там, где удобнее было идти по одному. Через несколько часов они были у выхода из города, Дик глянул на небо: с предместий надвигалась грозовая туча, не хватало только попасть в ливень или хуже того снег. Дикон остановился, потянув Рокэ за собой к какому-то домишке: - Останемся здесь и переждем. - Нужно выбираться. - Упрямо заявил Рокэ и потянул Дика дальше по улице. Ричард был не согласен, он отпустил его руку и остановился, Рокэ прикрикнул: "Не отходи от меня!", но они все же потеряли друг друга в дыму и гари, пробираясь мимо очередного горящего дома. Когда Дик снова его увидел, Алва стоял, вытянув вперед руку с кинжалом и смотрел пристально: - Только подойди, тварь. - Рокэ? Будто не слышал, он смотрел зло и угрожающе. Дикон все понял. - Эр Рокэ, это я! Рокэ, это же я. - Ричард шагнул ближе, в отчаянии пытаясь дозваться, но Рокэ смотрел так, будто видел перед собой чудовище из аббатства. Запретив себе думать, о том, что Алва сейчас может убить его в любой момент, приняв за тварь, Ричард, решительно преодолел расстояние между ними и взяв за плечи, прижался губами к губам. Рокэ ответил не сразу, замерев, должно быть переживая что-то похожее, на то, что сейчас чувствовал Дик: не веря, конечно, что Ричард не Ричард, но все равно боясь ежесекундно точного удара кинжалом. Дик целовал его, не давая себе паниковать. Через несколько долгих ударов сердца, отмерев, Рокэ ответил на поцелуй, провел ладонью по его спине и мягко коснулся пальцами затылка Дика, обнимая и расслабляясь в его объятиях. Как они добрались к выходу из города, Дикон помнил плохо. Солдат из гарнизона на городских воротах они не встретили, зато в поле у обочины дороги увидели Дракко и, словно остолбенев, просто смотрели, как конь мирно щиплет пожухлую траву. Расцепить руки удалось не сразу: будто оба не могли поверить, что никто из них не пропадет, но задавить это чувство все же получилось. Алва попросил Дика остаться на месте, а сам медленно пошел к коню, но ловить его не пришлось. Хотя и ехать сейчас на нем было нельзя, Дракко был уставший и весь взмылен, но и останавливаться было невозможно, теперь Дикон понимал это. Достав веревку из их нехитрого скарба, Рокэ соорудил подобие уздечки и несколько часов они молча шли шагом, ведя коня в поводу. - Ну что, привал? - Хрипло спросил Рокэ, когда до заката оставалось часа два и они достаточно отдалились от Олларии. - Нет... Едем? - Неуверенно возразил Дикон, и Алва не стал спорить. Вдвоем они взобрались на коня и Ричард, крепко обняв Рокэ, позволил себе немного расслабиться. Рокэ что-то сказал, кажется, велел не заснуть, Дик и не собирался - он ткнулся Рокэ куда-то то ли в шею, то ли в затылок, его волосы пахли гарью и больше ни чем, но это было не важно. Ричард понял, что улыбается. - Я тебя держу. На мгновение Рокэ подался чуть назад, может даже хотел податься, но Дик уловил движение, будто ответное объятие, и стало совсем спокойно. Лагерь Савиньяка показался на горизонте, когда уже занялись сумерки. В тусклом свете факелов их встретил Эмиль и несколько солдат, которые, поняв кто перед ними, тут же опустили оружие. Эмиль обнял Рокэ и принялся докладывать, кто-то увел Дракко, в суете встречи Дик не сразу заметил, что позади Эмиля маячит маленькая тень. Алва тоже, должно быть, не сразу ее заметил. В лицо Дику подул легкий теплый ветер, словно приветствие. - Ну и что вы здесь делаете, юная эрэа? - Строго бросил Алва, когда Эбигейл подошла, перестав прятаться. - Вы сейчас должны быть в нескольких часах езды от Алвасете. Пристыженной она не выглядела, смотрела открыто и прямо. Эмиль, стоявший рядом, подмигнул Алве: - Не шипи, она не виновата. Эрэа Эбигейл бережет нас от непогоды. Снежная туча ушла на северо-запад, не тронув лагерь. - Это не я! - Стремительно, но вполне искренне возмутилась Эбигейл. Ее все же выдавали глаза: она смеялась. - Ах, туча сама ушла? - Делано изумился Рокэ, но тут же бросил этот тон и пристально посмотрел на нее, вздернув бровь, показывая, что рассержен. - Конечно! - Снова радостно соврала девочка, понимая, вероятно, что ее все равно не станут дольше ругать, и тут заметила Дика, который наблюдал издалека. Отчего-то он специально отстал от Алвы и не хотел подходить, не хотел мешать радостной встрече, на душе у него вновь стало тяжело, к тому же, он явственно чувствовал, что лишний здесь. - Ричард! Эбигейл побежала к нему и он сам не понял, как раскрыл объятия ей навстречу, присаживаясь, чтобы обнять. Искренняя радость и теплые чувства девочки к нему все еще удивляли, но все-таки сердце сжималось от того, что кто-то здесь в самом деле был рад его видеть. - Дикон, вы выбрались! Ты жив! - Вцепившись в его плечи она сыпала вопросами, на которые Ричард понятия не имел как ответить, и остановилась на том, который, наверное, больше всего ее беспокоил, - Ты же поедешь с нами? Поедешь? Домой, в Алвасете! Дик отстранился, посмотрел ей в глаза: - Нет, Эбби. - Он встал и бросил взгляд на подошедшего Ворона. Даже если Алва не сдержит своего обещания, Дикон не поедет с ними на юг, ему нужно найти семью, нужно вернуться в Надор. - Герцог Алва, вы поклялись. Вы обещали выдать мне сопровождение и отпустить. - Раз обещал, так и будет. - Алва не смотрел ему в глаза, рассеянно разглядывая то ли свои воспитанницу, то ли что-то за ее спиной. - Как можно скорее, - взмолился Дик, - Мне в самом деле нужно домой, нужно знать как они там! Алва кивнул: - Разумеется. Завтра утром вас устроит? На ночь-то вы останетесь? В словах Алвы ему послышалась легкая издевка, но Ричард кивнул, соглашаясь, конечно, ехать на ночь глядя, после безумного дня было глупо, хотя сердце и рвалось на север. - Ты уедешь?... - Влезла Эббигейл, неужели она расстроена? Неожиданно накрыло пониманием: у нее, как и у Ричарда, не было близких здесь, да и был ли у нее вообще кто-то кроме Алвы? Девочка вцепилась в руку Дика и ждала ответа. Ричард кивнул, посмотрел ей в глаза: - Ты сможешь написать мне, если захочешь. Монсеньор отправит посыльного с твоим письмом. - Дикон глянул на Алву. Тот кивнул, бросил: "Разумеется" и неожиданно добавил, понизив голос: - Я хотел бы тоже иметь возможность написать вам, если вы не против? Зачем он спрашивает, уж кому-кому, а Алве никто не посмеет запретить, если он что-то решил. Дикон еще раз посмотрел в его делано безразличное лицо и его будто потом прошибло от еще одной неожиданной догадки: он говорит о личном письме, письме совсем иного рода? Некстати вспомнился тот поцелуй посреди горящего двора, объятие, как Рокэ прижался, вздрагивая. Тогда Дик чувствовал себя не лучше, ждал удара, а потом сам обнимал, с облегчением доверившись. Ричард постарался, чтобы слова его звучали ровно, но неожиданно охрипший голос подвел. - Я буду... Буду рад письму от вас. Алва кивнул и нечего больше не сказал, но что-то неуловимо изменилось в его лице. То ли взгляд потеплел, то ли губ коснулась и тут же пропала улыбка. Дикон отвел взгляд, так и не разобрав - Эбби взяла его за руку, и потянула в лагерь: - Пойдемте к огню? Монсеньор? Алва коснулся ее плеча, отвечая жестом, и, развернувшись, первый направился к кострам.