dragon

daughter — touch (izzamuzzic rmx)

— зачем ты это делаешь? — а ты тупой или притворяешься? так начинается их диалог следующим утром. не самый радужный старт, но у джисона просто нет вариантов, как спросить иначе, а минхо искренне считает, что посылает однозначные сигналы. — хочешь, подытожу для тебя? — спрашивает минхо, делая уверенный шаг вперёд. так у мелкого не получится избежать зрительного контакта. — я таскаю для тебя кофе, как последний идиот. присылаю всё, что нахожу смешным. долго пялюсь на твои губы, хотя ты, походу, даже этого не заметил. кинул свою полуголую фотку, наконец. будь на моём месте девушка, какой вывод ты бы сделал? джисон дрожит. у него в животе буквально ураган начинается, как перед важным экзаменом или свиданкой, даже подташнивает чуть-чуть. — что я ей нравлюсь, — осмеливается произнести джисон. минхо молча кивает, двигаясь ещё ближе. хан вжимается в бледно-жёлтую стену у зала хореографии. хоть бы толстовка не замаралась. — тогда почему тебе не приходит в голову, что я ничем не отличаюсь от воображаемой девчонки? — руки старшего оказываются на уровне плеч джисона, и этот маленький жест заставляет и так мечущийся пульс сходить с ума. своеобразный приступ клаустрофобии. — потому что ты отличаешься примерно всем, — говорит джисон еле слышно, — и я не гей. если ты не знал. минхо хихикает как-то горько и отступает. — я тоже когда-то так думал, — отвечает он с ленивой улыбкой, — и вот я здесь, объясняюсь в чувствах очередному глупому пацану. джисон застывает в ужасе. интерес, симпатия, желание общаться — окей, без проблем, ничего страшного. но чувства? пиздец. он ощущает иррациональную боль, потому что не хочет никого ранить и в принципе быть втянутым в какую-то романтическую историю. чувства мешают, усложняют жизнь и заставляют страдать. они с минхо не то чтобы близкие друзья, но всё равно не хочется, чтобы ему было плохо. да и что он в джисоне нашёл? когда успел разглядеть? точно ли он питает чувства к реальному джисону, а не идеальной картинке, выстроенной в голове по соцсетям и тем редким разговорам, что у них были? или это всё обусловлено лишь влечением, что даже хуже, наверное. — это просто... слишком для меня. прости, — джисон не уходит, он бежит. из этого злосчастного коридора подальше, потому что всё внезапно стало каким-то чересчур серьёзным. ему нравилось прикалываться вместе, подъёбывать его иногда, комментировать внешний вид и обмениваться видосами. и да, как человек тонко чувствующий, он может признать, что старший красив. у него как бы есть глаза. но это не значит, что он хочет его себе. так ведь? — всё так, — бурчит чанбин, развалившись на джисоновой кровати, — так красиво разложил, что даже не доебёшься. — что красивого? — спрашивает сынмин откуда-то с пола. — я вообще среди этого нытья ничего не разобрал. — да не может он иначе рассказать, видишь, душевный раздрай какой! — чанбин кидает на пол подушку и по тихому ворчанию понимает, что зарядил точно в цель. — а ничего, что я ещё тут? не мешаю вам, а? — джисон перестаёт качаться на стуле и дуется. — не мешаешь, — отвечает сынмин, — позволю себе уточнить несколько моментов, ок? итак, тебе признался в чувствах красивый, но немного раздражающий парень, ты краснеешь каждый раз, когда он пишет тебе... — а он продолжает это делать даже после отказа, — добавляет чанбин. — спасибо, коллега. в общем, этот красивый чел голубых кровей очень хочет с тобой общаться, а ты как бы и не против, только никакого обмена слюной и фоток члена в личке. так? — так, — отвечают джисон и чанбин одновременно. — хотя звучит как-то по-гейски, — признаёт джисон. — это немножко смешно, — звучит с пола. — это пиздец как смешно, — ржёт чанбин и валится с кровати. благо, на полу мягкий пушистый коврик. вот она, дружеская поддержка. эффективнее было бы выйти в поле и просто поорать, хоть напряжение бы ушло. хочется биться головой о клавиатуру, но нельзя — джисон на неё месяц работал. вот же придурки. — меня на тусу позвали в эту субботу, можем прям втроём пойти, — надо же, первая умная мысль от этой горы мышц, — сынмин, бери девушку тоже, хоть познакомимся. напиться давно надо было. без алкоголя мозг все эти смущающие ситуации не вывозит. — только если вы пообещаете меня не позорить, лузеры, — говорит сынмин с гадкой ухмылкой и уходит на кухню, поджирать мамину мясную запеканку. конечно, они его опозорят. особенно джисон, который знает его с детства, а значит, у него заготовлены самые смущающие и дурацкие истории. мелкий немножко поворчит, но сердиться не будет, его с бутылки пива развозит до состояния самого любвеобильного щеночка. и никаких тебе рыжих волос и неловких ситуаций.

***

он видит минхо в первую же секунду, уже на пороге. тот подпирает собой стенку возле кухни, со скучающим видом наблюдая за стайкой девчонок, окруживших чана. ну, а как иначе-то — чан в безрукавке и милой шапочке выглядит, как греческий бог. им всё равно ничего не светит, потому что чан давно и безоговорочно влюблён в одну. даже завидно немного, что у кого-то получилось найти свою половинку так рано. может, звучит чуть наивно вся эта муть про половинки, но они и правда подходят друг другу идеально. гармония у них, одним словом. а у джисона и минхо? — чего застыл-то? — бурчит чанбин. — о, привет. отнеси в холодос пиво, пожалуйста, — говорит он минхо, и тот без вопросов утаскивает коробку на кухню. — и давно вы знакомы с чаном? — спрашивает ошарашенный джисон, не желая ничего уточнять про минхо. позже. — месяца два, наверное, писали пару текстов на заказ вместе. а что не так? — да примерно всё, блять, не так. хочется сбежать, но это будет выглядеть слишком тупо, его ведь уже заметили. да и с чаном познакомиться хотелось давно. тот как раз замечает новых гостей, неловко топчущихся на пороге, и бежит встречать. — давно не виделись, а? — чан обнимает чанбина так крепко, словно они лучшие друзья, и джисон чувствует лёгкий укол ревности. разве можно так сблизиться всего за пару месяцев? — я к тебе ещё одного музыканта привёл, может появится повод собираться почаще, — чанбин подмигивает, а чан смеётся. сынмин делает вид, будто его тошнит, коротко представляется и уводит девушку за собой. ёнми, кстати. имя красивое, она тоже, а всё остальное будет видно со временем. — мне нравится твоя толстовка, — чан жмёт джисону руку и улыбается так же солнечно. — спасибо, — даже немного неловко, — а где тебя послушать можно? ну да, сразу к делу. на пьяную голову уже не до творчества и полезных связей будет. в неловком молчании они обмениваются ссылками, обещая как-нибудь на досуге послушать и поделиться мнениями. джисон это обещание сдержит точно — слишком уж любопытно, что там может написать самый популярный чел в универе, любимчик всех преподов. играет какой-то кальянный рэп вперемешку с новым альбомом трэвиса скотта. своеобразный выбор, конечно, но после пары шотов залетает на ура. настроение это меланхоличное сразу пропадает, не хочется париться ни о бывшей, ни о минхо, все проблемы остаются где-то далеко-далеко. и водка с апельсиновым соком такая вкусная, что спустя минут сорок джисон находит себя в центре комнаты, рандомно двигающимся среди десятка таких же пьяных тел. хочется смеяться и обнять кого-нибудь, но это харассмент. а где чанбин? он-то любит обниматься. о, и хенджин тут. стоп, он ведь тоже гей, а чего они сидят так близко и хихикают? подозрительно. — йо, — говорит джисон, падая на чанбина, — приветики. хенджин отвечает ему кислой улыбкой. — я что, испортил вам тут малину? у хенджина в ухе такая же серёжка-звёздочка. приходится подавить в себе странное желание придвинуться и рассмотреть её поближе. — не обращай на него внимания, — смеётся чанбин, — он меня слишком любит. — а вы?... — не буду, — отвечают хенджин и джисон почти одновременно. — нет, мы не встречаемся, хенджин, — чанбин пытается выбраться из хватки мелкого, но безуспешно — джисон слишком прилипчивый. — чего? он вообще-то мой бро! а вот сейчас хочется возмущаться и строить из себя королеву драмы. это чего у них, одно гейство на уме? — не приставай к нему, — звучит откуда-то сбоку, — куда ещё сильнее человека триггерить. минхо возвышается над всеми тремя, держа в руке банку какого-то фруктового пива. ну, естественно. джисон закатывает глаза и с трудом, но поднимается, слегка толкая старшего плечом. ну их всех. ещё парочка шотов, что кажутся уже не такими вкусными, а сразу после раунд настолки вместе с сынмином и его ангелочком, где у джисона вообще нет шансов, поэтому он просто портит всем удовольствие и гаденько смеётся, когда у сынмина краснеют щёки от злости. ну, и от пива тоже. и маленькой женской ручки на коленке. боже, они такие тошнотворно милые. чан смотрит на эту грустную моську, смеётся и предлагает партию в мортал комбат, где можно чуть выпустить пар. джисон проигрывает, выбирая бэтмена, а потом тихо хнычет. спустя ещё минуту они уже сидят в обнимку, чан гладит его по спине и позволяет хлюпать носом куда-то в район шеи. любимая стадия опьянения — лёгкая грустинка и жалость к себе, а ещё почему-то кажется, что все вокруг счастливее и успешнее, а ты один такой чмошник, сидишь тут, никому не нужный. слёзы джисон запивает какой-то ягодной настойкой, что сделала чья-то бабушка. на вкус терпко и сладко, а на сердце сразу как-то полегче. вскоре начинается самая любимая часть вечеринки — разговоры на балконе с человеком без лица. джисон его просто не помнит. но ему рассказывают что-то про отношения с мамой, универ и что там ещё из стандартного. он просто кивает с глубокомысленным видом и советует говорить всё прямо, обычно это помогает. а если не разговор, то и пробовать бесполезно, мы же тут не в глухой телефон играем. ну или врать. прямо напропалую, если точно знаешь, что так будет лучше и никто не пострадает. если стопроцентно получится скрыть. её было бы так легко поцеловать сейчас. звёзды светят ярко-ярко, сигарета с ягодной кнопкой скурена уже не одна, да и девочка грустная, ищущая утешения. увести её в какую-нибудь комнату, раздеть, а после всего отрубиться в пропахшей потом комнате. так ведь все делают, значит есть в этом какой-то кайф? только не тянет. хотя девочка милая, явно добрая, какая-то знакомая чана, а у него плохих знакомых не бывает. ну, кроме минхо. блять. минхо, минхо, минхо, да сколько можно, хоть сейчас бы о нём не думать, тупой мозг с этими навязчивыми мыслями, тупые ситуации, повторяющие сюжет очередной драмы от нетфликса. только в фильмах всегда хэппи энд — различия между героями стираются как-то сами, обстоятельства, какими бы сложными они ни были, не влияют на исход абсолютно. и все друг другу прощают даже самые дерьмовые поступки. у девочки глаза побитого щенка. прости, милая, пускай сегодня твоё одиночество заглушит кто-нибудь другой. когда джисон возвращается в духоту и какие-то клубные биты, минхо снова тут, прямо перед ним. зачёсывает рыжие волосы назад, но мокрые пряди всё равно прилипают ко лбу. они с хенджином танцуют, и остальные на их фоне выглядят, как трёхлетние дети, которые не знают ещё, что такое координация. он хорош. даже слишком. для парня. для человека. да блять, где там следующая бутылка, срочно на кухню — засунуть голову в холодильник и охладить горящие щёки. в животе опять кавардак, трудно понять от алкоголя или этого рыжего кошмара наяву. — бесконечно ныкаться будешь? — уйди, — стонет джисон, — пожалуйста, уйди. злость на лице минхо сменяется тревогой. — плохо? — до тебя было хорошо, — джисон с усталым вздохом забирается на тумбу и закрывает глаза. от него никуда не деться. мягкое прикосновение к подбородку почти бьёт током. это неправильно. это, блять, просто катастрофа. — если поцелую, что сделаешь? драться будешь? — шепчет минхо. — ты пиздецки настойчивый, — отвечает джисон также тихо и мотает головой, зажмуриваясь. — интересный ответ. джисон чувствует его дыхание на своих губах. горячо и страшно, пахнет одеколоном и вишней. настойку, видимо, тоже заценил. касание губ едва ощутимое. настолько, что хочется позорно захныкать, мы же не в дораме какой-нибудь. ближе, ближе, чего же ты ждёшь, блять, отступать уже поздно. это всё можно списать на алкоголь. может, он даже не вспомнит. может, получится притвориться, что это ничего не значит, ведь по-пьяни не считается. так ведь? и тогда минхо целует его по-настоящему, уничтожая эти дурацкие мысли на корню. нихуя не получится, ведь одноразовые поцелуи не ощущаются так, не заставляют голову кружиться ещё сильнее и ловить каждое прикосновение, двигаясь в идеальном темпе, притворно лениво и немного мокро, встречая его губы на полпути. пальцы сжимают бёдра с такой силой, что останутся синяки, низ живота обжигает пламенем, и джисон издаёт тихий звук удовольствия, от смущения похожий больше на ворчание. хочется притянуть его ближе, раздвинуть ноги шире, чтобы кожа к коже. но это так, блять, стыдно. — неприятно? — минхо выглядит обеспокоенным и каким-то грустным, отстраняясь. — приятно, — отвечает джисон, вытирая слёзы. когда он успел заплакать? — боже, ты такое недоразумение, — минхо притягивает его в объятия и ласково перебирает запутавшиеся пряди на затылке, позволяя выплакаться. джисон впервые с ним согласен. он чертовски сильно облажался.