love 2chan

      Рождество, его канун, Новый год — неотъемлемые, но порой приевшиеся праздники. A Чанбин их любит даже спустя добрую четверть отжитого времени. Со своим пресным, приевшимся мнением, Чанбин всё ещё думает — это семейный праздник.       А проводить время с теми, кого он считает семьей — истинная драгоценность.       К сожалению, работа редко позволяет такое удовольствие. И даже на этот конец года всё под завязку забито рабочим расписанием и планами, которые ни сдвинуть, ни отменить. Это нормально, думает Чанбин, хоть и обидно.       И если уж подумать, напичканную рождественскую ёлку подарками последние несколько лет он видел только на съёмках. Сейчас в этом нет такой острой нужды; нет необходимости в поводе, если хочется сделать подарок, как и нет обязательства готовить что-то к весомому дню. И всё же... иногда чуть-чуть хочется этой банальщины, как в надуманных фильмах.       Чанбину нравится предаваться таким дурацким и нелепым фантазиям. Пока в один из поздних вечеров его фантазия не осуществилась, будто бы оставил письмо с пожеланиями под подушкой.       Ночью их общежитие никогда не спит, в одной из комнат обязательно будет гореть свет. В основном Чан — ночная бдящая пташка, Джисону вот без разницы, где спать — хоть со светом, хоть на полу, расположив ноги на сидушке дивана, Хёнджину достаточно ночной маски для сна. Чанбин старается наладить свой сон ради здоровья, но пока получается с трудом. Особенно когда под боком нет той самой бдящей пташки.       В общем-то, Чанбин не столько пытается исправить свой сон, сколько его. Но дело предстоит той ещё усидчивости.       В одиннадцать вечера — свет горел. Но было так тихо, что Чанбину показалось, не запамятовал ли кто из остальных. Он не спеша освобождается от уличной обуви, потому что ноги устали за целый день и Со экстренно нуждался в горячей ванной.       Но с кухни раздалась знакомая мелодия из репертуара их ноябрьского сингла. Это заставляет Чанбина поторопиться — он ненавидит быть в неведении. На улице только-только обжился ноябрь, но и до декабря осталась добрая неделя. Улицы медленно и верно подготавливают к наступающим праздникам. Снега в Сеуле ничтожно мало для полноты зимней атмосферы, чего не скажешь сейчас о Японии.       К счастью, рабочие планы под конец года как раз намечены на неё. — Что это значит? — спрашивает Чанбин, достигнув желанной точки. В центре комнаты стоит Бан Чан — совершенно одинокий и явно чем-то увлеченный. — Эй, ты пришел раньше, чем я планировал! — возмущается он, но всё равно маленьким пультом, лежащем на столе, приглушает свет, чтобы основным источником света были сверкающие гирлянды на.. ёлке? Откуда здесь ёлка?       Чанбин что попал в машину времени или? — Чего ты тут устроил? "Один дома" пересмотрел? — Со скрещивает руки на груди, уголок губ скачет вверх, демонстрируя усмешку. Хотя внутри у Чанбина тысяча и один вопрос. Он то, конечно, знает, Чан у них главный вдохновитель всего и вся! У их лидера частенько случается мозговой штурм, новые идеи сыплются так, будто где-то взорвалась хлопушка с цветными конфетти. У них готовится рождественский спешл, а Чанбину не сообщили? — Ты такой невоспитанный, Чанбин-а. Никакого приветствия, сразу заваливаешь вопросами. А я тут с четырех часов тружусь. И где твоя вежливость?       Чанбин сутулится. — Прости, хён, не каждый вечер наше общежитие превращается в логово Гринча. Так ты объяснишь? — Во-первых, сомневаюсь, что логово Гринча выглядит так, во-вторых... сегодня у нас Рождество, — раскрывает карты Чан.       Рождество в конце ноября? Это что-то интересное. Конечно.. Чанбин не прям чтобы должен удивляться, учитывая их работу.. съемка на рождественскую тематику бывала у них за несколько месяцев до запланированной даты. Но прямо сейчас нет никаких съемок и расписания — только они с Чаном вдвоём. — Почему сейчас? — Чанбин не юлит, не шутит, а спрашивает с подкрадывающимся детским интересом. Словно ему должны открыть невероятную тайну. — Потому что, когда ещё я поздравлю тебя. Когда ещё скажу, что провёл очередной свой лучший год? — смеётся он, похлопывая Чанбина по очаровательной мягкой щеке, с которой не успел сойти румянец. — То есть, у нас будет куча времени в номере после мероприятия.. но мы будем уставшими и, ну, знаешь. Не мне тебе рассказывать. А сейчас здесь только ты, я и эта криво наряженная ёлка, только не смотри на её зад. Я правда пытался. — Ты Джисона с Хёнджином выгнал? — прыскает в кулак Со, пока сердце начинает бешено биться от налившихся чувств к Бан Кристоферу Чану. Ему нужно время, чтобы собраться со словами, а пока своими холодными ладонями он скорее мчится обхватить горячие Чана. — Вежливо попросил, — сознается он со скромной улыбкой на лице. Огоньки гирлянд ослепительно отображаются в чужих зрачках. Чанбин не хочет ждать подходящего момента, поэтому целует без предупреждения. — Мы ведь не под омелой, дай хоть достану! — Тебе принципиально делать всё по правилам? — Не ты тут хозяйничаешь полдня, у тебя нет права жаловаться. — Ну ты и Гринч. Чан громко возмущается и слабо бьёт Бина в грудь. — Ты хоть смотрел этот фильм! Сам ты гринч, — жалуется он, в порывах между смехом, который постоянно вызывает в нём Со Чанбин. Поэтому ни на одно мгновение он не жалеет потраченного времени, глупых просьб мемберов дать им один свободный вечер, а ещё дурацкого Рождества под конец совсем не праздничного ноября.       С Чанбином ведь, что ни день — всегда праздник. — И что же ты запланировал? — интересуется Чанбин, когда они оба прекращают буйствовать. Усталость в ногах и всем теле, что он чувствовал, только вернувшись домой, испаряется. В сон не клонит, и ему совсем не терпится приступить ко всему заготовленному в их маленькое ноябрьское Рождество. — Для начала поедим, думаю, выпьем? Не алкоголя, конечно, но всё равно будет вкусно, обещаю. Если не против, произнесём до скуки банальные тосты, где я в тысячный раз скажу, как чертовски люблю тебя, а потом приглашу на танец, — Чанбин пихает его, смущаясь. — позже можем посмотреть фильм. И если ты не заснешь на мне к концу нашего вечера, я подготовил подарок.       Подарок! — Подожди, но у меня для тебя ничего нет. Так не честно! — Со надувает щеки, он не хочет оставлять Чана без подарка. Для Кристофера, к счастью, это не проблема. Он просит его подождать и никуда не уходить, перед тем, как скрыться за порогом. В ожидании Чанбин пересчитывает ёлочные игрушки, свисающие с искусственных веток. Пока на макушку не опускается что-то абсолютно невесомое. — Что это? Что там? Руки нащупывают нечто гладкое и приятное, но пока не очень ясной формы. Похожее.. на бант? — Я что ли?       Чан довольно кивает. — Ничего не хочу, кроме тебя. Так что, спасибо за подарок, Чанбин-и! Ты так хорошо меня знаешь.       По комнате разбегается общий хохот, но Чанбин не против стать его подарком. Он обещает, что станет лучшим подарком в жизни Чана. Но пока их торжество только начинается.