Раскрепощенность

      В ресторане Крис и Боян сошлись на том, что нужно заказать целую бутылку вина. Бояну этого хотелось по случаю начала отпуска. Крис же испытывал потребность забыться. Слова и поведение Бояна, конечно, немного успокоили его, но он все равно не чувствовал, что он в норме. Крис надеялся, что алкоголь поможет ему расслабиться, хотя никогда не был приверженцем подобного способа расслабляться.       Официантка принесла бутылку белого вина достаточно быстро. Оно оказалось хорошим. Ну точнее, Боян сказал, что оно хорошее. По мнению Криса, все вино было плюс-минус одинаковым, он в нем совсем не разбирался. Да и вообще, в настоящий момент, его больше заботил не вкус, а эффект. Крису, учитывая, что он давно ничего не ел, хватило одного бокала, чтобы ощутить легкое опьянение, но, разумеется, он собирался пить еще. Боян наполнил его бокал, не дожидаясь официантки.       Они пошли в хороший ресторан французской кухни. Крис был здесь второй раз в жизни. Первый раз случился пару лет назад, он привел сюда свою вторую девушку, решив, что накопил достаточно денег для такого свидания. Теперь Крис просто мог позволить себе сюда прийти. Он мог бы ходить сюда чуть ли не каждую неделю. Осознавать это было странно. Крис по-прежнему с трудом принимал тот факт, что у него теперь есть деньги и популярность. Но даже с этим ему было легче смириться, чем с тем, что произошло между ними с Бояном всего какой-то час назад.       Они переспали. Впрочем, может и нет. Скорее всего, нет. Однако Крису сексом казалось любое взаимодействие интимного характера. Взаимодействие было — значит они… Крис правда не хотел об этом думать. Боян его успокоил, и Крис успокоился, но его мысли все равно раз за разом переключались на случившееся. Крис постоянно терял нить повествования слов Бояна. Тот рассуждал на тему того, в каких странах и местах ему нравилось выступать, а в каких не очень. Наверное, это было интересно послушать, но Крис будто бы перестал контролировать свои мысли. Они постоянно то заставляли его чувствовать себя виноватым и сгорать от стыда, то пристально смотреть на Бояна.       Крис не вслушивался в его слова, зато тонул в его взгляде. На их столе, впрочем, как и на всех остальных, стояла свеча. Пламя отражалось в темных глазах Бояна, и это было красиво. Боян был красивым. Особенно его губы, которые он часто облизывал и к которым периодически подносил бокал. Улыбка делала их еще прекраснее. Крис понимал, что думает о чем-то неправильном, но он хотел об этом думать.       — …и их языки вообще не похожи на словенский, поэтому я немного переживаю, но я все равно очень хочу выступить там. А ты?       — Что? — переспросил Крис.       До него дошел лишь обрывок фразы Бояна.       — Прием, Криско! — сказал Боян, помахав рукой прямо перед его лицом. — Спрашиваю, хочешь ли ты выступить в Скандинавии?       Точно. У них же после отпуска тур по северной Европе. Первый концерт в Осло восемнадцатого сентября, потом Стокгольм на следующий день и дальше целых три концерта в Финляндии.       Крис пожал плечами. Для него было не особо принципиально, где именно выступать. Все страны, в которых люди не понимали словенский, воспринимались им примерно одинаково. Сначала было неловко, но потом Крис привык.       — А ты хочешь? — спросил Крис.       — Я же только что сказал, что хочу! — по-доброму возмутился Боян. — Жду не дождусь, когда мы окажемся в Финляндии!       Скандинавский тур Joker Out начинался в Норвегии, но Боян упомянул именно Финляндию. Крис догадывался почему, но, на самом деле, он особо ничего не знал. В смысле не знал, запланированы ли на одном из их финских концертов специальные гости. Однако подозревал, что да.       — Карья будет на нашем концерте? — напрямую спросил Крис.       — Да, мы, вроде как, договорились, но…       Боян вдруг замолчал и отвел взгляд. Улыбка сползла с его губ.       — Но что?       — Я переживаю по этому поводу, если честно, — признался Боян.       Крису его переживания были непонятны. Он всегда думал, что у Бояна с Карьей хорошие отношения, хотя сам он с представителем Финляндии на Евровидении после самого конкурса ни разу не общался. Карья казался ему милым и, скорее всего, хорошим человеком, но особого желания тесно с ним коммуницировать у Криса не возникло. А вот с Бояном они сблизились. Между ними была определенная химия, это видели абсолютно все.       Однако, задумавшись, Крис вдруг понял, что в последнее время Боян и Карья никак не взаимодействовали. Не взаимодействовали на публику, по крайней мере. Никаких упоминаний в сториз и постов друг о друге. Тишина. А ведь сразу после Евровидения они постоянно оказывали друг другу знаки внимания. В начале июня Боян даже полетел в Финляндию, где сделал достаточно большое количество двусмысленного контента вместе с Карьей.       Боян.       Карья.       Двусмысленность.       Крис потряс головой. Он не должен был думать об этом. Даже если это существует, Криса оно никак не касается. В груди неприятно кольнуло. Не касалось до вчерашнего поцелуя и всего, что произошло сегодня. Теперь Криса взаимоотношения Бояна с другими людьми будто бы касались. Он поспешил напомнить себе о том, что они с Бояном по-прежнему друзья. В дружбе нет места ревности.       — Что-то случилось? — спросил Крис, видя печаль во взгляде Бояна.       — Нет. Да. Не знаю, — несколько нервно ответил Боян, допивая уже второй бокал вина.       Крис мог бы оставить эту тему, но не стал. Бояна что-то тревожило, и он чувствовал себя обязанным помочь.       — Это как-то связано с Карьей? — осторожно спросил Крис.       Заметить прямую связь между финским рэпером и переменой в настроении Бояна было совсем нетрудно. Именно когда речь зашла о нем, Боян стал таким печальным.       — Да, это связано с Йере, — вздохнул Боян.       Йере. Он назвал его по имени.       — Не расскажешь мне, что произошло?       Крис, кажется, понял, каково было Бояну в тот момент, когда они обсуждали сексуальные предпочтения. Тогда Бояну приходилось силой вытягивать из него каждое слово. Теперь, кажется, настала очередь Криса делать это.       — Ничего, — горько усмехнулся Боян.       — Тогда в чем дело?       Криса это даже немного начало раздражать. Несерьезно, конечно. Он был готов задавать Бояну наводящие вопросы столько, сколько потребуется. Он также был готов оставить этот разговор, если Боян не захочет его продолжать. И все же Крис хотел узнать, что произошло (или не произошло).       — Ладно, — вздохнул Боян, наливая себе еще вина. — Проблема в том, что мы с Йере в последнее время почти не общаемся. Он, максимум, может реакцию на сториз поставить, на этом все. Даже на сообщения через раз отвечает. Зато сегодня он мне позвонил, ну помнишь, когда мы… Наверное, это потому, что я его попросил позвонить, когда с концертом ясно будет. В итоге Йере будет двадцатого числа, но…       Боян снова оборвал фразу на середине. Печали в его глазах стало еще больше. Было видно, что его очень расстраивает положение вещей. И это, черт возьми, было странно. Особенно если смотреть на ситуацию со стороны. Да, во время Евровидения дружба Бояна и Карьи всем нравилась и, определенно, сыграла не последнюю роль в последующей популярности джокеров. Но конкурс закончился, Боян и Карья разъехались по своим странам, вернулись к своей привычной жизни и… Это было даже логично, что их общение постепенно начало сходить на нет. Криса, по крайней мере, ничего не удивляло. А вот то, что Боян столь сильно расстроился из-за этого, настораживало.       — Я хочу вернуть его. Хочу, чтобы все было, как раньше!       Интонация Бояна казалась какой-то детской. Он действительно сейчас напоминал маленького ребенка, желавшего вернуть шарик мороженого, упавший на асфальт.       — Понимаешь, я думал, что это навсегда, — продолжил Боян. — Я думал, что у нас есть шанс.       Шанс на что?       Крис удивился. Это прозвучало странно. Шанс на дружбу? Шанс эту самую дружбу сохранить даже на расстоянии? Все равно звучит странно! Так никто не говорит.       Крис обманывал самого себя. Обо всем он прекрасно догадывался. Крис давно, задолго до сегодняшнего вечера, подозревал, что за всеми этими намеками может что-то стоять. Конечно, он также допускал то, что проделки Бояна и Карьи — всего лишь игра на публику. Только вот Крис знал Бояна достаточно хорошо, что понимать, когда тот искренен, а когда нет. Рядом с Карьей Боян был настоящим.       Наверное, Крис имел право просто спросить. В конце концов, Боян сегодня у него спрашивал о том, на что Крис дрочит. Это, вроде как, подразумевало достаточно высокую степень доверия друг к другу. После того, как Боян рассказал Крису о том, что ему нравится секс с мужчинами в пассивной роли, между ними, надо полагать, вообще не должно было остаться никаких границ. Однако Крис все равно не мог произнести вслух любой из очевидных и простых вопросов.       Он тебе нравится?       Между вами что-то было?       Что было между вами?       Очень простые и закономерные вопросы. И даже если Боян не захочет отвечать, он может просто не отвечать, но Крис все равно ничего не спросил. Лишь спустя время ему удалось выдавить из себя очень обтекаемое:       — Вас что-то связывает?       — Хотел бы я знать, — обреченно вздохнул Боян.       Официантка принесла закуски. Правда, вино к тому моменту уже закончилось. Растянуть бутылку на весь вечер у них не получилось. Впрочем, Боян быстро нашел выход из ситуации — он заказал другую. Когда вино, на этот раз красное, вновь оказалось в их бокалах, он заметно повеселел.       — Я переживаю, но, надеюсь, что мы с ним поговорим, и все будет хорошо. Эх, с нетерпением жду поездки в Финляндию!       Больше про Финляндию они не говорили.       Вино помогло Крису расслабиться, и он даже перестал думать обо всем, что было между ним и Бояном сегодня, но неприятный осадок на душе все равно остался. Не из-за этого. Из-за переживаний Бояна и его отношений с Карьей.       Крис поспешил напомнить себе уже не в первый раз, что они с Бояном друзья, и Боян в праве делать что угодно и с кем угодно.       После они болтали на всякие отстраненные темы. В перерыве между основным блюдом и десертом, Боян, впервые за вечер, включил телефон. Он зашел в Инстаграм и начал листать сториз.       — Вот засранцы, — прокомментировал Боян, увидев одинаковый морской пейзаж и интерьер дома в сториз Яна, Юре и Наце.       Крис понял, о чем он говорит, он уже видел эти фотографии. Оказалось, что парни решили вместе провести отпуск в Изоле. Крис узнал знакомые пейзажи, так как неоднократно бывал там.       — А нас с собой не позвали! — возмутился Боян.       К слову, Криса это тоже удивило.       — Ну ничего, прощаю. Пускай наши мальчики насладятся морем и друг другом, — сказал Боян, после, с некоторым злорадством, добавив: — Хотя в этом году сентябрь холодный, вряд ли им удастся покупаться.       Крис не особо понял, о чем Боян говорит.       — В смысле наслади…       — Никаких подтверждений, только подозрения, — перебил Боян.       Официантка принесла десерт. Тирамису и крем-брюле. И два бокала кальвадоса. Вина им, видимо, было недостаточно.       Если бы не слишком высокое содержание алкоголя в крови, Крис ни за что бы до такого не додумался. Но он додумался, к сожалению. Сперва он подумал о Яне, Наце и Юре, потом о Бояне и о том, что они делали сегодня. Крис плохо понимал, как он пришел к этому вопросу, но он его задал:       — У тебя было с ними что-нибудь, кроме поцелуев?       Пока вопрос оставался в голове Криса, он выглядел отчасти даже нормальным, но прозвучал нелепо. Впрочем, Боян не смутился. Однако его ответ был отрицательным.       — Нет, они и без меня неплохо справляются.       — Что?..       — Почему ты спросил? — резко поинтересовался Боян. — Тебя вдруг стали заботить такие вещи? Неужели уже после первого урока раскрепощения от меня малыш Криско начал интересоваться сексом? Удивительно! Знаешь, я польщен!       Скорее тут была заслуга алкоголя, а не Бояна, хотя все произошедшее определенно повлияло на Криса. Еще вчера он бы не стал интересоваться ничем подобным. А сейчас вдруг реально сделалось любопытно. И Боян, за что ему спасибо, удовлетворил его любопытство.       — У меня с-сейчас нет постоянного партнера, — немного заговариваясь начал он. — Я не жалуюсь, но иногда мне хочется, чтобы он был, и чтобы с ним можно было реализовать все мои фантазии. И хочется отношений, знаешь, отношения, ну там любовь, тепло, забота… Но у нас с ним все равно ничего не будет, как у нормальных людей, только если на расстоянии.       Боян, как и Крис, расстался с трезвостью ума достаточно давно. Его глаза пьяно блестели, щеки были красными, но наиболее наглядно степень его опьянения демонстрировал заплетающийся язык и такие же заплетающиеся мысли.       В голове Криса тоже была каша, но он понял.       У Бояна ничего не будет с ним.       Расстояние.       Карья.       Крис не знал, как к этому относиться. Правда не знал.       А Боян, кажется, забыл, о чем говорил секунду назад.       — Так вкусно, — пробормотал он, доедая последний кусок тирамису.       — Ты обещал дать мне попробовать! — наигранно разозлился Крис.       На нижней губе Бояна остался белый крем. Это выглядело слишком маняще и соблазнительно. И Крис был слишком пьян. Словно не помня о том, где они находятся, он потянулся к Бояну и осторожно стер крем с его губы указательным пальцем. Боян перехватил его запястье, не дав убрать руку, и медленно облизал его палец. Крис прикрыл глаза, чувствуя подушечкой теплую влажность чужого языке. Приятно.       — Иногда я бываю жадным, — усмехнулся Боян, все же отпустив руку Криса.       Крема на пальце не осталось.       А потом к ним подошла официантка и вежливо, но достаточно настойчиво спросила, не желают ли они оплатить счет. Было слишком очевидно, что она пытается намекнуть на то, что они слишком пьяны и им не следует оставаться в этом заведении. Бояну и Крису это почему-то показалось веселым, и они рассмеялись, но счет оплатили и, допив кальвадос, любезно ушли из ресторана.       Уже на улице, добравшись до ближайшей скамейки, Крис, видя, что уже слишком поздно, вызвал себе такси. Бояну такси не требовалось, он жил в десяти минутах ходьбы от ресторана. И Крис, прежде чем нажать кнопку заказа, выждал какое-то время, словно подозревая, что Боян может предложить остаться на ночь у него. Но Боян не предложил. Впрочем, у них не было никаких оснований ночевать вместе. Это просто Крис слишком перебрал с алкоголем.       Боян вытащил из кармана куртки пачку сигарет и закурил.       — Сегодня был классный день, — медленно произнес он.       — Скорее безумный, — усмехнулся Крис.       — В любом случае, я рад, что у нас все получилось, и ты не сбежал от меня. Делаешь успехи! Я в тебя верю, — Боян улыбнулся и чуть позже добавил: — Не забывай про домашнее задание. Надеюсь, ты подойдешь к его выполнению с должной серьезностью и однажды сможешь меня удивить.       Пьяный Боян, выдыхающий изо рта сигаретный дым, казался особенно прекрасным. Крису хотелось удивить его прямо сейчас. Он обхватил лицо Бояна руками и поцеловал в губы. Быстро. Крис все еще помнил, что они находятся в самом центре Любляны, где их запросто может кто-то узнать. Но даже доли секунды хватило, чтобы вложить в этот поцелуй все свое обожание.       — Удивил, — хмыкнул Боян, — но я жду большего.       Когда приехало такси, они попрощались (словами!) и договорились встретиться на днях. Крис обнял Бояна напоследок и сел в машину. Всю дорогу до дома он улыбался, однако, на душе было как-то неспокойно. Впрочем, анализировать собственные чувства и мысли Крис теперь был не в состоянии, поэтому он этого и не делал. Доехав до дома, Крис с трудом вставил ключ в замок, кое-как избавил себя от верхней одежды и обуви, и, добравшись до постели, тут же вырубился.       Сегодня правда был безумный день.