Любовь после тысячи осколков

      — Риии…к.оо…       Рико обернулся. Осенние листья кружились, ветер их подбрасывал, ловил и отпускал, развеивая по округе. Рико брел, стараясь больше не оглядываться. В душе он — ворон, он воспитывался ими, но крики этих птиц в лесу его пугали. Они взлетали, создавали шум, к земле стремились и, что-то прихватив, взлетали вновь на ветку, собирались в кучку и дрались.       — Риии…к.оо…       Рико снова обернулся. Никого. Он поднял взгляд, а там, на дереве свисая, качался человек лет двадцати в безмолвии с застывшей на лице улыбкой и татуировкой в виде единицы. И вороны дрались за лакомое место, выклевывая все что можно и на первый взгляд нельзя. Кровь медленно стекала, и Рико, попятившись, заметил, что он дышал на дереве, грудная клетка неровно, порывисто, но вздымалась, а вороны кусочек за кусочком отдирали кожу, создавая больше ран. Тошнота подступала, Рико отходил все дальше и дальше от места.       — Риии…к.оо… — снова позвал его голос, медленно протягивая каждый звук.       Рико сорвался на бег. Приторный голос продолжал его звать, звуча со всех сторон, вынуждая осмотреться. Рико бежал, закрывая руками уши. Он хотел закрыть и глаза, но страх вынуждал смотреть вперед, быть начеку, хоть это и не получалось. Пейзаж не сменялся, листва все также кружила, липко оседая на землю. Было непонятно, что создает такой эффект, Рико не хотел смотреть, но был обязан, он продолжал бежать, а перед глазами пелена, застилавшая весь обзор. Рико не ориентировался в пространстве, он мчался дальше. Мчался бы еще быстрее, да только почва под ногами исчезла. И летя, подумать ни о чем не мог. Где он? Вопрос, что не давал покоя. А перед глазами грязь. Сердце бешено стучит, звеня в ушах, все тело сильной болью отдает. Рико не может подняться, он осматривает все, чего достигает его взгляд: обрыв, каждый выступ которого имеет кровавые следы, небо и падающие листья вперемешку с осколками. Тишину прервали тяжелые шаги и хруст. Мужчина молча, неторопливо присел на корточки, разглядывая Рико.        — Ты заигрался, братец, — холодное дуло пистолета коснулось лба. Ичиро без колебаний нажал на спусковой крючок. Рико подскочил, вглядываясь в темноту и судорожно хватая воздух. Холодные руки сдавливали горло, перекрывая кислород и захватывая остатки сознания. Рико задыхался.       — Р.и…ко.       — Ри? — хватка на талии немного ослабла, Кевин немного приподнялся, потирая глаза, — Все в порядке?       — Тв…о.ё в.ре.м.я. вы.шл.о…       — Ри?! Ри, посмотри на меня!       Морияма никак не мог сфокусироваться. Вроде бы Кевин был рядом, вроде бы он слышал его обеспокоенный голос, но не чувствовал, не видел. Он был где-то на периферии сознания. Мелькал, но не более.       — Ри.к.оо…- руки переместились с горла на подбородок, поднимая его, а после заглядывая в чернеющие глаза.       — Ри, — взмолился Кевин, — Посмотри на меня, пожалуйста.       — Риии…к.оо…       — Ри.       — Риии…к.оо…       — Риии…к.оо…       — Риии…к.оо…       В ушах звенело, в голове туман. И приторный голос, что утягивал сознание в осенний лес, листья которого кружились на ветру.       — Риии…к.оо…       - Рико, прости меня, — прошептал Кевин, замахиваясь.       Тело будто бы горело. Холодный пот стекал, перекрывая весь обзор, но возвращая в реальность. Глубокий вздох — медленный выдох.       — Ри? — Морияма посмотрел на дрожащего Дея. — Воды?       Рико не ответил, уставившись в потолок и откидываясь на подушки.       — Сейчас принесу, — приняв молчание за знак согласия, Кевин принялся искать бутылку.       В торопях нужное не ищется, в комнате, освещенной слабой подсветкой тоже. Осмотрев все возможные места на наличие воды, Кевин пришел к единственному выводу: она закончилась.       — Ри, нам придется сходить на кухню.       Рико не ответил, лишь попытался встать. Попытка упехом почти увенчалась. Его успели словить и, взяв за руку, вывели из комнаты.       В обычно тихих коридорах отдавались эхом крики, это настораживало. Переглянувшись, мальчики пошли вперед. Пара поворотов и перед глазами картина. Плачущий ворон в окружении троих, опущенная голова его, заломленные руки. Всхлипы с мольбой о помощи и прерывистое «отпустите».       Что было ниже рассмотреть не получилось. На глаза опустилась рука, перекрывшая весь обзор и утягивающая подальше в коридор.       — Ай-яй-яй, детям такое нельзя смотреть. Увести, — не понял Рико к кому обратились, ведь они с Кевином продолжали стоять на месте, как и Ноэлль, загораживающий весь обзор на проход на кухню. — И почему не спим?       — Воды попить хотели.       — А, ну с этим придется чуточку повременить. Только Тетсуи за порог, а тут такое.       — А где он ночует за пределами Гнезда? — поинтересовался Рико, оперевшись о стену. Сил с пробуждения так не прибавилось, остатки ее потихоньку покидали ослабшее тело, но нужно было держаться. Если не ради себя, то хотя бы ради Кевина.       — Так-с, — задумался Ноэлль, — Очень недалеко отсюда. Буквально через пару улиц отсюда.       — Ты был там? — невзначай спросил Кевин.       — Давненько, пару раз, — Ноэлль обернулся. Возня на кухне стихла, а в проходе появились охранники с четырьмя телами.       — Куда их? — спросил один стражник.       — Так-с, — повторил Ноэлль, всматриваясь в их лица и указывая на каждого, — 12, 16, 17 и 21. Красное крыло, шестнадцатого и семнадцатого в комнату 8, двенадцатого в 5, а двадцать первого в 10. Все понятно?       — Есть, сэр, — охранники удалились, а Ноэлль заглянул в помещение.       — Теперь на поиски воды?       — Ага, — согласился Кевин, ведя Рико.       — И как интерьерчик в его спальне? — съязвил Морияма.       — Как рассмотрю, так обязательно скажу, — Ноэлль улыбнулся, протягивая бутылку, — Так, а теперь в кроватку. 3:58, спать пора.       Тишину в сопение под боком немного успокаивало, как и его способность быстро уснуть и, не слыша ни единого будильника продолжать сутра спать. Если бы не Гнездо со своими порядками, то до скольки они бы спали? Как бы проходил их обычный день? Рико задумался. Столько мыслей в голове, и ни одной толковой, а рядом лишь человек, тепло которого погружает в скорый сон.       Чем тише в Гнезде, тем спокойнее в нем. Пара лестничных пролетов, три бесконечных коридора, и Ноэлль у заветной двери.              — А вы сегодня рано, Господин.       — Работы много, что-то произошло?       — Да так, все как обычно, — протянул Ноэлль, чуть приблизившись, — День не день без утреннего поцелуя, согласны?       — Опять о непотребствах думаешь, — отмахнулся от него Тетсуи.       — Та эт я скромно еще, знали бы, что игроки в ваше отсутствие тут вытворяют, мои бы действия показались бы цветочками.       Морияма задумался. Почти полностью мужская команда, на тренировках выкладываются, и судя по всему не полностью.       — Нужно будет пересмотреть план тренировкок позже, — произнес он, отдавая папку с документами, — Необходимо разобраться за пару часов.       — Может следовало тренеров принять на работу, а не выгонять после объяснения азов чудесной дисциплины? Работы меньше было бы.       — Бесполезный мусор полезнее не станет, — холодно ответил Морияма старший, проходя вглубь кабинета.       Ноэлль последовал за ним. Работа закипела, а огонёк то и дело вспыхивал, добавляя светил в полумрак. Все тот же стакан на столе, отражающий незамысловатые узоры, был полон лишь наполовину, но обзавелся парой, стоящей чуть поодаль и также неизменно пустой наполовину. Шелест бумаг, тиканье часов, одинокий торшер вносили свои коррективы в рабочий процесс. Только не вписывалась зажигалка, небольшое свечение которой придавало глазам напротив более яркий и насыщенный оттенок, это была не бескрайняя тьма, лишенная всякой человечности, но и не светлость, исключающая в себе отголоски кровавого пути, это было что-то среднее, завораживающее, красновато-медное. Янтарь.       А напротив чернеющая бездна, лицезреющая занятие оппонента, так рьяно игнорирующего простые правила Гнезда.       27 инвесторов прибудут в 9:30. Длинные пальцы перебрали три сигареты. 18 тренеров прибудут к 8:00 на заседание. Прибудут также игроки. Морияма нахмурился. Пять, шесть, семь. Следующую уже достали. Девять, десять, одиннадцать, двенадцать… В пачке их осталось тринадцать. 15 репортеров будут на месте уже к 7:20. Ноэлль щелкнул зажигалкой, уже поджигая. Документ.       — Такую ересь давненько не присылали, — вздохнул Ноэлль, — Ведь подписывая любой контракт и направляя к нам, заинтересованная сторона вкладывает в него свои ожидания, надеясь на одобрение всех изложенных требований, а также на согласие другой стороны. Но когда нет документа, появляются больше возможностей отказать заинтересованной стороне.       — Как скажешь, — согласился Морияма, — Сейчас не до этого.       — Сколько еще осталось?       — Немного, — Ноэлль пересчитал листы, — Около двенадцати.       — Закончишь сам, что по охране?       — На высшем уровне, — Ноэлль прищурился, всматриваясь в документ, — Можете показать еще раз вашу подпись. А так, я в своих людях уверен.       — И сколько же в тебе «талантов», — поинтересовался Морияма, показывая предыдущий свой документ.       Ноэлль рассмеялся.       — Очень много, Господин, парочку я чуть позже Вам продемонстрирую.       — Меньше слов, больше дела, — тут уже Ноэлль отложил все документы. Что? — Пора готовиться к встрече.       — И правда, — стрелка часов давно перевалила за шесть часов.              Утренняя суматоха давала о себе знать. Идеально выглядеть, поприветствовать гостей и скрыться — все, что требовалось от Кевина и Рико. Но как тут без неприятностей. «Да-да» — пронеслось в мыслях. Усталый вздох и….       — Подъем, Кев, — Рико потряс его.       — Еще пять минуточек, — произнес Кевин, отворачиваясь к стене.       — У нас нет этих пяти минут, без завтрака надолго останемся.       — Ммм, да все ра… — Кевин быстро подскочил, — Сон сном, а завтрак по расписанию.       — Оно, кстати, у нас почти полностью свободное сегодня, но, — протягивая костюм и отходя к зеркалу, проговорил Морияма, — Это не значит, что мы должны опоздать на начало дня.       — Да-да.       Дальнейшие сборы прошли в тишине. Ноэлль в коридоре о чем-то информировал охранников, в суть его монолога мальчишки не вслушивались. В столовой все, как на подбор, игроки ели под суровый взгляд Мориямы старшего.       — Доброе утро, Хозяин, — в унисон поприветствовали Рико и Кевин его.       Холодный его взор ничего хорошего не предвещал, но отсутствие упреков и других слов немного радовали. Тихо пройдя на свои места, они приступили к завтраку.              Толпа журналистов, охрана, неуместные вопросы, усмешки, игроки складывались в одну сплошную головную боль, благо в черном крыле было тихо и безлюдно.       — Эм, а может…       — Не может. Надо.       — Ри, но…       — Лучше помоги открыть.       — А как…       Рико снял одну из невидимок с волос, сразу же протягивая её Кевину.       — Откуда…       — А тебя не смущает замок на двери?       — Смущает, но наличие заколок у тебя меня интересует больше.       Взгляд Рико пробирал Кевина до дрожи.       — Ладно, не интересует, — сосредоточившись на двери, произнес Кевин, — Вопрос номер два: почему он в черном крыле живет то.       — Кто знает, кто знает. Чем он вообще тут занимается?       — А с ней что делать?       — Как что? — удивился Рико, — Смотри.       Рико взял невидимку и разогнал её концы на доступное расстояние, получив что-то на подобие проволоки.       — А теперь, — присев на корточки, произнес Рико, попутно рассматривая замок.       С виду замок казался обычным, но нутром Рико чувствовал, что так просто они его не вскроют. Сев рядом, Кевин тоже сосредоточился на замочной скважине и начал сверлить его взглядом. Замок сам не открылся, цвет не поменял, и что-то необычное на нем не появилось. Рико подергал ручку, дверь не открылась.       — «И на что же я надеялся…» — вздохнул Рико, вставив кончик невидимки в скважину.       — Главное суешь вначале неглубоко.       Затем Рико слегка отогнул невидимку влево так, что она согнулась немного, образовав на другой половинке своеобразную петлю. Любопытный взгляд Кевина Рико чувствовал затылком…       Немного покопавшись в замке, мальчишки наконец услышали заветные щелчки. Дверь открылась, а в ней было все… Обычным.       — Я ожидал другого, — признался Кевин, проходя вглубь комнаты, — Тут кроме бардака и ничего нет.       — И правда. А не, кровать застелена, — отметил Рико, заходя следом.       — И только, — надулся Кевин.       — Давай не будем идеализировать таких, как он. Они тоже люди обычные и у них тоже есть повседневные вещи, оказывается, — произнес Рико, указывая на стул, завешанный футболками, — Но первый наш объект — шкаф.       Черный, как и вся комната, шкаф старался слиться со стеной и подольше не привлекать внимание, оставаясь нетронутым… Но, к его сожалению, у Рико с Кевином были на него другие планы. Открыв его, мальчишки удивились: в нем, как на подбор, висели в идеальном состоянии костюмы и рубашки, а на полках лежали стопки также аккуратно сложенных вещей.       — Я так понимаю, — Кевин вернулся взглядом к стулу, — Это для создания видимости?       — Да кто его знает, — отшатнулся Рико, — Так мы сложить вещи не сможем…       — Стоп, ты же не хотел. — договорить Кевину не дали, быстро захлопывая шкаф и схватив его за руку, направляясь к столу.       — Неважно, а вот тут уже поинтереснее.       — Мм? А что ту…       Кевин быстро схватил журнал, пролистывая до середины. С виду обычная информация об экси вскоре заменилась обычной информацией об экси вперемешку с заметками, сыплющимися в разные стороны. Ри поднял одну, зачитывая вслух.       — Тетсуи Морияма, 35 лет, бледная кожа, засосы смотрелись бы хоро.Что? — возмутился Рико, а покрасневший рядом Кевин быстро захлопнул другой журнал, откладывая его далеко в сторону.       — А может, не стоит все-таки копаться в его вещах, — промямлил Кевин, беря в руки следующий журнал.       Они точно поняли одно, в комнате Ноэлля обычным журналам об экси доверять нельзя. Вообще ничему доверять нельзя, в этом еще раз убедился Рико, убирая неизвестный чертеж, усыпанный комментариями о внешности Хозяина. К журналу с судоку единогласно приняли решение не лезть. А вот к последнему журналу интерес не угасал, что-то в нем старательно покоя не давало. Вроде обычная, старая, базовая информация об экси, информация о корте при университете Эдгара Аллана По, о Кейли Дей и фотографии, никак не связанные с самим журналом.       Парни, трибуны, болельщики, счастливые игроки. Все знакомое, но в тоже время нет. Пять игроков, улыбающихся во все тридцать два зуба, и очень запоминающаяся улыбка. Рико присмотрелся. «Точно» — мелькало где-то в мыслях.       — Смотри, — он протянул фотографию Кевину, указывая на людей слева, — Тебе они никого не напоминают?       Кевин призадумался. Ощущение дежавю летало и намекало на себя. Но где он мог их видеть? Стадион они не покидают, а в игроках и персонале нет похожих людей. Стоп. Они явно видели более взрослую версию этих людей недавно.       — Вот он, — Кевин указал на человека справа, — Похож на одного тренера Троянцев.       — Да? — удивился Рико, — Не помню, чтобы он был на наших совместных тренировках.       — Был, был, — заверил Кевин, — С ним еще Ноэлль постоянно разговаривал.       — Так, — Рико нахмурился. Пляж, море и алкоголь мелькали часто. Хозяин почти не участвовал в их «летней жизни». С ними был Ноэлль в этот момент? Если и был, то как не попадался умело на глаза? А кто он вообще такой? Одно понятно точно, он как-то связан с главной ветвью, и тут он уже давно. — Надо будет глянуть тот матч с ними.       — А лучше в живую побывать на их какой-нибудь игре.       — Хозяин не отпустит.       — А вдруг.       — Мечтать не вредно, но вернемся к фотографии, — Рико вновь указал на людей слева, — Это точно Тора Ти и Кей Эльнес, мы у них ночевали, когда была выездная игра.       — Но ведь им по 29 уже, а как… Второму тренеру Троянцев вроде тоже 29. А посередине…       — Ноэлль, кто же еще.       — Я думал, ему меньше.       — Ну на фото так точно, — пожал плечами Рико, убирая фотографию.       Взяв следующую, Рико забыл, как дышать. На ней точно Ноэлль, точно в каком-то саду и девушка. Беременная девушка. Ровная осанка, черные, распущенные волосы, разлетающиеся на ветру, но взгляд в кадр не устремлен. Как будто фотография сделана из-за кустов. Хотя это было не так важно. Девушку Рико узнает всегда.       Фотографий с ней больше не было, в дрожащих руках лишь она одна. Откуда? В голове только данный вопрос, а рядом слышатся всхлипы. Кевин старается, правда старается, не разрыдаться во весь голос, вроде взрослый уже, даже известный, но плачет все равно. «Все дело в снимке» — смекнул Рико. И действительно, вроде обычное фото со стадионом, экси и людьми. Непростыми людьми, Рико пригляделся, Ноэлль, выглядящий чуть младше, чем на предыдущем снимке, молодой Тетсуи в самом расцвете своей карьеры, охрана. Стоп, Ноэлль тут в качестве охраны? Но важно не это, а девушка на этом снимке. Кейли Дей. Ноэлль был знаком с их матерями? Хоть косвенно, а если и лично? В голове не укладывалось. Но хуже всего, у них не было их фотографий.       — Кев, а где у тебя фотографии с матерью?       — Потерялись при переезде, — рыдая, выговорил Дей. Даже у Кевина, прожившего столько лет вместе с Кейли, не сохранились они. И ни единой фотографии не было сделано, когда Кейли и Кевин навещали их в Гнезде. Почему с их с Кевином жизни так старательно вычеркнули людей, искренне любивших их?       — Кев, — тихо произнес Рико, — Как думаешь, насколько бы наша жизнь была изменена, если бы мы жили с ними сейчас, а наши мамы не были связаны с кланом Морияма?       — Намного, — все больше ревя и прижимая фотографию к себе, произнес Кевин. Как же ему не хватало Кейли, как же скучал он по её прикосновениям, ласковому голосу и звонкому смеху. Сейчас, когда все заняты приезжими гостями и различными интервью, когда дети представлены сами себе и не должны мешаться взрослым, Кевин понял, как сильно скучает по ней, как ему ее не хватает, как от нехватки родительской любви страдал Рико, не знавший достаточно долго свою маму — Коко Морияму.       Ри отшатнулся, фотография тяжелой ношой давила на сердце, отражалась в душе. Она была единственной, но даже её теплые прикосновения стирались временем. Время лечит — так говорилось в одной книге. Но правда ли это? Станет ли легче в конце?       — Зачем же ты меня вернула? — прошептал Морияма, поднимаясь с пола на кровать.       День слишком долгий, но повлиять они никак не могут на него. Ри закрыл глаза, прижимая к груди фотографию и представляя образ матери. Ее убранные волосы в пучок и мягкую улыбку.