капе́ль

я не знаю, сколько просидела в том погребе. у меня очень замёрзли руки и ноги. я не чувствовала пальцев. всё то время, что я сидела там, я совсем не плакала и не кричала. но и спокойна не была. внутри меня бушевал ураган. болела голова. от слишком сильной тревоги поташнивало. я совершенно растерялась. в голову лезли самые ужасные методы расправы со мной. я услышала шаги наверху и кажется, кто-то сейчас откроет погреб. я застыла в ужасе. теперь точно конец. сверху повеяло теплом. так как лестницы не было, а погреб был не слишком глубок, мне протянули руку. я схватилась за неё и с горем пополам выбралась на поверхность. не без помощи её обладателя, конечно. но когда я увидела его, была в оцепенении. это был дмитрий николаевич, мой учитель литературы. -ты, наверное, очень замёрзла. рука такая холодная! извини за это. я обещаю, сейчас ты согреешься,-учитель обеими руками обхватил моё лицо. я отшатнулась. -я хочу домой,- громче чем обычно сказала я, нахмурившись. он убрал руки. -домой значит? понимаю, я бы тоже так сказал. но ты умная девочка, поэтому поймёшь, что здесь тебе лучше. -я хочу уйти!-дрожащим голосом произнесла я. -успокойся. пойдём со мной,- он взял меня за руку, которую я тут же отдернула. улыбка слезла с его лица. помолчав немного, тополев сказал: -нет так нет. лезь обратно в погреб. -нет! хорошо, я пойду с вами!-взмолилась я. и правда, я пойду куда угодно, но не туда. -лезь обратно в погреб!-уже кричал на меня дмитрий. -не..,-не договорив, я тут же полетела в погреб из-за его толчка. я очень сильно ушибла голову. полузакрытыми глазами я смотрела, как дмитрий николаевич закрывает погреб. всё начало темнеть. веки стали тяжелеть. я снова потеряла сознание. в этот раз я очнулась уже на диване. как только я пришла в себя, сразу же попыталась встать, но не смогла. -лежи, лежи,-ласково сказал кто-то. думаю, уже и так понятно кто. он сказал это так, будто ничего и не было. я ничего не смогла сказать. я ничего не понимала. и чувствовала себя более чем паршиво. всё тело ныло, в горле пересохло, голова гудела. хотелось просто уснуть. но я не могу просто уснуть здесь, с ним. не могу. его холодные пальцы забегали по моей голове. он присел рядом. мне было очень неприятно и страшно. меньше всего мне хотелось, чтобы меня сейчас трогали. хотя, это ещё не самое страшное что он мог сделать. -знаешь, может сейчас ты выглядишь немного.. неряшливо и от тебя несёт сыростью и землей, мне всё равно приятно на тебя смотреть. ты услада для глаз моих. а твой голос-как мёд для ушей. он наклонился и поцеловал меня в губы, приглаживая мои волосы. бе. не помню как, но я снова заснула. а когда проснулась, чувствовала себя лучше. дмитрий николаевич всё также сидел рядом со мной. не говоря ничего, я лишь заглянула ему в глаза и осторожно встала. увидя, что он не возражает, я подошла к зеркалу, стоявшему неподалёку. в отражении зеркала я опять увидела кого-то, кто совсем не может быть мной. теперь белоснежные волосы взлохмачены, из носа красной ленточкой застыла кровь, лицо, руки и ноги в чём-то измазаны, колени разбиты, и кожа в некоторых местах приобрела синеватый оттенок. я обернулась к учителю. на этот раз про дом я решила не заикаться. он же взял мою руку и мы молча куда-то пошли. он отвёл меня на кухню, посадил за стол и поставил тарелку с макаронами. просто с холодными макаронами, без сыра или чего-то ещё. а ещё дал тоже холодный, остывший чай. -это, конечно, не шведский стол, но ты сама виновата. если бы тогда сразу со мной пошла, ничего бы не остыло. ешь. я быстро начала поглощать еду, даже не жуя. мне не хотелось, чтобы он опять на что-либо разозлился и кинул меня в погреб. всё это время, что я ела, дмитрий николаевич непрерывно смотрел на меня. я управилась с порцией очень скоро. в голову сразу пришли макароны, которые готовила мама. это были совсем другие макароны! она добавляла в них овощи, сыр и другие вкусные добавки. мама старалась сделать блюдо очень вкусным и аппетитным, чтобы во мне наконец проснулся голод. и когда она звала меня на кухню и предлагала поесть, я всегда уходила обратно к себе в комнату. ей, наверное, было очень больно. потом учитель отвёл меня в ванную. там была небольшая форточка, в которую с трудом, но я смогла бы пролезть. поэтому он не разрешил мне закрыть дверь и стоял рядом. какой же он мерзкий. это все конечно, интересно, но меня все таки волнует множество вопросов. зачем он меня похитил? что собирается сделать со мной? и когда я смогу уйти? также дмитрий николаевич открылся для меня с совершено новой стороны. он теперь не просто учитель литературы, строгий но справедливый, слегка улыбающийся, когда ученики давали правильные ответы на уроке. теперь в моих глазах он похититель, педофил и просто психически больной человек. я больше не могу молчать. после принятия душа я решила завести разговор и осторожно подобраться к теме моего похищения, раз открыто он говорить не хочет. -…как у вас дела?-неуверенно спросила я. -хорошо. -… -… -что собираетесь делать завтра? -что хочешь. -что хочу?.. может, пойдём погулять?- с опаской и очень тихо предложила я. его взгляд изменился. с раздражением тополев посмотрел на меня и проговорил: -погулять? а ещё что? -простите..-испугалась я и опустила голову вниз. -какая ты все же глупая. поверь, тебе со мной будет хорошо. я же знаю, как у тебя обстоят дела дома. я для тебя на что угодно готов. он заправил прядку моих волос за ухо и немного наклонился ко мне: -милая альбина.. как долго я ждал тебя здесь. за окном уже стемнело и дмитрий николаевич решил уложить меня спать в какую-то небольшую комнатку, которая, видимо, служила кладовой. он постелил мне на полу, пожелал мне спокойной ночи и запер дверь на замок. у меня были очень странные чувства насчёт этого всего. с одной стороны, отвращение, а с другой.. что-то странное. а ещё я заметила, что у меня очень давно не было каких-то сильных эмоций и чувств. наверное, после похорон бабушки они как-то притупились что-ли. а теперь они проснулись и пылают, охватывая собой каждый кусочек меня. -спокойной ночи, дмитрий николаевич.