cause I know, you save me.

Работа, работа и ещё раз работа. Иногда Минхо думал, что компания — его дом, его семья и в принципе вся его жизнь, которая забирала всë время, не оставляя места для личной жизни. Когда люди узнавали, что мужчине шёл двадцать пятый год, поголовно думали, что у него есть жена, дети и дача за городом. Однако все их мнения были ошибочны. Ведь всё, что было у Лино — это глупые работники, допускающие ошибки каждый божий день, секретарша, отвратно готовившая кофе, и три кота — единственные живые существа, ради которых он возвращался домой. Так и получалось, что с семи утра и до девяти вечера Мин сох над бумагами в офисе, а по возвращении домой ласкал котиков, кормил их и падал в постель, согреваясь от теплых пушистых тел под боком. На следующий день всё повторялось. Да, его подопечные достаточно часто пропускали что-то в документах по мелочи. И директор злился на них. Но эти почти невесомые косяки можно было быстро исправить, просто пригрозив увольнением. Однако, Минхо слишком долго терпел, удерживая зверя в себе, поэтому крохотная глупая ошибка в записях стала точкой кипения. — Почему я не могу оставить вас даже на несколько часов без присмотра?! — кричал директор Ли в трубку, подхватывая свой чемоданчик, — Твоей задачей было всего лишь оформление и перевод средств! Мужчина, заведённый гневом, летел черной тучей по этажу, заставляя работников вздрагивать и поджимать хвосты. — Всё сделали за тебя! Ты думаешь, что это несерьёзно, но, благодаря тебе, в этом месяце твои же коллеги по этому делу могут не получить премию. Почему, блять, нельзя было быть чуть повнимательнее?! — покинув стены компании, Лино повернул к парковке, — Ты уволен! Чтоб глаза мои больше тебя не видели, — и скинул, потирая виски. Они работали с этими документами несколько месяцев без продыху. Отчаянно старались подобрать лучшее для клиента, чтобы всë соответствовало его требованиям. Проект уже был готов, оставалось только правильно оформить. Но и тут, на самом легком этапе, была совершена ошибка, разрушившая весь их многочасовой труд. — Невозможно, — тяжело вздохнул директор, садясь в своё авто, — Идиоты. Мотор с рёвом завëлся. Нужно было развеяться, поэтому Лино, вжимая педаль газа, летел по пустой дороге, честно стараясь не превышать. Жёлтые и белые огни уличных фонарей мелькали полосками, а иногда, на одно мгновенье, перед глазами чёрными пятнами появлялись люди. Разрушающие биты фонк’а рвались из колонок, утешая. Агрессия постепенно рассеивалась, уступая место спокойствию и небольшой ненависти на то, что выбор пал на такую профессию. Подъезжая к многоэтажке, мужчина вышел из машины, поправляя дорогой костюм. Он весь пропах этими взрослыми мороками. Хотелось поскорее лечь в ванну с кучей пены, намазавшись всякими маслами и кремами, сбрить лёгкую щетину, которая отросла за то время, пока сил совсем не было, привести себя в нормальный ухоженный вид, погулять с питомцами и, наконец, отдохнуть хотя бы денёк. Мужчина поставил авто на блокировку и, здороваясь возле подъезда с семьёй, живущей по соседству, устало поплëлся к лифту, нажимая на нужный этаж. Этот вечер он собирался посвятить себе и только себе. 🐾 Член твердо давил на ткань домашних шорт, то и дело дергаясь. Хо не думал, что одно только порно возбудит его настолько. Долгое отсутствие секса заявляло о себе, заставляя водить ладонью через одежду, вздергивая бёдра навстречу собственным движениям. Долго это продолжаться не могло. Закрывая сайт с излюбленными видео, мужчина перешëл на другой. Сколько раз друзья советовали ему просто напросто заказать, грубо говоря, шлюху из борделя. «FIRE» славился, работающими там как девушками, так и парнями — профессионалами. Практически каждый написанный комментарий был положительным и мало кому сеанс не понравился. В этом не крылось решение проблемы, но снять сексуальное напряжение было нужно. Листая анкеты, Минхо искал того самого по критериям и «да» в постели. Мало кто из прошлых партнёров свыкался с линовскими предпочтениями в сексе. Фото на сайте были однообразными: менялись лица, телосложения и только черная маска, закрывающая губы, нос и подбородок, была неизменна. Просмотрев так более десяти анкет с разным содержимым, Ли наткнулся на фото парня с буквально идеальной фигурой. Достаточно широкие плечи, узкая талия, худые, бархатные на вид бедра, и, что главное, подтянутые аппетитные ягодицы, скрытые тканью синих трусиков. Глаза юноши светились добром. Метнув взгляд на оценки, Ли увидел все пять звёзд, после чего мельком прочëл метки, от шока выпадая из реальности. Хан, а именно это имя было написано в анкете, являлся настоящим сокровищем. В отмеченных было всё. От простого траха за должные деньги до самого жестокого BDSM'а. Это то, что Мин искал всё это время. Запомнив номер Хана по спискам, мужчина позвонил оператору, заказывая парня на ночь, сразу переводя нужную сумму. Уже предчувствуя жаркое времяпровождение (страстный работник этому поспособствовал), мужчина несколько минут ополаскивался в душе, не смея прикасаться к уже до боли стоящему члену. Надевая шорты и майку, Минхо отсчитывал минуты до назначенного времени — времени, когда в дверь постучат. Краем глаза Ли прочитал сообщение в телефоне о том, что заказ на месте, и поспешил открыть дверь, пшикнув горьковатыми духами на шею. Смотря в зеркало, он слегка пригладил мокрые волосы и, глубоко вздохнув, повернул замок в двери, отворяя её. С улыбкой во взгляде он прошëлся вдоль ножек парня, останавливаясь на достаточно короткой юбчонке, и поплыл взглядом дальше, натыкаясь на белую блузочку, что просвечивала, показывая розовые горошинки сосков. И вот, посмотрев в глаза, по рассказам уже заказывавших друзей, полные похоти, Мин встретился с чужим взглядом, едва удерживая сердце в груди. Перед ним мальчик. В смысле, правда мальчик: он стоял, подрагивая, и сжимал миниатюрными ручками пояс юбки. Губки, накрашенные ярко-красным, были искусаны (это было видно по подтекам помады), а в глазах плескался океан. Океан паники и страха, заправленный ужасом. Мужчина сомневался, что он вообще совершеннолетний. Мальчишка поздоровался заторможенно, извиняясь за опоздание, которое Ли даже не заметил. — Проходи, — отмирает старший, пуская дрожащего гостя в свой дом. — Извините, — зовёт Хан тихонько, — Я могу узнать, где спальня? — Прямо и налево, — нежно растягивая губы в улыбке ответил Хо, жестикулируя. Младший кивнул и ретировался в указанное место, шмыгая носом. Блять. Когда Минхо хотел потрахаться, он не имел в виду выебать ребёнка, черт возьми! Перепроверив возраст в анкете, Ли убедился, что четкие двадцать два не поменялись. Что ж, как бы сильно он не думал про его несовершеннолетие, сайт вторил другую цифру. Наверное, Лино просто ошибся. Но вот стояк не ошибался никогда — при виде на худые, совсем как на фото, ножки, член отчаянно прижался к животу. Мужчина отложил гаджет, чтобы он не мешал процессу, и пошëл в сторону, где минутами ранее скрылся Хан. Хо открыл дверь в свою спальню и, о боже мой, потерял дар любой речи: кукольный мальчик растягивал себя тремя пальцами в коленно-локтевой, повернувшись очаровательной задницей к Минхо. Ткань юбки закрывала менее половины всего происходящего, но точно мешала. Шумно сглотнув, Ли подошëл ближе к кровати, одной ладонью невесомо проводя по оголенному бедру. — Ты прекрасен, — вырвалось из его уст, заставляя нижнего прогнуться, словно он кот. Задрав блузку, Минхо нахмурился. Хрупкое тельце было разукрашено синяками и укусами. Полосованные шрамы виднелись в районе лопаток и поясницы, от прикосновений к которым младшему наверняка было больно. Целуя каждое синеватое пятно, мужчина чувствовал, что парень под ним всё ещё трясся. Стараясь не обращать на это особого внимания, он вëл губами по позвоночнику, вслушиваясь в быстрое дыхание Хана. Нежные руки прошлись по талии, щекоча тазовые косточки, а после перевернули на спину легкое тело. Минхо завис над сжавшимся Ханом, рассматривая его черные омуты, паника в которых уже стихла, поцеловал взглядом аккуратный маленький носик и, в конце концов, любовался пухлыми губами, облизываясь. Спуская самого себя с поводка, Хо чмокнул мальчишку, чувствуя клубничный привкус бальзама. Спустился ниже — к шее — и оставил там еле видный засос. Язык скользнул по нежной коже, играясь с сосками — парень под ним сразу оживился, наполняя комнату тихими, неуверенными стонами. Отстраняясь от манящих бусинок, мужчина провëл носом по мягкому животику, одаряя его теплым дыханием. Хан начал ëрзать, сжимая и разжимая пальчиками простынь, а потом и вовсе вскрикивая, когда почувствовал проворную руку на своём члене. — У тебя стоит лишь от касаний, малыш? — шепнул у головки Лино, беря её в рот. У младшего воздух со свистом вылетел из лёгких, а искорки перед глазами сплясали танец того самого злобного гения. Слишком много эмоций, слишком много ощущений, слишком. блять. 🐾 — Всё? — осторожно спросил старший. Вместо ответа Хан снова скрутился над унитазом. Мин придерживал его поразительно мягкие волосы, стараясь поддержать морально. — Простите, — тихо протянул мальчик, стараясь отдышаться, — Пожалуйста, простите, я правда не думал, что такое случится, — и слезы на его глаза навернулись с большей силой, чем во время рвоты, — Умоляю вас, не пишите директору. Я всё уберу, могу даже деньги вернуть. Но прошу, — он давил в себе истерику всеми силами. — Ну что ты, — протягивая салфетки остановил чужую тираду Ли, — Всё в порядке. Я всё сам уберу, да и писать мне не за чем, — вновь собрал хановы волосы в своеобразный хвост, поглаживая спину, — Чем ты так траванулся, милаш? Парень корчился на коленях ещё несколько минут, после умываясь и утирая лицо предложенным полотенцем. — Извините, — вновь начал Хан. — Ханни, посмотри на меня, — попросил Лино, нежно поддевая подбородок напротив, — Всё хорошо, — диктовал чуть ли не по буквам. — Моё имя Джисон. — Давай, Джисон’а, расскажи мне, что случилось, — переместившись на диван в гостиной спросил старший, силясь не обнять мальчишку с очевидным страхом в груди. — Я сам виноват, простите, — Джи взгляд не поднимал — боялся. — В этом есть вина твоего начальства? — Нет! — вдруг подорвался парень, оленьими глазами смотря на собеседника, — Они не причастны, правда! — Сонни, малыш, — Минхо придвинулся чуть ближе. Мальчик зажмурился, сжимаясь в пушистый тревожный комок, — ты можешь мне доверять. Я не сделаю тебе плохо, лишь хочу помочь, — наклонился ниже, чтобы быть на одном уровне с хановым личиком. Младший в не решении открыл и закрыл рот, не в силах глубоко вдохнуть. Он медленно уходил под воду, задыхаясь без кислорода. Сквозь толщу волн он слышал чужой приглушённый голос, отчаянно хватаясь за его фразы. — Тише, смотри мне в глаза, — Лино нежно держал за щёчки, вытягивая в реальный мир, — Давай дышать вместе со мной? — Хан заторможено кивнул. У Мина был опыт с паническими атаками. Эта адская мука нуждалась в предотвращении, пока не переростала во что-то большее. Шумно вдыхая полной грудью, Лино не спускал зрительного контакта, подстраивая дыхание Джисона под себя. Мальчик хотел закрыть глаза и уснуть, но прожигающие дыры напротив не позволяли. — Я рядом, всё хорошо, — шептал еле слышно, — Ты в безопасности. Ты не один. Дыши глубже, давай, милый, — и продолжал держать за щечки, утирая большими пальцами слёзы. Они сидели так почти час: дыша в унисон и утопая друг в друге. Хо создал успокаивающую ауру, заглушая всё плохое, оставляя в напоминание об этом только размытые следы мокрых слёзных дорожек. — Как ты? — осторожно спросил мужчина. — Отпустило, — Джи стыдливо отвëл глаза, засыпая Минхо извинениями. — Кушать хочешь? Может, что-нибудь из напитков? — Вы не обязаны. — Хан. — Нет, я не голоден, спасибо. — Тогда, может, расскажешь мне, что случилось? Я хочу хоть как-то помочь. Джисон прикрыл глаза на секунду, совсем неуверенно начиная рассказ, наблюдая, как новый знакомый крутится взглядом по его лицу. — В борделе, где вы меня заказали, каждого работника проверяют в кровати, — каждое слово давалось тяжело и воспоминания начинали давить на мозг, — насильно заставляют лечь под кого-то, чтобы понять, стоит ли класть надежды. Когда меня отвели в специальную комнату, я хотел сбежать. Но этот бугай был раза в три больше меня и я не смог защитить себя. По итогу, когда мы оттуда вышли, он рассказал обо всех подробностях директору, — утирая костяшками пальцев выступившие слёзы, Хан продолжил, — Он вошёл сразу, без растяжки и порвал меня. Я просто не смог возбудиться, понимаете? Мне хотелось убежать и спрятаться. Но бежать было некуда, поэтому я остался. Еще неделю меня готовили и учили ублажать клиентов. Но сколько бы раз я не старался, даже намёка на стояк или желание не было, — нервно перебирая пальцы, Джисон объяснил этот пункт, — поэтому они, отправляя на адрес, начали пичкать меня виагрой, — он перешëл на хриплый шёпот, — Видимо, сегодня перестарались, вот и стало плохо. — Я думал, в этом борделе хорошее отношение к работающим там людям, — ответил Минхо, желая разузнать побольше и послушать чудесный голос. — На самом деле всё не так радужно, как выглядит со стороны, — вымученно улыбнулся, — Многих морят голодом по несколько дней, часто не выдают зарплату, позволяют себе избивать нас за любое непослушание. Нередко бывают случаи, когда клиенты, добавляя к основной сумме ещё пару тысяч, могут перейти за границы дозволенного, но на это им ничего не скажут. Главное деньги. — Это отвратительно с их стороны, — кутая младшего в плед, пахнущий зелёным чаем и кошачьей шерстью, ответил Хо, — Эти полосы на твоей спине? — Прошлый заказчик переборщил. Я не мог сопротивляться. Старший сморгнул желание приласкать. — Я могу набрать ванну, если хочешь, — перевëл тему, отвлекая. — У меня нет никаких вещей, кроме этих, — указал на прикрытую пледом юбку Джисон. Блузка осталась в спальне. — Я дам свои, милый, — щёлкнул по носу. Отправив Хана в душевую, он смог обдумать и переварить всю новую информацию. Тихое «спасибо» долетело до его ушей. Ли улыбнулся, отводя гостя в нужную комнату, а сам потопал в свою, перерывая шкаф на наличие подходящей футболки. Оверсайз для Лино был платьем для Джисона, что был более худым и низким. Выбрав самую маленькую из всех и захватив недавно купленное нижнее бельё, он постучался в ванную, входя внутрь после разрешения. — Шампунь в шкафчике, — указывал на навесную полку Хо, — Средства для волос, если нужно, там же. Можешь брать всё, что хочешь, — проверяя воду на температуру, мужчина покинул комнату. Совесть не позволяла ему выкинуть мальчишку обратно в бордель. Почему? Да потому что за ночь уже заплачено, и если Хан вернётся так скоро, директор узнает почему и закопает его. Решение просто оставить Джи у себя, без секса и всего подобного, превосходило в этой неравной битве. Слишком раненым казался младший, слишком хотелось дать ему уют и комфорт, чтобы он не трясся от страха, как кролик перед волком. Осушая несколько кружек воды, Ли прислушался к звуку плесканий из ванной. Он честно надеялся, что Джисон не утопится в его квартире. Все его мысли улетучились, когда послышался удар и отборный, но достаточно негромкий мат. Значит, ещё живой. Отлично. 🐾 — Я, кажется, всё, — послышалось шуршание мягких домашних тапочек. Джи вышел из коридора, весь такой мягкий, без косметики и аксессуаров. Мокрые волосы пускали струйки воды по ключицам, а футболка висела почти до самых колен. — Тебе очень идёт, — Ли лохматил когда-то синие локоны, — Как себя чувствуешь? — Спасибо, мне уже лучше, — мальчик наконец улыбнулся. И улыбка эта заразилась ответной. — Хочешь посмотреть фильм? — Если я вам не помешаю, то, наверное, было бы неплохо? — Устраивайся, — кивнул на диван, — А я за едой. Хан угукнул и посеменил к мягким подушкам. Лино же набирал полные руки всего-всего: чипсов, сладостей, газировок, мысленно прикидывая, какой новый фильм можно посмотреть. Однако, по возвращении обратно, он отмëл все варианты развития событий кроме сна, ведь Джисон, такой крошечный и шумно дышащий, уснул за те считаные минуты, пока старший отлучился на кухню. Мальчик поджал ноги к груди, очевидно стараясь занять как можно меньше места на диване. Синеватая челка спадала на лицо, никак не мешая сонному состоянию. В позе эмбриона он изредка потряхивался, скорее всего из-за холодка, который бегал по квартире, врываясь через открытые окна. Разложив каждую пачку с едой на их законные продуктовые места, Минхо в голове поспорил с собой. Его мнение металось между «отнеси его к себе в постель, он тут загнётся» и «если я его трону, он проснётся», но первый вариант показался ему посимпатичнее: Хан наверняка не был бы рад, если бы проснулся завтра с болью в спине (учитывая то, как он сложился, боль будет сильной). Пристраивая одну руку под лопатками, а вторую под коленями, мужчина медленно поднял Джи, укладывая сопящую макушку себе на плечо. Младший был совсем невесомый, поэтому проблем не возникло. Спокойно дошагав до своей спальни, Ли уложил ночного знакомого на мягкие простыни, сдерживая умилительный писк, когда мальчик чмокнул губками, подминая под себя соседнюю подушку. Хан ворочался, мычал, принимая удобное для себя положение под теплым одеялом, и окунулся в глубокий, а не поверхностный, сон. Со временем Минхо, насмотревшись на чужое личико (и посчитав это извращенством), вернулся в гостевую, ограничиваясь легким пледом и диванной маленькой подушкой. Проснувшись утром мужчина не застал в квартире Джисона. Ни в одной из комнат его не было. Проверив личные вещи, Ли не обнаружил потерь. Младший ничего не украл, даже кровать, на которой спал, идеально заправил. Ничего не съел, вещи, которые ему одолжил Минхо, сложил стопкой на стиральную машину. Обгуляв всё вокруг на поиск ещё хоть чего-то от Джи, Мин нашëл белую бумажку, сложенную в несколько раз на тумбе в прихожей. Разворачивая её и вчитываясь, сердце пустило по венам долю грусти. «я не стал вас тревожить, но хочу сказать огромное спасибо за вашу доброту. вы очень хороший человек, правда. надеюсь, эта ночь не дойдёт до директора. ещё раз спасибо и хорошего дня. хан джисон.» — Милашка, — давил лыбу Хо, зевая и шурша тапками в ванную.