cause I know, you save me.

— Этот проект передали нам из-за распада коллектива, который работал над ним до нас, — объяснял директор внезапный рабочий завал, пролистывая слайды, — Закончить нужно к концу месяца. Вы — те, кому я могу доверить это дело. И я очень надеюсь, что не разочаруете. — Господин Ли, вы можете на нас положиться! Наши руки повидали немало трудностей, и мы готовы вложить свои силы, чтобы в этот раз всё прошло идеально. — Спасибо, Сонхун, — удовлетворённо кивая говорил Лино, возвращаясь к обьяснению материала. По окончании собрания, пока работники расходились на свои рабочие места, в голову Мина снова пришёл мальчишка. Джисон нередко посещал его мысли, напоминая двухнедельной давности ночь. Мужчина даже немного грустит, вновь желая прикоснуться, посмотреть в большие карие глаза, услышать мелодичный тихий голос. Но анкета Хана, как бы часто Минхо её не смотрел, постоянно была закрыта. «Я должен отпустить его» — думал он, даже не зная, что именно имел в виду. За пару недель Джи слегка забылся, всё реже приходя в чужую голову. Мужчина полностью окунулся в работу над проектом, не успевая зациклиться на чём-то, кроме желания поспать. Так шёл день за днём, неделя за неделей. Проект подходил к концу, нервы сдавали. Из последних вспышек эмоциональных и физических сил, Лино помогал подопечным, отчаянно стараясь не уснуть прямо на рабочем столе. Иногда его пинками (буквально) выталкивали из офиса, отправляя отсыпаться, но упрямый директор продолжал следить за процессом и исправлять ошибки дома, сидя в еле живом состоянии за компьютером. В последние же дни месяца его было не вытащить из здания компании: Ли по несколько раз проверял данные проекта, каждую буковку. Всё должно было быть идеально. И вот, день «икс». Заказчики с грозными лицами назначали время, вынуждая кончики пальцев подрагивать от напряжения. Каждый был уверен в работе на все сто, но только не директор. Мужчина параноил, что сделал что-то не так, поэтому до последнего сидел, не двигаясь и почти не моргая. Выдохнул только когда оставшаяся сумма была переведена, а заказчики уже покидали стены их компании. — Коллеги! — вышел из комнаты для совещаний Минхо, обращая на себя внимание сотрудников, — В честь хорошего завершения этого рабочего месяца, предлагаю отметить это в каком-нибудь баре. Как вам такая идея? Помещение наполнилось положительными гудениями и переговорами. — Точную дату выложат в беседу, кто не может отпишитесь сразу. Кивая, мужчины и женщины возвращали взгляды к мониторам. — Господин Ли! — с улыбкой подошëл к директору начальник одного из отделов, когда остальные уже вернулись к работе, — Как вам идея посетить со мной одно новенькое кафе и, тем самым, поужинать там? За мой счёт. — Знаешь, я не против, — пожал плечами Хо, мол, почему бы и нет. — Что на счёт субботы? — Я свободен. — Тогда я напишу, — мужчина, переминувшись с ноги на ногу, поклонился и ушëл, засмущавшись от долгожданного внимания от Мина. 🐾 Закончив со всеми оставшимися делами в компании, Хо отпустил работников пораньше. По его мнению, каждый заслужил отдых: они достаточно трудились для этого. Да и сам Ли совсем не против лишние несколько часов потратить не на порчу зрения за компьютером в душном кабинете, а на драгоценный сон с ощущением кошачьей любви. В последнее время из-за мороки с проектом питомцы всё меньше и меньше получали такую важную ласку от хозяина. Минхо добрался без пробок, сначала заезжая в магазин, а после сворачивая в другую сторону — домой. Здороваясь со всё теми же соседями у подъезда, мужчина зашел и вызвал лифт на свой этаж. Его шаги отражались от стен лестничной клетки, как резиновый мячик, издавая «чпокающие» звуки, прекращаясь на время, пока Ли крутил ключом в замке своей квартиры. — Малыши мои, — закрывая дверь лепечет Минхо, садясь на корточки только чтобы почесать Суни за ушком, — Вы хорошо себя вели? Сейчас я вас покормлю, — провел ладонью по пушистым спинкам остальных котов, быстро переодеваясь в домашнюю одежду. Пропахший офисом костюм отправился в стиралку. Лино, по привычке разговаривая вслух, общался с животными, пока те ждали свой ужин. Он достал три пачки жидкого корма, вываливая каждую в отдельную миску и доливая воду, куда нужно было. Себе же Мин разогревал вчерашний рис и нарезал салат, задумавшись и чуть не отрубив себе палец. Переместившись с подносом на диван, мужчина включил первый попавшийся сериал, чтобы разбавить тишину. Тарелки стремительно пустели с каждой минутой, сюжет на экране неинтересно продвигался. Следя за действиями главных героев, Лино уже знал, чем закончится эта история. — Ну останови ты её, дурак, — уже в полусонном состоянии говорил он, когда девушка в телевизоре ожидала посадку на самолёт, — Ты ведь страдать потом будешь, — мужчина стоял в аэропорту, через стекло наблюдая, как его возлюбленная поднималась по трапу, — Это точно не конец, — бубнил, засыпая, а серия заканчивалась, кидая завязку на следующий сезон, которую Ли уже не видел. Он расслаблено дышал, меняя позу раз в несколько минут. Коты, понюхав его, уложились кто куда: Дуни сложился каралькой на груди, Дори уткнулся в шею, а Суни привычно лежал в ногах, грея своим теплым телом. Темнота поглощала своим спокойствием ровно до тех пор, пока в дверь не постучали. Мин открыл один глаз, вслушиваясь и мысленно надеясь, что стучат на самом деле к соседям и ему не нужно вставать с нагретого дивана, но не тут то было. Стук повторился несколько раз, становясь тише под конец. Следующие десять минут тишина снова бегала по комнатам, прерываясь новым, совсем слабым ударом в дверь, вынуждая всё-таки подняться и, босыми ногами шлепая по полу, выйти в прихожую. — Кто там? — спросил Минхо через зевок. — Извините, — слышался снаружи с трудом уловимый дрожащий голос, — Простите, я. Ли распахнул глаза, окончательно просыпаясь. Он быстро посмотрел в глазок, отпирая замок без лишних слов. Перед ним Джисон, ещё более маленький, чем в их прошлую встречу, стоял, шатаясь, и извинялся взглядом за поздний подъём. С волос текло, одежда грязная и мокрая насквозь (мальчик наверняка долгое время провёл под ливнем на улице). Губы поджались в последних секундах, пока красные от слёз глаза закатывались и Лино, благодаря своей быстрой реакции, вовремя словил легкое тельце, занося на руках внутрь, прикрыв дверь. 🐾 Жмурясь, Хан с трудом осознавал реальность. Помутнение никак не сходило, ухудшая зрение в несколько раз. Голова болела, сердце билось бешено, гоняя кровь по венам вперемешку с диким волнением. — Проснулся? — услышал он на краю подсознания, пуская все силы на неудачные попытки если не встать, то хотя бы сесть, — Не поднимайся. — Где я? — Ты пришёл ко мне ближе к трём ночи, но шлёпнулся в обморок на пороге, — укрыл покрепче одеялом, — У тебя высокая температура. — Извините, что помешал вам. — Сейчас не об этом, — старший пригладил чужие, всё ещё сырые волосы, — Как ты в такой поздний час оказался у моего дома без нормальной одежды? Джисон всё-таки сел, спиной придвигаясь к изголовью кровати, освобождая место для Лино. — Я тебя слушаю, Джисон’а. — На меня настучали, — щёлкая пальцами начал Хан, — Парни, с которыми я живу в комнате, как-то узнали про нашу прошлую ночь. Они никогда меня не любили, поэтому тут же сдали директору. А он за такое наказывает, — слёзы начали собираться в его откровенных глазах, — Мне не давали еды почти две недели, на это время привязав цепь к ноге, чтобы не мог даже до выхода из комнаты дойти. Они отправляли меня на заказы, где брали по кругу. Возбуждение держалось на одних таблетках. А потом у меня начались проблемы со здоровьем из-за постоянных избиений, — слезинка всё-таки покатилась по щеке, — Я не выжил бы, вы понимаете? Мне пришлось сбежать. Но если бы я остался на улице в любой точке города, они бы нашли меня. Вы единственный, чей адрес я помню. — Я рад, что ты доверил свою жизнь мне, Сонни. Ты восстановишься и мы обязательно сделаем так, чтобы эти уроды получили за всё, что сделали с тобой, — и говорил правду, сдерживаясь, чтобы прямо сейчас не пойти в полицию, — Позволишь мне быть рядом? Разрешишь заботиться? — Я боюсь, очень боюсь. — Моё единственное желание на данный момент, это помочь тебе. — Вы пустили абсолютно чужого человека в свою квартиру ночью, — кивнул в подтверждение своих слов Джисон, — И вы имеете полное право выставить меня за дверь, так как. — Ханни, послушай меня, — Ли установил зрительный контакт, — Если ты пришёл ко мне за помощью, я могу и хочу оказать тебе её. Если тебе будет легче, считай, что мы давние друзья и снимаем квартиру вместе. Если же тебе будет некомфортно, какие-то проблемы или вопросы, будем решать по мере поступления. Ты готов? — Да, — выдыхая, цедил Хан сквозь стеснение, — Спасибо вам большое. — Вот и славно, — щёлкая по носу, мужчина приложил ладонь ко лбу младшего, — Горячий, но уже не такой, как раньше. Я дам тебе свои вещи. Пока будешь переодеваться, сделаю нам что-нибудь на завтрак. Есть пожелания? — На ваш вкус, — пожимая плечами, Джисон принял стопку вещей, состоящую из свободной футболки и шорт. — Жду тебя на кухне, — говорил Ли уже на выходе из комнаты. Ему всё ещё слабо верилось, что это на самом деле происходит. Он действительно позволил малознакомому мальчишке остаться у него на неопределенный срок? Правда готов за свой счёт содержать его? Бред. Всё это казалось лишь странным, долгим сном. Но нет. В памяти отлично отпечаталось, как тревожно спал Хан и как тревожно сидел рядом с ним Лино, промакивая тряпочку на лбу младшего каждый час. Мужчина так и не уснул. Он старался поддерживать состояние Сона, следя за температурой его тела. Градусник метался между тридцати восьми и девяти. Минхо был вынужден вытащить Хана из сна, попросив выпить таблетку. Мальчик, глотнув воды, тут же упал обратно, возвращаясь к недосмотреным снам. И вот сейчас, когда он сидел за столом, болтая ножками, атмосфера комфорта окутывала их с головой. — Хён, — позвал Джи, — Я хочу устроиться на работу. Хо, переворачивая блинчик, чуть не уронил его на пол. — Милый, ты ещё не полностью оправился, — отставив сковородку, он повернулся к другу, — Нужно немного с этим повременить. — Ну хён, почти месяц прошел! Я сижу на твоей шее, — хныкал мальчик, переживая. — Сонни, мы не раз это обсуждали, — последний блин допекся и старший отключил плиту, переводя всё внимание на собеседника, — Я рад, что могу приходить домой и видеть здесь тебя. Рад, когда ты встречаешь меня после работы с вкусным ужином и объятиями. Это бесценно, понимаешь? Я не хочу заточать тебя здесь безвылазно, но ты ещё слишком слаб чтобы работать в полной мере. — Я понимаю, — вздохнул Джисон, сминая снятый с запястья браслетик, — Ты мне во всём помогаешь, покупаешь дорогие вещи. Я живу полностью за твой счёт. — И это не проблема для меня. — А для меня проблема, хён. — Так, хорошо, — Ли почесал затылок, — У тебя есть варианты работы? — А, да! До попадания в бордель я увлекался музыкой. Если ты разрешишь мне иногда брать твой ноут, я мог бы продавать свои песни! — вдохновлённый такой идеей, Хан ждал ответа. — Завтра поедем, купим тебе оборудование, — улыбнулся, — Микрофон, компьютер, — ответил на повисший в воздухе немой вопрос. — Оно же безумно дорогое, хён! — Это моё решение, — прервал возмущения Мин, ставя на стол несколько мисочек с соусами и одну большую с блинчиками, — Налетай. Они жили вместе вот уже четветрую неделю. Делили между собой обязанности по дому (большую часть делал Джи под предлогом «ты же работаешь»), вместе завтракали, совмещали ужин с просмотром фильмов. И каждый дорожил этими совместными моментами, храня их в рамочке своего подсознания. Лино стал охотно возвращаться домой не только ради любимых котов. Теперь его там ждал человек-лучик, с порога топящий обнимашками и рассказами, как прошёл день. Приезжая уставший, Хо никогда не останавливал эмоциональные тирады Джисона. Младший ждал похвалы за то, что покушал, требовал купить Дуни новую игрушку, чтобы тот не игрался с руками и ногами Хана. Но сколько бы эмоций в нём не бурлило, мальчик всегда мог выслушать и поддержать, в нужный момент просто успокаивающе подышав в шею, пока старший не мог уснуть от волнения за новый проект. Это расценивалось как нечто драгоценное, иногда даже интимное. Именно то, чего Мину не хватало, появилось без предупреждения и одиночество, как и тактильный голод, отошли на третий план. Первые два гордо занимали Джисон и питомцы. Хан осветил холостятскую квартиру домашним уютом, за что Ли очень ему благодарен. 🐾 — Хён! — летел мальчик в коридор, когда замок на двери щёлкнул и старший зашëл внутрь с видом выжатого лимона. Джи даже слегка испугался, — Ну что там? — Мы так старались, — с толикой грусти начал Лино, — И не зря! У нас получилось, Сонни! — и заранее распахнул с улыбкой руки. — Правда?! Я так рад! — ожидаемо прижался всем телом Джисон, скрещивая руки за чужой спиной, — Ты большой молодец! — Спасибо, милый. — Устал, наверное, очень? Иди переодевайся и мой руки, я пока тебе ужин положу, — Джисон подтолкнул старшего в сторону его спальни, уже собираясь свернуть на кухню, но его потянули за собой в комнату, переплетая пальцы, — Хён, а ужин? — Ох, я так уморён, — стягивая с натренированого тела костюм, оставаясь в одних боксерах, мужчина устроился под одеялом, просяще смотря в карие глаза напротив, — Полежишь со мной? Я замёрз. Джи, смущаясь, скользнул вниз, ложась пластом на край кровати. Лино же, тяжко вздохнув, за талию нежно придвинул его ближе, накрыв одеялом. Сердце младшего забилось в разы чаще: Минхо руками, что обвивали ханов живот, чувствовал бешеные удары даже через ткань его пижамы. Спать с Ханом всегда было хорошо. Он мягкий, вкусно пахнущий и с пушистыми волосами, в которые можно нырнуть носом и вдыхать-вдыхать-вдыхать, чувствуя, как запах ягодного геля для душа распространяется по лёгким. Джисон любил это не меньше. Столько ласки и заботы он не получал с десяти лет, поэтому был рад каждому прикосновению, хоть иногда и боялся. Спустя почти час раздался звонок, а за ним ещё несколько настойчивых ударов в дверь. — Ханни, лежи, я открою, — вынужденно проснувшись, Мин неглядя надел халат и пошлëпал из комнаты в прихожую. Джисон от чистого интереса последовал за ним, оставаясь за углом. — Кто там? Не дожидаясь ответа, Хо открыл дверь, натыкаясь на мужчину, раза в два больше его самого. У него черные короткие волосы, широкие плечи и накачаная грудь. Жестким вглядом он пилил дырку в Ли. — Хан Джисон. Мы знаем, что он у тебя.