Ставки на любовь

*глава от лица Арсения Сергеевича* Мысли о спящей Щербаковой в моей машине не давали покоя. Она явно была из тех девушек, которые постоянно притягивают к себе неприятности. Мы провели с ней ровно два ужина в качестве фальшивой пары. И мне искренне хотелось поскорее забыть их, вычеркнуть из памяти и вернуть свою прежнюю жизнь, в которой никогда не было этой девчонки. Более того, грызущее изнутри ощущение от лжи буквально убивало меня. Я понимал, что последствия всего этого цирка рано или поздно придется разгребать. И если маме можно было наплести трогательную историю разрыва по причине загруженности или несовместимости характеров, то с бабушкой такой фокус не пройдет. Эта женщина слишком разбирается в жизни и в людях, а ко всему прочему, отлично знает своего внука. С той нелепой встречи с родителями Щербаковой прошла неделя. Но я до сих пор не мог выбросить из головы сонную фигуру девушки, свернувшуюся калачиком на пассажирском сиденье моего автомобиля. Я долго рассматривал ее лицо и тело уже по приезде на нужный адрес, пока студентка сама не проснулась. Искренне пытаясь понять, что в ней такого особенного, я постоянно крутил в голове цифру 73 — ее номер, прозвище, которое больше походило на какое-то проклятие. На видных местах тела девушки не было татуировок или знаков. Светло-русые волосы волнами лежали на плечах, спадая прядями на лицо. Ровная белая кожа была покрыта легким румянцем от холода. Щербакова выглядела как беззащитное существо, но когда бодрствовала казалась мне самым страшным кошмаром в моей жизни, готовая разрушить своим упрямством всё на своем пути. От воспоминаний вечера закружилась голова. Я посмотрел на свои руки. Создавалось ощущение, что их жгло от прикосновения к ее коже даже спустя несколько дней. Всё то, что я знал о ней — по-своему притягивало. Мне хотелось залезть в эту историю глубже. Понять причины, истоки ее прошлого. Почему именно покер? Почему она бросила это дело? Кто ее родители? С каждой нашей встречей вопросов, на которые я жаждал получить ответ, становилось все больше. Ее семья показалась мне хорошими людьми. Ее отец явно не выглядел как покерный мафиози, научивший свою дочурку азартной игре. Он больше походил на владельца средненького бизнеса, без стремлений и амбиций в работе и заработке. Ольга Борисовна произвела на меня впечатление интересной женщины. Она явно любит свою дочь и, что не менее важно, разделяет ее увлечения. Когда Щербакова рассказывала мне о родителях, говоря, что они обычная семья, я не поверил ее словам. Впрочем, интуиция не подвела меня. Криминальные подробности о покере, крупном проигрыше отца из ее детства лишь доказали и подтвердили мои предположения. Что-то здесь было нечисто. Семья Щербаковых явно прятала скелеты в шкафу, о которых даже страшно было думать. Я никогда не встречал похожих историй и людей: девочка, которая выигрывает сложнейшие турниры в покер с самого детства. В моей голове не укладывалась эта картина, поэтому внутреннее чувство кричало сторониться этой особенной студентки. Мысли об ее страхах и фобии тоже крепко засели в моей голове. Я был искренне удивлен тому, что девушка ни разу в своей жизни не летала на самолете, не плавала нигде, кроме бассейнов и до сих пор боялась лифтов и замкнутых пространств. От ее душераздирающих слов и откровенностей, которые ей так тяжело давались, появлялось резкое и глупое желание помочь. Показать, как прекрасен и по-своему безопасен мир. Подарить ей возможность дышать полной грудью, не оглядываясь назад и ничего не бояться. В конце концов, во что бы то ни стало, помочь побороть все ее страхи раз и навсегда. Но, к счастью, годы нахождения в серьезном бизнесе принесли свои плоды. Я привык не испытывать эмоций, тем более — не показывать их. Ко всему относиться хладнокровно, с жестоким равнодушием. Именно эта моя сторона до конца убедила меня в том, что все те эмоции, возникшие в отношении к этой девице — сплошной бред. Это не мои проблемы и никогда ими не были. На этом можно поставить большую и жирную точку в главе под названием «фейковые отношения со студентками», пообещав никогда больше не ввязываться в подобное. Громкий звонок телефона резко вывел меня из мыслей. На экране появилась надпись «отец», которая отбила все желание поднимать трубку. Сглотнув, я сморщился, но все же понес смартфон к уху. — Сын, привет! , — раздался бодрый голос на том конце провода. — Здравствуй, — сухо ответил ему я. — Хотел сказать, что не смог присутствовать на юбилее бабуш… — Я в курсе, — перебил его я, — Снова за свое? , — задал я краткий вопрос, зная, что он поймет, о чем речь. — Я тебе уже говорил не учить меня жизни, — сквозь зубы прошипел отец, быстро сменив интонацию «доброго папочки». — Тогда зачем ты мне звонишь? , — съязвил я, зная, что это приведет отца в бешенство, — Может быть снова для прикрытия одной из твоих покерных точек? , — я сжал челюсти, — Ну и где на этот раз? Снова Питер? Или Казань? , — костяшки кулаков побелели, и я только сейчас заметил отметины ногтей на ладони. — Если бы мне не нужна была твоя помощь, я бы давно скинул трубку, — скупо кинул отец в своей безразличной манере. — Но ты до сих пор на проводе, — довольно ухмыльнулся я, слыша в динамике его гневные выдохи. — Не вынуждай меня… — Что тебе надо? , — снова перебил я, на этот раз холодным жестким тембром, — У меня нет времени на твои идиотские игры. — Благотворительный вечер. Эти выходные, — кратко сказал отец, переходя наконец к сути, но без лишних подробностей. — Нет, — сразу же дал ответ я и уже готов был положить трубку, но голос отца меня остановил. — Ты не дослушал, — утвердительно сказал он. — Мне и не нужно, чтобы понять, что ты опять хочешь меня куда-то втянуть, — устало начал объяснять я, — Я уже говорил тебе, что завязал с этим. — Ну разве можно так говорить о родном отце? , — притворно произнес он, явно издеваясь. — Твои манипуляции давно на меня не действуют, папа, — ответил ему я, выделяя акцентом последнее слово. — Они мне и не нужны, — усмехнулся отец, — Но я припоминаю, что за тобой есть должок, — его голос стал намного веселее, отчего по спине пробежал неприятный холодок. — Я говорил тебе тысячу раз, что помогать тебе буду только в бизнесе, а не в… — Случай как раз подходящий, — перебил меня папа, — Считай, что это бизнес встреча, — он посмеялся в трубку, — На вечере будут мои коллеги, и я надеялся, что ты появишься в компании той самой таинственной незнакомки, которая была на юбилее бабушки. От упоминания Щербаковой сердце сделало кульбит. — Черт, — я тихо выругался, но отец все же услышал меня. — Ты видимо забыл, что слухи в нашей семье распространяются слишком быстро, сынок, — приторно сказал он последнее слово. — Не знаю, что ты задумал на этот раз, но я не позволю тебе втянуть ее в свои грязные дела, — прошипел я. — Не преувеличивай, сынок, — снова начал отец, — Это просто выходные за городом. Говорят, что погода на следующей неделе будет аномально жаркая для сентября, представляешь? , — опять с притворной любезностью сказал он, — Грех упустить такую возможность. — Что ты хочешь от меня? , — напрямую спросил его я, боясь представить, что он может выкинуть на этот раз. — Присутствие на вечере и деловая встреча с одним из моих новых коллег, — перечислил отец. — Ты же говорил, что это благотворительный вечер, — с недоумением спросил я. — Так и есть, — подтвердил он, — Сбор денег на мой новый проект, и я очень надеюсь на присутствие сына во время этого исторического события, — смех отца эхом ударил в голову. Я закрыл глаза, понимая, что выхода нет. — Кто инвестор? , — сухо спросил я, чтобы знать, к чему готовиться. — Это будет сюрпризом, — ухмыльнулся папа. — Я приеду, но без Даши, — уверенно произнес я. — Нет-нет, — запротестовал отец, — Это мое главное условие. — Здесь не ты ставишь условия, папа, — сквозь зубы выпалил я, сжимая телефон в руке. — Мне кажется, ты кое-что забыл, Арсений, — голос отца изменился, отчего ладони резко вспотели. Я прокашлялся. — Ошибаешься, — не подавая виду, продолжил я, — Я помню больше, чем следовало. — Вот и прекрасно, — не обращая внимания на мой сарказм продолжил отец, — Тогда давай, пожалуйста, без истерик. Жду вас с Дашей в субботу на все выходные, адрес ты знаешь — встреча будет в нашем доме у озера. Я стиснул челюсти, стараясь держать себя в руках. — Ах, да, чуть не забыл, — через секунду продолжил он. — Что еще? , — холодно спросил я. — Возьмите купальники, будет жарко, — посмеялся отец и бросил трубку, оставляя меня наедине с короткими гудками. Я непроизвольно сглотнул. Зная отца, я был уверен в том, что последние его слова были самой настоящей аллегорией, и имел в виду он вовсе не погоду, а то, что будет происходить на вечере. Хуже всего было то, что Попов старший имел связи не то, что бы во всех городах, а во многих странах мира. У него повсюду были свои глаза и уши. Буквально всё окружение четы Поповых всю жизнь находилось под пристальным прицелом и наблюдением, будь то коллеги, друзья или приятели. Именно поэтому я знал, что если ослушаюсь его, пострадает она. Та, которая не сможет спрятаться от неприятностей, преподнесенных моим любимым отцом. Я выучил его, как свои пять пальцев. Он давно понял, что мстить мне — просто напросто бесполезно, поэтому всегда тщательно искал рычаги влияния извне. И в этот раз им оказалась студентка экономического факультета, которая будет вынуждена опять играть со мной в «фейковые отношения» ради собственной безопасности.