Шепни мне на ушко

      Се Лянь едва ли не забыл, как дышать, когда послышался тихий сонный голос его мужа.       — Гэгэ, ты чего? — в момент в темноте промелькнули две вспышки света. То были серебряные бабочки Хуа Чэна, закружившие возле принца.       Но бог не нашëлся с ответом, оцепенев. Ледяная волна стыда и паники окатила его, не позволяя даже пошевелиться. Дыхание стало поверхностным, а тело прошибла дрожь. Он и предположить не мог, что такое могло произойти. Се Лянь сейчас понял то, что произошедшее было сном, хоть и не помнил точно, когда заснул. Но вот последнее, что было в этом прекрасном сне, случилось наяву. Простыня под ним действительно была мокрой так же, как и его штаны, испачканные семенем и мочой. Не только они оказались испорчены, но даже нательная рубашка до пояса. Хуа Чэн приподнялся на локтях, ещë не понимая, что такое происходит с его мужем. Было лишь одно предположение - тому приснился кошмар. Демон проморгался, уже потянулся рукой к руке возлюбленного и только тогда понял истинную причину. Замерев лишь на несколько мгновений, он всë же взял своë божество за руку и нежно прижал к своим губам, запечатывая поцелуй на тыльной стороне ладони.       — Гэгэ, гэгэ, посмотри на меня, — спокойно попросил Собиратель цветов, пересев поближе к нему. Он прекрасно понимал, что ему ни в коем случае нельзя хоть как-то показать, что его эта ситуация беспокоит, ведь если этого не сделать, то тогда возлюбленный точно совсем расстроиться и сбежит, возможно, даже на несколько дней.       — Сань Лан, прости, я всë сам уберу! — выпалил Се Лянь, спрыгнув с кровати.       Он низко опустил голову, не в силах смотреть на супруга. Его щëки пылали от жгучего стыда, в уголках глаз скопились слëзы, и небожитель прикусил губу, стараясь не проронить ни капли, и снова застыл на месте, не зная, куда девать руки. Хуа Чэн вновь оказался рядом, нежно обняв супруга со спины. Его руки аккуратно обвили чужую талию, прижимая как можно ближе. Ладони Князя демонов с осторожностью начали поглаживать тело принца, лаская и успокаивая. Собиратель цветов даже не побрезговал прикасаться к мокрой ткани. Бог сильнее прикусил губу, борясь с самим собой.       — Ваше Высочество, — демон поцеловал бога в висок, и его мягкий голос действительно возвращал в реальность. Он опустил голову, устроив еë на надплечье Се Ляня, потëрся о него щекой. — Всë в порядке.       — Нет, Сань Лан, нет! — Небожитель всë же отталкивает от себя супруга, выставляя перед ним руку, чтобы тот к нему не подходил. И на этом моменте война с собой была проиграна.       Наследный принц думал, что в этой жизни уже не осталось места для стыда, а как оказалалось, всë совсем наоборот. Было ещë столько причин стыдиться, и не всегда этот стыд был приятным. Слëзы всë же скатились по его щекам, оставляя мокрую дорожку. Послышался тихий всхлип, который он не смог сдержать. Се Лянь дрожал, едва ли заставляя себя стоять на ногах и не падать на пол. Он готов был просто разрыдаться в любое мгновение, хотя, казалось бы, из-за чего? Бог зажмурился, медленно опустив руку. Перед глазами всë поплыло, все неприятные чувства больно давили на сердце, от чего еще несколько капель солëной жидкости сорвались с глаз и побежали по впыхнувшей от стыда коже. А в следущий миг небожитель удивлëнно распахнул глаза, когда ощутил, как его носа коснулись маленькие тонкие лапки бабочки, будто целуя.       — Гэгэ, послушай меня, — Хуа Чэн вновь оказался рядом, взяв своего возлюбленного за руку. — Я понимаю, тебе неприятно и стыдно, но ты ведь знаешь, что из-за этого я не стану относиться к тебе хуже?       — Сань Лан...— Се Лянь повернулся, утыкаясь носом в грудь супруга, и сжал ткань его нательной рубашке, не выдержав напора нежности от него. Тяжело вздохнув, он всë же посмотрел в единственный глаз, что с сильнейшей любовью смотрел на него в ответ. — Я знаю, знаю, Сань Лан. Но мне уже больше восьми сотен лет, а я...       — Ваше Высочество, разве я не сказал, что...— демон осторожно коснулся щеки бога, вытирая мокрую дорожку от слëз, нежно провëл пальцами по бархатной коже и подцепил подбородок, — это не имеет значения? Я люблю тебя, и ничто не может это изменить.       Тихий голос Хуа Чэна, ласкающий слух, успоспокаивал, и Се Лянь прижался к нему сильнее, обвивая руками талию. Он приоткрыл губы, чтобы ответить, но не успел, ведь Собиратель Цветов очень нежно слился с ним в поцелуе, на мгновение выбивая все мысли из головы. Принц поддался на эту ласку, лениво отвечая на такой жест, пока его руки оказались на шее демона. Поцелуй был нежен, без намëка на страсть. Чувствовалась лишь безграничная любовь и преданность, безоговорочное доверие. Сладость чужих губ распространилась и на его губы. Было так тепло и приятно, что не хотелось прекращать, только растянуть на целую вечность, но воздух имел свойство заканчиваться, и оттого пришлось отстранится, жадно вдыхая его.       — Гэгэ, пошли в купальню?       Но небожитель не ответил, удобно устроив лоб на изгибе чужой шеи. Сейчас он почувствовал сильную вину, стыд и страх, когда отстранился от губ мужа. О нëм ведь так заботятся, абсолютно всем показывая то, что готовы принять любым, а он... Наверняка сейчас Сань Лан думает, что ему приснился кошмар, поэтому так нежен. Но если бы он только знал, что было в этом сне на самом деле, то наверняка бы посмотрел на него с отвращением. И видеть бы не захотел, прикасаться к нему и заниматься сексом с ним. Кому вообще могло такое понравился? Это он такой неправильный, грязный, со своими низменными желаниями; от этих мыслей больно закололо в груди.       — Гэгэ, разве такая мелочь стоит твоих слëз? — Хуа Чэн, заметив это мельчайшее изменение в поведении, лишь тихо засмеялся, в попытке поднять настроение своего мужа. — Что было в твоëм сне? — искренне спросил он, погладив по спине.       Се Лянь вновь промолчал, поджав губы, и даже не поднял головы. Этот вопрос застал его врасплох, заставив вздрогнуть. Врать Сань Лану он совсем не умел, и решение просто не отвечать выглядело не так уж и плохо на фоне правды.       — Простыни, — даже слишком тихо сказал принц, переведя тему, так и не решившись вновь поднять взгляд.       — Сожгу, — уверенный ответ и нежный, успокаивающий поцелуй в висок.       Хуа Чэн подхватил бога под бëдра, как делал это множество раз, вновь поцеловал, но в этот раз в щëку. Это всегда было лучшим методом, чтобы отвлечь Его Высочества от плохих мыслей.       — Сань Лан, я грязный, отпусти! — он попробовал спрыгнуть, на что его только сильнее прижали к себе, усилив хватку, будто держали самое ценное на свете сокровище. Хотя так оно и есть.       — Для меня имеешь значение только ты, и мне совсем неважно, какой ты, — эти слова звучали уже так много раз, но снова заставляли осколки холодного льда, режущие душу, таять.       Се Лянь сам потянулся к губам мужа, заметно расслабившись. Поцелуи с Хуа Чэном будто снимали всю усталость, весь негатив и доставляли лишь удовольствие. Сейчас ведь действительно не о чем переживать: никто посторониий лишнего не узнал, Сань Лан ничего не заподозрил, а все улики будут уничтожены. В самом деле, изначально это не стоило того. Зря только волновался, переживал и боялся. И чего это так расклеился? Можно ни о чëм не думать, даже если он всë ещë в грязной одежде, а постель в полном беспорядке.       Наследный принц даже не заметил, как они оказались в купальне, с поднимающимся полупразрачным паром от бассейна с водой, нагретой до идеальной температуры. Демон нежно отстранился, поцеловал его в щеку, в нос, в другую щëку, лоб и лишь тогда, по-лисьи улыбнувшись, опустил его в воду. Белые изящные пальцы осторожно добрались до пояса, развязали его и, подцепив, отправили в полëт.       — Гэгэ позволит этому супругу позаботиться о нëм? — Князь демонов с искренней любовью посмотрел на божество перед ним, больше ничего не трогая из той немногочиленной одежды, что была надета.       — Сань Лан, не заставляй меня чувствовать себя ребëнком, которому 5 лет от роду. Я и сам могу...— в конце Се Лянь засмущался, отведя взгляд в сторону. Так как он сидел в воде по пояс, но всë еще не снял с себя ткань, то та прилипла к нему, став полупрозрачной и обнажив все его прелести.       — И в мыслях не было, Ваше Высочество, — демон сбросил с себя нижнюю рубашку, и тоже зашëл в воду, вставая перед небожителем.       Бог сдался, просто кивнув. Кажется, его вновь начинало клонить в сон, а нежные прокосновения мужа только убаюкивали его, окончательно расслабляли и заставляли забыть о неприятной ситуации, произошедшей сегодня ночью. Горячая вода и пар вкупе со всем этим просто не оставляли ему шансов, он вновь засыпал, пока о нëм заботились. Было действительно приятно после стольких лет одиночества и скитаний вновь обрести счастье, дом и семью.       — Сань Лан, что ты делаешь..?— Собиратель Цветов уложил его на кушетку, обтирая мягчайшим полотенцем после того, как вымыл и вытащил из воды. Начал от груди, очень плавно перешëл к стопам, которые поочерëдно поцеловал, но будто не насытившись этим, коснулся губами каждого пальца по отдельности.       Демон решил зайти ещë дальше, поведя дорожку лëгких поцелуев по икре одной ноги, перейдя на бедро. Он чуть раздвинул ноги принца, чтобы выцеловывать места на внутренней стороне, а уже у самого паха поставил метку и отстранился.       — Вашему Высочеству не по нраву?       — Я просто... Мфх, Сань Лан!       Хуа Чэн, видимо, решил завершить начатое, уместившись между ног у Божества. Его язык плавно скользнул по наполовину вставшему члену. Ласка столь умелая, вызывающая приятную дрожь по всему телу, не оставила Се Ляню и шанса, и тот тихо застонал. В теле вновь разгорался пожар возбуждения, и волна жара резко поползла вверх. Милый румянец залил всë лицо, уши и шею. Демон лишь на секунду взглянул на возлюбленного, а после, довольный результатом, вобрал член в рот наполовину. Принц почти инстинктивно запустил свои пальцы в волосы супруга, сжимая, и потянул, как бы говоря о том, что хочет дальше и больше.       Непревзойдëнный поддался, и налитая кровью головка упëрлась прямо в горло. Он втянул щëки, прекрасно зная, что нравится Его Высочеству. Руки плавно скользили по бëдрам.       — Сань Лан... Ах, Сань Лан, — как бы ни старался бог, заставить себя молчать не мог. Приятное тепло распространилось по всему телу, а сладкая нега после горячей воды еще не прошла, оттого даже вдвойне хорошо.       Было так обжигающе горячо, что не оставалось никаких причин для остановки. Се Лянь уже начал немного двигать бëдрами навстречу мокрому рту. Слюна, которую Хуа Чэн не успевал сглатывать, потекла по его подбородку, поблëскивая на свету. Дышать было не обязательно, чем охотно пользовался Князь демонов, полностью отдаваясь во власть своего божества. Губы плотно обхватили член, будто не собирались отпускать вообще никогда, навеки оставив внутри. Собиратель цветов совсем себя не сдерживал и открыто стонал, чем создавал вибрацию в горле. Он умело двигал своей головой, буквально сводя принца с ума.       Вскоре делать что-то лишнее уже было не нужно, только позволить мужу трахать его глотку. Но демон не был бы демоном, если бы не пристроил куда-нибудь свои руки. Так что, одна из них нежно коснулась яичек, начиная их массировать, а вторая ласкала бедро то с внутренней, то с внешней стороны. От чего Се Лянь уже совсем не сдерживал стоны, откинув голову чуть назад, громко показывая, как ему приятно.       Орган легко проскальзывал в рот Хуа Чэна из-за обилия слюны и предъэякулята, погружаясь глубоко в глотку. Собиратель цветов языком ощущал каждую венку, пытаясь дополнительно полизать орган, от этого возлюбленный дрожал лишь сильнее, сжимая волосы супруга. Демон крепче сжал бедро и глухо застонал в момент, когда головка члена в очередной раз упëрлась в горло, посылая приятную вибрацию от голоса.       У Хуа Чэна от этих ощущений кружилась голова, и собственное возбуждение стало уже болезненным. Пришлось не надолго отпустить Его Высочество, чтобы стянуть с себя мокрые от воды нижние штаны, которые до сих пор оставались на нëм. Вставать было не вариантом, так что он спустил их до колен, оставив так. Рука сама двинулась к налитому кровью нефритовому столбу и сжалась на нëм, сделав несколько грубых движений вверх-вниз. Демон с пошлым звуком выпустил член изо рта, взглянув на своего Бога, но тот явно был против прекращения минета и притянул обратно, что вышло слишком быстро. Непревзойдëнный от неожиданности, от такого нетерпения, подавился, и в уголках глаз выступили слëзы. Но это было лишь секундное помешательство, а потому он быстро собрал себя в кучу и, продолжая себя ублажать рукой, продолжил сосать и позволять вбиваться в его рот и горло.       Было прекрасно слышно, как сильно сбилось дыхание у Се Ляня. Каждый его стон, вздох, судорожный выдох и все телодвижения Хуа Чэн улавливал моментально, подстраиваясь под нужный темп. И тот факт, что прямо сейчас он стоит на коленях перед своим богом, ублажает его своим ртом, а тот этим наслаждается, просто вытолкнул его за грань. Тут же мощный оргазм накрыл его с головой, и поток семени выстрельнул из члена в плотно сжатый кулак. Это его полностью расслабило, а потому он чуть было не рухнул, устояв ровно лишь чудом.       Принц продолжил трахать рот своего мужа, удерживая его голову на месте. Было тепло, мокро и безумно приятно. Единственная мысль, которая осталась в голове, - кончить. Он потянул Хуа Чэна за волосы, насадив на свой член до упора. С характерным звуком небожитель продолжил в быстром темпе вбиваться в глотку мужа. Волна удовольствия поднималась всë выше и выше, пока не обрушилась на него, заставив обильно излиться в горло и замереть, с таким родным "Сань Лан", сорвавшимся с губ.       Князь демонов послушно всë проглотил и, полежав так еще немного, выпустил изо рта член, перекатился на спину, укладывая голову на бедро своей любви.       — Я... Я благословлëн, — выдохнул он, облизывая опухшие от орального секса губы, а чистой рукой вытирая смесь слюны и предъэякулята с подбородка.       — Сань Лан, ты... — Се Лянь с трудом открыл глаза, посмотрев на своего мужа. И рука сама потянулась, чтобы нежно погладить его щеку.       — Гэгэ, ты бы знал, как я обожаю вкус твоей спермы, — почти шëпотом сказал Хуа Чэн, вновь открывая блестящий от удовлетворения глаз. — Можно ещë?       — Что..? — еще не в состоянии нормально мыслить, наследный принц непонимающе взглянул на супруга, поморгав несколько секунд. — Ещë?       — Ваше Высочество, я хочу больше, — демон приподнялся, а затем, убедившись, что на него смотрят, показушно слизал собственную семенную жидкость с пальцев.