Виновато солнце

«Патриарх живет высоко и много видит. Он живет давно и много знает, но много и забыл. Тысячи мудрецов тысячи лет не могут найти ответ на вопрос, что появилось раньше, кворх или яйцо. Патриарх знает, что сначала появился он. Горы похожи на облака, нанизанные на пики. Гнездо похоже на луну с выклеванной сердцевиной. Яйца покрывают его изнутри ровным слоем — они внизу, наверху и вокруг. Патриарх знает, что их количество неизменно, как неизменно количество живущих кворхов. Одни уже заселили тело, другие еще готовятся к выходу из яйца, а третьи парят между смертью и новым вылуплением. Кворх природой своей дух, он есть всегда, и всегда возвращается в гнездо. Никакие границы не задержат его, если приходит пора вернуться. Никакие расстояния не нарушат его круговорот». — И между мирами нырнет? — с надеждой спросил Тим, разогнувшись после завязывания шнурков. — Духи прикреплены к одному миру, или шастают, где хотят? — Смотря какие духи, — обтекаемо ответил Осик и закрыл ветхую старинную книгу. — Думаю, с нашим кворхом все хорошо. Возродится в яйце, вылупится в милом доме и будет рад, что какой-то говнюк его убил. Тим покосился на него с недоверием. Его кворх ничего не знал об их круговороте, и внутрияйцовую бытность свою не помнил. Откуда чужак Осик это узнал? Насобирал кворшьих мифов? Влез в их тайный архив? Может, в книжке вообще ничего такого не написано, и Осик тут сейчас наболтал, чтобы его утешить. — Патриарх-то тоже кворх, — сказал Осик загадочно и хитро, подходя к нему и кладя ладони ему на плечи. — Так же обучен сливаться разумами с другими существами. Помнишь, как ты у них внезапно полетел и высмотрел меня на холме с термосом и кляксой? Вот я примерно так же летал, только не с обывателем каким, а с самим праотцом. После этого рукопись и накропал. Чего таращишься? Думаешь, я вру? Ну, дело твое. От его ладоней было тепло, от слов еще теплее, а от открытого щедрого взгляда в упор жар бил в грудь и в щеки. И Тим решил больше об этом не думать. — Я шнурки завязал, сувениров набрал, — сообщил он весело. — Погнали тоже домой, а? Осик кивнул. — Самому не терпится дорваться до Инстаграма, — согласился он. — Сбегай, поторопи остальных. Тим поторопил Марка и Киру, отправил лакея к Ларцеву, чтобы не соваться к нему самому, и остановился перед пестрой цветущей лужайкой в парке, где тихо беседовали Арсений и Демид. Демид, заметив его, двинулся навстречу. — Народ, внимание! — вскричал Осик, выросший на дорожке с набитый рюкзаком за спиной. То ли ему надарили подарков, то ли он нагреб сам. — Двери закрываются! Демид встал перед Тимом, посмотрел на него спокойно и внимательно. На белоснежный воротник его рубашки хотела сесть бабочка, но в последний момент передумала. — Раз мы братья, могли бы познакомиться лучше, — предложил он со сдержанным дружелюбием. — Двери ведь закрываются не окончательно. Тим потыкался в газон мыском кроссовка. — Видно будет, — брякнул он с чуть-чуть грустной улыбкой и поспешил к Осику.