Границы дозволенного

— Нет, — прошептал Натаниэль, набирая чужой номер. — Ну же… Ичиро, стоявший недалеко от него, поднял бровь в немом вопросе. — Какого хуя?! — прошипел Моро, когда Натаниэль, толкнув, убрал его со своего пути и выбежал из комнаты. Передав торт стоящей рядом девушке, Морияма помчался вслед за парнем, Жан же, всё так же не отпуская камеру, на которую планировалось снять праздник, побежал за ними, не очень понимая, что происходит. — Ичиро, уйди нахуй! — нетерпеливо крикнул Хэтфорд, когда пассажирская дверь распахнулась. Но Морияма, не желая ничего слушать, всё же затолкнул Моро в машину. Натаниэль вдавил газ в пол, даже не обратив внимания, что задняя дверь осталась открыта. — Мы с тобой, — сказал Ичиро, попутно улетая в стену из-за резкого поворота. — Поосторожнее можно? Не обращая внимания на друга, Натаниэль, что всегда был против нарушения правил дорожного движения, гнал с огромной скоростью к выезду из города. Он чувствовал, как по щекам текут слёзы, обжигая холодом горячую кожу. Через пару долгих минут Хэтфорд наконец заметил то, что искал и резко затормозил и, не подумав ни секунды, вылетел из машины. Ичиро непонимающе покосился на то место, куда изо всех сил побежал его друг и прошептал удивлённое: — Блять… Жан, что в это время смотрел совершенно в другую сторону, ринулся к Натаниэлю. Морияма сначала не понял, что заставило Моро сорваться с места, но резкий гудок поезда быстро прояснил ситуацию. Натаниэль понимал, что бежит спасать живой труп, сам рискуя им стать, но эмоции внутри захлестнули его, не давая шанса остановиться. Машинист конечно нажал на тормоза, учитывая резкий визг, но остановиться за секунду, даже если и очень хотел, не мог. Прямо на путях, не двигаясь, лежал его Кристиан. Он смотрел в небо, даже не подозревая, что Натаниэль тут, бежит, чтобы вытянуть его из объятий смерти. И всё же каким бы быстрым ни был Натаниэль, выиграть гонку с поездом он не мог. — Нет! — в отчаянной попытке схватить любимого, Натаниэль кидается к путям, но вдруг его кто-то хватает за одежду. Противный хруст оглушил парня, а кровь, брызнувшая во все стороны, беспросветной пеленой застелила ему глаза. Ноги подкосились и лишь крепкая хватка Жана держала его в сознании.

***

Натаниэль проснулся на диване в гостиной, расслабляющая музыка, включенная ещё вечером, встретила его с распростёртыми, чертовски мягкими объятиями. Холод из открытого окна заставил поёжиться. Уже осень, пора бы приучить себя закрывать окна, подумал Натаниэль, надевая кофту. Широко зевнув, мужчина направился на нулевой этаж, где располагался спортивный зал. Как говорится, за ваши деньги любой каприз, да? Администратор поприветствовал его лёгким взмахом руки, не желая даже голову поднимать. Всё же вставать в четыре утра, чтобы успеть к открытию было тяжело. Как Натаниэль и предполагал, никто помимо него в такую рань сюда на ходил. В основном в этом доме жили люди состоявшиеся, которые могли работать в своём графике, поэтому вставать по будильнику многие не спешили, ну, как предполагал Хэтфорд. Хотя, парочка блогеров, жившая на два этажа ниже его, были специфическими людьми, от которых можно было ожидать чего угодно, поэтому Натаниэль бы не удивился, если бы встретил их тут. Но они всю ночь что-то снимали, судя по миллиону сторис, которые Натаниэль слушал, пока занимался на беговой дорожке. Вернувшись домой, он обессиленно упал на кровать. Настроения не было совершенно, возможно, это влияние сна, а может и дождливой погоды. Звук сообщения прервал его раздумья о желанном сне. [6:05] je.mor Не хочешь меня подвести?

[6.06] nat.hatf 40 минут.

Хоть Натаниэлю и надо было ко второму уроку, отказать другу он не мог. Наскоро одевшись, он спустился на минус первый этаж к подземной парковке. На дорогах ещё было не так много машин, поэтому добрался до друга он сравнительно быстро. — Доброе утро, — влетая в салон, кинул Моро. Хоть Натаниэль и припарковался довольно близко ко входу, ливень всё равно успел подправить причёску Жана, из-за чего он выглядел как промокший кот. — Зонтов для тебя не существует, да? — протягивая салфетки, спросил Натаниэль. — Иди ты, я надеялся добежать. А вот путь до школы был болезненно долгим из-за многочисленных пробок. Натаниэль успел переключить с десяток плейлистов, пока Моро не ударил его по руке в призыве отстать от бедного приложения и оставить всё как есть. — Не хочу туда идти, — жалобным тоном произнёс Жан, когда они остановились. Натаниэль лишь слабо кивнул в знак согласия. Родители ещё с детства учили быть готовым к любым ситуациям, поэтому у него всегда в машине лежал зонт. Из-за ветра он не сильно мог помочь, но лучше попробовать, так? Обогнув машину, Натаниэль открыл дверь для друга, что даже не заметил его отсутствия. — Не жалуйся по пустякам, — кинул рыжий, поднимая руку вверх, чтобы почти двухметровый Жан смог уместиться под зонтом. Вероятно, это смотрелось комично, ведь Рико стоящий на входе абсолютно точно ткнул в Кевина локтём, чтобы тот оторвался от телефона. — Знаешь, иногда смотрю на Рико, но вижу тебя, — прошептал Жан, подходя к крыльцу.

***

— Знаешь, Рико всегда был слишком сильно похож на тебя, — сказал однажды Ичиро, делая большой глоток вина. — Я не вижу, чтобы он перенял характер от отца, от матери или от меня. Он копия тебя. Обычно он улыбчивый, милый, обаятельный, но, если что-то произойдёт, сразу становиться серьёзным, как ты. Да и тянулся он всегда к тебе. В детстве всё время сидел рядом и слушал с искорками в глазах. — Ты преувеличиваешь, — гладя золотистого ретривера, отмахнулся Натаниэль. — Да ну? А кто его научил драться и метать ножи? А кто показал, как выбираться из западни любого масштаба? Кто научил его стрелять? Я, отец, мать? Нет. Это сделал ты, ведь он отказывался учиться, если объясняешь не ты. Он даже одевается как ты! — Многие одеваются как я. — Но не многие ходят с тобой по магазинам и покупают всё, что тебе нравится. Поверь мне. Рико это молодой ты. — Возможно… Надеюсь, что хоть проблем у него будет поменьше.

***

— Да… — прошептал в ответ Натаниэль, — да, я тоже. — Что ты тоже? — поинтересовался Рико, выхватив у мужчины зонт, чтобы побыстрее сложить его и войти внутрь. — Не бери в голову. Предупредительный звонок оповещает, что до начала урока остаётся пять минут, поэтому школьники начинают двигаться активнее. Кевин кивает на вход, предлагая наконец пройти внутрь. Охранник услужливо улыбается Жану, а после опять переключает внимание на камеры видеонаблюдения. На лестнице они расходятся, Рико и Кевин поднимаются на третий этаж, а Натаниэль с Жаном идут по второму в кабинет, за бланками, которые ученики вынуждены заполнить в ближайшее время. — Ты хоть отдохнул на выходных? — спустя какое-то время спрашивает Жан. — Да. Нормально. Сегодня я свободен весь день, поэтому приду в студию. Ты будешь? — отрываясь от бумажек, спрашивает Натаниэль. — Нет, не хочу. Понедельник день тяжёлый, сам понимаешь, да и… — Жан был прерван звонком с урока, — быстро же время прошло. Пошли, проведу, — разминаясь на месте, говорит он. Собирая бумаги, ранее раскиданные по столу, Хэтфорд благодарно кивает, ведь планировку ещё не выучил, и была возможность заблудиться. Пальто, ранее висевшее на плечиках, оказалось у брюнета в руках. — Что ты думаешь насчёт съёмки пораньше? Вечер — это атмосферно, но у меня не особо много времени… — их размеренный диалог был прерван смутно знакомым парнем, что с взволнованным выражением лица пытался что-то сказать. — Джереми, что произошло? — хватая парня за плечи, спросил Жан, надеясь его так успокоить. — Они опять дерутся. Ну как дерутся, скорее пытаются, ведь их держат остальные, — тараторит блондин. Натаниэль непонимающе поднимает бровь, но молча идёт за Ноксом, желая увидеть, кто же там уже успел поссориться. Всего первая перемена же… Чем ближе они подходят к коридору, где располагаются старшие классы, тем отчётливее слышны голоса. — Пидор! — Гомофоб хуев! — Да вас всех перестрелять надо! — Ты действительно думаешь, что нам не поебать на твоё мнение?! Какой ты самонадеянный, прям блевать хочется. Натаниэль тяжело вздыхает, ведь не узнать этот голос нереально. — Рико и Сет, — поясняет Джереми, расталкивая толпу, чтобы им было легче пройти. Натаниэль кожей ощущает заинтересованные взгляды подростков, что ожидают его дальнейших действий. Но спорящие их даже не замечают, продолжая гнуть свою линию. — Ты просто неотёсанный имбецил, который не может ничего, кроме как размахивать кулаками. Твой папочка всё детство вдалбливал тебе, что ЛГБТ это плохо, да? И сейчас ты просто хочешь, чтобы он наконец обратил на тебя внимание? Но он не обратит. Ему плевать на тебя, ведь ты не приносишь ничегошеньки полезного. Ты просто жалок, — с полыхающем огнём в глазах, не останавливаясь говорит Рико. Гордон же сначала молча слушает, а после, сжав кулаки, вырывается из чужой хватки и уходит. Натаниэль кидает недовольный взгляд на Морияму, что самодовольно улыбается. — Жан, загони их в класс, поковыряемся в ране, пока она ещё свежая. А я за Сетом, — безэмоционально кидает Хэтфорд и стремительно покидает место ссоры. Найти парня было не очень тяжело, ведь он забежал в крыло с администрацией. А там было тихо, как на кладбище. Но сейчас редкие всхлипы из мужского туалета разрушали гробовую тишину. — Сет, можно? — постучавшись в открытую ранее дверь, спрашивает Натаниэль. — Пошёл ты, — огрызается парень. Натаниэль опёрся о стену, встав напротив кабинок. — Можешь ответить пожалуйста на вопрос, — мягко говорит Хэтфорд, стараясь не спугнуть парня, — почему ты настолько против геев? — С чего это вдруг, я должен тебе отвечать? Ты — никто тут. Просто мудак, решивший, что если он закончил университет, то стал супер крутым психологом. Может ты вообще купил этот диплом, — Натаниэль решил не прерывать парня, если ему так станет легче, то он готов послушать оскорбления, — просто любимый сыночек богатых родителей. Получаешь всё, что хочешь, даже не стараясь. И сюда тебя взяли, лишь потому что ты друг директора. Чего ты вообще добился сам? Нихуя. — Почему же… — Хэтфорд присел на плитку, — Я мог стать профессиональным игроком в экси, меня приглашали в многие клубы. — И почему же не стал? — Не смог пойти против воли отца, сделавшим меня своим наследником, — совершенно честно ответил мужчина. — Идти против родителей вообще тяжело. Я не смог и теперь жалею. Часто думаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы я занимался любимым делом, а не это всё… — Твой отец психолог? — открывая дверь в кабинку, спрашивает Гордон. — Нет. Он бизнесмен. Я тут временно, пока Жан нового не найдёт. — Он не против, что ты работаешь тут? — потеряв всякой запал, Гордон спокойно уселся рядом. — Я выполняю его поручения вечером или ночью, поэтому ему плевать. Да и я уже не ребёнок. Уехать из дому было самым правильным решением в моей жизни. — Мой отец ненавидит меня просто потому, что я существую. Иногда мне кажется, что он весь мир ненавидит. — Ты из-за него против ЛГБТ? — Сет лишь качнул головой, не в силах произнести и слова. *** — Мне кажется, что он был не очень рад тому, что я наговорил Сету, — прошептал Рико, наклонившись к Дэю и Миньярду. Моро гневно покосился на Морияму, но не сказал и слова, очевидно ждал прихода Натаниэля. Эндрю, пожав плечами, перевёл взгляд в окно, обращая внимание на сползающие вниз капельки дождя. Если бы Рико умел закрывать когда надо рот, у них сейчас была бы география с добрейшей учительницей, которая дала бы просто передохнуть, но нет. Они будут выслушивать, что драки это недопустимо, и обсуждать ценность дружбы. Какой это раз? Сотый? Или с новым учебным годом всё обнулилось? Было бы нечестно, хотя, кого в этом мире это вообще волнует? Точно не учителей. — Извините, что мы задержались, — мягко улыбаясь, Натаниэль вошёл в класс. — Ничего. Одиннадцатый класс, не хотите встать? Может проявите хоть чуточку уважения? Любая речь директора была завораживающей из-за характерных французских ноток. На прошлый День святого Валентина большинство открыток от старшеклассниц были предназначены именно для Моро, чему мало кто удивился. Молодой директор был достаточно привлекательным, не во вкусе Эндрю конечно, но и отрицать было бы глупостью. — ЛГБТ — это часть всемирного спектра сексуальной ориентации и гендерной идентичности. Они имеют право на свободу, равенство и уважение так же, как и все другие люди. Важно понять, что ориентация и гендерная идентичность формируются внутри человека и не зависят от его воли. Быть представителем ЛГБТ сообщества не является выбором или причиной для осуждения. Они просто стремятся жить свои жизни и вступать в отношения по своим предпочтениям и чувствам, так же, как и все остальные. Эндрю перевёл взгляд на психолога. Конечно, это же Натаниэль. Мужчина, который просто так оставил ему свою олимпийку. Хороший друг Рико, от которого он кипятком ссытся и старается быть похожим. Как он мог быть против ЛГБТ сообщества? Тупые одноклассники же смотрели на него как на восьмое чудо света — не привыкли к такому. — Я знаю, что большинство из вас понимает то, что я сейчас говорю. Я просто хочу, чтобы все, кто не согласен с моими словами, подумали, почему у них такое отношение и не навязанные ли это стандарты. Вы можете сколько угодно проклинать не похожих на вас людей, но мой совет, попробуйте сначала их проанализировать. А драка, Рико и Сет, это не только некультурно, но и неуважительно. Неуважительно, в первую очередь, к самим себе. — Кто бы говорил, — фыркнул Рико. — Грубая сила редко приводит к долгосрочным и устойчивым результатам. Хотя она может показаться эффективным способом достижения своих целей на краткосрочной основе, часто она лишь подавляет противоречия и создает более глубокие проблемы в будущем. Вместо этого, конструктивное общение и поиск компромиссных решений в большинстве случаев приводят к более продуктивным и долгосрочным результатам. Безусловно, в некоторых случаях защита себя может потребовать физической силы, но в целом, стремление к мирному сотрудничеству, пониманию и уважению должно быть предпочтительнее. Натаниэль глубоко вдохнул, а после, немного обдумав, всё же продолжил. — Хотя, я сам не всегда следую своим советам. Но скажу вам то, что мне сказал мой отец много лет назад: «Если человек что-то говорит тебе, ответь словами, если человек трогает тебя, бей в нос.» — Там было не так. Оригинал мне понравился больше, — кинул Кевин, крутя ручку в руках. Эндрю перевёл взгляд с друга на психолога. — Мой отец слишком специфический человек, чтобы не изменять его фразы на более спокойный лад. — Расскажи оригинал, — встрепенулся Рико, нагло улыбаясь. — Неа, — пересчитывая какие-то бумаги, кинул Хэтфорд. — Раз у нас выдался такой свободный урок, я хотел бы, чтобы вы заполнили эти тестики. Напишите своё имя и фамилию в квадратике сверху и можете приступать. По классу прокатилась волна негодования, на что Натаниэль лишь пожал плечами, типа он тут не причем. — Этот тест обязателен, извините, ребята. Эндрю недовольно покосился на вопросы и разряда «Бьют ли вас дома?» и «Курите ли вы?» и тяжело вздохнул. Врать в таких тестах было не впервой. Спустя десять минут, Натаниэль прошёлся, раздавая новые бланки, которых Эндрю ещё не видел. — Это анонимный тест, можете не переживать, он никуда не пойдёт. Я хочу узнать, какие темы стоит с вами обсуждать, возможно, мы сможем проработать чьи-то вопросы. Я вас прошу, отвечайте честно. Могу даже после получения перетасовать бумажки, если вам так будет спокойнее, — он сдержанно улыбнулся и сел обратно за стол. Будет ли хоть кто-нибудь писать там правду? Эндрю сомневался, хотя речь Хэтфорда и была милой и немного наивной. — Если мы напишем правду, расскажите оригинальную фразу отца? — спросила Элисон, пока Рене нырнула под парту за укатившейся ручкой. — Око за око? — наклонив по-птичьи голову, спросил рыжий, — Хорошо. «Если человек что-то говорит тебе, ответь словами, если человек трогает тебя, воткни ему клинок в глаз и, пока он дезориентирован, отруби ему голову.» — А вот теперь уже оригинал, — хмыкнул Кевин.

***

Вечерняя тренировка с Ичиро была гораздо продуктивнее, чем весь день проведённый в школе. Сначала они долго отрабатывали новый танец для выступления, а когда подтянулись остальные харды, начали выбирать, что ставить на приближающийся отчётник. — Может Bite me? — лежа на коленях у Кевина, промямлил уставший Рико, как у них вообще сил после экси хватило сюда прийти Натаниэль не представлял. — Я за, — поднял руку Ичиро, уже знатно заебавшийся выбирать. Следом за ним потянулись и остальные. — Ну и прекрасно, посмотрите пару раз клип, будем в среду учить, — озвучил вердикт Хэтфорд, поднимаясь на ноги, чтобы размяться, — а теперь все на выход.

***

Классическая музыка играла тихо, но изящно, наполняя пространство приятной гармонией. Тщательно приготовленный ужин стоял на столе, словно произведение искусства. Аппетитный аромат проникал в каждый уголок комнаты. Смартфон загорелся ярким светом, привлекая внимание парня. Усталые глаза скользнули по сообщениям на экране. Ничего интересного — мать опять прислала фото с моря, стремясь разрушить гробовое молчание в их чате. Натаниэль же в ответ прислал своё лицо. Ну а что? Усталость настигла его незамедлительно после душа, и он устремился на мягкую кровать. Тени танцевали по стенам, создавая глубокую атмосферу мечтательности и таинственности. Запах свежей простыни и нотки ароматических свечей окутывали его тело и откинув телефон, Натаниэль уснул.