Serial killer

Белый шум. Невнятные обрывки фраз. Настройка диктофона. — Ла-адненько, Софи, давай ещё раз с самого начала, ладно? — Хорошо. — Если тебе станет некомфортно или ты начнёшь нервничать, предупреди меня, договорились? — Эй, всё в порядке, Дженни. Не волнуйся так. Я не полоумная психопатка. — Хорошо, просто предупреждаю. — Честно, я даже не знаю, с чего начать. — Я буду ориентировать тебя по вопросам. А ты главное представляй и визуализируй, как мы учились. Итак, как насчёт самого первого воспоминания, которое ты можешь вспомнить? — О-о, это будет сложно. — Понимаю. — Сейчас лето, я всё ещё подросток и нахожусь в полицейском участке. — Ой… — Достаточно яркое воспоминание? Ха-ха. — А почему ты там? — Меня допрашивают. — По какому поводу? — Я-я… Не знаю. Не помню. — Ничего страшного. Может, припоминаешь кого-нибудь конкретного, с кем у тебя было связано много воспоминаний? — Да, мама. — Ох, это мило. Ты никогда не рассказывала мне о ней. Какой она была? — Она была… Чем-то похожа на меня, внешне. С длинными тёмно-каштановыми кудрями, вытянутым лицом, голубыми глазами. Высокой, повыше, чем я точно. — Какие воспоминания с ней самые яркие? — Ну, это не самые яркие, а скорее последние из имеющихся. Большую часть лета нас было только двое. — А как насчёт остальных членов семьи? — Их там не было. — Оу, ладно… Давай остановимся на ней. Как её звали? — Рози. Полностью Розмари. — Какой она была? — Очень заботливой. Строгой, но добродушной. Она напоминала мне настоящую леди. — Должно быть, она была красивой. У тебя не осталось её фотографий? — Нет, но это так. — Верю. — Когда отец исчез, она… Изменилась. — В каком смысле? — Стала более… Нестабильной? Не пойми меня не правильно. Просто мама всегда оставалась такой изящной и сдержанной. Но тем летом постоянно нервничала и выглядела такой… Печальной. — Ужасно. — Да, она тогда глаз с меня не спускала. — А что по поводу твоего отца? — О-ох, я даже не помню его имени. — Даже так? Странно. — Я в принципе мало что помню о нём. Большую часть времени я проводила с мамой, а отец либо у себя в кабинете, либо на работе. — Каким он был? — Не-ет, я такое не вспомню. Разве что, его голос… Такой глубокий, тихий и будто бы устрашающий. Он почти никогда не повышал голоса… — То есть, не из крикливых? — Ну… У него достаточно вспыльчивый характер. — Эмоционален? — Проблемы с гневом. — Ох ты ж чёрт. — Ага. — Он бил тебя? — Что? Не-ет, точно нет. Никогда. Он… Любил нас. — Что ж, приятно знать.