Принцесса. Подарок судьбы.

Он вряд ли забудет эту ночь. С 21 на 22 февраля у Елены начались схватки. Конечно, проснулся весь дом. И конечно, все отправились в больницу. Передав будущую мамочку в руки её гинеколога – доктора Андерса, родственники заняли стулья в коридоре. Деймон не стерпел и позвонил Аларику. Возможно, вырвал его из объятий Мередит, потому что в клинику приехали они оба, хотя у мисс Фелл не было смены этой ночью. Учитель истории вернулся в свою квартиру напротив «Мистик Гриль» сразу после того, как стало ясно, что они с Дженной скорее всего не помирятся. И теперь Мередит часто ночевала там. Похоже, дело шло к их совместному проживанию. О ночёвках доктора Фелл у лучшего друга Деймона, Елене рассказывала Лекси. Ещё до наступления Рождества, они с Ли съехали из особняка Сальваторе, сняв небольшую квартиру на одном этаже с мистером Зальцманом. Лекси так удобнее было ходить на работу в бар. Да и гостеприимством Стефана и его брата она больше не могла злоупотреблять. Так было сказано младшему Сальваторе. Его ответ о том, что никто никому совершенно не мешает, во внимание не брался. Стефан подозревал, что подруга просто прячется от невероятно приставучего поклонника. Кажется, преследования Алексии Колом Майклсоном не замечал только Ли. А может, просто не хотел замечать. Как бы там ни было, новое жильё блондинки и её парня оказалось съёмным, а значит, принадлежало кому-то живому. Домовладелица, разумеется, пригласила новых арендаторов войти. Кроме них и этой женщины, пересечь порог квартиры не мог никто. Если он вампир, конечно. И теперь нарушить покой Лекси так же просто, как в особняке Сальваторе, Кол не сумеет. А мисс Бренсон стала соседкой охотника на вампиров. Неожиданно для остальных, Деймон позвонил и Стефану. Его отношения с братом, если касались Елены, всё ещё были натянутыми. Но Стефан имел право знать о скором рождении племянницы. Он приехал вместе с Кэтрин. Мисс Пирс, в отличие от Лекси, снимать квартиру не спешила. Предпочитала оставаться в особняке. После того как Елена вдруг защитила её от Клауса, прикрыв статусом родственницы, Кэтрин почувствовала себя в Мистик Фоллс свободно. Даже придумала легенду, согласно которой она – старшая кузина Елены. И обе они поразительно похожи на свою покойную ныне прабабушку Катерину, в честь которой и назвали Кэтрин. Но всё перечисленное случилось уже после того, как первый двойник Татии отошла от глубокого шока в связи с беременностью второго двойника. И объяснением этой беременности, полученным от старой мёртвой ведьмы. Клаус после того разговора стал ещё более самодовольным. Потому что выяснил, что напрямую причастен к чуду появления первого настоящего дампира. Деймон прикрыл глаза, против воли вспоминая случившееся в ночь на Рождество пару месяцев назад. Голос ведьмы сразу внушил ему отвращение. Назвавшись Хельгой, предводительница духов начала раскрывать тайны, которые казались старшему Сальваторе уже почти забытыми под грузом множества свершившихся событий. Оказалось, что, совмещая в себе суть вампира и оборотня и скрытую энергию Первородной ведьмы, сыном которой был Никлаус, его кровь действует на вампиров как универсальное лекарство. Она выводится медленнее, чем обычная кровь вампира. И на первые трое суток после приёма восстанавливает в организме все утраченные функции. В том числе – нормальное сердцебиение и обмен веществ, возможность находиться на солнце без заколдованных украшений, обходиться без крови и питаться обычной пищей. И главное – репродуктивную функцию. Если в течение трёх суток, на которые кровь гибрида задерживается в его теле, вампир займётся сексом с по-настоящему живой девушкой, может произойти зачатье. Как у обычных людей. На человека кровь гибрида действует аналогично интенсивному курсу витаминов и повышает либидо, увеличивая шанс удачного зачатия. На этом месте рассказа Хельги, Мередит начала сыпать какими-то медицинскими терминами, суть которых сводилась к тому, что кровь Клауса может стать лекарством от бесплодия. Под нездорово заинтересованным взглядом доктора Фелл, брат Элайджи почувствовал себя подопытной крысой и мгновенно отказался сдавать какие бы то ни было анализы. Кол, не обращая внимания на слова брата, стал вслух обдумывать бизнес-план новой клиники для вампиров, желающих стать родителями. Лекси сделала правильный вывод о том, что вынашивать возможную беременность необходимо в живом организме, потому что эффект крови гибрида кратковременен. А значит, у вампирш матерями стать не получится. А Стефан произнёс всего пару фраз, которые, однако, были отлично расслышаны его братом: «Это мог бы быть я. Ребёнок мог быть моим». И он был прав. Хельга, громогласно призвав присутствующих к тишине, подтвердила, что никакой избранности Деймона, как отца, и Елены, как матери, в сложившейся ситуации не подразумевалось. Но, раз уж родителями предстоит стать именно им, ей нужно поговорить с ними наедине. Именно во время этого приватного разговора, Елена и Деймон узнали, что их дочери предстоит стать охотницей на вампиров. И бороться с этим будет бесполезно, потому что так дампиры задуманы природой и её служителями. Существо, понимающее людей и обладающее силой и выносливостью вампира, предназначено для свершения правосудия над кровопийцами. Малышка Амалия не испытает зависимость от крови. Для неё не станут угрозой солнечный свет, вербена и деревянные колья. Она будет расти как человек. Но, после достижения биологической зрелости, внутренние часы её организма остановятся. Она сохранит молодость и жизнь так долго, как того потребует её предназначение. Вечно молодая, вечно живая, вечно убивающая вампиров. Если охотнице удастся уничтожить «детей ночи» быстро, она вполне сможет дальше жить как обычный человек. Нужен будет лишь небольшой ритуал, который сможет провести любая опытная ведьма. Ритуал позволит Амалии состариться и уйти в положенный срок, как уходят все люди. Ещё, теоретически, дампир сможет иметь детей. На этих словах ведьмы, сидящей в теле Бонни, Деймон сделал знак замолчать. Слышать, что его дочери, вполне вероятно, предстоит его убить, оказалось тяжело. Но рассказ о том, что он вряд ли увидит своих гипотетических внуков – уже перебор. Слишком много информации. Слишком много того, что ему не понравилось. Хельга, услышав эмоциональную отповедь, лишь ядовито улыбнулась. И напомнила, что за любые поступки нужно платить. Ему и так уже дано слишком много. Счастье для кровопийцы имеет высокую цену и короткие сроки. Впрочем, когда именно у малышки проснётся желание убивать вампиров, никто предсказать не может. Возможно, у любящего папаши будет десяток спокойных лет. Может быть, больше. Но в любом случае, дампиру не уйти от судьбы. И у неё будут помощники. О них ведьма расскажет позже. Если захочет. Последней информацией от главы ведьмовского круга стало задание для Лекси и Дженны. Оказалось, что двух самых безобидных вампирш, совместными усилиями, вернули с той стороны слуги природы. Но сделали это не просто так. Дженна и Алексия обязаны защищать Амалию, пока она не вырастет настолько, чтобы самой за себя постоять. С момента рождения девочки, защита будет всесторонней. Даже от родителей и друзей, если понадобится. Вокруг Амалии слишком много вампиров, которые захотят убить её, узнав о предназначении. Тётя Елены и подруга Стефана возвращены неуязвимыми для обычного оружия против вампиров. Когда охотница вырастет, её защитницы просто будут «отозваны» обратно в мир мёртвых. - Ваша дочь родится истинным добром и поможет нам в уничтожении противоестественных созданий, – тон голоса ведьмы стал торжественным. – Не пытайтесь бороться с этим. Её природа сильнее любого воздействия, – с последними словами, Бонни обмякла, теряя сознание. Аудиенция Хельги была окончена. Деймон пришёл в себя, почувствовав лёгкое прикосновение к плечу. Это Мередит привлекала его внимание. Потому что врач Елены, как оказалось, только что вышел из родовой палаты. - Поздравляю, – доктор Андерс улыбнулся новоиспечённому отцу. – Ваша девочка и её мама в полном порядке. Елена хочет видеть вас. Деймон молча пожал врачу руку и быстрым шагом прошёл в палату. Остальные проводили его растерянными взглядами. Эмоций ожидалось гораздо больше. В дверях Сальваторе-старший едва не столкнулся с медсестрой. Кажется, она тоже его поздравила. Он сумел лишь кивнуть. Потому что уже увидел малышку. Она лежала на груди у мамы и была такой маленькой. Но он уже так любил её! Всё, что он чувствовал во время беременности, меркло в сравнении с волной эмоций, которая накрыла его сейчас. Вампир не понял, как оказался рядом с любимой. Наверняка, дело в сверхскорости. - Ты можешь подержать её, пока медсестра не вернулась. Она отнесёт её в детское отделение, а потом в мою палату. – Елена ласково дотронулась до дочери и осторожно передала её отцу. - Мы не отдадим её ведьмам. – Деймон бережно прижал ребёнка к себе. – Найдём способ избавить от их глупого предназначения. Или позволить ей выбирать свою судьбу самостоятельно. - У нас есть время для этого. Хотя бы немного, но есть, – молодая мама кивнула. – А пока будем искать, я хочу, чтобы мы стали семьёй. Официально. - Я ещё не спрашивал на этой неделе. И теперь сделаю это, держа на руках самый весомый аргумент «за». – Деймон улыбнулся. – Ты станешь моей женой? - Я стану твоей женой. – Елена тоже улыбнулась. – Мне сейчас кажется, что это было ясно ещё с момента нашей первой встречи. - Я тоже так думаю, – он наклонился, чтобы поцеловать её. – А теперь информация для всех, кто нас сейчас подслушивает, – он специально слегка повысил голос: - Вы уже можете начинать обдумывать подарки на свадьбу… Прерывая речь отца, маленькая мисс Сальваторе вдруг что-то прокряхтела и открыла глаза, впервые с тех пор, как Деймон взял её на руки. Елена улыбнулась ещё шире, наблюдая, как встретились взгляды голубых глаз отца и дочери. Заглянувшее в палату солнце высветило силуэт мужчины с ребёнком на руках и заставило девушку незаметно вытереть слёзы умиления. Это, определённо, самое счастливое утро в её жизни. Конец.