Раскрытие

«Черт, какой же я дурак!» — пролетало раз за разом в голове Асагири, пока тот отлынивал, играя с Суйкой. — «Да, всё-таки полный дурак! Как можно было не заметить, что человеку, в которого ты влюблен, плохо!» — пока Ген разговаривал с Сенку, то не мог полностью погрузиться в свои мысли, а сейчас самое время, чтобы корить себя за все несчастья. — «Дурак, дурак, дурак…» — Ген-сан! Ген-сан! — подбегает маленькая девочка в арбузном шлеме. — А что это за цветок? Хотя с виду и не казалось, что Асагири из тех людей, кто обожает детей, но это было не совсем так. Парень любил проводить время в компании с тихими и послушными малышами, слушая их детский лепет, иногда даже не понимая о чем они вообще ему глаголят, и видеть их удивлённо распахнутые глаза на очередной фокус. Суйка была как раз таким милым прелестным ребенком, поэтому иногда Асагири и девочка гуляли вместе. В основном они собирались на какой-то цветочной поляне и Ген рассказывал Арбузику про цветы и их значения в прошлом. И вот, этот раз не стал исключением. После разговора с учёным у Гена были все мысли перевёрнуты с ног на голову, а Суйка тут как тут, вот парень и решил проветрить голову, побыв с ней. — Ох, это жасмин, рыбка моя. — Ген обратил внимание на девочку. — Жас… жасмин? А что он значит на твоём этом языке цветов? — Суйка действительно нравились растения, но если раньше она всегда искала новые экземпляры сама и просто ими любовалась, то, когда появился Асагири, она теперь узнает об этих растениях намного больше, что приносит ей радость, а слышать о значении цветов вызывало у ней неповторимый интерес, потому что девочка считала это чем-то загадочным, как сто сказаний деревни Ишигами. — Насколько я знаю, если ты кому-то подаришь этот цветок, то это будет означать, что ты влюблен в этого человека, в редких случаях он может означать, что ты восхищаешься и уважаешь получателя подарка. — Правда? — у девочки загорелись глаза. — это очень милое значение! — Согласен с тобой, Суйка-чан. — Ген умилился с такой детской реакции, всё-таки Арбузик — девочка и ей наверняка нравилась тема романтики, ну или по крайней мере она считала это чем-то сказочным, как и все в ее возрасте. — Хей, а у тебя есть кто-нибудь, кто тебе нравится? — Асагири скорее хотел немного подразнить юную леди или же возможно послушать милые рассказы о детской влюбленности, когда тебе может кто-то понравится просто из-за того, что вы вместе скрывались, играя в прятки, а на следующий день этот человек тебе уже не нравится, потому что он играл с кем-то другим. — Нет, мне никто не нравится. — покачала головой девочка, улыбаясь. — А вам, Ген-сан? — неожиданный вопрос, поставивший Асагири в тупик. — Что, моя дорогая? — парень все также мило улыбался, но в душе возникла некая тревожность. — Вы в кого-нибудь влюблены, Ген-сан? — Да... влюблен… — спустя несколько секунд тишины ответил парень, а в его глазах загорелась нежность. Асагири не знал сказать ли малышке правду или же соврать и из-за этого всё-таки немного задумался, но решил ответить честно. Не то чтобы он скрывал, что в кого-то влюблен, да и проблема была скорее в кого именно, однако даже если и это бы все узнали, Асагири особо не волновало, потому что был уверен, что их отношения с Сенку не изменятся, ведь это учёный, которого романтика то и не волновала никогда, да и простые слухи он даже не будет анализировать, а реакция остальных была не проблема для такого успешного менталиста. В любом случае, для Гена будет не важно, если кто-то раскроет любую его тайну, до тех пор, пока он сможет перевести это в шутку, показать, что эта тайна для него не важна, что он ее и не особо то скрывал. Что было страшнее для менталиста, так это самому серьезно рассказать кому-то о своих секретах, чувствах, прямо рассказать о том, что думает, а не ходить вокруг да около, что с ним и происходило в последнее время рядом с Сенку. — Ген, там ребята ссорятся, можешь помочь?! — Вдруг прерывает беседу ребят Кохаку. — Что, снова?! — наигранно недовольно проронил Ген, но тут же снова натянул улыбку. На самом деле после победы над Цукасой в царстве науки стало вдвое больше людей, из-за чего конфликты возникали все чаще и чаще, а Асагири приходилось их улаживать в большинстве случаев. Кохаку же сказали при любых таких ситуациях звать менталиста, иначе она применяла свою силу и все становилось только хуже. Ген же из-за этих ссор изрядно уставал, хоть и не показывал этого. На самом деле наверное любого бы изнурило то, что его обязательно хотя бы раз в час будут отвлекать от его дел и заставлять успокаивать ещё одну кучку не смышленных жителей. Чаще всего конфликты были несерьёзные и их получалось решать быстро, но бывали случаи и поважнее, где Гену приходилось чуть ли не весь день их решать, из-за чего в конце концов он буквально валился с ног. — Так, прости, Суйка-чан, поиграем с тобой в следующий раз. — проговорил Ген, погладив девочку по голове, а после последовал за Кохаку, услышав лишь краткое «до встречи» в ответ. Девочка была немного расстроена столь спешным прерывом их прогулки, но понимала, что это важно, поэтому не возникала. ••••••••••••••••••••••••••••••• Учёный же в это время был в лаборатории и снова создавал что-то с помощью пробирок и химикатов, в его голове всегда одновременно крутилось множество мыслей, но в этот раз это вовсе было не так. Сенку сейчас думал лишь о их недавнем разговоре с Геном, поэтому учёный иногда даже от работы своей отвлекался, уставившись в одну точку, парень пытался понять, почему менталист в последнее время ведёт себя странно, непривычно для него. Хоть Ишигами и считали чёрствым по поводу понятия чужих чувств, он всё-таки мог почувствовать, что с человеком, а тем более с довольно близким, что-то не так и что-то в нем изменилось. Однако Сенку не считал изменения Гена плохими, даже наоборот был им немного рад, потому что если раньше болтолог казался ему фарфоровой куклой, которая вечно имеет одно и то же выражение лица, то сейчас он стал больше на человека походить. Гнев, печаль, разочарование, радость, неизвестная нежность в глазах — все это Сенку стал видеть ежедневно в выражениях лица Асагири и ему это нравилось, и это «нравится» выходило наружу не по воле ученого. Также, как Сенку заметил изменения Гена, так он заметил и свои, парень, будто повторяя искренность болтолога раскрывал свои эмоции, ему хотелось рассказать Гену абсолютно все, весь свой беспорядочный поток мыслей, в которых даже сам учёный изредка запутывался, ведь после рассказа становилось легче, на душе спокойнее. Собственно из-за этих ощущений Ишигами и рассказал Асагири о своих кошмарах, хотя и не считал их особенно важными, ему просто хотелось поделиться, возможно даже немного поныть, пожаловаться, и это было очень глупо по мнению парня, он даже в детстве всегда сдерживался в таких ситуациях и не говорил Бъякуе о чем-то таком, а тут совсем расклеился. — Сенку, черт, что ты делаешь?! — кричит неожиданно зашедший Хром, видя, что из пробирки ученого все вытекает и льется на его руки. Сенку резко приходит в себя и быстро отпускает бурлящие ёмкости, осознавая, что руки жжет, на что парень лишь недовольно цокнул языком. «Слишком глупо…» — подумал учёный про себя и тяжело вздохнул, не понимая, как он мог настолько задуматься об одном человеке, вспоминая каждую его эмоцию, чтоб аж получить химический ожог.