Как сохранить жизнь

Было чертовски холодно. Я ехала в деревню, надеясь обосноваться там, где я могла бы спокойно заниматься медициной. У меня всегда был талант к исцелению больных и травмированных, и с тех пор, как я покинула уютную ферму своих родителей, я надеялась, что смогу превратить это в профессию. Я решила покинуть тихую фермерскую общину, в которой выросла, в надежде, что по пути мне удастся наткнуться на небольшое приключение. У меня не было ничего, кроме нескольких смен одежды, а также моих трав и драгоценных медицинских инструментов. И это было все, чего я хотела и в чем нуждалась. Повзрослев, я научилась добывать коренья и ягоды и ловить мелких животных в капканы, и прямо сейчас, когда я шла по тропинке, это оказалось довольно кстати. Чего я не учла, так это то, насколько чертовски холодно будет на улице. Я повела свою лошадь дальше сквозь густые деревья. На листьях образовались сосульки, а земля затвердела от суровой зимы. Я была всего в двух днях пути от места назначения. Так близко и в то же время так далеко. Если бы только я могла добраться туда, перед этим не замерзнув до смерти. Я наклонилась, копаясь в грязи под старой березой. Покрытая инеем земля была твердой и царапала мои пальцы, грязь запеклась у меня под ногтями. Но я нашла то, что искала. Я потянула за съедобный корень, добавляя его в маленькую сумку, которую повесила через плечо. Из кореньев, а также маленького кролика, которого мне удалось поймать, получилось бы отличное рагу. Теперь все, что мне нужно было сделать, это развести огонь. Слева от меня хрустнула ветка, и я выхватила свой нож из седельной сумки, держа его в защитной стойке. Я понюхала воздух, и тонкий запах дыма наполнил мои ноздри, а также чего-то еще. Я чувствовала запах опасности. В воздухе пахло этим. — Кто там? — спросил я. — позвала я, широко раскрыв глаза. Ответа не последовало, но волосы, вставшие дыбом у меня на затылке, подсказали мне, что я определенно не одна. Я пошла в направлении дыма, теперь мне было видно облако. «Прекрати», — угрожающе проскрипел чей-то голос. Я прищурилась, вглядываясь в деревья, и мои глаза, наконец, разглядели гигантский силуэт, стоящий за деревом. «Кто ты такой?» — позвала я, мое любопытство взяло верх надо мной. Было что-то такое в том, как держался этот человек. Я не могла до конца разобраться в том, что творилось у меня в голове, когда все мои инстинкты подсказывали мне бежать… почему я этого не сделала? Ответа я не получила, вместо этого из уст крупного мужчины вырвалось рычание. Какое-то мгновение я не обращала на него внимания, осматривая его удачно расположенный лагерь. Посередине весело потрескивал костер, в котором было достаточно дров, чтобы продержаться всю ночь. С одной стороны я разглядела кобылу каштанового цвета, а рядом с огнем — спальный мешок с толстым одеялом. Два больших меча были прислонены к скале. «Кто ты такой?» — снова спросила я, выходя дальше на поляну. Моя собственная лошадь нервно заржала, и я повернулась, чтобы успокаивающе потрепать ее по носу. «Кто-то, кто не хочет, чтобы его беспокоили!» — прорычал он, наконец выходя из-за дерева. Я не могла не восхититься тем, как он выглядел, его желтые кошачьи глаза и длинные серебристые волосы представляли собой прекрасное зрелище. Выражение его лица было убийственным, но я видела усталость на его лице — видела, как дрожали его руки. «У меня есть еда…» — пробормотала я, заметив, как слегка изменилось выражение его лица. Я ведьмак, — прорычал он, глубоко нахмурившись. «И…?» — спросила я, задаваясь вопросом, какое это имеет отношение ко всему происходящему. — Я опасен, — проворчал он. Я бы ему поверила, если бы он не покачивался на месте. Я молчала, глядя на него и ожидая, что он продолжит. «Я—» — Проголодался? — пробормотала я, перебивая его. — Мне холодно, — добавила я. Он выглядел совершенно сбитым с толку. — У меня есть еда. У тебя есть огонь… почему бы не поделиться?» «Я же говорил тебе… Я ведьмак, — проворчал он, как будто это должно было быть самой очевидной вещью в мире. «Хорошо… а я целитель… Приятно с вами познакомиться». Его брови поползли вверх, исчезая под грязными прядями волос. Он фыркнул, прежде чем его плечо опустилось, и он рухнул на свой спальный мешок перед пламенем. Я воспринял это как приглашение, быстро избавила свою лошадь от поклажи и освободила себе немного места перед камином. Я держала руки над пламенем, пытаясь вернуть хоть немного тепла своим замерзшим пальцам. — Как тебя зовут, ведьмак? — спросила я, наслаждаясь тем, каким растерянным он выглядел. — Геральт, — пробормотал он с довольно растерянным видом. — Я так понимаю, вы не часто бываете в компании? — спросила я, роясь в своей сумке и вытаскивая одну из своих кастрюль. Он покачал головой. — Обычно люди не настолько глупы, чтобы оставаться, — прохрипел он, поднимая дрожащую руку, чтобы потереть лицо. «Сколько времени прошло с тех пор, как ты в последний раз ел?» Я не могла удержаться, чтобы не спросить. Я могла бы сказать, что он давным-давно израсходовал последние свои резервы. Он был голоден и слаб и, вероятно, долго бы не продержался в дикой местности, если бы я не появилась рядом. Что меня смущало, так это то, что Ведьмаки были известными охотниками и путешественниками. Как он позволил себе впасть в такое состояние? Он не ответил. Ему и не нужно было этого делать. «Ты можешь снять с этого шкурку для меня?» — спросила я, вытаскивая кролика из своей сумки. Я наблюдал, как он втягивает воздух, и слышал, как урчит у него в животе по всему маленькому лагерю. Он выглядел смущенным, но кивнул, забирая у меня маленькое существо. Я налила в кастрюлю свежей воды, чтобы она вскипела, прежде чем приступить к сортировке корнеплодов и овощей. Прошло совсем немного времени, прежде чем мы насладились вкусным рагу из кролика, булькающим на огне. Я воспользовалась возможностью погреться у огня, радуясь, что наконец перестала дрожать. Мы сидели молча, ни один из нас не хотел заговаривать первым. Он выглядел больным. Его кожа была мелово-белой, цвет лица почти серым, а под желтыми глазами залегли темные круги. Я снова воздержалась от вопроса, все ли с ним в порядке, зная, что не стоит слишком испытывать судьбу. Конечно, я знала, что Ведьмаки опасны, но что-то внутри меня подсказывало мне, что этот человек не причинит мне вреда. Если бы он хотел, то уже сделал бы это. Я разлила рагу по двум тарелкам, передав одну из них через огонь Ведьмаку. Он едва поблагодарил меня, прежде чем с жадностью набросился на еду, едва дав ей остыть. «Осторожно!» — предостерегла я, обеспокоенная скоростью, с которой он ел, хотя между приемами пищи явно прошло много времени. «Тебя стошнит, если ты будешь есть так быстро!» По крайней мере, у него хватило приличия выглядеть немного смущенным, и он замедлил шаг, пока не начал есть в более нормальном темпе. «Там еще много чего есть, если ты все еще голоден…» Он смущенно посмотрел на меня, проглатывая набитый рот. — Спасибо… — пробормотал он, прежде чем продолжить есть. Мое любопытство взяло верх надо мной, и я не мог удержаться, чтобы не заговорить. «Что с тобой случилось?» — спросила я, не упустив из виду, что он нахмурился еще сильнее при моем вопросе. — Проклят, — пробормотал он, удивив себя тем, что ответил на мой вопрос. Он сделал еще один глоток. «Проклят?» — спросила я, протягивая руку к его пустой миске, чтобы налить ему вторую порцию. — Потрудитесь объяснить? Я вернула ему миску, и он принялся за это блюдо с таким же энтузиазмом, как и в первый раз. «Не могу есть, если это не акт доброй воли», — пробормотал он. «Должно быть добровольно разделено». Мои брови взлетели вверх. Я смерила его взглядом, заметив, какими изможденными выглядели его щеки на фоне болезненного вида кожи. «Что произойдет, если ты просто поешь?» «Делает меня физически больным», — ответил он, пожимая плечами. — Как долго? С тех пор, как ты смог есть?» Я почувствовала беспокойство на своем лице, и он выглядел искренне удивленным, когда тоже заметил это. — Недели, — пробормотал он, уставившись на миску с истекающим тушеным мясом. «Черт возьми!» Я не могла удержаться от восклицания. «Неудивительно, что ты выглядишь так, словно можешь упасть от порыва ветра!» Он тихо зарычал на это, ненавидя звучать слабым. Некоторое время мы продолжали есть в тишине, пока он не издал тихий звук дискомфорта, отодвигая миску в сторону. «Этим охотно поделились, верно?» — спросил он с легкой дрожью в голосе. — Да, Геральт, — пробормотала я, рискуя и придвигаясь немного ближе. Он сидел, слегка сгорбившись, и его жабры казались слегка позеленевшими. «Я думаю, может быть, ты просто немного быстро поел после того, как так долго обходился без еды». Он проворчал что-то неразборчивое, и я потянулся за своим бурдюком с водой, протягивая его ему. «Выпей это, это поможет справиться с болью». «Почему ты помогаешь мне?» — внезапно спросил он, его голос был едва слышен. «Ну, честно говоря, ты мне помогаешь», — просто ответил я. — У тебя был огонь. У меня была еда. Казалось вполне естественным, что мы делились друг с другом». Я пожала плечами, собирая свои кухонные принадлежности. Я накрываю кастрюлю крышкой, отодвигая ее от основного огня и ставя на тлеющие угли. Она сохраняла тепло всю ночь, и утром у нас было бы что-нибудь горячее на ужин. «Я полагаю, исходя из того положения, в котором вы сейчас находитесь, не так много людей захотят разделить с вами трапезу». Он один раз покачал головой, на его лице появилось нечитаемое выражение. «Люди обычно убегают, когда видят меня», — пробормотал он. «Я не могу себе представить, что они остаются из-за отличного отношения и компании», — пошутила я, и он закатил глаза. «Я не могу просить или умолять тех, кто не бежит… Проклятие так не действует. Это не может быть моей идеей… Я не могу убедить добрую волю.» Он поднял на меня взгляд, и его желтые глаза смягчились впервые с тех пор, как я вошел в его лагерь. «Как нам снять проклятие?» — спросил я, присаживаясь рядом с ним на корточки. «Нам?» — он на мгновение усмехнулся, но остановился, увидев, что я говорю серьезно. — Ну, насколько я понимаю, либо ты принимаешь мою помощь, либо умираешь с голоду… Я рада помочь вам… если ты пообещаешь не душить меня во сне.» Это вызвало небольшую реакцию, уголки его рта слегка приподнялись. — Я еду в деревню за горами. Пойдешь со мной? Восстанови свои силы, и тогда мы сможем найти способ снять проклятие.» Он посмотрел на меня с возмущенным подергиванием лица, все еще смущенный и сбитый с толку тем, почему я вообще стал ему помогать. — Мне не нужна жалость, — пробормотал он, отворачиваясь от меня. «Нет, но тебе нужна помощь», — ответила я нараспев. «Выпей воды», — настаивала я. «Это поможет при болях в животе», — со знанием дела сказала я, наблюдая за тем, как он пытается незаметно упереться локтями в бока. Он слегка покраснел, избегая моего взгляда. Поднялся ветер, и я поежилась, кутаясь в плащ и продолжая собирать вещи. Как только я была удовлетворена, расстелила свой собственный спальный мешок, и натянув одеяло на плечи, чтобы попытаться согреться. «Ты не переносишь холод». Это был не вопрос, просто наблюдение с его стороны, когда он сидел и наблюдал за мной. Я покачал головой. «Как бы мне ни нравилась дикая природа, я буду счастлива снова иметь крышу над головой», — призналась я, придвигаясь поближе к огню. — Пожалуйста, не поджигай себя, — предупредил Ведьмак, вызвав у меня смешок. «Не бойся», — рассмеялась я. «Я не планирую сегодня обжечься». — Хм, — проворчал он, и я снова захихикала. Может быть, ему действительно было немного не все равно. Даже если было нежелание из-за того, что я был совершенно незнакомым человеком, вторгшимся в его личное пространство. — Как насчет того, чтобы я заварила нам чаю? — предложила я, заметив, как он судорожно сглотнул, и подумав, что горячий напиток поможет мне согреться. Он кивнул, и я принялся кипятить воду в чайнике. Я измельчила имбирь и мяту, добавила их в воду для настаивания, а также посыпала несколькими обезболивающими травами. Я знала, что он испытывал сильный дискомфорт и был слишком застенчив или слишком упрям, чтобы высказать их мне. Он, должно быть, был в агонии, слаб и измучен. Мы молча потягивали чай, и я почувствовала, как меня наполняет небольшое чувство удовлетворения, когда увидела, что он начинает расслабляться, тиссаин помогает избавиться от спазмов в животе. «Я думаю, мне пора ложиться спать», — сказала я, в основном для его же блага. Он выглядел так, словно мог заснуть прямо на месте. Он кивнул, вставая, чтобы немного обойти лагерь, чтобы обезопасить себя, прежде чем подбросить в костер большое полено и устало опуститься на свой спальный мешок. Он свернулся калачиком на боку, натянув одеяло на плечи, так что его лицо практически исчезло. — Спокойной ночи, — пророкотал он, прежде чем его лицо появилось снова, и он заставил себя посмотреть на меня. — И… спасибо тебе… за то, что спасла меня.» Я кивнула, не желая заставлять его чувствовать себя неловко, и постаралась устроиться как можно удобнее на своем спальном мешке. Примерно через час я услышала усталый вздох моего нового спутника. «Геральт?» — спросил я с другого конца лагеря. — С тобой все в порядке? — Я в порядке, — пробормотал он. — Но это не так для тебя. Я даже отсюда слышу, как стучат твои зубы.» Я почувствовала, как у меня слегка сжалось в груди от смущения. «Мне очень жаль… просто здесь так чертовски холодно.» Еще одна дрожь пробежала по мне, чтобы доказать свою правоту. Он колебался всего секунду, прежде чем я услышал, как он пошевелился. Он подтащил свой спальный мешок к моему, прежде чем забраться рядом со мной. Не говоря ни слова, он откинул мои одеяла, прежде чем укутать нас обоих. Я мгновенно почувствовала, как тепло его тела просачивается сквозь мои замерзшие конечности, и не смогла сдержать тихий стон, сорвавшийся с моих губ. Он закончил накрывать нас своим толстым одеялом, прежде чем уютно устроиться рядом со мной. Он не издал ни звука, когда заключил меня в свои большие объятия, крепко прижимая к груди. Он был похож на печь, его ведьмачьи мутации легче регулировали температуру его тела, и я уткнулась своим замерзшим носом в его шею. «П-прости», — я вздрогнула и услышала, как в его груди нарастает гул, прежде чем он тихо рассмеялся. — Просто расслабься, — прошептал он. Так что я именно это и сделал. Я жадно впитывала тепло его тела, вдыхая его запах. От него пахло сосной, лошадью и опасностью, а также его собственным мускусным запахом пота и легким привкусом яблок. Это было успокаивающе, и не успела я опомниться, как моя дрожь утихла и тепло разлилось по моему телу. «Как твой желудок?» — спросила я, чувствуя себя немного застенчивой. Он не походил на человека, который с готовностью делится своими чувствами, физическими или эмоциональными, но он удивил меня, ответив честно. «Немного расстроен. Но полный. Благодаря тебе.» Я улыбнулась, уткнувшись в его грудь, наслаждаясь тем, как его мускулистые руки крепко прижимали меня к нему. Ничто не могло причинить мне боль здесь, в объятиях этого незнакомца. — И благодаря тебе я не умру от переохлаждения… Я думаю, что это дружеское общение будет взаимовыгодным». Затем он усмехнулся, и я подняла глаза, мое сердце слегка заколотилось, когда он улыбнулся. — Спи, птичка, — прошептал он, закрывая глаза. Он выглядел довольным. И я перенес это чувство в свой собственный сон, в безопасности в объятиях опасного ведьмака.