Сменим роли

Утро.. Говорят, оно начинается к 6-7 часам, проходит за чашкой горячего кофе и перечитыванием новостей. Утро выматывает, но, несмотря на это, люди всë равно идут на свою работу, где страдают до самого заката. Все эти слова – брехня. Утро начинается с кофе? Да щас. Начало дня – самое ужасное время для человека. Оно начинается чуть ли не к часу ночи, а вместо кофе тебе в руки суют противные бумаги, что требуют срочной перепроверки и замысловатой подписи. Все работники – козлы. Им ещё вчера было велено составить документы. Вчера блять! И с какого это дьявольского хера, сейчас он должен всë исправлять. Ужасные ошибки. Пятиклассник напишет лучше. Разве квалифицированным специалистам не известно, что компании "Sain Hain" нельзя доверять на такие огромные суммы и проценты? Разве они не знают, что каких-то 20% от их компании – это более десяти миллионов йен? Почему сейчас ему приходится исправлять их ошибки? Почему в час ночи парень должен сидеть за своим столом и с ужасающим своим холодом взглядом прожигать проклятые тонны листов? Пальцы еле заметно дрожат, когда подписанный листок откладывается в сторону к себе подобным. Глаза уже заплываются от количества букв. Сколько он уже пыхтит над этим? Часа три, не меньше. Сегодня парень отдохнул ровно 21 минуту за целый ëбанный день. За все 24 часа. Встречи с политиками, консультации с сотрудниками, собрание по дальнейшим планам развития компании. И да, это смогло занять все оставшиеся часы. Но.. сейчас это не так бесит. Подобным образом проходит каждый день в этом грëбанном доме. Смирение пришло с годами, и он смог приспособиться к подобному укладу жизни. В комнате так темно. Из освещения только настольная лампа, и, кажется, она сейчас светится намного ярче, нежели сидящий за столом человек. Он тяжело вздыхает, вчитываясь в очередной договор от какой-то там блятской компании. Лоб упирается о ладонь, а холодные пальцы с усталостью потирают болящие виски. — Компания "Итоши" обязуется поставлять товары к компании "Dirent Project" независимо от роста или убывания численности продаж, — Шепчет себе под нос парень. Бирюзовый взгляд нахмуривается, а с уст слетает очередной мат. — Охуели в край. Тогда с них причитается 15% дополнительных процентов в случае убывания спроса. На меньшее не согласен. Изящные ладони рисуют красной ручкой на верхнем краю бумаги жирный крест, откладывая лист в другую сторону. Эти долбоëбы везде. Они что, настолько сомневаются в "Итоши"? Думают, что они подписывают всë не глядя, раз выставляют подобные условия? Ручка сжимается в ладони, когда в щëку прилетает смятый шар из блакнотной бумажки. Рин не выдерживает. Нервов уже не остаëтся. И виной всему – один человек, что посмел бесцеремонно ворваться в его комнату, улëгся на кровать справа от стола, а теперь смеет ещë и бумагой разбрасываться. Бесит.. как же всë раздражает. — Хватит, — Итоши ловит ладонью ещë один подобный шар, сжимая еë со всей присущей ему злобой. Он поворачивает голову в сторону, с ненавистью смотря на нежданного гостя. — Ты так и будешь злиться? Я думал, мы уже всë обсудили. — Я не злюсь, — Ладонь проходится по красным перепутанным локонам, пока вторая сжимает открытый блокнот с нетронутыми листами. — Просто братец сейчас совсем скучный. Что мне ещë остаëтся? Игнорируешь моё присутствие уже больше часа. — Я тебя здесь не держу, — Рин сжал зубы. Саэ всегда такой. Излишне бесячий и надоедливый. Но бесит не смешными фразочками, а своим присутствием в целом. И всë это из-за каких-то фоток.. идиот. — Я уже говорил тебе, что сам этого не хочу. Это я должен злиться, а не ты. — Я не злюсь, — Повторяет свои слова старший Итоши, вырывая из блокнота очередной лист. — Просто скучно. И с тобой тоже скучно. — Я в клоуны не нанимался, веселить не собираюсь, — Хочется ответить. Сейчас, из-за всех окружающих его проблем, появляется желание нагрубить. Как-нибудь побольнее, по слабому месту. Но.. у Саэ их нет. Не на что надавить, не за что упрекнуть. Ну.. почти. — Пиздуй к своей Айе, раз со мной так скучно. — Фу.. не упоминай эту сучку, — Саэ с интересом разглядывал новенький шар из бумаги, будто тот стоит миллионы йен. — Бесит. Я с ней одним воздухом дышать отказываюсь, зачем же мне к ней идти? Тогда уж твоя компания повеселее будет. — Ну а что ты хотел? Сам на это подписался и сам же настоял, — Рин ещë сильнее стиснул зубы. Старался успокоиться. Ненавидит он эту Мацуоку. Ненавидит и презирает одно только еë существование. — Не выëбывайся. Тебе с ней ещë свадьбу играть. — Ага, — На этот раз бумажный шар полетел не в младшего брата. Итоши запустил его в белый шкаф в другом конце комнаты, целясь в центр. Не промахнулся. В бросках как ногами, так и руками, он не промахивается. — Сначала свадьба, потом совместная жизнь и под конец дети.. фу, бля. Меня от неë тошнит. Как тогда трахать эту стерву, если меня воротит от одного еë присутствия? — Заткнись, — Рин развернулся обратно к бумагам. Лучше уж сосредоточиться на них, чем слушать подобное. — Не смей упоминать при мне вашу будущую половую жизнь. Ненавижу вас. Неправда. Рин не ненавидит. Не смог бы он презирать своего брата, которым восхищался всë детство. Именно "детство". Сейчас Саэ изменился. Совершенно не похож на прошлого себя: самодовольный, невидящий границ, упëртый баран и многое другое. Он.. он даже не думает о чувствах своего брата, когда принимает важные решения. Разве брак это неважно? Почему ему сообщили обо всëм в последнюю очередь, только после СМИ? Почему Саэ не мог просто сесть и поговорить об этом? — Брат меня ненавидит, — Старший Итоши выводил синей ручкой эти слова на чистом блокноте. И когда это он успел спереть чужую ручку с чужого, мать его, стола? — Раздражаешь. Бумажный шар прилетел прямо в парня за столом, что без лишних хлопот смог его поймать. Бесит. Саэ бесит. Эта бумага бесит. Эти договоры бесят. И чëртов Рео Микаге тоже бесит. Ворваться к нему средь ночи? Да щас. — Тебя тоже ангелом назвать нельзя, — Рин не выдерживает. Еле сдерживает матные позывы, что так и норовят слететь с языка. Откладывает бумажный шар в сторону, а не бросает в ответ. Он устал.. сейчас ему совсем не до этих противных разборок. — Веди себя по-взрослому. Если твои фанатики узнают, что их кумир разбрасывается бумажками из-за детских обид – не видать тебе славы ни в футболе, ни в компании. — Сейчас их здесь нет. Мы вдвоëм, — Старший Итоши даже не удостаивал своего брата взглядом. Он вырвал очередной лист, складывая его в непонятную фигуру. Рин не обращал внимания, что он там делает. Ему это не нужно. Не нужно же? — Давай сбежим? Уйдëм из компании и переедем куда-нибудь. Я организую всë минут за 30. Ручка замерла в руке, так и не выводя очередной крест. Лучше было бы нарисовать его на себе, дабы снайперы знали, куда нужно целиться. Рин забыл, как дышать. Дыхание для человека – базовый инстинкт, присущий всем этим отребьем с самого рождения. Невозможно разучиться дышать. А Рин разучился. Из-за каких-то пары слов замер, как фонарный столб. Сознание затуманевается от работы и нежданных слов, но всë равно старается найти подвох. Саэ ещë ни разу не предлагал сбежать. За всю жизнь и словом подобным не обмолвился. А Рин предлагал. Раньше.. стоило только увидеть слëзы матери или сжатый от злобы и несправедливости кулак старшего брата, парень неосознанно предлагал сбежать. Уйти из чëртовой компании, сбежать втроëм и жить, как обычные люди. Он это предлагал, а в ответ слышал краткое "да пошëл ты". И так всë детство. Самый ужасный период. Рин пытался помочь брату, старался хоть словами исправить ситуацию. Пошëл на самые крайние меры, отказавшись от всех остальных, только чтобы быть рядом. А в ответ получал лишь позывы в конкретные матерные места. Он же даже... нет, этого не нужно вспоминать. Рин не позволит воспоминаниям засесть в подсознании. Он не позволит опять сковать его крепкими цепями. — Да пошëл ты, — Рин краток. Сейчас сам ведëт себя словно ребёнок, припоминая грубые слова столетней давности. Но какая разница? Если Саэ говорит это всерьëз, тогда Итоши-младший не постыдится выразиться ещë грубее. Пусть он почувствует, как дерьмово ощущал себя его младший брат всë грëбанное детство. — Ты реальный псих. — Я думал, что ты согласишься, — Итоши вертел в ладони сделанный из бумаги самолëтик, рассматривая его под различными углами своим скучающим взглядом. Что ты там такого увидел? Обычная бумага, чëртов ты псих. — Сам же всë время говорил: "Брат, хватит. Ты не должен этого делать. Давай уйдëм отсюда, мне здесь не нравится". — Заткнись, — Рин нахмурил брови от того, каким же противным тоном Саэ пытается скопировать его детский голос. Рин был наивен и глуп, он это признаëт. Признаëт свои слабости и тут же исправляет. Теперь перед тобой, Саэ, уже не маленький мальчик, что плачет от любой грубости в свой адрес. Ты уже предостаточно раз ломал его. — Я не собираюсь убегать от ответственности. Зачем ты согласился на брак, если не хочешь этого? Просто.. ответь, зачем? Ручка сжалась в руке с такой силой, что кажется краем уха послышался треск пластика. Рин устал. Ему тяжело наблюдать за этим. Тяжело наблюдать за подготовкой к свадьбе и за этой чëртовой Мацуокой, что выглядит счастливее главного оптимиста на всей планете. Чему она радуется? Рину пришлось отпустить Саэ для тебя, сучка. Как ты смеешь радоваться подобному? — Наш брак – огромная выгода для компании. Еë отец – известный дипломат, а сама она – мировая актриса. Мой союз с ней поставит компанию "Итоши" на первое место, — Саэ отвечал с таким пофигичным видом, будто это совсем не важно. Важно. Для Рина очень важно. — Это самый логичный вариант развития событий. Я не потерплю неудач как для себя, так и для компании. — Значит ради какого-то успеха и денег ты отказался от меня? — Всë-таки ручка треснула. Пластмассовые осколки с тихим звуком упали на важный документ, но Рину было плевать. Губа сжалась от злости, как и уже побитая жизнью красная ручка. — Ублюдок – вот ты кто. — Ты сам на этом настоял, я здесь не причём, — Старший Итоши слишком холоден сейчас. Бумажный самолëтик сжимается в ладони, а после, кривыми узорами, летит прямо в сторону младшего брата, приземляясь на стол, прямо перед опущенным лицом. — Прочти, это важно. Рин глубоко вдыхал. Как же тяжело сейчас набраться спокойствия. "Сам настоял"? Пиздëж чистой воды. Ему пришлось. Ему не оставили выбора. Ладонь откладывает недо-ручку в сторону, уже сжимая измятый бумажный самолëтик. Младший поворачивает голову на брата, держа его в руке прямо у своего лица. Саэ бесит. Вообще не слушает. Не думает о других. Что же там такого важного, раз ты так "любезно" просишь? Да всë равно. Рину запрещено указывать. Он уже не маленький братик, что следовал каждому чужому слову. Ты, Саэ.. Это же ты его так изменил и убил всë живое. Изящная ладонь сжимает бумажный самолëт, превращая его в измятый круг. Рин и сам не заметил, но кажется даже порвал его пальцем. Пусть Саэ видит это. Ему уже всё равно на просьбы и указки. Ему всë равно на тебя. — Ты слишком грубый, — Итоши цыкнул, сжимая в руке блокнот. — Всë-таки и ты, и Айя – очень похожи. Вы с ней – те ещë сучки. И приносите столько хлопот, что хочется сдохнуть где-нибудь в подворотне. — Я велел тебе заткнуться, — Несчастный кусок бумаги полетел прямо в мусорку. Рину всë равно. Всë равно на Саэ, всë равно на Мацуоку, всë равно на компанию. Плевал на них он с многоэтажки. Но.. Итоши на дух не переносит сравнения от брата. Особенно если они касаются его и Айи. Они не похожи. Айя Мацуоко – проклятая стерва, что выскочила в его жизни, словно огромный прыщ на носу перед важной встречей. Она испортила его жизнь. И Саэ не имеет права сейчас сидеть и со своим а-ля "мне-всë-равно-на-всех-и-вся" взглядом осуждать Рина. Вывод: Саэ – глупый идиот, не видящий чужих чувств и проблем. — И с каких это пор, моей жизнью руководит младший братец? — Итоши в удивлении приподнял одну бровь, склонив голову в бок. Ему всë равно. Это – игра. Ему плевать на Рина. Ну.. тот в этом уверен. Даже спрашивать не нужно. — Знаешь, тогда в Лос-Анджелесе, ты был совсем другим. Был послушным и наивным. Не копируй эту сучку. Всë равно это не заставит меня променять выгодное предложение на тебя. Эта поездка.. На одну чëртову неделю он вместе с Саэ поехал в проклятый Лос-Анджелес, пару лет назад. И с неë и начались все муки. Все беды и некие непонятные эмоции. Тогда.. они проводили всë время вместе. Саэ не смотрел с таким холодом, а Рин даже смел искренне улыбаться ему. Тогда не было никакой компании и Мацуоки. Были только они. И сейчас, Итоши очень жалеет о сказанных тогда словах, что заставили его метаться в непониманиях целых два года. Ком появляется в горле, не позволяя сглотнуть или вздохнуть. Рин не находится ответом. Мысли идут не впопад. Он не знает, что говорить. У него нет оправдания для своего тогдашнего поведения. Дверь открывается. Без стука и скрипа. Она просто распахивается с такой скоростью, что заставляет вздрогнуть. День не может стать ещë хуже.. Но сейчас именно это и происходит. Утро, как и настроение, превращается в конкретное дерьмо, стоило заметить перед собой знакомую фиолетовую макушку. — Неужели единственный наследник корпорации "Микаге", даже не умеет в двери стучать? — Старший Итоши прикрыл блокнот, тяжело вздыхая. — Какая же невежливость. Рео запыхался. Вызвал себе такси до этого шикарного особняка, что всем своим видом кричал о богатстве Итоши. Ему сейчас так хреново. Ноги и до этого не слушались, а голова занята вчерашним днëм. Микаге вспоминает каждый момент за весь этот день: холодное утро, дружеская дневная атмосфера, укусы и дрожь, а под конец жаркие поцелуи и пустое тело. Что.. что он должен сейчас думать? Что ему нужно сделать? — И нахрена ты так поздно заявился? — Рин даже не удостоил его взглядом. Прожигал стол холодным взором, устало потирая звенящие от боли виски. Он охуеть как заебался от этих двоих. И сейчас этот звëздный дуэт с девизом: "бесим даже своим присутствием, мы проклятые эгоисты и пофигисты", собрались в одной комнате. В его, блять, комнате! — Нам нужно поговорить, — Рео прошëл в комнату ватными ногами, прикрывая дверь до щелчка. Даже не заметил улëгшееся на кровати тело с красными волосами. Сейчас взгляд был прикован именно к Рину. И именно с ним Микаге предстоит тяжëлый разговор. Рин не ответил. Зато Саэ подключился в непрошенный диалог. Его не просят. Никому сейчас не нужны его холодные слова. Но он всегда лезет куда не нужно и каким-то загадочным хером умудряется исправлять ситуацию на корню. — Что, братец, неужели не уделишь своему муженьку пару минут драгоценной жизни? — Его безэмоциональный взгляд так и метался от одного парня к другому. — Я велел тебе завалиться, а ещë желательно свалить, — Рин ещë раз потëр виски. С такой силой натирал, будто старался отполировать кожу или же содрать еë. — Подойти, Микаге. Итоши отдал приказ. Это не просьба, подобным Рин не разбрасывается. И Рео выполняет. Плетëт ногами до стола, глубоко вдыхая через нос. Он очень нервный. Настолько, что руки дрожат даже под контролем. Он.. он может контролировать своё тело и это уже дар небес. Но.. сейчас эти проклятые небеса его крайне сильно ненавидят. Наги же очнëтся? Врачи не могли соврать, верно? От подобных размышлений к горлу подступает ком, а Рео забывает, как говорить. Единственное, что сейчас на уме – это плачевное состояние Наги и картинка пустого тела под метр девяносто в неудобной больничной койке. Становится ещë тяжелее держать равновесие, когда его со всей злобой хватают за и без того помятую рубашку, притягивая на себя. А окончательно мозги отключаются, когда наблюдаешь на себе холодный бирюзовый взгляд полный ненависти. — Послушай меня сюда, чëртов "муженëк", — Рин сильнее сжимал в ладони ткань, совсем не обращая внимание на холодный взгляд со стороны брата. — Я уже прочитал выпуск газеты, что выйдет с утра. Я знаю, что твоему парню сейчас очень хуëво, а так же, что ты до последнего не выходил из его палаты. Но, блять, какого хрена здесь замешан я? — Итоши притянул парня ещё ближе, заставив того чуть согнуться. — У меня что-ли на двери написано "приют для несчастных шавок"? Если так – то уëбывай в туман и забирай эту надпись с собой. Фиолетовые радужки дрожали. Нет, не от ужаса. Рео и сам не знает, почему сейчас содрогается всë тело. Почему на уголках глаз скапливаются слëзы? Обидно? Нет, Микаге вообще не расслышал Рина. Ни единого слова. Всë пропустил от дикого звона в ушах. Он.. он что, опять умрëт? И на этот раз не от рук Наги? — Нам.. нам нужно поговорить, — Составить полное предложение не получается. Совсем не удаëтся просто говорить. Но, несмотря на это, что-то всë-таки слетает с уст, пока дрожащая ладонь опускается на чужую мужскую руку. — Пять.. Дай мне пять минут.. поговорить.. нам. — Ты мне противен, — Итоши отпустил помятую одежду. Рео ужасно выглядит: растрëпанные волосы, синяки размером с магазинный пакет, помятая и даже грязная одежда. Он что.. не знает, что даже из-за такого вида пойдут компрометирующие слухи, которые сильно отразятся на компании. Рин поднимется с места, наблюдая облегчëнный вздох с уст парня. Переводит взгляд на своего брата, что со всë тем же холодным и скучающим взором, не сводит с него глаз. Хоть одна ему благодарность – Саэ молчит. Не упрекнул, не добавил масла в огонь. Он просто наблюдал за диалогом, не вмешиваясь. Утро становится на процент лучше, но это не значит, что всё хорошо. Остаëтся ещë целых 99 процентов дерьмового настроения. — Выйди, — Уже более тихим тоном выпалил Рин. Его сейчас ожидают ещë целых три огромных стопки бумаг. А вместо этого он мучается с двумя проблемными недо-людьми: у одного – парень без сознания, у другого – ну... Саэ просто бесит. — Думаю я уже достаточно развлëк тебя своей "добродушной" компанией, так что вали уже к себе. — Не хочу. Ты же не прогонишь меня? — Это не вопрос, даже несмотря на интонацию. Саэ уверен в своих словах. Знает, по собственному опыту, что брат ни разу не выгонял его из комнаты и не будет. Его уверенность.. бесит. — Значит мы идëм к тебе, — Под тяжëлый вздох Рин направился к входной двери. Даже не дожидался Рео, что бесконтрольно поплëл следом, кажется не услышав их диалог. — Чтобы к моему приходу ты уже сверкал своим "прекрасным" характером в другом месте. Саэ не удостоил его ответом. Ну и всë равно. Сейчас чуть больше волнует один паренëк, что с видом великого страдальца шëл следом, да ещë и с такой скоростью, что улитка обгонит. Холодная ладонь крепко сжимает чужую руку под локоть, в собственном ускоренном темпе, следуя к соседней комнате. У него нет на это времени. Его не хватает даже на решение собственных проблем. Ещë только советами он не помогал. А Рин не помогал и не собирается. Просто кратко поговорит о какой-то херне, а после пойдёт разбираться с документами. Как же.. бесит. Хочется лечь на кровать и заткнуть уши пробкой, дабы наверняка никого не слышать. Стоило только войти в комнату с точно такой же обстановкой, как хватка ладони ослабевает,а после и вовсе отпустила несчастного парня. — Не трогай здесь ничего. Саэ ненавидит, когда трогают его вещи, — Итоши тяжело вздохнул, с угрюмым взглядом проходясь по всему бардаку: разбросанные вещи, смято лежащие на стуле, помятое покрывало, беспорядок на столе.. Боже.. выколите ему кто-нибудь глаза. Без зазрения совести парень прошëл дальше, беря с пола тëмную рубашку и идеально складывая. — А ты.. Ну.. — Микаге видимо совсем разучился разговаривать. Несëт непонятные слова, а мозгу Итоши самому приходится составлять их в цельное предложение. — Саэ не позволяет даже домработницам заходить в его комнату, а сам он в жизни веника не видал. Я разгребаю за ним дерьмо в комнате, а он – в компании, — Рин открыл шкаф, недовольно вздыхая. Везде один хлам. Теперь отчасти понятно, с чего это старший брат решил резко навестить забытого младшего. — Ты только ради этого пришëл? Переходи уже к делу. — Да.. извини.. — Рео ладонью потирает затылок, уводя взгляд в пол. Нужно спросить. Без тонких намëков, здесь они не нужны. Рин – человек прямолинейный и сразу скажет, если ситуация – полное дерьмо. Нужно лишь задать вопрос. Составить примерные наброски а голове. Он же Рео Микаге – тот, кто занимается подобным с самого рождения. Это.. это же не сложно, да? Но несмотря на всë напряжение в черепной коробке, ничего не приходит на ум. Стоит только на секунду прикрыть глаза, как возникает образ беловолосого парня, что уже не в состоянии прожечь своим спокойным взглядом. Как.. как же говорить? Появляется чувство, что Микаге – ребёнок. Сначала научился заново дышать, потом ходить, а теперь пора и говорить. Хотя нет.. дети хотя бы что-то говорят. На своëм секретном и непонятном языке, но говорят. — Ты же доминантный альфа? — Рео начал издалека. Перестраховка, так, на всякий. Но.. Итоши всë равно поймëт. С ним незачем нежничать и осторожничать. Это лишь раздражает их обоих, но Микаге старается. Пытается выровнять сбившиеся дыхание, одновременно собирая слова по крупицам. — Это было тяжело? Ну.. это.. в смысле принятие что-ли? Я.. я не знаю, как объяснить. — Блять.. неужели... Рин не успевает договорить. Его прерывают наглым образом, не позволяя составить примерную картину происходящего: — Наги стал доми... доминантным альфой, — Голос дрогнул от противных слов. Больно вспоминать подобное. От одного только слова "альфа" уже воротит нос, а к горлу подступает тошнота. Перед глазами вырисовываются яркие воспоминания, что вызывают очередную волну дрожи по телу. " — Он мëртв, Рео, — В его сторону направились пара горящих серых глаз, а слова заставили сердце сжаться от адской боли. — Считай, что для нас обоих существую лишь я. " Звон новой волной огибает черепную коробку, а с уст слетает глубокий вдох. Наги не мëртв. Он жив. Наги будет впорядке.. он жив.. он жив.. Наги не может умереть вот так. Он обязан очнуться. После всего, что произошло, Сейширо не просто должен это сделать через какое-то не хочу, а обязан. Он обязан прийти в себя. Обязан вновь сказать хоть что-нибудь своим спокойным тоном. Хватит и слова, нет буквы.. даже вздоха. Рео этого хватит. — Ты принял его? — Итоши отвлëк настолько резко, что тело бессознательно дрогнуло. А Рин вообще не изменился в лице. Он лишь замер на пару секунд, продумывая слова, а после продолжил складывать чужие шмотки, не удостоив наследника компании и взглядом. — Нет, — Рео прошептал тихо. Настолько тихо, что сам не расслышал своих слов. — Тогда прими. Это обязательная процедура, иначе твой парень будет тебе только во снах и видеться, — Сложив очередную одежду в шкаф, Итоши повернулся к входной двери, равномерными шагами направляясь к ней. Он не хочет говорить с Микаге. Желает лишь избежать его глупого состояния и со спокойной душой вернуться в свою, скорее всего,уже одинокую комнату. — На этом допрос окончен? — Это.. я не могу принять его, — Микаге стиснул зубы, наблюдая, как Рин под тяжëлый вдох разворачивается в его сторону и с холодным взглядом складывает руки на груди. — Это.. это так страшно. Он душил меня, угрожал и чуть не убил.. я.. я не могу принять. Итоши сжал кулак, заметив скопившиеся в фиолетовых глазах слëзы. Бесит.. Рео раздражает. Плачет из-за такой фигни. Рин это пережил. Причëм дважды. И за эти случаи не пролил ни слезинки. — Ты мне противен, — Он закатил глаза, не наблюдая никакой реакции на свои слова. — Ты же знаешь, что характер внутреннего альфы зависит от эмоций, особенно последней? — Да.. теперь да.. — Рео опустил голову в пол, пряча лицо за фиолетовыми прядями. — Последние эмоции среди доминантных альф очень важны: благодаря им формируется характер и настрой альфы. Если человек испытал не очень важную в своей жизни эмоцию, то альфа будет покладистым и более сговорчивым. Если он потерял важного человека – будет желать мести и его срочной замены. Если радость, тогда вроде поводов для волнений нет: альфа появится тогда совсем еле ощутимо и не будет даже пытаться вредить, — Рин всë так же стоял со сложенными на груди руками, а взгляд стал более скучающим, подобным брату. — К чему ты ведëшь? — К тому, что ты должен хотя бы попытаться понять, почему его альфа так себя ведëт. Я предложил тебе возможные варианты и на этом моя задача окончена, — Итоши развернулся. Потянулся к дверной ручке. Всë, разговор окончен. Он не намерен тратить время на идиотов. Не собирался и не будет. — Ты же.. ты что испытывал? Ты душил людей? — Послышался приглушённый шëпот со стороны парня, что заставило ладонь в очередной раз отстраниться от двери. Да Боже.. просто позвольте ему уже уйти ото всех и вся. Рину срочно требуется терапия в одиночестве и спокойствии. — Я не душил. Я просто.. желал мести за причинëнную мне боль, — Так же тихо пробормотал Итоши. Может.. может Рео просто не услышит и позволит ему уйти, посчитав, что его мастерски игнорируют? Сейчас он не видит Микаге. Перед глазами только деревянная дверь. И это хорошо. Рин не уверен в том, что сейчас держит холодное выражение лица на все сто процентов. Принятие альфы – это тяжело. Но.. ещë тяжелее – принять себя таким: способным душить и угрожать, мстить и пытаться убить. И это.. самый сложный пункт. Если тебя просто примет рядом находившийся человек – это не значит, что внутренний альфа будет счастлив до онемения костей. Нужно.. нужно принять и себя. И Рин принял. Он осознаëт свои оплошности с ошибками, признаëт и исправляет. Но, за всë это время, так и не научился исправлять в себе единственный, но огромный, недостаток – желание мести. Если ему причиняют боль – он делает тоже самое в ответ. Мстит.. — Расскажи, — Рео поднял на него взгляд. Даже не видя это, Итоши почувствовал прожигающее давление со стороны. — Прошу.. это.. Это должно помочь мне. — Хорошо, — Рин тяжело вздохнул, уже задолбавшись разглядывать пустую дверь. Развернулся к отчаянному Микаге, прожигая холодным взглядом. — Не за бесплатно. Я не феечка-благотворительница. Взамен – 5% от дохода компании "Микаге". — Как скажешь. Позже подпишем документы, — Наследник компании облегчëнно выдохнул, даже не обратив внимания на недовольное цоканье со стороны. Рину неприятно это вспоминать. Он не хочет вновь погружаться в самые неприятные для себя события. Ком подступает к горлу, но, пересиливая его, Итоши начинает говорить. — Один раз я был в роли "нового альфы", а во второй – оказался тем, кто был обязан принять, — Глаза затуманеваются, а лицо нахмуривается. Тошнота подступает к горлу, а черепная коробка так и норовит поддеть картинками из неприятного прошлого. — Я расскажу тебе лишь про второй случай. О первом.. даже за миллионы йен ты не узнаешь.

................

Тогда, Рину было всего четырнадцать. Их отношения с Саэ заставляли желать лучшего. Их общение подразумевало за собой лëгкое "привет" за обеденным столом в кругу семьи и всë. Итоши ненавидел брата именно за это. Раньше.. Саэ всегда начинал диалог первым. Они обсуждали не компанию, как сейчас, а всякую неважную фигню: футбол, новости в школе, настроение друг друга и тому подобное. Но в какой-то момент всë оборвалось: Саэ начал говорить холодно и кратко, перестал вообще смотреть на своего младшего брата. Именно к четырнадцати годам Рин понял причину. И именно в тот момент возненавидел брата ещё сильнее. Дверь тихо приоткрывается. Без скрипа, без лишнего шума. Умеренные лëгкие шаги послышались за спиной сидящего за столом парня. — Ринчик, уроки делаешь? — Женский родной голос звучал тихо, будто боясь прервать поток гениальных размышлений. Девушка нежно касается плеча подростка, привлекая к себе внимания. — Я почти закончил, — Итоши поднял на даму взгляд, приподнимая уголки губ в искренней улыбке. Он любит улыбаться, глядя на родных ему людей. — Как там Саэ? Я же могу зайти к нему? Парень заметил, как дрогнула рука его матери, после произнесённых мечтательным тоном слов. Она виновато сжала губу, уводя взгляд в пол. — Милый.. послушай, — Девушка глубоко вздохнула, нежно потирая детское плечо. — К Саэ сейчас нельзя. Мальчишка вздрогнул. Мама ещë никогда не запрещала ему навестить Саэ. Их подобный диалог проходил чуть ли не каждый день, и стоило Рину только упомянуть старшего брата, как лицо матери обретало счастливую улыбку. Она всегда улыбается, видя своих двух дружных сыновей. А сейчас.. сейчас ему запрещают. Ручка выпала из руки, приземлившись на толстую тетрадь. Ему же.. ему же можно к Саэ? Неужели брат опять из-за чего-то злится? Тогда Рин должен пойти и извиниться. Младший Итоши не любил, когда брат обижается. В этих случаях его игнорируют минимум два дня, совсем не замечая присутствия. Будто.. будто его не существует. — Почему? Из-за чего он обиделся на этот раз? — Парень прикусил губу, уводя взгляд обратно в стол. Рин никогда не желал Саэ ничего плохого и старался лишь наладить с ним отношения. Даже когда он ни в чëм не виноват, Саэ продолжает его игнорировать, так и не называя истинной причины своего недовольства. — Нет-нет, Саэ не злится на тебя. Ты по-прежнему самый лучший брат для него, — Девушка положила обе ладони на плечи своему сыну, смотря в написанные на тетради символы. — Просто.. Саэ сейчас не в состоянии говорить. В нëм проснулся доминантный альфа, ты же знаешь, как это происходит? — Да, — Итоши не отводил взгляда со своей тетради, нахмурив брови. Он знает. На зубок выучил весь учебник по "вторичному полу", хотя его начинают изучать только в старшей школе. Он знает, но не уделяет значения тому, что сейчас именно это происходит с его старшим братом. — Когда просыпается доминантный альфа, контроль над телом теряется, а сам вторичный пол приобретает черты определëнного характера, зависимого от эмоций, испытанных ранее. — Да, ты у меня такой молодец, — Женская ладонь аккуратно коснулась коротких волос сына, а уголки губ приподнялись в натянутой улыбке. — Сейчас.. твой брат потерял контроль над телом. Мы заперли его в комнате на время, скоро прибудут врачи. Как Саэ придëт в себя, ты сможешь с ним увидеться. — Он.. он сильно бунтовал? — Рин лишь краем уха слышал от одноклассников, что их родители ранее были жестоки в такой момент. Отец одного мальчика даже убил какого-то врача из-за измены жены, и сейчас сидит в тюрьме. С братом же.. ничего не случилось? — Нет-нет, он никому не вредил, — Дама отрицательно помотала головой. — Саэ сам ко мне пришëл с горящими от злости глазами. Попросил запереть его и обезопасить от остальных. Саэ у нас такой сильный. Даже в подобной ситуации думает о нас с тобой. — Понятно.. — Рин вновь берёт в ладони ручку, сосредотачиваясь на доступной информации. — Скажешь мне, когда он придëт в себя? — Обязате- Девушку прерывает резко открывшаяся дверь и громкие шаги со стороны в компании с запыхающимся голосом. — Г..госпожа Итоши, — В дверном проëме показалась одна из домработниц, что не удосужилась даже постучать для вежливости. — Старший господин.. он.. он сбежал. Еë вид был нервный и запыхавшийся, а слова из тихих уст заставили обоих членов семьи Итоши вздрогнуть. — Как это "сбежал"? — Девушка нахмурила брови, убирая ладони с плеч сына. — Мы.. мы поставили охранников у комнаты Господина, как Вы и велели. Но стоило им зайти его проверить, как в комнате.. не было никого, — Еë ладонь вздрогнула от злобного взгляда со стороны девушки. — Прошу нас простить, работники были глупы и- Еë перебили серьëзным тоном. Только со своими сыновьями дама была добра и нежна, к остальным же сохраняла нейтралитет. — Поставьте охранников по всему периметру особняка. У нас всего пять-десять минут до приезда врачей. Проверьте каждую комнату, так же не забудьте о футбольном поле на заднем дворе. — Есть! — Девушка поклонилась, тут же выбегая раздавать остальным поручения. — Мам, — Рин, резко даже для самого себя, поднялся с места и схватил направившуюся к двери даму за руку, заметив в ней лëгкую дрожь. — Саэ.. что с ним? Он явно не в порядке. — Сынок, послушай меня, пожалуйста, — Она положила ладонь на мягкие волосы сына, нежно перебирая пряди. — Мы найдëм Саэ. Я буду сообщать тебе новости о нëм каждые пять минут. Обещаю, он будет в порядке. — Мам.. — Пробормотал младший Итоши, когда девушка вновь направилась к двери, останавливаясь у дверного проëма. — Я запру тебя в комнате. Никому не открывай дверь. Когда всë уляжется, я приду. Дверь с громким хлопком закрылась, а после послышались пара щелчков. Его вправду заперли. Теперь.. Рин не может помочь найти брата. Не может даже выйти из комнаты и успокоить маму. Ему.. даже поговорить сейчас не с кем. Итоши глубоко вздыхает, не отводя взгляда от закрытой двери. Он потирает двумя пальцами кольцо на левой руке безымянного пальца, начиная потихоньку успокаиваться. Это Саэ ему его подарил. Тогда.. в Лос-Анджелесе. Во время прогулки по вечернему незнакомому городу, они наткнулись на один ювелирный магазинчик. Рин смерил эти предметы непонимающим взглядом, даже обматирив производителя за столь дешëвый материал, но дорогую цену. А на следующий день он получает точно такие же кольца с более тëплыми, нежели обычно, словами: "Рыбак рыбака видит издалека". Итоши понимает, что, скорее всего, Саэ так красиво оскорбил его дерьмом, как и Рин производителя. Но подросток был рад, что его брат так же надел второе такое кольцо и не снимает до сих пор, даже когда обижается. Рин с улыбкой вспоминает о Лос-Анджелесе. Благодаря этому, он смог произнести брату слова, которые не решался сказать уже как пару лет. Саэ не посылал, не грубил, не смотрел с таким холодом. Наоборот.. тогда, когда на него не уставлены прицелы из тысячи камер и нет зорких глаз отца-тирана, Саэ очень добр. Он говорит не есть слишком много сладостей перед ужином, словно ведëт диалог с ребëнком. Покупает новые вещи, с чистой прямолинейностью заявляя продавцу, что у них дерьмовый товар. Этот парень придерживает за плечо, переходя дорогу вместе с младшим братом. Жаль.. очень жаль, что Рин успел почувствовать эту заботу всего на какую-то неделю. Итоши замер на месте, будто от удара током, когда со спины послышался прерывистый дрожащий звук бьющегося стекла. Бирюзовые глаза задрожали, услышав, как осколки падают на пол, позволяя наступить гробовой тишине. Рин не поворачивался. Страх сковал тело. Дыхание участилось, стоило краем уха заметить равномерные шаги, что подошвой упирались в осколки, позволив им распасться на множество таких же острых частиц. Всë-таки.. убийцы нашли его. Саэ с детства твердил, что их жизни страшны, опасны и полны ответственности. Благодаря их знаменитому статусу, каждый второй будет яро желать скорейшей смерти всех из "Итоши". Так.. так говорил брат. И сейчас ещë сильнее захотелось покинуть эту комнату, в надежде, что Саэ стоит прямо за дверью, но не решается еë открыть. — Чëрт, — Тихий знакомый шëпот послышался со спины. Рин на автомате развернулся, не веря своему слуху. Брат.. это же Саэ. Стоит сейчас с нахмуренными бровями, не отрывая взгляда от кровоточащей ладони. — Брат.. — Пробормотал Рин себе под нос, потянув руку к чужой ладони. — Заткнись, — Щикнул старший Итоши, заставив руку младшего так и замереть на месте. Рин послушный. С братом он старается вести себя, словно маленький пай-мальчик, как бы это глупо не звучало. Саэ не хотелось злить. Тогда в Лос-Анджелесе, Рин был добр, и его брат ответил тем же. Теперь он старается придерживаться такого хода действий, дабы получить ответную доброту. — Почему ты решил разбить окно? Можно же войти через дверь, — Даже несмотря на приказ замолчать, Рин всë равно волнуется за брата. Не может со спокойными глазами наблюдать за стекающими на пол каплями алой крови. — Давай я посмотрю? — Нет времени, — Саэ сделал пару шагов навстречу к подростку, сжимая его руку своей кровавой ладонью, не заметив, как пара колец соприкоснулись друг с другом. — Они хотят запереть меня. Хотят что-то вколоть и увести от тебя. — Это.. это же ради тебя делают. Ты сейчас не в лучшем состоянии, мама бы не пожелала тебе зла... как и я.. — Последние слова и вовсе звучали словно приглушëнный шëпот. Рин виновато сжал губу, опуская взгляд на ладонь брата. — Я думал, ты не позволишь им этого сделать, — Так же тихо прошептал Саэ, недовольно нахмурив лицо. — Я ошибался? Твои слова, тогда в Лос-Анджелесе, что ты- Старший был наглым образом перебит. В его сторону устремился серьëзный бирюзовый взгляд с красными, даже не из-за крови, ушами. — Я помню, что говорил, — Итоши сильнее сжал в своей хватке чужую ладонь. — Я не желаю тебе зла. Тебе должны помочь, поверь мне. — Сейчас.. я хочу придушить тебя за эти противные слова, — Саэ не сводил взгляду с еле подрагивающих бирюзовых глаз. Его тон серьëзен и по-прежнему тих. — Хочу придушить и наблюдать, как ты отчаянно будешь молить о помощи. — Ты этого не сделаешь, — Рин ещë сильнее сжал ладонь. От подобных слов по черепной коробке разносится ярый звон, но Итоши отодвигает его на второй план, сконцентрировавшись лишь на брате. — Ты не навредишь мне. — А если сделаю? — Саэ приподнял одну бровь, потирая указательным пальцем чужую ладонь, позволив пятнам крови отпечататься на бледной коже. — Ты примешь меня таким? Я хочу придушить тебя. Убить. Перерезать глотку и вколоть нож в сердце. Ты примешь меня, способным на подобное? Саэ не шутит. Если его тон всегда звучит спокойно, и порой даже холодно, это не значит, что все слова, вылетающие из его уст – чистая истина. Но.. сейчас его глаза наполнены злобой и желанием мести. Саэ никогда не врал, хотя бы глазами. Они всегда выдавали в нëм истинные намерения. И сейчас его брат намерен вот так навредить за то, что Рин просто существует. — Я приму тебя, — Младший с непоколебимостью смотрел прямо в глаза напротив. Доказывает свои истинные намерения. — Даже с такими действиями, ты всë равно останешься моим братом. Я возненавижу тебя за моральную боль, но не смогу отвернуться. Даже с ножом в сердце, всë равно приду к тебе. Наступила тишина. До боли неприятная и режущая перепонки. Неужели Рин сказал что-то не то? Но.. он же не врал. Эти слова полностью от сердца. Со всеми своими недостатками, но Итоши не соврал ни в единой букве. Рин замер на месте, словно резко разучился ходить, дышать, да и в целом шевелиться. Брат сделал ещë шаг вперëд, полностью сокращая расстояние меж ними. Он склонился перед чужим телом, опираясь лбом о плечо подростка, пряча своë лицо. — Спасибо, — Эти слова – самые тихие, что он когда либо произносил. Но Рин готов поклясться, что слышал только их. Ни звон скорой у окна, ни торопливые шаги охранников за дверью и даже ни женские крики "Саэ" откуда-то со стороны. Все звуки полностью затихли, казалось, что и время остановилось. Остался только один доступный слуху голос и лëгкое "спасибо", что ещë годами будет отдаваться трепетом на сердце. — Знал, что ты так скажешь. Но мне нужно было услышать эти слова от тебя. — Саэ, — Рин, робея, положил одну свою ладонь на чужую спину, аккуратно касаясь лопаток. — Давай сбежим? Уйдëм из компании и переедем в другую страну. Даже другой город сойдëт. — Да пошëл ты, — Даже несмотря на грубый тон, младший чувствовал, что Саэ говорит такие слова с улыбкой. Эта ситуация уже стала своенравной традицией. Рин, наблюдая, как брат страдает в компании, каждый раз предлагает втроëм, вместе с матерью, свалить в закат. А взамен каждый раз слышит лишь "да пошëл ты". Рин не обижается. Нисколько. Саэ радует такая их традиция, значит и его брата тоже. — Хей, — Старший, всë так же не поднимая взгляда, крепко сжал в ответ чужую ладонь. — Не смей от меня отворачиваться, понял? В этом мире, только ты есть у меня. А я – у тебя. Запомни эти слова, я больше никогда их не произнесу. — Понял, — Итоши прикусил губу, прижимая тело к себе.

................

— И всë? Ты.. ты просто принял его? — Рео сжал кулак, непонимающе подняв брови в сторону спокойного Итоши. Он.. он правда не понимает. Да, в этой ситуации Саэ не успел навредить своему брату, чего не скажешь о произошедшем между ним и Наги. Но.. он мог. Мог навредить, придушить и убить. Рео не понимает этого или активно старается не понимать. — Да что в этом такого сложного? — Рин сильнее сжал свои руки, сложенные на груди. Рео – идиот. В этом вся правда. Активно тупит и не признаëт факты. — Даже если бы он и навредил, то всë равно остался бы моим братом. Я дорожил им и до этого, а после, лишь осознал всю серьëзность ситуации. — Как.. как принять Наги? Я не могу вынести его таким, — Ладонь легла на свою шею, перекрывая уже засохшие кровавые укусы. — А если он останется таким навсегда? А если он реально убъëт меня на месте? А если... — Заткнись, — Итоши не подходил, не касался и даже не повышал голос. Но его тон сейчас звучал на столько пугающе, что тело бесконтрольно вздрогнуло. — Это лишь доказывает твою слабость. Значит не так уж он тебе и дорог, раз не можешь принять таким. Я в советчики не нанимался. — Да.. да.. прости, — Микаге сжал губу, наблюдая, как Рин вновь разворачивается к двери. — Пошли. Подумаешь об этом на свежую голову. Твой внешний вид заставляет меня ненавидеть тебя ещë сильнее, — Итоши тяжело вздохнул, когда Рео послушно начал переплетать ногами следом, стараясь шагать ровно в такт с Рином. Хоть и получалось коряво, но парень пытался сосредоточить свои мысли на его шагах. — Будешь спать в моей комнате. От работы меня не отвлекать. Как закончу – уйду. — Я не хочу спать, — Наследник компании увëл взгляд с ног Итоши, на рассматривание белых стен. — Мне плевать. У тебя сейчас лицо великого страдальца, который не спал пять лет, — Рин сжал кулак, проходя в свою комнату. — Если уйдëшь из нашего дома в таком виде, про компанию "Итоши" пойдут не самые лучшие слухи. Как и ожидалось, Саэ уже свалил в туман. Оставил за собой лишь блокнот с ручкой, что сейчас неаккуратно лежали посреди стола. — Сходи к домработницам, пусть выдадут тебе пижаму и сменную одежду. Потом в душ, смой с себя уже все эти противные феромоны и внешний вид, — Рин отдал приказ. И честно, его немного удивило, что Рео совсем не стал спорить. Даже не кинул в след чего-то грубого или насмехающегося. Он просто испарился обратно за дверью. Итоши подошëл к столу, отодвигая чужой блокнот в сторону. Замер, а после недовольно фыркнул, пройдясь взглядом по важным документам. Все те стопки листов, что откладывал Рин для проверки, уже были помечены красной ручкой с ярким крестиком или соответствующей подписью. Не верится, что Саэ справился со всем за всем за какие-то полчаса, когда его брат мучался с этим уже грëбанных три. Саэ даже написал на отдельном листке, кто был ответственен за ужасно составленные документы и кого требуется срочно уволить. Уголки губ приподнимаются в улыбке. Его брат – идиот. Но.. он реально потрясный брат. Итоши берёт в ладони скомканные листы блакнотной бумаги, что Саэ не удосужился убрать за собой. Направился к мусорке с небольшой стопкой бумажных шаров в ладонях. Замер, когда замечает в мусорном ведре небрежно скомканный самолëтик. В голове всплывают недавние слова из чужих холодных уст: "Прочти, это очень важно". Тогда он отнёсся к этим словам с лëгкостью и обидой, но сейчас руки сами откладывают бумажные шары в сторону и тянутся к небрежно скомканному самолëтику. С уст слетает недовольный фырк, пока пальцы раскладывают бумагу с написанным на ней текстом. Нет, Рин не делает всё по указке Саэ. Всë это – в забытом прошлом. Сейчас он другой. И его брат другой. Зачем же тогда Итоши так напрягается? Почему руки подрагивают от "важности" данного листа? Почему с уст слетает спокойный вздох, а уголки губ приподнимаются в улыбке, стоило только увидеть знакомый почерк? "Брат любит меня?" – Какие-то три слова. Какие-то одиннадцать японских иероглифов. Но этот сырой текст, вызывает давно забытый трепет на сердце, а с улыбающихся уст слетает очередной фырк. — Идиот, — Шепчет сам себе Рин, бережно складывая этот листок в маленький квадрат.

*****

Душ не освежает. Даже когда холодные капли окутывают с головой, легче не становится. "Подумай на свежую голову" – брехня из уст легкомысленного парня. Рин не может знать всей правды. Он рассуждает так легко, только потому что Саэ не вредил ему. Или же.. может это Рео слишком нагнетает? Всë, что Микаге понял из рассказа Итоши: Рин принял своего брата, несмотря на обиды и угрозы. Но.. Рео не может так сделать. Как бы не хотел, он не в состоянии принять такого человека, как Наги. От него хочется избавиться. Наследник компании просто не перенесëт ещë одно слово "Рео" из холодных уст под бушующие серые глаза. Ладонь дрожит, но Микаге не позволяет слабости сковать его. Хватается рукой за собственные волосы, сжимая их с присущей на данный момент силой. "Наги в порядке" – твердит он сам себе, но спокойствия это не придаëт. Нет гарантии того, что его вторичный пол не проснëтся вновь. Нет полной уверенности в том, что у Наги не появится желание убить Микаге. Рео подставляет лицо под прохладные струи воды, но, даже несмотря на то, что с уст слетает облегчëнный вздох, легче не становится. Нисколько. Даже самую малость. Рин сказал подумать, почему альфа Наги так себя ведëт. И Рео думает. Активно напрягает клетки мозга, что отдаëтся ярким звоном по черепной коробке. Но, несмотря на боль, продолжает думать и прикидывать варианты. Наги.. В тот момент, Наги желал далеко не мести. Он хотел быть вместе с Рео, целовать его и не разлучаться. Да, звучит мило и сопливо, но это только начало. Почему же Сейширо бил его? К чему были все эти угрозы и удары? Итоши прикинул пару возможных вариантов, и Микаге запомнил их все. Наги явно испытал в тот момент не такую уж и лëгкую эмоцию – он не был сговорчивым и покладистым. Наоборот, не хотел никого слушать. Радость тоже вообще невозможный вариант – Сейширо вредил, и его отличие от настоящего Наги было заметно за километр. Может.. может он просто потерял важного человека? Он конечно не желал мести, но возможно пытался найти в Рео замену, предлагая ему быть вместе и не разлучаться. Но и этот вариант не до конца всë объясняет. Даже если уж Сейширо и умудрился кого-то потерять, то как это связано с моментом в раздевалке? Не там же он потерял этого человека, одновременно читая слухи о браке Рео. Это звучит глупо и неразумно. Рео тяжело дышит, одевая на себя пижамную рубашку. Смотрит в зеркало: на него пялится всë тот же потрëпанный жизнью парень. На этот раз мешки под глазами тоналкой скрыть не получится. Почему глаза этого парня дрожат? Он весь трясëтся. Почему он сейчас выглядит так дерьмово, будто его пару раз переехала машина? Микаге тяжело вздыхает. Не срывается на своё отражение. В душе даже осознаëт, из-за чего его внешнему виду сейчас позавидуют мертвецы. Он слишком много пережил. Слишком много узнал. Проще было бы так и остаться марионеткой в руках отца. Но Рео решил сделать совсем по-другому: он начал сопротивляться и ломаться. Из-за Чигири перевëлся в эту академию, из-за Наги решил пытаться бороться с фиктивным браком и это только начало. Он не знает, куда его ещё может завести ебучая судьба, но исход явно не обещает быть положительным. Когда игрушка ломается, люди покупают новую. Они не размышляют над тем, что старая была им дорога, просто берут и, без лишних размышлений, ищут замену. Скоро и Рео найдут замену. Отец не потерпит таких трещин в своей марионетке. Но есть шанс, что его просто перенастроят. Введут новые правила и полностью уничтожат оставшиеся клетки "личности". Рео станет пустой марионеткой. Он знает, что так будет. Но.. почему он не противится? Почему просто не может сказать: "Отец, я этого не хочу" или "Наги, мне неприятно, когда ты творишь подобное"? Почему он терпит? Дрожит, ломается, но продолжает терпеть, делая вид, что ничего не замечает. Микаге не великий слепой. Он видит, как его используют люди: будь то знакомые, которым лишь выгода и нужна, или отец, что не видит ничего кроме компании. Наследник компании направляется по коридору в сторону запомнившейся комнаты. В такие моменты хочется стать слепым и глухим одновременно. Не видеть никаких выгод из ситуации и не слышать противных слов со стороны. Парень заходит в комнату. Взгляд падает на кровать, а с уст слетает тяжëлый вздох. Рин же сказал, что уйдëт, как закончит с работой. Почему сейчас этот парень спит на кровати? И что ему прикажете делать? Прикажите же. Без приказов он не способен рассуждать самостоятельно. Рео присаживается на кровать. Опирается руками о сжатые колени, с грустным взглядом смотря на спокойное выражение спящего лица напротив. Он.. он не знает, что делать. Ему нужна подсказка. Словно при сложном уровне в игре, когда высвечивается лампочка с правильным ходом действий. Рео она нужна. Ему нужно, чтобы кто-то стал этой "лампочкой" и говорил, как поступить. — Рин, мне сейчас тяжело, — Микаге знает, что его не услышат. Но это не мешает устремить взгляд на спящего парня, а щекой вжаться в коленку. — Ты когда-нибудь хотел уйти? Просто бросить всех и сбежать. Порой.. кажется, что так будет легче. — Подобная мысль посещает меня каждый чëртов день, — Негромкое бормотание со стороны заставило вздрогнуть от неожиданности. Итоши не спал, но и не открывал глаза, продолжая что-то бормотать в подушку. — Спрятаться от всех, кто навредил. Не позволять управлять собой, лишь ради выгоды. Не слышать со стороны противные оскорбления и приказы. — Так.. ты не спишь? — Банальный вопрос. Будто Итоши сейчас способен так "красноречиво" разговаривать во сне. Но в голове сплошная каша и Рео не способен сейчас придумать что-то более гениальное, чем подобные вопросы. — Порой кажется, что так будет легче: просто забыть всë и жить жизнью другого человека, — Его глупый вопрос был качественно проигнорирован. — Но потом ты вспоминаешь о важных людях, которых не можешь ни взять с собой, ни отпустить. И по итогу.. остаёшься с ними. Страдаешь, мучаешься, но остаёшься, лишь потому что боишься стать никому не нужным без них. Боишься потерять. — Не думал, что наши мысли столь схожи, — Уголки губ приподнимаются в улыбке. Не искренней, не радостной, скорее грустной, но улыбке. — Мой отец.. я его ненавижу. Я устал подчиняться и молчать. — Терпи, — Рин сказал и вовсе неожиданные слова. Однажды Рео рассказывал Чигири о своëм отце, потом и Наги, но все, как один, предлагали бросить компанию и сбежать. А Рин говорит терпеть. — Иначе станешь и даром никому не нужным. О тебе все забудут. — Со мной останутся друзья, — Рео говорил всë так же тихо. Сейчас их диалог был похож на какие-то тайные посиделки, но это никого из них особо не волновало. — Они не бросят меня лишь из-за того, что я стану без известным Микаге. — Но они и не бросят всю свою жизнь здесь, только чтобы помчаться с тобой хер знает куда, — Глаза распахнулись, а бирюзовый взгляд направился в парня напротив. Уставший от всего взгляд. — Может поначалу так и будет, но мы уже настолько привыкли быть под чьей-то властью, что не знаем, какого это – быть свободными. Микаге не ответил. Рин не прав. Рео знает, что-бы тогда делал. Он знает, что значит "делать всë по-своему". — Если.. — Молчание не помешало Итоши продолжить. — Если животное загнать в клетку и на несколько лет сделать его предметом для всеобщего любования, то, выйдя на долгожданную и верную мечтам свободу, оно умрëт. Разучится делать что-либо сам, без указки и постоянной кормëшки. Тоже самое с людьми. — Ты не прав, — Микаге стиснул зубы. Рин ошибается. Ошибся по всем пунктам. — Тогда.. представь, что ты свободен: тебе больше не указывает отец, не достают друзья с этими терзающими размышлениями. Ты один, но свободен, — Рин вновь прикрыл глаза, щекой утопая в мягкой подушке. — Что бы ты тогда сделал? Что бы он делал? Ну.. Рео нашëл бы себе новую работу, больше внимания уделял футболу и.. ну.. и всë. Планов не особо много, но даже они рушатся: всë что знает – это политика и дипломатия. С такими навыками его место в компании. Если даже не в корпорации "Микаге", то Рео будет гнить в другой менее известной компании. В футболе.. да, он бы смог стать профессионалом. Рео – способный, он лучший. Но футбол не обеспечит тебе постоянный доход и славу: один проигрыш – и ты вновь ломаешься. Ты уже не сможешь с той же точностью забивать голы. Весь мир просто забудет о каком-то там "Рео Микаге". Его будут помнить лишь как "бывшего короля поля". — Я.. я не знаю, — Тихо шепчет он. Рео не знает, но хочет ощутить. Хочет ощутить на себе каково это, просыпаться в любое время, вместо работы заниматься чем-нибудь лëгким, будь-то рисование или чтение книги. Не политической, обычной книги, какой-нибудь драмы или детектива. Как это ощущается? Что чувствуют люди, когда сами решают, что им есть, или куда пойти? — Мы с тобой – в клетке. Всю жизнь сидим лишь там и привыкаем, что всë решается само, а нам остаëтся – слушаться и не пререкаться, — Рин тяжело вздохнул. Видимо для него это не самый приятный диалог. — Вот отпустят нас резко, а делать нечего. При том исход один – смерть. Бессознательно начнëм поступать так же, как и до этого. Будем ждать приказа и размышлять лишь с точки зрения выгоды. — Как же тогда.. бороться с этим? — Микаге сжимает ладонь в кулак. Как же ему противно говорить подобные слова вслух. — Не борись. Прими подобную жизнь в этом заточении, — Итоши развернулся, лëжа уже на спине. Глаза вновь распахнулись, а безэмоциональное лицо не сводило взгляда с потолка. — Либо же найди человека, который знает, что делать. Мы оба пытались найти тех людей, которые всю жизнь были свободны. У тебя они есть. Это уже хороший знак. Хоть раз, просто воспользуйся их добротой, которую они так любезно тебе посылают. — А ты не нашëл? — Рео не сводил взгляда со спокойного лица. Мозг сам вырисовывал совершенно другой образ перед собой: тëмно-зелëные волосы становились более неаккуратными и приобретали белые оттенки, взгляд наполнялся холодом и спокойствием, но грел душу. Наги.. Рео бы хотел поговорить с ним об этом. — Я больше не ищу свободного человека, — Взгляд устало нахмуривается, по итогу вновь прикрываясь. — Скорее, стараюсь сам послужить "свободным" для запертого в компании человека. Но.. всë идëт так неудачно, что по итогу сам становлюсь столь же закрытым в клетке. — Вау.. не ожидал услышать от тебя что-то кроме ярких оскорблений, — Уголки губ Микаге приподнялись в улыбке. Он не собирается допрашивать Рина. Ему также неприятно это обсуждать. Рео лишь всем телом ложиться на мягкую кровать, подобно Итоши, устремляя глаза в потолок. — Знаешь.. а ты не такой ужасный человек. Узнай я тебя на лет так пять пораньше, может даже смогли бы подружиться. — Не забывай: я тебя ненавижу, — Рин сжал кулак, укладываясь боком и повернувшись спиной к наследнику компании. — Наш брак полностью разрушил мою жизнь. Я бы даже знать о твоëм существовании не согласился бы, чего уж говорить о противной "дружбе". — Ладно, я и не предлагаю, — Рео отвернулся так же следом, смотря на деревянную дверь. — Останемся всë такими же "врагами во временном союзе", если ты так этого желаешь. — Это уже более выгодное и логичное предложение, — Пробормотал Рин, после, сразу же замолкая.

*****

Первый солнечный луч скользнул через плотно задвинутые шторы. Как уже утверждал Рин, утро – самая ужасная пора дня. И сейчас он ни на секунду не засомневался в своих словах. Город уже звонко гудел. Раздавались машинные гудки, ярко и красочно пели птицы, даже громкие разговоры мимо проходящих людей были доступны слуху. Бирюзовые глаза проходятся по строчкам в книге, но замирают спустя пару слов, из-за очередного воя машины. Книга сжимается в руке. Парень делает глубокие вздохи, стараясь собраться с мыслями. Он специально встал пораньше, дабы успеть почитать хотя бы пару страниц перед тем, как окружающие опять обступят его со всех сторон. Но видимо херня-судьба вообще не прислушивается к его желаниям. Каждые пять секунд кому-то со стороны обязательно нужно посигналить, или громко, подобно бегемоту, походить у его комнаты. Но.. это ещё ничего. С этим он может смириться и мысленно проклинать всë живое и не живое. Больше всего раздражает то, как резко к его руке прижимается чужое спящее тело. Рин держится. Вдыхает ещё раз. Ещё один, а затем глубже. Повторяет эту процедуру. Вновь глубоко дышит. — Да завались уже, — Парень с силой отпихивает от себя спящего наследника компании, нахмурив лицо. — Парня так своего прижимать будешь, я здесь никаким боком не влез. Итоши спокоен. Пять секунд тишины идут на пользу. Все звуки вокруг замолкают, а душа готова плясать даже от подобного. Но, это счастье тут же пропадает, стоит телу рядом недовольно замычать и вновь прижаться к чужой руке. — Заебëшь, тебе тут мëдом помазано что-ли? — Рин вновь отодвигает чужую макушку от своей руки и уже оба лица гневно нахмуриваются. Итоши не может этого вынести. Ладно ночью. Тогда Рео уснул без всяких заморочек и подобных касаний. Но сейчас.. где же он так нагрешил, что ему посылают подобные пытки? На этот раз Микаге ложится головой на чужую руку, не позволяя Итоши спихнуть себя этой ладонью. Он крепко сжал ладонями чужое тело, пряча лицо в груди парня. Рин вдохнул. Снова. Ещё раз. Начал мысленно считать до пяти и обратно. Не помогает. Поднял счëт до десяти. До пятнадцати. Перешëл на английский. Ван, ту, фри.. Да отвали же, Микаге. — Хей, вставай давай, извращенец спящий, — Итоши сильно потряс парня за плечо свободной рукой. Пришлось отложить книгу в сторону и попрощаться с надеждами на тихое времяпровождение. Рео вообще не реагирует. Ни один мускул не дрогнул на спящем лице. Да, он не спал всю ночь. И что? Рину на это фиолетово. Он засыпает под утро и спит от силы часов пять. Но.. Итоши же не смеет прижиматься к левым людям. Шаги со стороны сильно отвлекали. Шум за дверью ударял по барабанным перепонкам, заставив брови на лице нахмуриться. Окончательно терпение пропало, когда раздаются пару спешных стуков в дверь, после чего она быстро открывается. — М..младший Госпо... — Одна из домработниц, решившая обеспечить Итоши резкий визит, смущëнно увела взгляд в сторону, обнаружив парней в весьма неоднозначной позе. — Простите, я.. я не вовремя? — Это совсем не то, о чëм ты подумала своей больной головой, — Рин грубил. Не собирался нежничать с персоналом только из-за своего статуса. Раз нанялись на роль прислуги, то и выполнять еë нужно достойно. — Что на этот раз? Я вроде отменял встречу с "Dirent Project". Если они пришли мне тут плакаться, то отправь их на хуй. — Вы.. вы правы. Встреча была отменена, так что та компания просто послала вам письмо, — Девушка нервно потирала ладонь о ладонь, так и не поднимая взгляда на Младшего Господина. — Просто.. Вы же просили сообщать Вам о каждом визите Айи Мацуоко. Так вот.. от неë недавно поступил звонок: сообщает, что прибудет через пятнадцать минут из-за утренних пробок. — Что? — Итоши отпихнул Микаге от себя, приняв сидячее положение. Рео вроде недовольно поморщился, потирая глаза, но Рин не обратил на это никакого внимания, направив грозный взгляд на даму. — Она не сообщала о своих "визитах". По моим данным, Айя должна была явиться через неделю. — Вы как всегда правы, Юный Господин, — Девушка подняла взгляд на парня, но, столкнувшись с ярым бирюзовым взором, глаза устремились к двери. — Она никого не предупредила. Решила сделать сюрприз для Старшего Господина, больше с нами говорить не стала. — Чëрт, — Шикнул Итоши, проводя рукой по тëмным волосам. — Саэ знает об этом? — Нет.. сначала я решила доложить Вам, как Вы и велели, — Девушка глубоко вздохнула, замечая, что тон Юного Господина стал чуть более спокойным. — Сейчас Старший Господин на утренней тренировке на поле. Нам сообщить ему? Или Вы сами? — Не сообщайте ему. Ни слова, — Рин прикрыл глаза, краем уха замечая, как приподнимается чужое тело, что ещë совсем недавно, словно влюблëнный младенец, сжимало его в своих объятиях. — Сделайте так, чтобы он пробыл на тренировке как можно дольше. Они не должны увидеться. Итоши не понимает. Не понимает, почему девушка так быстро соглашается на его приказ, молча покидая комнату. Не понимает, почему старается не допустить встречи будущих супругов. Вроде.. свадьбы и так не избежать. Да и к тому же Саэ уже всë решил. И как бы Рин не хотел, он не может распоряжаться жизнью старшего брата. Но вот их брака даже под угрозой смертью вообще не хотелось видеть. Эта Айя, этот Микаге – они полностью испортили его жизнь. Влезли, нарушая только выстроенную "идиллию", и превращая его отношения с братом в полный кавардак. — Что случилось? — С хрипцой в голосе пробормотал Рео, с непониманием наблюдая, как Рин быстро поднимается с места, беря со стула выглаженную рубашку. — Собирайся, времени на душ нет, — С растëгнутыми на рубашке пуговицами, Итоши взял со стола бумажный листок, сложенный в неаккуратный квадрат. Он секунд двадцать не сводил с него взгляда, потирая бумагу большим пальцем, после, аккуратно складывая его в верхний карман рубашки. — Будешь играть роль моего парня. О Саэ ни слова. Он здесь не живëт и такого человека вообще не существует, понял? — Ясно-ясно, — Микаге лениво поднялся с места, выпрямляя спину. — Если нужна высокая актëрская игра – ты обратился по адресу. Только дай мне минуту, хоть мозги заработать успеют. — Не может работать то, чего нет, — Фыркнул Рин, подходя к шкафу и вытаскивая оттуда постиранную и выглаженную одежду гостя. — Опять грубишь, — Рео недовольно принял протянутую ему одежду, тяжело вздохнув, когда не получил никакого ответа. Рео возвращается. Под утро и вправду стало легче. Его голова пуста и это – плюс. Сейчас он может полностью сосредоточиться на внезапной задаче. А о произошедшем с Сейширо и вчерашних словах Рина, можно порассуждать в другое время. В такое, когда руки опять начнут дрожать, а слëзы неконтролируемо течь с щëк. Почему-то наследнику компании кажется, что подобное скоро и произойдёт. — Что мне говорить? — Рео застегнул последнюю пуговицу на рубашке, после поправляя пиджак. Он, без всякого интереса в лице, рассматривал коридор с нанизанными куда можно и нельзя богатством: вазы, статуэтки, картины, позолоченные перила на лестнице. Удивительно, что семья Итоши купается в такой роскоши. Даже "Микаге" – лидирующая корпорация во всей Японии, что оставила "Итоши" на втором месте, не имеет так много богатства в своëм особняке. Рео не любил напыщенность. Намного комфортнее жить в комнате обычного подростка, без всяких там позолоченных вещей. — Будто ты и сам не знаешь, — Рин шагал в чуть ускоренном темпе, заставляя Микаге подстраиваться под него, переплетая ногами следом. — Просто веди себя, как тогда на прогулке. Но не смей и вздохом лишним упоминать Саэ. — Мне можно узнать причину? — Рео вопросительно поднял одну бровь, как в нос ударил слабый утренний ветер. Всë, что оставалось Микаге – следовать за Итоши, который смотрел лишь вперëд, даже не моргая лишний раз. — Нет, просто делай, как я велю, — С уст слетел недовольный вздох, обнаружив прямо у входных ворот припаркованный чëрный лимузин. — Вот же принесло заразу. Когда парни подошли чуть ближе, Рео потянул руку к чужой ладони, переплетая их пальцы. Рин этого не заметил. Не заметил ничего кроме незнакомого мужчины, что открывал дверцу автомобиля. Бирюзовый взгляд сразу же направляется на показавшиеся тëмные волосы, а после и на само вычурное лицо. Доминантный карий взгляд, чëрные, как безлунная ночь, локоны, яркая красная помада на высокомерных губах, грудь третьего размера, еле прикрытая красным коротким платьем, белая кожа и стройное тело – именно такой и была Айя Мацуоко, актриса мирового уровня, единственная дочь известнейшего дипломата во всей Японии и просто огромная зараза, разрушающая жизнь младшего Итоши. — Так-так, — Девушке протянули солнечные очки, которые она сейчас вертела в ладони. — Давно не виделись, верный пëсик. — Зачем же Вы пожаловали к нам в столь ранний час? — Рин приподнял уголки губ в явно натянутой улыбке, даже не заметив, как сильнее сжал ладонь Микаге. — Неужели у Вас остаëтся свободное время, после поглощения душ невинных людей? — Ничего нового: всë так же безалаберен и груб, — Она недовольно фыркнула, переводя взгляд на незнакомого человека. Девушка сделала пару шагов навстречу к Рео, так и не прекращая вертеть очки в ладони. — Так.. а тут у нас всë же кое-что "новенькое"? И кто же ты у нас? Личико у тебя знакомое. — Здраствуйте, — Наследник компании натянул на лицо мастерскую улыбку, замечая, как ладонь начинает краснеть от сильной хватки парня, стоявшего рядом. — Я – Рео Микаге, единственный наследник корпорации "Микаге". Наслышан о Вас, Айя, и рад встретиться с Вами лицом к лицу. — Фу, — Девушка отстранилась, одевая на лицо очки, а после переместив их на кудрявые волосы. — Сколько же лжи и лести в паре предложений. Он всегда такой? Мацуоко перевела взгляд на Рина, но, не получив никакой реакции, а лишь мастерский игнор к своей персоне, продолжила говорить: — Я наслышана о компании "Микаге", по новостям только их и крутят, — Карие глаза прошлись по телу Рео с ног до головы, а после брови девушки нахмурились. — Личико у тебя милое, но почему именно этот пëсик? Он тебя силой держит что-ли? В любой момент можно подать в полицию или раскрути эту новость: обретëшь ещë больше популярности. — Знаешь что, — Итоши нахмурился, устав слушать этот бред. — Иди-ка ты- К сожалению, даже собственные мысли ему высказать не позволили. Микаге прервал его на полуслове, смущëнно улыбаясь. — Зачем же Вы так грубо? — Рео прижался к руке своего "муженька" всем телом, не отрывая от него влюблëнных глаз. — Рин мне очень нравится. Не думал, что отец познакомит меня с кем-то настолько очаровательным. Может со стороны он и кажется холодным, но на самом деле тот ещë романтик. Лицо Итоши скорчилось в непонятной мимике от этих слов, подобно лицу Айи, что замерла словно онемевшая. — Кажется.. у тебя совсем нет вкуса в парнях, — Она пару раз цокнула, мотая головой, после делая шаги навстречу к младшему Итоши, останавливаясь чуть ли не впритык к парню. — Я сюда не пошушукаться с вами прилетела. Знаешь как тяжело было арендовать целый самолëт с Мальдив на столь ранний час? Я сто лет проторчала в этой летающей железяке и не ради тебя. — Наверное Вам и вправду было тяжело пролететь столь большое расстояние на своей метле, — Даже несмотря на внутреннюю злобу, губы всë равно приподнимаются в улыбке. — Ничего. Мы можем предложить Вам купить новую. Хотя нет, я сам куплю еë для Вас. Позвоните моему менеджеру и обсудим все детали чуть позже. — Ты совсем не умеешь ладить с девушками, — Мацуоко фыркнула, оборачиваясь на молчавшего Микаге. — Может хоть у тебя есть немного манер, наследник самой корпорации "Микаге"? Где Саэ Итоши? Раз ты проводишь своë "счастливое" время здесь, то явно должен всë знать. — Извините, но я не обладаю достаточным количеством информации на эту тему. Меня привлекает только Рин, — Во рту появляется горький привкус, а со своих же слов рвало блевать. Но наследник компании продолжал играть для них обоих. — Почему бы Вам самой с ним не связаться? — Он не берëт трубку, спит ещë наверное.. или телефон сел, я не знаю, — Дама злобно сложила руки на груди, направляя на парней высокомерный взгляд. — Ладно, я могу и сама его найти. — К сожалению, Вы не можете этого сделать, — Рин пожал плечами. Явно наслаждается от того, как выходит из себя эта сучка. — По непонятным мне причинам, Вы – Айя Мацуоко, записаны в чëрном списке наших гостей. Я постараюсь уладить этот вопрос, но он займëт от двух до сорока пяти лет. Приходите к этому времени, если ещë будете живы. Хотя я не посмею сомневаться в способности ведьм на долгожитие. — Сам ты ведьма с.. с длинными ресницами! — Айя сжала ладони в кулаки, стиснув зубы. — Если хоть кто-то из этого дома не позволит мне навестить своего супруга, то я- Она прервалась на полуслове, краем уха услышав громкие женские голоса. — Старший Господин, подождите! В..ваша тренировка ещë не окончена, — Одна из домработниц схватила парня за руку, но еë быстро оттолкнули от себя. — Если.. если Вы окончите еë сейчас, то можете выбиться из графика. — График-хуярик, переделаешь всë, если понадобится, — Саэ даже не удостоил еë взглядом. Парень быстро настигнет эту троицу, оставляя девушку позади. Сейчас он даже не успел переодеться в подобающую его статусу одежду, представ пред остальными в белой футболке и тëмных штанах. Итоши переложил свою руку через плечо младшего брата, стараясь восстановить дыхание и не сводить глаз с холодного лица Рина. — И что здесь происходит? — Саэ, да ты хоть представляешь, что они мне наговорили? — Зубы стиснулись сильнее, как и ладонь. Девушка с явным недовольством в лице не отрывала взгляда от ладони старшего Итоши, что еле ощутимо постукивала по груди младшего. — Каким-то чудом я оказалась в "чëрном списке", да и он оскорбил меня. Ты хоть знаешь, что сделает мой отец, если узнает? — Руку убрал, — Пробормотал Рин, обращаясь к брату и отпуская ладонь Микаге. Второй кстати, даже не старался заявить о своём присутствии: забыли о нëм – и это уже хорошо. Рео просто наблюдает со всем со стороны, хотя, казалось бы, стоит чуть ли не в эпицентре событий. — Не волнуйся, я всë улажу, — Саэ перевëл свой взгляд на девушку, лицо которой смягчилось даже от подобных холодных глаз. — Можешь приходить в любое время, кроме: понедельника, вторника, среды, четверга, пятницы и субботы. — Это только воскресенье что-ли? Саэ.. пошли сходим куда-нибудь? Я же приехала только к тебе, — Мацуоко направила ладонь к плечу старшего, но в итоге рука так и замирает в воздухе, а парень поспешил направиться к выходу из дома, тянув следом за собой и брата, заодно наблюдая, как Микаге плетëт следом. — Иди в дом, вернусь к вечеру. Сегодня я планирую целый день посвятить своему любимому брату, неужели ты имеешь что-то против? — Саэ не обратил никакого внимания на попытки младшего вырваться из хватки, зато заприметил непонимающий взгляд девушки, перед тем, как они вышли за поворот. — Бля, ты же специально всë это? — Рин всë-таки вырвался из хватки старшего, отряхивая рубашку на месте его недавних прикосновений. — Всë-всë, отдаю тебя обратно твоему муженьку, — Саэ фыркнул, даже сжав ладонь в кулак. Отношения этих двоих – непонятны для Рео. Вроде при людях – два любящих брата, но сейчас от их холодных взглядов, направленных друг на друга, можно и умереть от холода. — Если моя задача окончена, я могу уйти? — Наконец, после долгих минут молчания, подал голос и Микаге, стараясь не смотреть на этих двоих. — Твой парень уже очнулся? — Рин прекратил сверлить брата негодующим взглядом, уже более спокойно, но всë также безразлично, смотря на наследника компании. Видимо, он только "за" перевести тему разговора. — Нет, Наги ещë не очнулся, если ты о нëм. Мне позвонят, когда это произойдëт, — Микаге поглубже вздохнул, тоже состроив серьёзное лицо. — Я пойду в компанию. Нужно поговорить с отцом. — Ты решил подчиняться или искать свободы? — Рин фыркнул, наблюдая, как Рео уже спешит зашагать вперëд. Но парень старался совсем не обращать внимания на руку старшего брата, что вновь обвила его шею, еле прижимая к чужому телу. — Не знаю, — Рео приподнял уголки губ в улыбке, поворачиваясь полу-боком в сторону парней. — Наверное первое. Но.. я был бы счастлив сейчас встретиться с тем самым "свободным человеком" и обдумать всë ещë раз. — Ты мне противен, — Фыркнул младший Итоши, стиснув зубы. — Удачи, Ринчик, — Рео помахал ладонью в его сторону, после же в ускоренном темпе направляясь по знакомому маршруту. — "Ринчик"? — Саэ удивлëнно приподнимает одну бровь, переводя взгляд с Микаге на брата. — Как убого звучит.. я буду тебя также называть. — Только посмей, — Итоши глубоко вздохнул, вновь принимаясь считать сразу до двадцати, а после на английском в обратном порядке. — Ладно, — Старший поднял голову, осматривая всë вокруг, а после потянул брата в неизвестном никому из них направлении. — Пошли, Ринчик. Сегодня проведëшь целый день в моей душещипательной компании.

*****

У кого-то утро начинается с трещания будильника, что режет барабанные перепонки своим ярым звоном. У кого-то – сразу же с работы, будь то какие-то документы, или телефонные звонки, где нужно по пол часа трындеть что-то окружающим. А у некоторых оно начинается вообще под день, люди никуда не спешат, вдоволь наслаждаясь свободным временем. Но у одного парня утро начинается с кремов и масок, совместно с получасовым разглядыванием своего отражения. — Дорогой, как думаешь, какое из них больше подойдëт для вечерней встречи выпускников? — Дама держала в руках два платья, шагая по коридору на встречу к своему сыну. — Никак не могу определиться. — Мам, ты в обоих будешь выглядеть прекрасно, — Ренске мельком взглянул на женщину, что стояла в дверном проëме, после продолжая раскладывать еду по тарелкам. — Эх.. спасибо конечно, — Дева повела плечами, переводя взгляд с синего платья на похожее красное. — Но я правда не могу определиться. Они оба мои любимые. Какое тебе больше нравится? — Главное, чтобы тебе нравилось. Выбери то, что на твой взгляд будет выглядеть лучше, — Ренске, подобно матери, пожал плечами, доставая из навесного шкафчика три кружки. — Я не очень хорош в вашей моде. — Ладно-ладно, — Девушка цыкнула, после оборачиваясь к ванной комнате напротив кухни. — Хëмочка, мне нужно твоë профессиональное мнение. Она сделала пару шагов к ванной, опираясь спиной о дверной косяк. Еë губы растянулись в нежной улыбке, пока дама наблюдала, как парень потирает свои щëки, впитывая в них бежевый крем. — Ц.. снова что-ли? — Чигири фыркнул и, напоследок ещë раз взглянув на своё отражение, сократил расстояние с девушкой, быстрым взглядом пробегая по нарядам. — Если Вы оденете синее, я в вас очень разочаруюсь. Боже.. этот фасон уже как год вышел из моды, да и красное хромает. — И.. и что делать? — Женщина с улыбкой наблюдала, как парень касается ткани красного наряда, скорчив недовольную мину. — Боже.. да тут и ткань ужасна. Я бы это даже на тряпки не пустил, — Хëма помотал головой, закатывая глаза. — Так, эти – сожгите. Их носить запрещено: синее просто хуëвое, а красное стопудово полнит. Возьмите из шкафа белое платье, что я Вам дарил, каблуки возьмите чëрные: в них и удобно и можно сыграть на контрасте чëрно-белое. Сумку большую не берите, будете смотреться как бабка на базаре. Лучше небольшую, ту которую мы с Вами на той неделе подобрали. Серьги возьмите те, которые Вам муж подарил: они дорогущие и неплохо сочетаются, можно будет перед подругами похвастаться. Примерно к пяти вечера придёт моя сестра, поможет с причëской и макияжем, только не упоминайте при ней наши с Кунигами отношения. И не смейте больше спрашивать этого парня, его вкус в женской одежде – полная хуйня. — Вот это мой сыночек, — Девушка положила ладонь на чужую щëку, несильно щипая. — Ты для меня словно лучшая подружка. Но ещё раз при мне ругнëшься – ущипну уже сильнее. — Простите, Матушка, — Чигири фыркнул, переводя взор на показавшегося Ренске. — Завтрак готов, если что, — Уголки губ парня приподнимались в улыбке, наблюдая за душевными отношениями этих двоих. — У нас осталось где-то полчаса. Девочки, заканчиваем со шмотками и идëм к столу. — Бля, ещë раз так скажешь – получишь в глаз, — Хëма недовольно хмурится, когда его щëку оттягивают ещë сильнее. — Ладно-ладно, молчу.

............

— Вы точно не опаздываете? — Девушка взяла в ладонь кружку с чëрным чаем, переводя взгляд на парней напротив. — Мам не волнуйся, мы на мотоцикле доедем. Дорога минут пять займëт, — Ренске пожал плечами, кладя в рот небольшой кусок яичницы. — Ох, только аккуратнее по дороге, — Девушка положительно матнула головой сама себе, переводя взгляд на Чигири, что попивал лишь один чай. — Хëмочка, чего не ешь? Давай я тебе что-нибудь другое дам, если невкусно? — Эм.. ну.. не нужно, я не хочу, — Чигири отложил чай на стол, смотря на сидящего рядом парня. — Мам, он на диете. Теперь вообще ничего не ест, — Кунигами фыркнул, встречаясь с негодующими розовыми радужками. — Какая ещë "диета? Да у тебя, мальчик мой, одна кожа да кости, — Девушка встала с места, подходя к настенным шкафчикам. — Так, я тебе ещë с собой положу. Кунигами, проконтролируй, чтобы он всë до последней крошки съел. — Да правда не стоит. Я куплю себе что-нибудь на обеде. Просто на нервах набрал уже пару кило, а мне нужно держать себя в форме, — Хëма фыркнул, злобным взглядом сверля своего парня. — Да-да, вот когда растолстеешь, как футбольный мяч, тогда и думай о диете, а сейчас у меня голодным из дома не выйдешь.

...........

— Ты что, злишься? — Ренске приподнял уголки губ в улыбке, шагая по коридору академии. Его взгляд был прикован к недовольному лицу Чигири, которому, кстати, положили в сумку целых два огромных контейнера с едой, да и к тому же перед уходом обкормили, словно думая, что он пол года ни крошки в рот не брал. — Не очень, — Чигири фыркнул, крепче сжимая ладонью сумку. — Хочу это сбагрить куда-нибудь, но.. Матушка же заботится обо мне, невежливо будет, если я выкину еë еду. Так что разделишь эту калорийную пытку вместе со мной. — Как скажешь, — Подойдя к аудитории Хëмы, Кунигами помахал ему рукой. — Увидимся на обеде. — Угу, не забудь сдать вчерашний проект профессору Яманаке. Тебе охренеть как повезло, что я его любимчик, иначе бы уже неуд получил. Но больше я за тебя договариваться не буду, — Чигири закатил глаза, проходя в свою аудиторию. Как же.. одиноко сейчас выглядит его парта без знакомой фиолетовой макушки на стуле. Рео оповестил его с утра пораньше, что всë в порядке. Но.. так ли это? К сожалению, Хëма не обладает телепатией и за все 12 лет так и не научился читать настроение лучшего друга по сухому печатному тексту. Остаëтся лишь поверить, что Рео не лжëт. Чигири всë ещë с дрожью в теле вспоминает увиденные вчера слëзы. Микаге точно не в порядке. Сейчас наверное заперся в своей комнате, дотошно вспоминая все свои проëбы, которых, по мнению Хëмы, вообще не было. Рео не ошибся. Он сделал всë правильно. Пошëл за Наги, рискуя собственным здоровьем, пару часов проторчал в убогой больнице, по сто раз за пять минут переспрашивая медсестëр. Рео ошибся лишь в одном – в нежелании открыться хоть кому-нибудь. Пусть это будет и не Чигири, даже Сейширо сойдëт. Но Рео нужно высказаться. Хотя бы парой слов. Хëма тяжело вздыхает, выкладывая тетради из сумки. Этот день обещает быть скучным, ужасным и одиноким. Без Рео, все дни именно такие. — Привет, я подсяду? Знакомый голос со стороны вывел из размышлений. Важных для Хëмы размышлений. Чигири поднял взгляд на источник звука, ни капли не удивившись Лауферу. Теперь он уже не удивляется внезапным появлениям и разговорам этого парня. — Места опять кончились что-ли? В этом кабинете их должно хватить, — Парень приподнял одну бровь, паралельно вертя ручку в руках. — Н..нет, я это.. просто хочу посидеть с тобой, — Лауфер смущëнно потëр затылок. Неужели он и вправду решился? Всë утро ломал голову и размышлял "а стоит ли? ", по итогу действовав по наитию. Парень не видит, но уверен, что его щëки сейчас выдают всë смущение и неловкость, которая отдаëтся ускоренными биениями сердца. — Ну.. если ты не против конечно. — А.. ну ладно тогда, — Чигири пожал плечами, прикрывая краснеющие уши розовыми прядями. Жуть как неловко. Но.. вчера Лауфер и вправду смог отвлечь Хëму от всего этого дерьма, происходящего вокруг. Отказать – было бы слишком грубо по отношению к нему. — Мы.. ну.. всë равно у нас книга не дочитана. Я принëс еë сегодня. Как раз хотел с тобой почитать.

*****

Темно. Нет, не в комнате. Она, наоборот, отдаëт ярким светом, а лучи слепят глаза. В подсознании сплошная тьма и пустота. Свобода или подчинение? Рео, словно глупый ребëнок, не может найти ответа на этот вопрос. Почему Рин выбрал второе? Почему не бежит из компании, сверкая пятками? Микаге хочет поступить именно так: спрятаться как можно дальше, убежать без оглядки. Рео часто представлял, какой могла бы быть его жизнь, если бы не было никакой компании "Микаге". Отец бы работал в каком-нибудь банке, а мать стала работницей в чужой компании. Они бы сводили концы с концами, или представляли образ среднеобеспечеенных людей. Рео не смог бы тогда позволить себе всю эту роскошь: не было бы никаких личных поваров, домработниц, лимузинов и брендовых шмоток. Но.. иногда Микаге так желает избавиться от этого. Если бы всë было так, тогда ему не пришлось бы быть настороже, размышляя, используют ли его люди или искренне хотят дружить. Именно по этой причине Рео и нашëл Наги. Он странный. С самого начала не обратил внимания на роскошь за спиной наследника компании. Если бы Рео был обычный ребëнком, они могли бы встретиться раньше и играть в футбол, без всяких упрëков отца. Родители бы поддерживали интересы сына на новые хобби, ходили на все его выступления и награждения, не ссылаясь на всякие дела по работе. Может даже завели бы себе аккаунты в "Line", где постили все награды своего сына. О такой жизни Рео грезит целыми днями и ночами. О любящей. Где тебя не используют, словно пустую куклу, а любят. Искренне гордятся даже малейшим достижениям. Где переживают, почему ты не вернулся домой в назначенное время. Где готовят домашнюю и вкусную еду. Где путешествуют раз в год на небольшую зарплату но проводят все дни вместе, фоткаясь на каждом шагу. Рео хочет ощутить любовь. Не только от каких-то парней или девушек, она ему не нужна. От родителей. Чтобы любили, ставили в угол при оплошности, заботливо клали обед на учёбу, ходили вместе по дешëвым магазинам и просто выбирались на прогулку. Порой даже хотелось, чтобы весь их бизнес рухнул в один момент. Но Рео не глупый. Далеко нет. Он осознаëт, что, даже если подобное и произойдёт, Микаге уже просрал свой шанс на получение любви от родителей. Они всë также останутся холодны, продолжат манипулировать людьми, словно пустышками, и всë также.. не будут замечать своего единственного сына. Одеяло прижимается крепче к телу, а с уст срывается тяжëлый вздох. Рео просрал всë: любовь родителей, доверие Чигири и.. и Наги. Это всë, что наследник компании так берëг и дорожил, а по итогу ничего из этого и не осталось. К удивлению, его встретили с заботой. Нагиса тут же распорядилась новым гардеробом для потрëпанного Микаге, повара заботливо приготовили утренний завтрак, и каждый второй охранник облегчëнно вздыхал, заприметив фиолетовую макушку. Хоть кто-то о нëм волнуется. Но.. почему? Почему переживают левые люди, а не его собственные родители? Почему они не отправили хотя бы краткое смс "ты где?", хватило бы даже обычного звонка с приказом возвращаться. Почему никто из них и пальцем не повëл, когда узнали о таком крахе в Академии? Можно же хотя бы кратко поинтересоваться самочувствием сына. Резкий звонок на рядом лежащий телефон сбивает все мысли. Рео и так тяжело собирать слова хотя бы в своей голове, а теперь становится ещë сложнее. Парень берëт мобильник и принимает вызов, не сводя глаз с заменëнного зеркала в полный рост. Он разбивал его недавно. Да, тогда, когда только нашëл себе новенького "мужа". — Ало, это номер Рео Микаге? — Знакомый женский голос, заставил радужки замереть, а покрывало спасть с плеч. Он помнит этот голос. Вчера в больнице больше часа допытывался до этой медсестры, не удостоившись даже узнать имени несчастной. — Да.. да я, — Голос почему-то звучал хрипло и тихо. Но Рео плевать. Гораздо больше волнуют слова этой девушки. Намного больше. — Что с Наги? — Ох, рада, что Вы меня не забыли, — Даже сквозь телефонную трубку, наследник компании чувствовал, как дама приподнимает уголки губ в улыбке. — Вы просили оповестить Вас, когда пациент "Наги Сейширо" придëт в себя, или с ним что-то случится. За прошедшую ночь никаких отклонений не было выявлено. Мы вкололи ему препарат "FJ-34", на утро клыки пропали. Пациент пришëл в себя десять минут назад. После последних слов с уст сорвался облегчëнный вздох. Рео не заметил, как лицо растянулось в улыбке, но обратил внимание на внезапную лëгкость в теле и трепет на сердце. Наги в порядке. С Наги всë хорошо. Он не мëртв. Альфа пропал. Сейширо больше не будет угрожать и истязать себя. С ним всë хорошо.. — Как.. как он себя чувствует? — Голос стал звучать ещë тише. Микаге почти переходит на шëпот. Плевать. Сейчас.. сейчас уже не важны родители. Пусть они и не уделяют ему должной любви и внимания, зато Рео сейчас может сделать это для своего друга. — Пациент жалуется на головную боль и голод, — Видимо девушка расслышала его слова, принявшись отвечать. — Ничего другого не наблюдается. Через пятнадцать минут его должен навестить врач, и тогда мы объясним Вам обо всëм поподробнее. И не волнуйтесь, мы принесли ему еды. — Когда я смогу.. навестить его? — Микаге и сам не заметил, как начал перебирать ворсинки на покрывале свободной ладонью. Рео волнуется. И от этого сердце бъëтся чаще. Да, именно от этого. Поэтому парень пересчитывает каждый новый стук в уме, замечая, как они ускоряются при упоминании Сейширо. — Ну.. можете хоть сейчас за ним приходить, — Дама тяжело вздохнула, а со стороны послышались шуршания листов. — Пациент настаивает на срочной выписке. Говорит, что хочет поскорее вернуться к некому "Чоки" и увидеть Вас. Мы выпишем его после осмотра врача, если самочувствие полностью нормализовалось и не представляет угрозы для самого пациента или окружающих. — Х..хорошо-хорошо, я сейчас приду, — Улыбка становится шире. Наги волнуется. Волнуется за Рео и свой кактус. Это так по-детски и мило. — Можете передать ему, что я приду? — Да, конечно. После Вашего прихода, врач обговорит с Вами необходимые для пациента препараты и методы ухода за ним. Рео не прощается. Резко, даже для самого себя, скидывает трубку, вырывается из плена покрывала и бежит. Он не меняет одежду, не поправляет причëску и даже не дожидается прихода отца после важной встречи. Рео просто бежит. Пулей вылетает из особняка, краем глаза замечая поражëнных охранников. Не дожидается лимузина – это слишком долго. Дайте ему пять-десять минут и Микаге без остановки прибежит прямо к больнице. Сейчас дыхание учащается. Сердце бъëтся просто в бешенном темпе, а голова прокручивает вариации их встречи. Что скажет Наги? Как его лучше поприветствовать? "Привет, хорошо, что ты очнулся. Помнишь вчера ты мне угрожал и целовал? Так вот я всë прощаю, последнее даже понравилось", – нет.. глупо. Не нужно вспоминать поцелуи, а тем более обсуждать их с Наги. Да, целовались, да Рео понравилось настолько, что он уж было не снял с Сейширо толстовку. Но тогда Наги был не в себе. Возможно он вообще не помнит о произошедшем. Боже.. кажется сейчас сердце забилось ещë быстрее.

*****

Утро начинается с жуткой боли. Звон эхом отдаётся по барабанным перепонкам, а тело дрожит. В нос ударяет резкий "аромат" бинтов и хлорки. И с этим запахом приходится смирятся до сих пор. Стоило только открыть глаза, как врачи, словно дикие гиены, набросились на парня со своими иголками и осмотрами. А он.. да а что он? Спросили про самочувствие – сказал, что есть охота. Наги немного поëрзал на неудобной больничной койке, по итогу опираясь спиной о спинку кровати, прижимая одно колено к телу. Слабо ударился о неë лбом, так и не меняя положения. Как он добрался до больницы? – не помнит. Но.. всë остальное сейчас яркими картинками проносится в черепной коробке, заставляя щëки краснеть. Наги Сейширо – доминантный альфа. Он сам не верит этим словам. Но врачи минут пять вдалбливали ему это в бошку, не давая времени на лëгкую передышку в тишине. Сейширо помнит. Помнит о том заточении, столкновении с ужасным "недо-собой", о угрозах и выражении лица Рео. Но не это сейчас крутится в голове. Стоит прикрыть глаза, как подсознание подкидывает яркие воспоминания: перепутанные меж собой фиолетовые локоны, затуманенный взгляд, тяжëлое дыхание, алый румянец на щеках и шее, а под конец приоткрытые губы, вкус которых ощущался до сих пор. Наги давно не целовался, уже как пару лет. После смерти Йошиды, не посмел даже смотреть на других. Сейширо любит Нэо. Глубоко в подсознании мечтает ещë раз коснуться его, обнять и поцеловать. Всегда он целовался только с этим парнем, больше ни с кем. А что же происходит сейчас? Наги не может выкинуть из головы тот поцелуй. Досконально и неосознанно вспоминает все испытанные в тот момент ощущения: медный привкус крови от касания к шее, прикосновения к фиолетовым радужкам. И, в тот момент, лицо Рео невозможно забыть: оно милое и наивное, будто он целуется в первый раз. Поцелуи щëк, когда Микаге сам начал подставлять своë лицо, стараясь чередовать сбившееся дыхание. И под конец сам поцелуй. Тот момент, когда Рео самовольно прижался к его губам, сразу же углубляя и не позволяя хотя бы привыкнуть к новым ощущениям. Соприкосновение с его языком отдалось дрожью по телу и жаром внизу живота. Даже сейчас, прокручивая этот момент, Наги сбивается с ритма дыхания. Как это произошло? Как они дошли до такого? Когда их отношения успели так перевернуться с ног на голову? Рео – друг Сейширо. Друг, который по каким-то неведомым причинам обратил внимание на подобного "затворника". Они вместе учились, вместе обедали и так же вместе пили чай, сидя на лавочке в парке. Но почему всë это резко привело к поцелуям и желанию прикоснуться? Может.. может Рео как Йошида? Может Наги вновь влюби...... — Ух... голова, — Сейширо фыркнул, потирая болящие виски. Думать напрягает. А размышлять о Рео ещë тяжелее. Наги не должен об этом так тщательно думать. Рео скоро придëт, раз так говорят девушки в халатах. Да и к тому же.. Рео – наследник популярной корпорации "Микаге". Для него поцелуи, скорее всего, плëвое дело. Может.. может он и вовсе позабыл об этом. А Наги не забыл и навряд ли теперь сможет. Всë ещë прокручивает этот момент в голове, паралельно пытаясь очистить черепную коробку от левых мыслей. — Молодой господин! — Громкий голос девушки из коридора, заставил черты спокойного лица нахмуриться. От еë криков голова зазвенела яркими бубенцами, будто по ней бъëт какой-нибудь цыган. — Я же говорила, зайдëте после осмотра врача! Пациенту нужен отдых и покой! Ускоряющиеся шаги резали барабанные перепонки, а Сейширо вновь потëр виски. Краем уха услышав дверной скрип, повернул голову на источник звука. Замер. Не Наги замер, а каждая его клетка тела. Казалось, что и сердце перестало биться, вслушиваясь в учащëнное дыхание напротив. — Рео? — Даже серые радужки замерли, полностью сконцентрировавшись на парне, что держался рукой за дверной косяк: помятая одежда, тяжëлая отдышка, синяки под глазами, растрëпанные волосы и дрожащие фиолетовые глаза. Наги запомнил эти глаза. Ещë вчера целовал их, словно самое драгоценное сокровище. А Рео похож на сокровище: дорогое и не каждому доступное. И даже в таком неумело собранном виде, Микаге красив. И почему-то сейчас Сейширо замечает эту красоту. И зачем он обращает на это внимание? Рео молчал. Запыхаясь наблюдал, как медсестра молча кивает ему и удаляется, перестав кричать в след. Но заметил он еë только краем глаза. Внимание было приковано к одной беловолосой тушке, что удобно устроилась на скрипучей койке. На лице растянулась улыбка. Не натянутая. Искренняя. Раз стук, сразу же два и три. Сердце бъëтся так быстро. Это из-за бега. Определëнно из-за него. Но.. есть же шанс, что на такое душевное спокойствие и лёгкость на сердце повлиял лишь один парень, что пробормотал себе под нос его имя. "Рео" – первое, что сказал ему Наги, после того случая. И от этого голоса сердце пускается в быстрый пляс, а волнение дрожью проходит по всему телу, фибрами отдаваясь по черепной коробке. Рео устал. Быстрый бег совсем забрал все его силы. Ноги дрожат и еле держатся в вертикальном положении. Микаге сейчас упадëт, но и на это ему плевать. Плевать на то, что голова звенит от боли. Плевать, что руки отпускают дверной косяк, уже без сил зависая в воздухе. Плевать на то, что за собствененным учащëнным дыханием не слышно ничего вокруг. Плевать. На уме сейчас только ощущение теплоты на сердце, что всеми фибрами проносится по телу. Да, Рео тяжело. Тяжело стоять, ходить, говорить и даже дышать. Но, несмотря на это, ноги сами несутся к больничной койке, несутся настолько быстро, что, когда тело наследника компании прыгает на кровать и загребает Сейширо в свои объятия, они оба вздрагивают от внезапности. Плевать. Плевать на дрожь, плевать на медсестëр, плевать на собственное самочувствие. Рео так давно не обнимал Наги. А хотелось. И вчера хотелось, и ночью, засыпая на кровати Итоши тоже хотелось, и даже во время этого десятиминутного бега Рео не мог выкинуть ту мысль из головы. Сейширо не спешит обнимать в ответ, словно онемел от этих прикосновений. Но Микаге и на это всë равно. Он обнимет Наги – это всë, что ему сейчас необходимо. Ему не угрожают, не клянутся в любви до гроба, не душат. Обнимать Наги приятно. Дыхание выравнивается, когда лицо Микаге утыкается в чужую шею, прячась за фиолетовыми прядями. Румянец опаляет уши, а руки вжимаются в плечи напротив. Очередная волна дрожи проходит по телу. Приятная, заставляющая волноваться и улыбаться, словно последний дурак. И Рео улыбается. Во все зубы, прижимаясь щекой к бледной шее, и сдерживая счастливый смешок. — Наконец очнулся, — Пробормотал Микаге, чуть ли не шëпотом. Способность говорить сейчас явно не на его стороне. Ладони ложатся на чужие румяные щëки, а голова поднимается, встречаясь с серым взглядом. — Покажи зубы, ты хорошо себя чувствуешь? Взгляд Наги не пугает. Рео не дрожит, когда серые глаза смущëнно устремляются вниз, а рот послушно приоткрывается. Наследник компании облегчëнно вздыхает, когда не обнаруживает клыков. Всë хорошо. Альфа пропал. Больше им обоим ничего не угрожает. Сейширо прикрывает рот. Закусывает губу, когда чувствует, как ладони нежно потирают его щëки и они краснеют. Наги чувствует румянец на своëм лице, что отдаётся жаром на коже. Чувствует, и от осознания становится лишь более неловко. Рео слишком тактильный, слишком близкий, слишком тëплый – это все минусы в Микаге, что Сейширо удалось обнаружить за прошедшие пару минут. Хотя.. эти минусы лишь делают его ещë.. ну.. как бы сказать.. идеальнее что-ли? — Нормально, — С уст сорвался облегчëнный вздох, когда наследник компании отстранился, уже просто сидя напротив. Хорошо, что он отстранился. Теперь стуки сердца начинают выравниваются, как и дыхание. — Домой хочу. — Совсем не меняешься, да? — Уголки губ не прекращали приподниматься в улыбке, пришлось прикрыть рот ладонью, дабы заодно скрыть еле красные щëки. — У тебя дома сейчас такой беспорядок. Помочь с уборкой? — Не нужно, — Серые глаза устремились в лицо напротив. Почему Рео отводит взгляд? Сейширо хочет ещë раз увидеть те фиолетовые радужки, мельком вспоминая, как ещë недавно целовал их. Холодная ладонь еле ощутимо касается щеки Микаге, спустя пару мгновений уже теплея. Вот, теперь Рео смотрит на него. Краснеет, опускает ладонь на кровать, но не сводит взгляду. — Рео, ты же помнишь? — О чëм я должен помнить? — Парень облегчëнно выдохнул, касаясь ладонью чужой руки и прижимая ближе к своей щеке. У Наги тëплые руки. Они не холодные, как ночью в этой же больнице. Это лишь показатель того, что Сейширо действительно в порядке. С уст срывается ещë один спокойный вздох. — О нашем поцелуе, тогда в моей комнате, — Наги вернулся. И это уже точная информация. Забагованный компьютер, что без зазрения совести ставит в неловкое положение, заставляя щëки краснеть, словно спелый помидор. Его непредсказуемость.. Рео её не хватало, но сейчас.. сейчас мысли и так идут не впопад, а теперь и вовсе скачут, словно быстрая карусель. Ладонь вновь опускается. Микаге елозит ногами, отстраняясь на метр, замершим взглядом прожигая стену. Рео помнит. Помнит и старается не думать об этом. В душе даже надеялся, что Наги обо всëм позабыл и эти воспоминания останутся только между ним и недо-копией беловолосого. Да, это было. Да, даже несколько раз. И, о Боже, да ему понравилось. Он признаëт. Но.. это неправильно. Поцелуи между друзьями невозможны. Рео не чувствует к Сейширо никаких романтических чувств. Не хочет жить с ним вместе, выходить замуж, а тем более заводить ребëнка. Чего же тогда Микаге хочет? Он хочет ещë. Желает ещë раз ощутить на себе эти горячие губы, чувствовать жар и смущение от обычных поцелуев в щëки, ощущать резкий холод и дрожь от пальцев, скользящих по телу. Это всë. Но.. запрещено. О Наги не нужно думать подобное. Сейширо – друг. Друг с которым хочется проводить время, делиться разными новостями и просто молча любоваться в никуда, сидя на крыше академии. Тоже самое он чувствует к Чигири. Но при том, у наследника компании ни разу не возникало мысли о поцелуях с Хемой. Нет, это странно. Даже представлять не хочется. Следовательно и с Наги должно быть также. Рео запутался. Перебрал все свои мысли, превратив их в некий "клубок", что невозможно распутать. Такого.. ещë ни разу не было. Микаге – человек, способный найти выход из любой ситуации. Но сейчас, этот самый "Рео Микаге", как дурак, пялится в никуда, не находясь ответом. Он изменился. И не в лучшую сторону. Нельзя даже допускать подобные мысли, а уж тем более представлять поцелуи со своим другом. Рео нужно вновь запереть себя. Запереть и самовольно записаться в ряды "глупых марионеток", у которых никогда не бывает подобных проблем. — Наги, — Голос звучал тихо. А от повиснувшей в воздухе чужой ладони и наклонённой в бок головы, дыхание вновь сбилось. — Помню. Я помню, о.. ну.. об том случае. Давай не будем это вспоминать. — Рео? — Сейширо с непониманием наблюдал, как Микаге поднимается с кровати. Наги сказал что-то не то? Нет, он всё правильно сказал. Уже надоело терзать голову воспоминаниями того поцелуя, так что проще будет поговорить с Рео и найти способ унять эти мысли. — Почему? Тебе непонра- Ладонь тянется к чужой руке, но вновь замирает, когда в его сторону направляется серьëзный фиолетовый взгляд. Рео.. не такое лицо Наги хочет видеть. Оно слишком грубое и властное, будто Микаге сам принял решение и не хочет считаться с чужим мнением. Но Рео же не такой. Он не смотрит так. Наследник компании обычно ярко улыбается, взгляд тëплый и нежный. — Наги, ты был не в себе, — Парень развернулся спиной к Сейширо, устремляя взгляд в никуда. — Это.. так просто получилось. Чистая случайность: мы оба поддались эмоциям и сделали ужасную вещь. Я не хочу терять наше общение, так что давай просто забудем об этом и не будем говорить. — "Ужасную"? — Пробормотал Наги, сжимая ладонь в кулак и опуская голову. — Давай обсудим наш поцелуй? У меня сейчас в голове сплошная каша. — Врач скоро придëт, — Микаге слышал его слова. Но.. а что изменится от того, если они обсудят это? Да и как подобное вообще обсуждать. Нет, сейчас не время. Рео нужно заняться самокопанием и разобраться в себе. Никакие поцелуи тут в счёт не входят. — Когда тебя выпишут, я вызову тебе такси. Не забудь об уборке дома, и проветри комнаты. Уверен, там до сих пор ужасно воняет феромонами. — Рео, ты серь- Микаге вышел. Стремительно, со скоростью пули, выскочил за дверь, громко хлопая. Оперся о неё спиной, стараясь восстановить сбившееся из-за нервов дыхание. Наги не пошëл следом, это уже хорошо. Всë хорошо. Всë нормально. Они забудут об этом и будут общаться как раньше. Рео сможет вновь гладить пепельные локоны, сможет попробовать уговорить Сейширо играть в футбол, и так же сможет приглашать на запрещëнную для всех, кроме них, крышу, чтобы полюбоваться на то, как солнечные лучи отражаются в серых радужках. Он сможет это делать и ему станет легче. Значит всë хорошо. Да, Рео в порядке. С щеки катится слеза, приземляясь на белую плитку. Глаза дрожат, как и ладони, что опираются о дверь, ища опоры. Сердце сжимается и наследник компании дышит через рот. Всë ни хрена не хорошо. Наги не виноват. Рео не должен был срываться на него. Нужно было выслушать и обсудить всё произошедшее. Но, Микаге ненавидит. Ненавидит себя за то, что ему нравится подобное. Нравится целоваться со своим другом, приятно соприкасаться с его языком и чувствовать прикосновения ладоней к коже. Эти чувства ему не знакомы и они.. они ужасны. Ужасно то, с каким трепетом Рео желает повторения. Хочется ещë хотя бы раз ощутить себя любимым и нужным. За это Рео себя и ненавидит. И именно по этой причине за первой слезой следует вторая и третья. Именно по этому, он сгибается, с дрожащим телом присаживаясь на холодный пол. Именно поэтому слабо бъëтся затылком о дверь. И только по этому легче и дальше исполнять роль марионетки. Пустые куклы не способны на чувства. Всë, что от них требуют – это исполнения приказов и полное повиновение. Они не терзаются над размышлениями, от них не ждут ответа и личного мнения, им не приходится выбирать. Звучит легко.. легко и больно.

.............

— Так, мы прописали ему необходимые лекарства: первое – от возможного гона, второе – подавители. Пусть принимает второе раз в два дня с утра в течение двух недель, — Мужчина протянул парню листок А5, после вновь утыкаясь в документы. Даже не заметил дрожь в руках у посетителя одного из пациентов. — Подпишите здесь и можете уходить, но не забудьте оплатить лечение. Если пациенту станет хуже, пусть сразу же осмотрится у врачей, возможно появление вторичного пола. — Да.. понял, — Замершие фиолетовые радужки не сходили с протянутого листа. Рео глубоко вдыхал через рот, стараясь собраться с мыслями. — Что.. что мне нужно делать с Наги? — Пациент и сам может о себе позаботится. Но, если он вдруг почувствует некие "осложнения" в повседневных делах, Вам нужно будет взять их на себя, — Врач протянул парню листок с ручкой. — Я выписал ему отгул на неделю. Если за это время его состояние не ухудшится, то он может возвращаться на учëбу. Но от физкультуры придëтся воздержаться: слишком большая физическая нагрузка способна сильно сказаться на его здоровье. На пару месяцев позанимается в подгруппе-B. Бег так же запрещëн, как и таскание тяжестей. — Понял, — Микаге сжал ручку в ладони, оставляя на листке размашистую подпись. Без замедлений парень поднялся с места, всë так же сжимая во второй руке рецепт от доктора. — На этом всë? — Да, но ещë: постарайтесь сильно его не нервировать. Эмоциональные нагрузки способны ускорить процесс пробуждения доминантного Альфы, — Мужчина взял подписанный лист в ладони, откладывая его в стопку к себе подобным. Микаге шагает по коридору. Ноги сбиваются с намеченного темпа, в один момент становясь совсем ватными. Лист настолько сильно сжался в ладони, что становится измятым, словно ненужный клочок бумаги. Рео вызвал такси ещë перед походом к врачу. Осталось только выйти на улицу, где его уже ожидает Наги. Что ему сказать? "Ладно, Наги, садись в машину, я пойду пешком. Мне сейчас очень неловко видеть тебя, ведь я мыслю о наших поцелуях и желаю ощутить твои прикосновения, но не хочу об этом говорить", – бред. Полнейшая бредятина, от которой тошнота подступает к горлу, отдаваясь лëгкой горечью. Рео не знает, что говорить. Не знает, с каким взглядом смотреть. Даже не знает, как нормально вдохнуть при Наги так, чтобы казалось, что всë нормально и между ними ничего не изменилось. Наги очнулся – Рео рад, поцелуи забыты и больше такого не повторится, даже в мечтах. Пока что нужно придерживаться этих мыслей. Свежий воздух опаляет лëгкие. Спокойствие окутывает с головой, голова пустеет, а ноги уже более уверено плетут по бетонным плиткам. Из тысячи Микаге узнаëт заказанную машину комфорт-класса и направляется к ней. Ему легче. По крайней мере до тех пор, пока не замечает рядом знакомую пепельную макушку и серые глаза направленные в его сторону. — Рео, — Шепчет Наги, стоило Микаге настигнуть его. — Пошли ко мне? Нам нужно поговорить. Теперь у меня в голове уже не каша, а сплошная слизь. — Ты сейчас едешь домой, а я иду к себе в компанию. У меня ещë много дел, — Рео не смотрел на него. Не мог. Сверлил взглядом автомобиль, желая поскорее усверкать пятками в компанию. Не ожидал он, что когда-нибудь захочет туда вернуться. — Завтра принесу тебе лекарства. Передам их через моего менеджера. Если будешь плохо себя чувствовать – иди в больницу или напиши мне, я тут же вызову к тебе пару врачей из своей компании. Наследник компании развернулся спиной к Наги, собираясь поскорее отчалить. Его голос не дрожит, в отличие от тела. Сейчас.. сейчас Рео не то чтобы неловко, скорее больно находиться рядом со своим другом. Им обоим нужна передышка. Но, видимо, это понимает только один из них, раз второй хватает Микаге за руку, разворачивая к себе лицом. — Рео, нам нужно поговорить. Я не займу много твоего времени, прошу, пошли со мной, — Хватка ладони становилась сильнее, но, несмотря на это, Мальчику-винограду удалось выдернуть руку и вновь отвернуться. — Рео? — Я же сказал, что занят. Ты слишком настойчив. Напиши, как доберëшься до дома, — Сейчас ноги слушались. По приказу в ускоренном темпе последовали дальше по дороге, оставляя парня позади. Наги не бежит следом, не кричит и прекратил настаивать на обсуждении поцелуя. Это хорошо. Хорошо, что Сейширо не увидит сейчас красных от слëз глаз и сжатые до боли губы. Сердце болит, но Рео настойчиво не обращает на это внимание. Отец уже должен был вернуться и ему предстоит тяжëлый разговор.. сегодняшний день – полное дерьмо, и совсем скоро станет ещë хуже. На него будут морально давить и использовать в своих целях. Опять будут разрушать по крупицам собранное личное мнение, оставляя только возможность отвечать краткое "да" на всё, что не прикажут. Слëзы вновь катятся по щекам, а Микаге и не пытается сдержать их. Не может. Даже если попытается – ничего не получится. Сейчас хочется вжаться руками в волосы и вырвать их на корню вместе со всеми проблемами. Хочется, но это тоже одно из многочисленных "невозможностей" в его жизни. Рео не замечает, как тело содрогается, а сжатые меж собой руки отдаются лëгкой болью и яркими царапинами на них. Не замечает и продолжает идти по тьме, даже без надежды вновь найти свет или ощутить себя значимым хотя бы для одного человека.

*****

День без Рео – полная скукотень. Теперь рядом с Хëмой нет того человека, что чуть ли не каждую пару выскакивал к доске, блистая своим умом. Никто не жужит над ухом, рассказывая об очередном политическом конфузе или просто о какой-то фигне. Без Рео весь день прошëл слишком быстро и почти ничего не отложилось в памяти. А все дни с Микаге навечно заперты в подсознании, которые Хëма вспоминает с искренней улыбкой на лице. Хорошо, что хоть кто-то скрасил эту дневную скуку и уныние. Чигири весь день просидел за одной партой с Лауфером. Они прочитали уже половину книги, пообсуждали выходящие фильмы и популярных актëров. Он даже смог получше узнать этого парня, открыв для себя множество сходств с ним и кучу нового. Например: Лауфер тоже знает о любимой кафешке Хëмы и, с недавних пор, часто еë посещает. Удивительно, что они не встречались там. Так же Пушинку Лауфер подобрал с улицы два года назад после первой встречи с каким-то важным для себя человеком. А ещë у этого парня прекрасный вкус в фильмах, у них даже одинаковая любимая актриса: Айя Мацуоко. Если вкратце, то Лауфер отлично смог помочь Чигири целый день не думать о Рео, который, кстати, на все вопросы написал лишь краткое "я в порядке, позавтракал и принял таблетки", а после не ответил ни на одно ответное сообщение. Кунигами же прекрасно скрасил обед своим присутствием. Они вместе сходили в столовку и разделили еду от Матушки. Успели даже посидеть на столь излюбленной для Рео крыше. Это было прекрасно. Не нужно волноваться, что тебя кто-нибудь заметит. Можно просто сидеть в объятиях любимого человека и любоваться цветущей природой. Теперь Хëма начал понимать, почему его лучший друг так часто зовëт сюда Наги. А вот сам Сейширо – это вообще отдельная тема для размышлений. Он заставляет Рео так волноваться, при том ло.... — Чигири, ты ещё тут? — Ладонь проводящая по воздуху перед лицом вывела из размышлений. — Ты какой кофе будешь? — А? Д.. да, — Хëма секунд двадцать не сводил взгляда с Лауфера, отходя от размышлений. Опомнившись, его брови нахмурились. — Так, погоди ты со своим кофе. Сейчас ещë должен Кунигами подойти. Прохладный воздух освежает, заставляя делать глубокие вздохи. Становится легче, стоило ощутить на кончике носа приятный кофейный аромат из ларька, что сейчас находится буквально в десяти метров от парней. — Кунигами? А.. я не знал, что он.. ну.. что тоже пойдëт, — Лауфер устремил взгляд в пол, после приподнимая уголки губ в улыбке. Сегодня.. один из лучших дней в его жизни. Раз они с Чигири будут не наедине, то это нельзя назвать свиданием. Лауфер и не собирался. Не любит он слишком погрязать в мечтах и искать намëки в каждом лишнем вздохе предмета своего обожания. Но.. познакомиться с другом Хëмы было бы отлично. Так он сможет побольше узнать о Чигири и постараться оказать хорошее впечатление на его друзьях. — Надеюсь ты не против? Извини за это, вдруг тебе будет некомфортно, стоило заранее поинтересоваться, — Парень пожал плечами, замечая вдалеке знакомую рыжую макушку. — Нет-нет, я только за! — Он в защищающейся жесте поднял ладони, неловко улыбаясь. — Ну.. в смысле.. я хотел бы познакомиться с новыми людьми.. Да.. — Ладно, тогда всë норм. Сейчас встреть Кунигами, я пока куплю нам кофе. Тебе какой взять? — Чигири приподнял одну бровь, паралельно доставая из кармана штанов кредитку. — Ну.. не откажусь от карамельного латте, всегда его беру. — Серьëзно? Я только его и пью, — Чигири слабо ударил парня кулаком по плечу, с улыбкой последовав к ларьку с кофе. Уголки губ приподнимаются в улыбке, а взгляд не сходит с удаляющейся розовой макушки. Лауфер знает. Знает, какой кофе предпочитает Чигири. Знает, про любимый вкус торта, любимые жанры книг и не очень любимые, но часто оказывающееся у него на парте, салаты. Он слишком часто наблюдает за Хëмой, было бы глупо упускать такое из виду. — Кунигами-сан, — Лауфер помахал рукой, привлекая к себе внимание крупного парня, что поспешил его настигнуть. — Чигири пошëл за кофе, сказал мне тебя встретить. — Хорошо, и привет кстати, — Ренске склонил голову в знак приветствия, прожигая парня многозначным взглядом. Они молчат. Этот крупный парень по прежнему пилит его взглядом, даже спустя пять минут ожидания. Неловко. Лауфер не знает с чего начинать диалог, да и стоит ли вообще. Но вот когда на тебя так пялятся целые пять минут, не говоря ни слова, становится немного жутковато. — Т.. Ты качаешься? Наверное тяжело брать на себя такую физическую нагрузку, — Он решил начать издалека. Обратил внимание на подтянутое тело в весьма неплохой форме, стараясь не думать, что если ляпнуть что-то не то, то может завязаться драка. Вроде он парень вежливый. Ну.. при первой встрече показался именно таким. — А? Да, но в последнее время хожу в качалку раз в неделю из-за тренировок по футболу, — Ренске пожал плечами, всë чаще переводя взгляд на Чигири, что беседовал с девушкой за прилавком, паралельно расплачиваясь за напитки. — Если интересуешься, могу посоветовать отличного тренера. — Д..да не, меня и так всë устраивает, — Парень потëр затылок, с неловкостью в лице уводя взор вниз. — А.. сам не думал тренером подрабатывать? Спрос будет высокий. — Ну мне часто такое предлагают, но пока не решаюсь. В последнее время, я слишком занят, даже после этой прогулки с кофе нужно будет уже уходить. — А.. ну ясн- — Хей, разбираем напитки, — Выкрикнул Хëма, прерывая Лауфера и в ускоренном темпе настигая парней. — Кунигами, я взял тебе американо, если не хочешь, можешь взять мой. — Меня всë устраивает. Ты сегодня такой щедрый, — Уголки губ приподнялись в улыбке, а ладони взяли протянутый ему кофе, как бы невзначай соприкасаясь с чужими пальцами. — Окей, тогда всю оставшуюся жизнь буду покупать тебе лишь этот противный американо, — Чигири пожал плечами, с еле заметной робостью и алыми ушами, скрытыми за розовыми прядами, протягивая напиток Лауферу. — Держи. Вот в тебя прекрасный вкус в напитках, всë больше тебе поражаюсь. Сейчас пошлите просто по парку пройдëмся, лень что-то придумывать. Дыхание сбилось, стоило взять купленный ему латте в руки. Чигири купил ему кофе, сказал, что они весьма похожи и оценил вкусовые предпочтения Лауфера. Щëки краснеют, а по ритму стуков сердца уже можно написать мелодию с быстрым басом. Он же сейчас гуляет с Чигири. Они вместе ходят, пьют кофе, разговаривают. Хëма часто бросает улыбки в его сторону, от чего сердце замирает, после бившись в непонятном темпе. Лауфер счастлив. Чигири – его ангел, посланный небесами. Сегодня этот парень спасает его целый день. Если бы не Хëма, то он бы все сутки страдал от возможного заболевания своей сестры. Но.. Чигири рядом. Чигири с ним. Переживания отходят на второй план, а на уме только ясная улыбка, розовые локоны, развевающиеся на ветру, и приятный спокойный голос, что отдаëтся трепетом на сердце. Спасибо тебе, Чигири. Спасибо за то, что спасаешь одним своим присутствием. Только.. не уходи. Останься подольше, продолжая заставлять сердце стучать, словно заведëнный счётчик. Не позволяй тьме вновь сковать его под тысячью замками. Продолжай быть всë тем же ангелом, что спасает при любой опасности.

*****

Ноги плетут по коридору. Шаги уверенные и следуют определëнному темпу. Тело больше не дрожит, а ладони сжаты в кулаки. Фиолетовые глаза быстро пробегаются вдоль знакомой и выученной на зубок обстановки. Остановившись у пугающей белой двери, наследник компании ещë пару минут сверлит еë взглядом, делая глубокие вздохи. Спокойствие не приходит. В голове сплошной кавардак, а сердце бешено бъëтся от нахлынувшего страха. Несмотря на это, ладонь надавливает на дверную ручку, позволяя яркому свету выскочить из щели. Ноги на автомате делают пару шагов, а дверь прикрывается до противного щелчка. — Добрый день, Отец, — Микаге поклоняется, опуская взгляд в пол. Старается не смотреть на серьëзного мужчину, что вешает на вешалку чëрное пальто. — Встреча была назначена к 12:30, прошу прощение за опоздание на пять минут. Дорога заняла больше времени, чем планировалось. — Мне не важны причины. Ты опоздал, и это – факт, — Представитель компании тяжело вздыхает, подходя к своему столу и краем глаза замечая, как его сын всë также кланяется ему. — Присядь, нам предстоит очень долгий разговор. Он без лишних слов и действий выполняет просьбу, умещаясь на удобном, но до жути некомфортном кресле. С замершими глазами наблюдает за чужими руками, что перебирают несколько газет, доставая одну из кучи. — Сегодняшний выпуск, — Он кладëт газету рядом с сыном, что довольно быстро взял еë в ладони. Рео смотрит. Внимательно вчитывается в каждое слово, но черепная коробка назло не даëт ничего понять, смешивая буквы в однородную кашу. Зато глаза не врут: Микаге замечает несколько фотографий на первой странице посвящëнных ему. — У тебя есть объяснение? Рео всматривается в каждую деталь, подмечая тщательную работу "жëлтой прессы". Первая фотка – Микаге с ужасом наблюдает, как врачи увозят пустое тело под метр девяносто. Вторая – он сидит в палате, держа того же парня за холодную ладонь. И третья – поцелуй в лоб, о котором совсем не подумал наследник компании. Работают они хорошо. Качественно и незаметно, словно ниндзя. От осознания к горлу подступает тошнота, а глаза затуманиваются. Рука дрожит, но парень с силой сжимает противные бумаги. — Это.. это мой друг из академии, — Голос дрожит, а голова не может составить полноценное предложение. — Вчера ему было тяжело.. и.. и я беспокоился. — Волноваться о ком-либо – не в стиле "Микаге", — Отец даже не удостоил его взгляда, доставая из шкафчика стола белый конверт. Он вертел его в руках, наконец посмотрев на сына холодным и до ужаса спокойным взглядом. — Может ты и осознаëшь, что это было одно лишь беспокойство. Но публика не разделяет твою точку зрения. — Прошу прощения, Отец, я был крайне глуп и неосторожен, — Рео склоняет голову. Нет, это не из-за уважения или чувства вины. Просто не может вытерпеть на себе этот противный взгляд, что чуть было не вырвал из уст "я всё сделаю". — Я смог заткнуть их. Примерно через час выйдет опровержение данных фотографий, — Мужчина открывает конверт и, не проверяя содержимого, кладëт поближе к своему сыну. — Но это я уже навряд ли заткну. Наследник компании откладывает газету в сторону. Дрожащими руками берëт конверт, доставая оттуда с десяток фотографий. Глаза, как и сердце, замирают от увиденного. Первое фото – он гладит спящего Наги по волосам, с искренней улыбкой не отводя от него взгляда. Вторая – Они вместе сидят на крыше, где на лице Микаге всë та же яркая улыбка. Третья – Сейширо кладëт голову на его плечо, прикрывая глаза. И как же ужасно в ней то, что Чигири, который в этот момент поступал точно так же, был наглым образом вырезан с кадра. Четвëртое – Наги кусает Рео, что поднимает голову выше, прикусывая губу. Пятое – обнимает во время перерыва на матче. Шестое – Сейширо держит за руку, уводя подальше от любопытных одногруппников. Дальше Рео смотреть не стал. Не выдержал. Дыхание сбивается, а со лба течëт холодная испарина. Ужасно. Ужасно то, в каком контексте представлены их дружеские отношения и то, как это воспримет Отец. — Эйта Отоя – один из лучших фотографов, поставляющий скандальные снимки "желтой прессе". Действует скрытно, словно древний ниндзя, а его снимки получаются весьма многозначными и качественными. Он разрушил карьеру уже не одной звезды, — Со всë тем же умеренным и спокойным тоном начал представитель компании, не обращая внимания на дрожь и ужас в глазах сына. — С утра я получил это. Договориться с ним не получилось, снимки уже переданы в агенство и будут опубликованы завтра. — Отец.. Наги.. он.. он мой друг, — Голос звучал тихо. Теперь тяжело не то, что просто составить предложение, а говорить в целом. Фотографии ложатся обратно в конверт, лишь бы не пронизывать их дрожащим взглядом. — Это.. ложь. Такого.. нет.. не было.. — Ты должен объяснять это не мне, а публике. Я ненавижу отговорки, — Мужчина помотал головой, доставая ещë пару бумаг формата А4. На этот раз он не отдавал их, а, сжав в ладони синюю ручку, принялся перечитывать документ. — Этот случай очень сильно отразится не только на нашей компании, но и на "Итоши". Ваши отношения с их младшим наследником уже никого не будут интересовать. Все будут обвинять наши компании в клевете. Но больше всего это отразится на тебе: люди начнут упрекать тебя в двуличности и некой "измене". Микаге не нашëлся ответом. Да, он не знает, что сказать. Да, ему тяжело говорить и даже дышать. Всë, что он сейчас в состоянии делать – это с опущенной головой не сводить глаз с чужого стола, стараясь сосредоточить взгляд хотя бы на чëм-то конкретном. Рео не волнуется о компании. Ему всë равно. Плевать на Итоши, плевать на Отца и так же плевать на слухи вокруг себя. Все мысли поглощены лишь тем, как это отразится на Наги. Узнав подобное.. он.. он же возненавидит Микаге. Осознание этого отдаëтся новым сжатием сердца и волной страха по всему телу. Рео не хочет ненависти от Сейширо. Их отношения и так держатся на тонкой нитке, которую наследник компании старается крепко повязать и укрепить. Но теперь.. кажется, будто она разорвалась. Наги возненавидит его. Начнëт презирать и прожигать злобным серым взглядом, как тогда.. как его "доминантый альфа". Нет.. не нужно такого. Это пугает. Микаге не хочет вновь ощущать себя на волоске от смерти или презрение со стороны. Только с Сейширо он впервые почуствовал себя нужным и.. и даже любимым. Пусть и притянуто за уши, пусть сам Наги не считает Рео ни кем, кроме друга, но для наследника компании это не так уж и важно. — Обе компании, занимающие лидирующие позиции во всей Японии, сейчас находятся под угрозой. И это – только твоя вина, — Подписанные листы отложились в сторону, а резкий голос заставил тело младшего содрогнуться. Кажется.. ещë немного и Рео заплачет. Но парень отчаянно пытается сдержать рвущиеся слëзы, не позволяя им даже образоваться на уголках глаз. Мужчина берëт в руки бежевую папку, открывая еë на первых страницах. — Наги Сейширо – 18 лет. Дата рождения – 06.05.2004. Семья: отец – мëртв, мать проживает во Франции, кстати, сотрудница нашей компании. Друзей нет. Не участвует ни в одном клубе, особых достижений не наблюдается. Высокая успеваемость, но учителя не хвалят, некоторые даже не знают его. Не разговорчив, навыки коммуникации на нуле. Мне продолжать? — Отец.. ты.. ты копал на него? — Рео замер, вслушиваясь в каждое слово. Он многого не знает о своëм друге, но ещë ни разу его черепную коробку не посещала мысль узнать обо всëм благодаря связям. Дыхание в очередной раз сбивается, а сердце набирает бешеные темпы от услышанного. Что там с его отцом? Он.. он.. — Наги Сейширо сейчас выступает в роли одной из самых больших угроз для моей компании, конечно я буду искать на него компроматы, — Отец не придал словам сына никакого значения, прикрыв папку и постукивая по ней указательным пальцем. — Для людей в твоëм возрасте, развлечения вполне нормальны, но не для тебя. Ты – главная надежда моей компании. И ты, Рео, слишком увлëкся. Ослеп от глупости этого парня, позволив направить на себя прицел. Я разочарован. — Отец.. я.. Я прошу прощения перед Вами за свою оплошность. Я был глуп и признаю Вашу критику, — Рео склонил голову. Развлечение? Если бы оно было так. Наги не простой весëлый предмет для Микаге, который можно бросить в любую секунду. Если уж он и похож на какую-либо игрушку, то это клубок с нитками: запутанный и тяжëлый. — Я не потерплю подобного в следующий раз. Обещаю быть осторожнее и- Его перебили. Резко, но всë так же спокойно: без лишнего повышения тона или упрëков. — Не будет следующего раза, — Слова, вылетевшие из чужих уст, заставили тело содрогнуться. Но, даже не давая времени на размышления, представитель компании продолжил говорить. — Я обещал, что при следующей оплошности заберу тебя из академии Shirokoma. Но.. пойду тебе на компромисс: ты вернëшься туда в следующем году на второй курс. А до этих пор, переедешь в Америку. — Отец, я.. я не согласен! — А вот Микаге повысил голос. Еле сдержался от того, чтобы не встать с места и по-мужски стукнуть по столу. — Я не поеду.. здесь мои друзья. Почему сразу другая страна? Он не поедет. Не бросит дорогих себе друзей, вновь погружаясь в пучину одиночества. Ему здесь хорошо. Даже среди горы проблем вокруг, рядом с ним есть друзья. Они только здесь. И именно эти люди дорожат Микаге, именно они заставляют его сердце не трескаться при каждом приказе со стороны. "Свобода или подчинение?" – не о таком Рео мечтал. Да, переехать в другую страну было бы классно: там нет приказов и упрëков, полная свобода и учитывание личного мнения. Но.. а как же Чигири и Наги? Рео оставит их? Нет.. он.. он не может сорваться на подобную "свободу". Лучше и дальше продолжать быть глупой марионеткой, которой незнакомы переживания и терзания. Так.. так будет лучше. — Как тебе известно, корпорация "Микаге" недавно вошла в зарубежный бизнес. Мы открываем свои точки во Франции, России, Италии и Америке. И сейчас нам требуется заключить выгодный контракт с последней страной. А для этого, ты лично проследишь за всем, — Представитель компании продолжал постукивать пальцем по столу. И сейчас эти звуки резали барабанные перепонки, всë больше перепутывая мысли. — Вернëшься к концу августа, на три месяца останешься там. Если сможешь закончить раньше, то на два. Итоговые экзамены будешь сдавать по-удалëнке, я уже заткнул директора академии. — Я не поеду, — Голос.. сейчас почему-то звучит уверенно. Всë тело дрожит, хочется зареветь, словно маленькое дитя, даже появляется желание сорвать с себя кожу, лишь бы не чувствовать больше ничего. Но голос уверенный и непоколебимый. Рео не поедет. Не будет лить слëзы, соглашаясь со всем, что не прикажут. Он останется. Останется рядом с Чигири и наконец расскажет ему обо всëм, что не решался высказать раньше. Останется с Наги и обсудит с ним поцелуй, как бы больно это и ни было. Он останется в этой проклятой академии и рядом с ним будут его друзья. Другого варианта не существует. — Рео, ты уже предостаточно раз разочаровывал меня, — Мужчина сжал кулак. Его отец ещë ни разу так не делал, а сейчас даже чуть повышает тон. Становится страшно.. страшно настолько, что Рео готов на автомате поднести нож к собственной шее, если бы руки сейчас не дрожали. — Это всë ради тебя. Слухи, что начнутся завтра, отрицательно скажутся на тебе, обоих компаниях, на мне и даже на твоих друзьях. Я хочу уберечь тебя от этого, но ты продолжаешь упëрто стоять на своëм. Это.. это не правда. Отец не заботится о нëм. Рео никогда не поверит в это, даже если ему скажут подобное сами небеса. Его хотят использовать. Надавить на больное и продолжать играть в "кукловодов". Он это понимает и сжимает кулак в ответ. — Я хочу и дальше учиться с Чигири и Наги, они не позволят мне уехать, — Голос упëрт и уверен. Не содрагается и не понижается до шëпота. Рео уверен. Хоть морально и раздавлен в лепëшку, но внешне сохраняет уже давно позабытую уверенность и своë личное мнение. — Чигири Хëма.. он неплохой парень. Я осознаю, почему ты не хочешь уходить от него, — По каким-то причинам, Отец выделил именно лучшего друга своего сына. Видимо не считает Наги за человека, достойного его времени на обсуждение. Наверное даже сравнивает его с грязью под ногтями. — Он весьма начитан, хорош в спорте, общителен и популярен. Чигири отлично бы смотрелся в нашей компании. Если ты отказываешься, я назначу его в это "путешествие". Его мнение учитываться не будет, но думаю, он захочет огородить тебя от внезапных планов и лишней нагрузки. А вот теперь голос снизошëл на нет. Ком встал в горле, а дрожь в теле была заметна даже за километр. Рео больше не контролировал свои слëзы, позволяя паре скатится с щëк. Руки вжались друг в друга, оставляя на коже размашистые царапины. Микаге не был готов верить в то, что его отец способен на шантаж. Да ещë и.. вмешивая Чигири. Он тут не причëм. Хëма не виноват в том, что Рео родился бесхребетным и всю жизнь не может сказать "нет" на приказы. Сердце перестаëт биться, стоит только позволить своему подсознанию представить яркую картину: Чигири на его месте. Разбитый, обвиняющий во всём себя и неспособный высказаться. Чигири – открытый. Всегда таким был. Если Рео совершал какую-то херню, Хëма говорил об этом прямым текстом, не стараясь нежничать. Правда колит глаза, но одновременно и успокаивает. Такой его лучший друг. И.. и представлять совершенно другого, пустого человека, на его месте – невозможно. С щëк катятся слëзы, тело немеет, а сердце содрогается от боли. Рео.. Рео страшно. Чигири согласится. Если это шанс спасти своего лучшего друга, то Хëма не откажет и героически, словно главный герой какого-нибудь боевика, позволит сковать себя крепкими цепями и погубить внутреннее "я". Теперь Микаге понимает, почему Отец решил надавить именно на Чигири. Он не уверен, что Наги согласился бы на подобное, да и сам Рео в этом не уверен. Но.. он знает своего лучшего друга. И знает, что тот, без лишних упрëков, даже собственным ходом доберëтся до этой противной Америки, за ночь изучит всë о бизнесе, вложениях и инвестициях, а после постарается показаться во всей красе, дабы приковать внимание к себе, но не к Рео. Чтобы его больше не могли так нагло использовать. — Когда.. когда нужно ехать? — Тихо. Слишком тихо звучит любое слово, вылетевшее с уст. Его сейчас стошнит. Стошнит от собственных слов и осознания того, что, даже при высказывании своего личного мнения, его всë равно не учитывают. — Завтра с утра. Твои вещи уже собирают и конечно же я предоставлю тебе отличное жильë. В комнату сейчас не заходи, слуги проводят уборку. Через час, можешь сложить свои личные вещи. Лицо мужчины спокойно. Брови больше не нахмуриваются. Он со спокойствием в лице смотрит на своего сына: опущенный в пол взгляд, дрожащее тело, порезанные до царапин ладони и потускневший вид. Рео в порядке. Настройка прошла успешно и он всë такой же примерный наследник для корпорации "Микаге". Он не говорит больше никаких "не хочу", " не поеду". Молчит и соглашается. Такой Рео станет великим золотым ключом в сфере бизнеса, осталось лишь немного его поломать и огородить от ненужных "друзей", что стремительно пытаются исправить все много-годовые труды его отца. — Да.. Отец, — Микаге поднимается с места, тут же разворачиваясь спиной к директору компании. Лишь бы он не видел подобное у своего сына. — Я.. я сделаю всë, ради В-вашей компании. Уголки губ приподнимаются в улыбке, когда парень неуверенно покидает кабинет. Рео в порядке. Он больше не барахлит. Его сыну запрещено быть обычным, как и остальной сброд мусора. Он не должен поддаваться влиянию никаких Чигири и Сейширо. Рео останется его наследником. Он будет управлять компанией, вместе с Итоши. Его сын заработает вновь без лишних хлопот. Всë-таки Рео – самая лучшая кукла, что он обрëл. Удобное управление и точное исполнение. Именно такой Рео Микаге – марионетка великой корпорации "Микаге", которой его Отец умело дëргает за ниточки, направляя в нужном и единственном направлении.

*****

— Ну а он мне говорит, типо: "на хрен ты меня вообще сюда позвал? Я думал омежки будут", — Писклявым голосом Хëма изобразил того человека, недовольно шагая по дороге. Сейчас всё хорошо. Приятно вот так проводить время с лëгкой прогулкой по улице. Только.. только вот с Рео было бы в разы веселее. Воздух конечно освежает, а цветущая природа радует глаз. Вроде всё нормально, но на душе немного грустно. Не нужно вспоминать Рео. Ему необходимо время на себя, и Чигири не имеет права вклиниваться в его планы, разрушая всё вокруг. Хëме же требуется сосредоточиться на своëм окружении. Сейчас он в компании с Лауфером уже подходит к дому второго и совсем скоро Чигири познакомится с Пушинкой, на которую вчера не мог налюбоваться. Кунигами культурно удалился с их прогулки, чтобы продолжить групповую тренировку по футболу. Этот парень никогда еë не пропускает, но под вечер Чигири получит кучу сообщений с рассказами о том, что произошло там на этот раз. — Не общайся с ним, — Лауфер отвлëк от размышлений, мотая головой и открывая дверь, после первым проходя в дом. — Он стопроцентно использует тебя, чтобы ты его с кем-то познакомил. — Ага, я уже как полгода с ним в контрах, — Хëма пожал плечами, проходя в коридор и, следуя действиям друга, принялся снимать обувь. Его отвлëк топот маленьких ножек со стороны, за которым последовали громкие мяуканья. Чигири замер в полусогнутом положении и с ботинком в ладони, когда в его сторону направились пара ясных голубых глаз. Кошка тут же принялась потираться о ногу хозяина, даже не обратив внимание на присутствие незнакомца. — Привет-привет, сейчас положу тебе еды, — Лауфер тяжело вздохнул и, не обращая внимания на потирания кошки, свернул направо, выходя на кухню. — Какая же ты красивая, — Чигири быстро сократил меж ними расстояние, загребая кошку в свои ладони и поднимая вверх. Уголки губ приподнялись в улыбке, а взгляд не сходил с довольной мордочки напротив его лица. — Привет, Пушинка. Я – Чигири, друг твоего хозяина. Где-то там, на кухне, сейчас чуть было не выпал из ладоней пакет с кошачьим кормом. Лауфер глубоко вдыхал, стараясь успокоить сердце, что бешено забилось от каких-то пары слов. Друг.. друг.. Чигири сказал, что они друзья. В подобных случаях обычно парни или девушки оскорбляются от попадания в "френдзону", но не Лауфер. Парень счастлив, что стал хотя бы другом для такого прекрасного человека. Чëрт, сердце сейчас выскочит из груди, как этот корм из пакета. — Хей, смотри, — Хëма прошëл на кухню, прижимая кошку к своей груди и мягко гладя по голове. Сейчас.. сейчас Лауфер даже немного ей завидует. — Я нравлюсь Пушинке. Стоило взять еë на руки, как она больше не мяукает. Но посмотри на эту кайфующую мордашку. — Видимо.. это у нас семейное, — Пробормотал парень, улыбаясь своим словам. Осознание приходит, но, по каким-то неведомым причинам, его настигает позднее, чем всех остальных. Кровь приливает к щекам, а руки поднимаются в защищающемся жесте, позволив пакету с кормом приземлиться на стол. — Я.. ну.. это.. в смысле.. — Хей-хей, смотри как она язычок высунула, — Хëма улыбается, приковав всë своë внимание к кошке, что с ленивым видом высунула язык. Хорошо.. хорошо, что Чигири не услышал этих тупых слов. Но в душе немного обидно от того, что приходится всë скрывать, ручаясь на непрокаченные актëрские навыки. Даже Пушинка над ним сейчас насмехается и Лауфер в этом уверен. — Чем.. чем хочешь заняться? — Пробормотал он, наблюдая, как кошка даже не смотрит на предоставленную еду, наслаждаться ласками от незнакомца. — Ну, давай с Пушинкой фильм посмотрим. У Айи Мацуоки недавно вышла новая романтика, всë времени не нахожу. Просмотр фильма с Чигири.. Небеса сегодня явно его обожают. Обожают и посылают лучшего, из их рядов, ангела, чтобы развеял тоску вокруг одной своей улыбкой. И Хëма с этим справляется. Широко улыбается, сидя на диване, пока Лауфер объясняет свои впечатления о недавней актëрской игре Мацуоки. Гладит удобно устроившуюся на коленях кошку, наслаждаясь еë тихими мурчаниями. Чигири молчит. Лишь иногда добавляет свои комментарии, отвлекаясь от кадров фильма. Даже не просит закусок. Лауфер ничего не знает о фильме и уверен, что не запомнит. Зато сможет часами вспоминать блеск в глазах при романтичных моментах, или же тëмные волосы, некоторые прядки которых освещает экран. Так же сможет обсуждать изящные ладони, нежно перебирающие шерсть сопящей Пушинки. А ко всему этому – спокойный голос, тихий и умиротворëнный. Чигири реальный ангел. Сошëл с небес только для помощи некому левому "Лауферу", чтобы выручать, когда настроение будет полное дерьмо. И он справляется. Одним присутствием заживляет душевные раны, а словами и вовсе заставляет сердце биться в бешеном темпе. Ещё пару лет назад Лауфер ни за что бы не поверил, что его сердце способно биться. Не поверил и обматерил бы этого человека, что поспел сказать подобное. Но теперь.. теперь ему так классно. Слишком комфортно пересчитывать каждое новое учащëнное биение, слушать спокойное дыхание со стороны и успокаиваться самому. Вот бы.. вот бы так было всегда. Вот бы Чигири никогда не уходил, позволяя наслаждаться этими незнакомыми ранее ощущениями. Вот бы он остался. Остался в жизни как друг, или же любимый человек. Их чувства не взаимны. Лауфер не глуп, он понимает. Понимает, что Хëма не дурак, чтобы влюбляться в человека, который относился к нему как к дерьму. Но.. Лауфер постарается это исправить. Не стоит влюблять в себя Чигири, нужно просто быть рядом и надеяться на то, что этот парень полюбит его без лишних подсказок и намëков. Полюбит и будет рядом всегда. — Чигири.. ты реальный ангел, — Шепчет Лауфер, так и не отрывая взгляда от парня. Ангелов не существует. Не существует богов, ангелов и демонов. Они не доказаны наукой и Лауфер в них не верит. Не верит, но видит перед собой их яркого предводителя. Сомневается в своих размышлениях и уже на следующий день, после первой встречи с Хëмой, ходит в церковь вместе со своей сестрой. Просит у Всевышнего ещë раз позволить ему увидеть того ангела, и верит. Верит в то, что увидит. Верит в небесные высшие силы, во всяких демонов и ангелов. Верит в то, что их встречи с Чигири не случайны и его услышали. Верит в то, что Хëма послан ему судьбой, как единственный и любимый человек. — Ангел? — Лауфер вздрогнул от резкого голоса и устремившихся в его сторону пары глаз. Голова ложится на ладонь, а с уст слетает фырк. — Ну не, мне это не подходит. Знал бы ты, как я недавно обматерил одного белобрысого парня, там аж демоны до сих пор дрожат. — Нет, ты – ангел. А я.. я демон, что пытается войти на путь истинный, — Уголки губ приподнимаются в улыбке. Если Чигири – ангел, то себя Лауфер сравнивает разве что с крылатым существом с вилами в руках. Он избивал людей, посылал при любой оплошности и ни к кому не был хотя бы немного снисходителен. Но стоило повстречать одного человека, как всë радикально поменялось: Лауфер начал делать пожертвования, подобрал одну кошку с улицы, всерьëз задумался о своëм будущем и.. начал давать людям второй шанс, в надежде получить тоже самое от Чигири. Всë изменилось. И виной тому – один розоволосый юноша, что сейчас сонно ему улыбается. — Звучит как идея для фильма. Не люблю что-то подобное, но такое бы посмотрел, — Хëма пожал плечами, переводя взгляд на экран телевизора.

*****

Изящные чуть подрагивающие пальцы обхватывают никотиновую палочку и подносят ее к пухлым, едва приоткрытым губам. Короткая затяжка, что отдаëтся жжением в горле, а за ней следует облегчëнный выдох, и вот уже всё вокруг наполнено едким дымом. Фиолетовые радужки замерли, раглядывая танцующий по вечернему воздуху туман. Руки всë ещë дрожат, а одна из них сильнее сжимает пакет, доверху набитый звонкими бутылками спиртного. Нет, Рео не курит. Ни разу не курил. Но сейчас делает ещë одну затяжку, при выдохе которой на тело накатывается спокойствие. Мнимое спокойствие от эффекта "Плацебо". Самовнушение. Думаешь, покуришь немного, и все проблемы отчалят на дальний берег, прощально махая ручками, а душе станет спокойнее. Нет. Не становится легче. Лишь портятся лëгкие, ускоряя отложенную на неопределённый срок встречу с костяной старухой в чëрном плаще. От курения не становится легче, даже физически. Но наблюдение за развевающимся на ветру дымом реально даëт всë обдумать. Тело опирается о железные поручни, а взгляд направляется на проезжую часть, где сейчас не проезжает ни одна несчастная машина, которая, наверное, отвлекла бы от тягостных размышлений. Вещи собраны, маршрут изучëн, а адрес его дальнейшего трёхмесячного проживания уже известен. Рео не плачет. Больше ни одна слезинка не падает с щеки. Уже успел наплакаться за прошедшие четыре часа. Да и настолько сильно, что от комнаты ничего живого не осталось. Пусть отец видит, что Микаге способен бунтовать, и пусть ощущает, как списываются деньги с его карты на покупку в алко-маркете. Пока что, Рео ещë никому не сообщил о своëм внезапном "путешествии". Ни Чигири, ни Наги сейчас не в курсе происходящего, даже Микаге не сообщил об этом сам себе. Он не хочет признавать того, что завтра для него всë закончится. Больше не будет никаких прогулок по бедным заброшкам с дешëвой лапшой и Чигири за компанию. Больше не будет никаких тренировок по футболу, матчей и чувств трепета от забитого гола. Не будет даже этого Рина Итоши с холодным взглядом, что лишь и умеет, как говорить краткое "я тебя ненавижу". И так же.. не будет никакого Наги с его спокойным серым взглядом и.. и жаркими поцелуями. Сигарета потухает о поручень и летит в недалеко стоящую от него мусорку. Пакет со звоном бутылок приземляется на землю, а от туда достаëтся одна из них. Рео ещë минут пять прожигает еë онемевшим взглядом. Безразличным. После же решается скрутить крышку, откинув еë вслед к сигарете. Первый глоток опаляет лëгкие, чувство горячего спиртного проходит по горлу и телу. Второй – лицо хмурится, а с уст слетает противное "бе". Но Рео продолжает пить. Третий – и тяжесть отступает. Сигареты не помогают позабыть о проблемах, но алкоголь – один из верных компаньонов Микаге в этом плане. Если есть хоть какой-то шанс отложить все размышления в сторону, то он готов выкупить весь алкогольный магазин, лишь бы его напоили там до потери сознания. Лишь бы.. больше не думать о том, что потеряно. Пакет вновь сжимается в ладони, а ноги на автомате плетут по обочине. Тело слегка покачнулось, но наследник компании выравнивает его, стараясь делать уже заранее выученный тем шагов. Нужно было поступить иначе. Ещё раньше сбежать из проклятой компании. Нужно было просто сесть за круглый стол, обложиться чаем с печеньем и обсудить с Чигири всë, что не мог сказать. Нужно было ему рассказать. Можно было бы обсудить с Наги тот их поцелуй. Сейчас Рео на это согласен. Теперь, какие-то там лёгкие "слюнявенья" не считаются главной проблемой всей его жизни. Ну поцеловались. С кем не бывает. Это можно забыть. Обсудить, забыть и дружить как раньше. Но теперь у него и это отняли.. Отняли шанс исправить всё случившиеся за последние двое суток проблемы. Свободная ладонь достаëт из кармана штанов телефон, чуть не спутав его с пачкой сигарет. Яркий экран режет глаза, но Микаге настойчиво повышает еë на максимум. Может он просто ослепнет? Да, тогда парень хотя бы не сможет видеть всех проблем вокруг. Пальцы на автомате заходят в "Line", а после в сообщения. Нажимают на переписку, заменяя надпись "непрочитано" на противоположную. Уголки губ приподнимаются в улыбке, стоило увидеть сообщения столетней давности. Рео игнорирует. Может себе позволить не отвечать на них, но перечитывать по сотню раз. Nagi Seishiro Рео, я добрался до дома 10:24 Пишу, как ты и просил 10:24 Нам нужно поговорить.. 14:53 Не заставляй меня размышлять об этом в одиночку 14:53 Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь, чтобы ты ответил? 14:55 Напиши хотя-бы что-нибудь 14:55 Я давно так не ломал голову над размышлениями 15:00 Она сейчас так болит 15:00 Когда я смогу тебя увидеть? 15:39 Напиши хотя-бы одну букву 15:39 Я завтра приду к тебе, если продолжишь игнорить 15:40 Наверное ты злишься, но я хочу это обсудить 15:40 Это не разговор для переписки. Нам нужно поговорить 15:40 Я жду тебя, Рео 15:41 С уст слетает заглушëнный смешок. Рео игнорирует. С приторной улыбкой на лице выключает телефон, одновременно с этим поражаясь быстрому воздействию алкоголя на его подсознание. Ноги уже более уверено плетутся по обочине, а слабые удары пакета о одну из них отдаются звоном, как бутылок, так и черепной коробки.

*****

— Прости меня, — Уголки губ приподнялись у улыбке. Серые глаза не сходят с одной фотографии в руках с двумя юношами на ней. Но всë внимание прикованного именно к розовласому парню. — Наверное тебе было грустно, когда я разбил рамку. Ничего, я купил новую. Ладонь схватила новенькую белую рамку, а тело чуть поëрзало, поудобнее устраиваясь на диване. — Теперь тебе никто не навредит, — Наги, так и не сводя взора с фотографии своего любимого, бережно вставил еë в рамку, любуясь на него уже через толстый слой защитного стекла. — Уборка сегодня заняла целую вечность.. а ты любишь убираться. Если бы сейчас ты был со мной, Йошида, мы бы убирались вместе. Нет, я бы взял всë на себя, чтобы ты отдохнул в кровати. Указательный палец нежно потирает румяную щëку на снимке и становится легче. Морально намного легче. Лицо вновь обретает спокойные черты, а улыбка по-прежнему красовалась на мордашке. Но.. это не значит, что размышления покидают следом. Черепная коробка по-прежнему наполнена вязкой слизью из мыслей и чувств. Они противно отдаются болью. Наги не привык так много думать. Вообще не любит терзать душу всякими мыслями, что режут привычное здравомыслие. — Нэо, а я вчера целовался со своим другом в нашей с тобой комнате, — Сейширо склоняет голову в бок. С Йошидой всегда было приятно говорить. Даже теперь, когда он не может дать ответа, до сих пор становится намного комфортнее и появляется желание раскрыть пред ним всю душу. — Я не знаю, что думать. Со всеми людьми так приятно целоваться? Хочу целоваться с тобой. Парень кладëт голову на ладонь, опираясь о неë щекой. Брови еле заметно нахмуриваются. — Ну.. не знаю, что делать: мне вроде понравилось, а вроде это как-то стрëмно так думать, — Наги пожимает плечами, но от приятных розовых радужек со стороны, что будто направлены прямо на него, с уст слетает спокойный вздох, а лицо опять становится привычно холодным и спокойным. — Рео хороший, вы бы с ним подружились. Может.. может он мне даже как ты. Я не знаю. Ты всегда говорил, что лучший способ для решения проблем – это разговор. Но Рео не хочет со мной говорить. Ему было настолько противно? Зубы стиснулись, а палец вновь прошëлся по розовым локонам. — Казалось, что нам обоим было нормально.. может даже понравилось. Не представляю, о чëм думает Рео. Он слишком непонятный. Он не ты. Рука дрожит, стоит краем уха услышать дверной щелчок. За них следует скип, а по телу проходит волна лëгкой дрожи. Брови сходятся к переносице, а фотография откладывается обратно на стеклянный столик. Наги тих. Он тихо встаëт с дивана, так же тихо шагает, стараясь не заявлять о своëм присутствии. Сейширо никогда не запирает входную дверь. Ну а зачем? После смерти Йошиды, стало всë равно на бандюганов и воров. Да и к тому же, искать ключи в кармане, среди всяких потусторонних предметов – та ещë морока. Но сейчас.. именно эта лень поворачивается к нему боком. Наги успокаивает себя, чередуя дыхание, когда слышит довольно громкие шаги. Всë, что ему нужно из вещей – это фотография в рамке и компьютер с кроватью. Остальное забирайте, но не смейте входить в третью запертую комнату. Сейширо аккуратно выглядывает в коридор. Всë тело замирает, всë, кроме сердца. Оно, наоборот, стремительно заявляет о своëм наличии, отдаваясь всеми фибрами по черепной коробке. — Чëрт, — Тело напротив немного покачнулось, а ладонь оперлась на стену, ища равновесия. Рука проходит по фиолетовым локонам, заправляя выбившуюся прядь за ухо, а уголки губ приподнимаются в улыбке. Эти глаза, направленные на него.. Сейширо их помнит. Помнит, и ещë вчера горячо целовал их. Лëгкий страх отступает обратно, а жижа в голове из всего непонятного, что происходит вокруг, вновь даëт о себе знать, заставляя метаться в непонимании. — Рео, ты.. — Составить полное предложение не получается. Опять же, это всë вина именно его черепной коробки. Во всëм виновата только она: в левых мыслях, в непонятных действиях и странном желании ощутить на себе этот взгляд вновь. Микаге не удостаивает его ответом. Спешно разувается, сжимая звенящий пакет в ладони, а после подходит к другу чуть ли не впритык, с улыбкой смотря на него снизу вверх. Кончик носа улавливает на себе сразу несколько запахов: противный спирт, тяжëлый и агрессивный табак в компанию с лëгким ароматом привычной черники. Такого Рео не хочется целовать. Жижа в голове приобретает твëрдую консистенцию, но мысли по-прежнему следуют ни в том направлении. Лицо хмурится, даже несмотря на прожигающие его ясные глаза и тëплую улыбку с лëгкой издëвкой. Сейчас Рео выглядит словно подросток, что впервые попробовал алкоголь, но был пойман родителями. Высокомерный и ни о чëм не жалеющий подросток. — Почему ты пришëл ко мне в таком виде? — Наги не делает ни шагу назад, но от неприятного запаха лицо холоднеет, а тошнота подступает к горлу. Сейширо не любит пить или курить. Ненавидит, когда кто-то так делает. После.. после смерти Йошиды, его отец не выдержал и начал пить. Много пить. Минимум две бутылки в день. И всë это в течении целого года. Сейчас его вывели из подобного состояния и он вернулся к привычному для себя образу жизни. Но.. подобный режущий ноздри запах ассоциируется именно с этим: желание забыть, тягостные мучения и медленно погибающий вид. Рео не должен так делать. Он не из тех, кто будет спиваться до отключки из-за проблем. Наги верит в ход своих мыслей. — Почему я пришëл? — Ехидный голос заставил вздрогнуть. Но не от этого лицо хмурится. Скорее, от направившихся в его сторону ноток спирта, что бьют прямо в ноздри, срывая с уст недовольный фырк. — Потому что ты ждал меня. — Я хотел поговорить с тобой, — Голова приподнимается вверх, когда на его грудь ложиться чужой лоб. С уст Микаге слетает очередной смешок и сейчас он раздражает. Раздражает то, с какой безалаберностью Рео отнëсся к его просьбе и в каком именно виде решил прийти сюда. — Но.. ты сейчас не в том состоянии. Заставляешь меня мучиться одного, а сам утопаешь в алкоголе. Рео такой злой. — Ага.. я стараюсь убежать от ответственности, смешно же? — Наследник компании хихикает, утопая лицом в мужской груди. Он даже не обращает внимания на тяжëлый вздох со стороны Сейширо и направившийся в потолок серый взгляд. — Нет.. не.. Я в состоянии разговаривать. Я трезв. Просто.. просто мне сейчас немного хорошо. Так круто. — Пить – не круто, а ты ещё и целый пакет притащил, — Наги цыкнул, делая шаг назад. Как же ему противен этот запах. Почти так же, как и осознание того, что Рео способен пахнуть именно так. — Зачем? Планируешь высосать это всё здесь? Ты же.. ты же тогда вообще не очнëшься. — Нет, я же не дурак, — Ладонь сильнее сжала в хватке пакет, а парень направился дальше в квартиру, напоследок ещё раз улыбнувшись Сейширо. — Побудь немного моим сомелье, ладно? Поверь, это круто. Забудешь обо всех своих мыслях, станет легко и.. и круто. Да, круто. — Я не пью, — Наги развернулся в его сторону, проходя следом за парнем, что уместил пакет на краю дивана в небольшой гостиной. — И тебе не советую. — Тогда буду пить один. Предоставишь мне стаканы? Или мне ебашить из горла? — Уголки губ вновь приподнялись в улыбке. Сейчас с Наги хорошо. Так комфортно и легко. Нет никакого чувства угнетения и дискомфорта. С Наги прекрасно. — Ладно, только не выражайся так, — Сейширо глубоко вздохнул, направившись к кухне. Это не Рео. Обычный Рео так не выражается, он не пьëт и не курит. Рео старается решать проблемы собственным трудом, а не утопании в спиртовой бредятине. Его Рео культурный и очень начитанный. Словарный запас поражает, а с уст не текут противные словечки, позволяющие тошноте подступить к горлу. Ладонь достаëт из навесного шкафчика пару стеклянных стаканов, а ноги уверено плетутся по покрытому линолеумом полу. Сейширо отодвигает рамку в сторону, поближе к вазе с розой. Лишь бы Йошида не видел, что сейчас творит Наги. — Всë-таки решил составить мне компанию? — Микаге усмехнулся, наблюдая, как Сейширо вновь направляется к кухне, подходя обратно уже со стулом в руках. — Не хочу, чтобы ты вливал всю эту химозину в себя, — Наги хмурится, но ставит стул перед своим другом, положив на него те самые ещë пустые стаканы, после чего умещает тушку справа от наследника компании. — Хаха, Наги, ты мой лучший сомелье, прям рыцарь без доспех, — Ладонь шуршит в пакете, а от туда высвечивается чëрная бутылка с красной крышкой и белой наклейкой, которую Рео с улыбкой вертит перед своим лицом. — Ты только посмотри: "Domaine Leroy Richebourg Grand Cru" 1949 года. Одна бутылка обошлась мне в 740.000 йен. Я часто видел подобное у Отца, но меня воротит от всякого пойла. — Зачем же ты тогда взял его? — Наги с хмурым лицом наблюдал, как Микаге без лишних трудов откручивает крышку, откладывая еë на стеклянный стол. Рео приближает бутылку к своему носу, с улыбкой вдыхая неприятный, по мнению его друга, аромат. — Это глупо. — Ага.. так глупо, — Алая, словно свежая кровь, жидкость плывëт в воздухе, под характерные звуки заполняя один стакан, а следом и второй. — Просто.. хочу понять, что чувствует этот подонок, когда пьëт подобную химозу. Брови сходятся к переносице, когда ему в руки направляют доверху наполненный стакан. Этот цвет.. красный.. яркий. Ассоциируется именно с кровью. Вспоминается то лицо Рео: дрожащие глаза, прижатое к стене в раздевалке тело и алые капли, стекающие с шеи. Вроде Наги не сделал не глотка, до сих пор вертя напиток в руках, но тошнота уже даëт о себе знать. Сейширо по-прежнему прожигает бокал недоверием, краем глаза замечая, как Микаге уже делает пару глотков. Нужно делать так же? Тоже вливать в себя противную жидкость только для того, чтобы Рео не было одиноко и он не спился прямо на чужом диване? Наги подносит напиток ко рту. Сглатывает ком тошноты, когда противный запах отдаëтся жжением в носу. Они не чокаются, как Сейширо видел в других фильмах. Обычно люди сталкиваются стаканами друг с другом, находя отдельный повод и пожелания: за любовь, за деньги, за здоровье и за счастье. Но.. Рео не делает ничего из этого. Он вливает в себя противный алый напиток, морщась. Не желает невозможного и не надеется на чувства. Этот парень просто погрязает в своих проблемах и пьëт, только с целью их забыть. Нужно ли Наги потянуть к ему стакан? Сказать какой-то тост? А что пожелать? "Хочу, чтобы ты больше не пил" – глупо. Такое не желают перед выпивкой с дорогим алкоголем. "Я не хочу видеть, как ты страдаешь" – тоже странно. Страдает ли Рео сейчас? Определëнно да. Но.. если пожелать то, о чëм Микаге старается забыть, станет лишь хуже. Наги молчит. Ничего не желает и не говорит. Не сталкивается со стаканом напротив и не слышит звона стекла. Он просто поступает подобно своему другу, делая первый глоток. Сейширо готов поклясться, что чувствует, как жидкость проходит по всему горлу, жжением отдаваясь в лëгких. Лицо хмурится, с уст слетает недовольное "бе", а язык высовывается наружу. Но он не останавливается. Делает ещë глоток и ещë. Старается побыстрее опустошить стакан, дабы Рео меньше выпил. Старается сократить его время на "самобичевание" и сам не замечает, что, даже до этих моментов, мыслил уже нетрезво. — Наги, — Рео нарушает тишину и отвлекает от неконтролируемых глотков. Парень откидывается телом о спинку дивана, рассматривая алую жидкость словно одну из главных мировых тайн. — А я завтра уезжаю. Бокал замирает в руке, а брови нахмуриваются. Слишком часто Сейширо хмурится при Рео. Слишком часто этот парень ставит его в тупик своим поведением. И слишком часто сейчас раздражает приторная улыбка на лице, словно Микаге – победитель по жизни. — Куда? Путешествие? — Наги не отрывает взгляда от Рео. И не потому что тот сейчас смотрится как парень с обложки новомодного журнала с бокалом в руке. Да, даже в таком виде, Рео красив. Но сейчас.. сейчас всë внимание приковано к дрожащим глазам и натянутой улыбке. — Ага.. "забавное" путешествие в Америку, — Еле заметно парень сжимает в ладони бокал, но это не уходит от внимания серых глаз, что изучают его насквозь. Рео видит. Видит этот взгляд и жалость, отражающуюся в нëм. Видит и мастерски игнорирует, как и его сообщения столетней давности. — Меня не будет три месяца.. может два. — Не уезжай, — Сейширо стиснул зубы. Рео плохо. Он это понимает. Но.. почему Микаге сбегает? Даже если ему здесь настолько хреново, необязательно брать столь длинные перерывы и мчаться за тридевять земель. — Останься здесь. — Наги – глупец, — Наследник компании не сдерживает смеха, прикрывая рот свободной ладонью. Фиолетовые радужки не сходят с телевизора. Там лишь чëрный экран, никаких фильмов или новостей. Просто пустота. И Рео не открывается от этой пустоты, морально уже потонув в ней по самую шею. — У меня нет выбора, глупый Наги. Мы увидимся только в сентябре.. глупец. — Что.. что мне сделать чтобы ты остался? — На Наги не смотрят. С его слов смеются и не воспринимают их всерьёз. Но это не мешает не отрываться от фиолетовых радужек, что направлены даже не на него. — А ничего нельзя сделать, — Микаге пожимает плечами, с улыбкой направляя свой бокал к Сейширо. — Но сейчас я стану намного счастливее, если ты продолжишь составлять мне компанию. Хорошо? — Да, Рео.. — Секунд десять он прожигает чужой напиток взглядом, а после соприкасается с ним своим стаканом. Лицо Рео растягивается в улыбке и Сейширо хочется чокнуться с ним ещë раз, только чтобы увидеть подобное снова. Хотя.. кажется Наги уже чокнулся. Чокнулся настолько, что просто смиряется со словами Микаге и не пытается его переубедить. Чокнулся с такой силой, что делает ещё несколько глотков за один присест. Чокнулся так, что замечает, как при глотке алкоголя, комок встаëт в чужом горле, как вздымается грудь под равномерные вздохи и как напрягается сердце от направившихся в его сторону фиолетовых радужек. Он чокнулся. Неужели действие алкоголя уже пошло? Может.. может туда что-то подмешали? Но Рео пил тоже самое. Ладно, факт – остаëтся фактом: Наги не может оторвать взгляда, даже встретившись с чужими и столь приятными для любования глазами. Он видит в них своë отражение. Сквозь фиолетовую пелену, наблюдает, как замирает, словно зависшая посреди боя игра, с еле приоткрытым ртом. — Наги, — Голос с хрипцой отвлекает, но серые радужки не перемещаются ни на дюйм. Наги завис. Завис и сломался, словно уже отработавший свой срок компьютер. Затвердевшая жижа "мыслей" в подсознании звоном проносится по черепной коробке, разнося все недавние размышления и чëтко выстроенный ход действий в пух и прах. — Ты хотел обсудить поцелуй. Я.. я трезв, так что отвечу на любой вопрос... пять вопросов. Больше не выдержу. Наги вновь заработал только тогда, когда взгляд Микаге устремился вперëд к выключенному телевизору. Пронеслась мысль, что было бы лучше включить один из завалявшихся на полке фильмов, но идея была с треском откинута в сторону. Сейширо смотрит фильмы только с Нэо. Смотрит и будет продолжать. — Почему ты разрешил мне себя поцеловать? — Наги сказал первое, что пришло на ум. Голова отказывается работать, счастливо махая ручкой и заменяясь на пустоту в мыслях. Сейширо не знает ответа. Не знает, но у него накопилось предостаточно вопросов и сейчас появилась возможность распутать этот клубок размышлений, что не позволяет собраться со здравым смыслом. — Я не знаю, — Брови нахмуриваются, а голос звучит уже чуть тише и серьëзнее, даже с этой фальшивой улыбкой на лице, что сейчас не поддаëтся контролю. — Как-то на автомате вышло. Ты был не в себе – значит я тоже. Это.. может это из-за твоих феромонов. — Тебе было противно? — Бокал откладывается на стул, а тело опирается о спинку дивана, подобно Микаге. Только вот Сейширо по-прежнему даже не пытается отвести от парня взгляда. Прожигает. Одними глазами даëт понять, что видит насквозь, хотя это далеко не так. — Да.. меня чуть не стошнило, — Уголки губ приподнимаются в улыбке, когда его друг фыркает, приподнимая одну бровь в удивлении. — Я презирал себя за то, что мне понравилось. Понравилось целоваться со своим другом. Даже сейчас чувствую себя ужасно, я.. я слишком странный. Наги замолчал после этих слов. Не знал, что сказать, но с уст слетел облегчëнный вздох. Рео его не ненавидит. Рео понравилось. Но он обвинял себя в том, что ему приятны поцелуи. Сейширо они тоже приятны. Приятно целовать Нэо перед походом в школу, приятно получать мягкие касания при утреннем пробуждении и.. и очень приятно заглаживать свою вину перед Рео. Но Наги не винит в этом себя. Это его мысли: странные, запутанные и неправильные. Он не должен так думать о своëм друге, и это тоже входит в очередное "понимание". И что? Думает и думает. Ему нет дела даже до собственных мыслей. Максимум, что он ощущает – жар в теле и непривычный трепет на сердце от внезапного воспоминания вчерашнего вечера. Ощущает и стратегически игнорирует. — Что ты чувствовал, когда.. ну.. когда я тебя целовал? — Голос уже звучит тише. Всë так же спокойно, но немного переходя на доступный ушам шëпот. Наги хочет знать ответ. Хочет и спрашивает, даже позабыв о ещë недавно гложащем душу "клубке мыслей". — Я.. — Рео прервался. Сделал пару глотков вина, морщась. Собирается с мыслями, всë так же взирая в пустоту. Питается составить в голове цельное предложение, но, после неудачи, выдаëт то, о чëм думает. О чëм размышлял в тот момент и после. — Я чувствовал себя легко. Мне было.. как бы сказать.. комфортно что-ли? Появилось ощущение, что меня любят и ценят. Это.. это были самые приятные и незнакомые для меня чувства. В тот момент я осознал, что жив: моë сердце билось, словно по нему бьют мощной кувалдой, я чувствовал, как заплывается взгляд и дрожат руки.. И тогда я подумал: "Ха.. а я тоже способен на чувства. Я ещë не до конца опустел. Я – человек, не марионетка. Реальный человек". Наги наблюдал. Наблюдал за тяжëлым вздохом со стороны, за безумно приподнявшейся улыбкой на лице, за дрожащими фиолетовыми радужками. Опять же наблюдает, и опять же игнорирует. Ему приятно. Приятно от того, что Рео не проклинал его на всех известных ему языках. Приятно то, что Сейширо смог позволить своему другу ощутить себя именно так. А что думает сам Наги? Что он чувствовал, когда его личное пространство резко нарушили и, без лишнего трëпа, впились в губы? Ответ прост, но в тоже время очень тяжëл для понимания и принятия. Наги ощущал быстрое биение сердца, как его толстовку сжимает дрожащая ладонь, вслушивался в тяжëжые вдохи со стороны и любовался на затуманенный взгляд. Но.. он ни о чëм не думал. Воспринял эту ситуацию с такой обычностью, будто просит Рео одолжить ручку на одну пару. Ему было приятно, но максимум, чего он смог дождаться от мыслей, это: "Куда теперь пойдут наши отношения?", " Рео возненавидит меня?", "Ему страшно?". Если бы.. если бы в его мире существовала кнопка о новом запуске реальности на месте прошлого сохранения, Сейширо бы минут пять смотрел на неë, вновь напрягая черепную коробку. Смотрел бы, но так и не нажал. — Ты хочешь.. забыть о нашем поцелуе? — Это важный вопрос. Очень важный для Наги. Тот, на который он сам не знает ответ. Знает ли Рео? О чëм он думает сейчас, когда делает очередной глоток, уже полностью опустошая свой бокал? — Нет, — Микаге отрицательно помотал головой, краем глаза заприметив, как серые глаза расширяются в удивлении. Парень разворачивает голову к своему другу, тепло улыбается, укладывая щëку на спинку мягкого дивана. — Наги, как ты можешь такое спрашивать? Это же один из лучших моментов в моей жизни.. момент, когда от меня ничего не требовали в замен и просто одними действиями заявляли, что во мне реально нуждаются. Зачем?.. зачем мне его забывать? — И как.. как нам вернуться к тому, что было раньше? — Сейширо тяжело дышит. Стуки сердца сбиваются с ритма, стоило вновь встретиться с фиолетовыми радужками. Так.. так себя чувствует Рео? Но, если он не хочет забывать, то, что им делать с этим знанием дальше? Знанием того, что целоваться со своим другом – приятно. С ужасающим и пугающим приступом тошноты, подступающему к горлу, от странности своих же мыслей. Его лимит вопросов исчерпан. Рео позволил всего пять, но у Наги ещë осталось штук на сто побольше. Осталось, но он не задаëт. Молча ждëт ответа, чувствуя, как замерло сердце. Загребает все оставшиеся размышления в подсознание, обещая не доставать их. Не доставать и не ломать голову над неразгаданными тайнами, ответы на которые он никогда не узнает. — Наги, наклонись поближе, — Рео откладывают стакан в сторону, вновь опирается спиной о диван и показательно двигает указательным пальцем с лёгкой улыбкой на лице, ждëт. Ждëт исполнения своей просьбы от замершего парня. А Наги не исполняет. Замирает, словно резко разучился ходить, стоять, дышать, говорить, слышать и вообще всему. Рео.. Рео просит наклониться. Приблизить к нему своë лицо и позволить ощутить чужое дыхание с нотками невыветрившегося перегара. Рео.. Рео хочет поцеловать его. Это не вопрос – утверждение. Сердце окончательно сбивается с ритма, а по телу проносится волна дрожи. Наги с замершим взглядом наблюдает за спокойным лицом, растянутым в улыбке. Наблюдает и молчит. Рео хочет повторить. Позволить вновь ощутить на себе чужие губы, соприкоснуться с языком, что, как в прошлый раз, заставит тело содрогаться от предвкушения. Он позволит поцеловать своë лицо? Вновь коснуться щëк, шеи и век? Сейширо приближается. Опирается рукой о диван, тяжело дышит, сокращает расстояние между их лицами. Ощущает у рта горячее дыхание и запах перегара уже не раздражает. Теперь этот противный аромат отдаётся трепетом и ожиданием. Смотрит прямо в фиолетовые радужки, направленные в его сторону. Больше ни на кого. Рео смотрит на него. Только на него. Наги прикрывает глаза. Чуть склоняет голову в бок и приближается губами. Приближается и чувствует дрожь во всëм теле. Ощущает, как она отдаëтся прямо по черепной коробке, заставляя ладони сжаться в диван, а устам из последних сил сдерживать тяжëлые вздохи. Резкий лëгкий щелбан по лбу заставляет глаза столь же нежданно раскрыться, а довольную улыбку в лице напротив содрогнуться. — Никак, — Микаге широко улыбается, так и не отстраняясь. Ощущает у кожи тяжëлое дыхание и от этого улыбается искренне. Не фальшиво. Не предвзято. Искренняя, широкая улыбка, к которой наследник компании совсем не привык. — Нам не вернуться к тому, что было раньше. Ты это и без моих подсказок понимаешь. — Да.. понимаю, — Шепчет парень, опуская взгляд вниз. Не отстраняется. Позволяет себе почувствовать чужое дыхание хотя бы ещë на один короткий срок. Ему уже не вернуть ту дружбу с Рео. Больше никто не погладит по волосам, никто не составит компанию на крыше и не с кем будет выбираться для того, чтобы посидеть на лавочке в одиноком парке. Того Рео больше нет. Но.. есть новый. Новый Рео заставляет сердце биться чаще, мысли грезить о касаниях, а дыхание сбиваться уже в сотый раз за прошедшие пару минут. Если говорить честно, то Наги скучает по обоим Рео. — Почему не отстраняешься? — Микаге скрывает тяжëлое дыхание за лëгкой улыбкой. Одним своим присутствием заставляет отречься от левых мыслей и полностью приковать к себе чужое внимание. — Хочешь поцеловаться? Резкие слова окончательно выводят мысли из строя, а над головой загорается яркое предупреждение об ошибке. Рука дрогнула, сильнее вжимаясь в диван, будто пытаясь стать с ним единым целым. Наги не хочет целоваться. Не хочет касаться Рео, не хочет опять утопать в фиолетовых глазах. Ведь.. потом мысли опять спутаются в черепной коробке, что станут размером с целое Токио. Сейширо не хочет и не будет. Откажет, обратно устроится всей тушкой на мягком диване и вольëт в себя всю противную бутылку этого дерьмового пойла, лишь бы не думать об обратном. — Хочу, — Рот произносит совершенно иное. Будто он какой-то NPC, действия которого продуманы уже заранее. Сравнивает себя именно с таким персонажем, ощущая, как главный герой приковал всë внимание именно к нему. К его еле заметной на фоне других персоне. Сравнивает и не игнорирует эти мысли. Заполняет ими всю черепную коробку, будто это способно отогнать остальное в сторону. — Наклони голову в бок, — Рео не меняется в лице. Ни один мускул не дрогнул, когда Сейширо послушно исполняет его просьбу. — Молодец. Приоткрой свои губы. Наги приоткрывает. Как бы это странно не звучало, но он беспрекословно слушается Микаге, ощущая соприкосновение своего лба с другим. Дыхание у обоих учащается и это нон-стопом проносится по черепной коробке, перебирая мысли с ног на голову. — Я сейчас тебя поцелую, — Предупреждает Рео. Если.. если он сейчас двинется на один миллиметр, то это уже можно будет считать за поцелуй. А Наги уже считает. Даже такое расстояние, что между ними сейчас. — Не закрывай глаза: смотри на меня, внимательно смотри. Я.. я закрою, а ты не закрывай. Наги не отвечает. Послушно не сводит взгляду, ощущая на своих губах чужие.. нет, не чужие.. родные губы. Те самые, о которых мыслил весь день и даже пытался обсудить с Йошидой. Те самые губы, которые Сейширо запретил ощущать сам себе. И сейчас парень счастлив, что нарушает этот неразумный запрет. Сейширо позволяет себе куда больше, чем в прошлый раз. Тогда, он старался потакать поведению Рео, но не сейчас. Сейчас действует сам, ручаясь лишь с собственным ходом действий. Мнëт мягкие губы, опять ощущает противное вино, которое вроде бы откладывал куда подальше. Нет, сейчас оно не противно. Видимо Сейширо стал окончательным пьяницей, раз так открыто наслаждается вкусом спиртового пойла, что ощущался на кончике чужого языка. Наслаждается и требует ещë. Прижимается ближе, языком проходит по нëбу, зубам и снова касается языка. Старается ощутить каждую новую каплю алкоголя, который ещë несколько минут назад кривил душу. Сейширо смотрит. Как было велено, обращает внимания на каждую мелкую деталь: румяные, из-за выпитого спиртного щëки, подрагивающие ресницы, томное тяжëлое дыхание. Жалко.. очень жалко, что сейчас он не может увидеть ясные фиолетовые глаза. Но Наги наслаждается даже этим. Этого предостаточно для того, чтобы полностью утерять контроль, чтобы не думать не о чëм другом. Ладони уже не вжимаются в диван, а мягко водят по чужой спине. Рео подсаживается ближе.. ещë.. ещë немного и он сядет к нему на колени. От подобных мыслей голова идëт кругом и становится всë равно на левые мысли. Наги нравится целовать Рео. Нравится отстраняться о его губ и переходить на шею. Ему это позволяют. Нравится целовать щëки. Нравится то, как плавно распахиваются веки, позволяя узреть покрытый пеленой фиолетовый взгляд. Нравится. Наги всë нравится. Руки скользят по телу, даже не замечая, как проходят сквозь рубашку. Руки у Сейширо холодные, и он это знает. Знает и целует вновь, сам не сдержав тяжëлого вздоха. У Рео приятная кожа. Настолько нежная, что хочется коснуться каждого сантиметра его тела. И Наги касается. Ощущает, как теплеют ладони, а пальцы плавно проводят по прессу, очертая каждый его дюйм. Видимо справляется с этой задачей хорошо, раз Микаге отстраняется, прикусив губу. Сейчас.. именно в этот момент, Сейширо хочет открыть целый музей, посвящëнный Рео, куда сможет войти лишь он один. Там будут все подобные моменты, что ему позволено улицизреть сейчас: румяные щëки, прикусанная до покраснения губа, тяжëлое сбивчивое дыхание и яркий взгляд, нацеленный только на него. — Наги, — Шепчет Микаге, приближаясь к его лицу. Наги приятно дарить Рео поцелуи, приятно гладить его и хочется сказать, насколько же он красив. Но.. получать их Сейширо не привык, а сейчас получает. Рео дарит ему ласку:касается губами скул, спускается ниже к шее, обводит небольшой участок кожи языком. — Ты.. ценишь меня? Не наследник компании сейчас пьян, а Наги. Настолько пьян, что подставляет шею под горячие касания. Мельком появляется ощущение, что алкоголь проходит по венам даже через такие лëгкие поцелуи. Вопрос не ставит в ступор. Сейширо знает ответ. Знает и тихо отвечает. — Да.. да ценю. — Ты боишься меня потерять? — Рео целует виски, за ухом. Когда же он прикусывает мочку, с уст слетает сдержанный стон. Наги стонет. От этого не неловко, скорее неудобно и непривычно. Ему хорошо и пусть Рео это чувствует. — Боюсь.. очень боюсь. — Ты.. — Микаге отстраняется. Соприкасается своим лбом с другим и не сводит взгляда с серых очей. Уже почти не обращает внимания на водящую по спине ладонь, что заставляет тело еле ощутимо выгибаться, а волну дрожи окунуться в этот омут с головой. — Ты любишь меня? — Да, люблю, — Наги почти не думает. Так же, как и не размышлял днями и ночами о признании Нэо. Сразу соглашается. Рео – не Йошида. Он не источник всех его желаний, не яркое солнце, которое хочется присвоить себе. Рео – это Рео. Единственный и не повторимый. Раз не солнце – то яркий цветок, самый редкий и необычный. Если не источник всех желаний – то источник бурлящих чувств, заставляющий сердце замирать. Рео – это тот, кому Наги готов довериться, даже после двухлетнего одиночества, пожирающего всë живое внутри. Готов и сможет это сделать. — Хорошо.. — Уголки губ приподнимаются в улыбке. Парень падает лицом в мужское плечо, прикрывая его за фиолетовыми прядями. Слëзы.. Сейширо чувствует, как они впитываются в его одежду отражаясь лëгким холодом по коже. Наги чувствует это и вздрагивает. — Хорошо.. всë.. всë хорошо. — Рео, ты- Его прерывают. Перебивают с дрожащим голосом, ладонями вжавшись в руки. — Всë хорошо, — Уголки губ приподнимаются в улыбке. Как жаль, что Наги не видит эту искреннюю улыбку. — Меня любят.. меня ценят.. меня боятся потерять. В-всë хорошо.. Да.. всë.. хорошо.. у меня.. — Рео, — Ладонь, как можно аккуратнее, покидает горячую кожу, касаясь лопаток через белую рубашку. Наги переводит взгляд в потолок, вздрагивая при каждом новом всхлипе со стороны. — Тебе.. тебе пора спать. Нам нужно отдохнуть.

.................

Бледная ладонь аккуратно накладывает плед на второго человека. Наги чуть ëзрает, удобнее присаживаясь на кровать. Поправляет перепутанные фиолетовые пряди, потирая их меж двух пальцев. Он выкинул бутылки. Весь тот пакет, на который Микаге так бережно слил месячную зарплату человека среднего класса. Без сожаления в лице закинул пакет в мусорку. Но.. не смог попрощаться с одной чëрной бутылкой с белой этикеткой на ней. Бережно прикрыл и сложил еë в шкафчик на кухне. Он.. он помнит вкус того вина. И помнит, как ощущал его на чужом языке. — Надеюсь.. теперь ты останешься, Рео? Я хочу, чтобы ты остался, — Сейширо касается ладонью тëплой щеки наследника компании, с замиранием сердца слушая каждое новое сопение со стороны. — Сладких снов, Рео.

𝔅𝔩𝔲𝔢 𝔏𝔬𝔠𝔨 "дополнительное время"

— Доброго времени суток, Дамы и Господа, — Автор с улыбкой посмотрела в камеру, махая свободной рукой. На лице девушки улыбка, в одной руке сжаты скреплëнные меж собой листы, а тело спокойно сидит на удобном синем кресле. Она перекладывает одну ногу на другую, смотря на стоящий напротив пустой диван. — Сегодняшний выпуск "дополнительного времени" пройдëт в рубрике вопрос-ответ, — Улыбка стала ярче, а взгляд не сходил с объектива. — Ранее, я просила вас накидать вопросы персонажам и так же провела подобное на своëм телеграм-канале. Вопросов накопилось предостаточно, настолько, что некоторые пришлось убрать. Отдельное извинение перед "kumiko" за то, что подобное произошло с парой ваших вопросов. Автор тяжело вздохнула, устремив взор в листы. — Впредь, если вы хотите задать вопросы любым персонажам из моего фф, то смело пишите в любой части. Они все будут учитываться. Авторов вопросов отметила после главы, — Она перелистывает листы бумаги, вновь поднимая голову на камеру. — Начнëм мы пожалуй с второстепенных героев, а закончим главными. — Мальчики! Проходим, не стесняемся — Выкрикнула она куда-то за кадр, поглубже вдыхая. Терпение ей уж точно сегодня потребуется. — Кто стесняется – тот сдутый мяч! — Короче, а я потом говорю.. а он такой говорит.. ну и мы такие говорим... — Бачира радостно жестикулировал руками, очень быстро что-то рассказывая. — П-подожди, Бачира, — Прервал его пламенный и очень информационный рассказ Исаги, стараясь побыстрее подойти к дивану. Лишь иногда он кидал взгляды на Лауфера, что молча шëл впереди всех, — Я запутался ещë когда ты сказал: "Хочешь расскажу как начался мой день?" — Блин, придëтся начинать с начала! — Мегуру тяжело вздыхает, присаживаясь посередине дивана: справа сел Исаги, а слева Лауфер. — Ну так вот: встаю я такой ночью, гляжу – тар... — Кхм-кхм, не отвлекаю? — Автор приподняла одну бровь, прожигая самого болтливого из них грозным взором. — У нас нет времени на это. — Извини-извини, — Уголки губ парня приподнимаются в улыбке, а взгляд направляется на всех присутствующих по-очереди. — Просто это наше первое доп.время, уверен, мы все волнуемся. — Тогда поскорее начнëм. У нас ещë много кого нужно заснять, а времени нет, — Автор тяжело вздохнула и, ещë раз сверившись с написанным на бумагах, перевела взгляд на парней. — Исаги, Лауфер – к вам особых вопросов нет. Читатели желают Исаги терпения. — Зачем? — Парень потирает затылок, не уделяя внимания тому, как Мегуру, словно маленький ребëнок, потягивает его за рукав кофты и продолжает тихо шептать свой рассказ о "начале дня". — Вроде и так нормально, но.. спасибо. — Не тяжело присматривать за Бачирой? Ты у меня в телефоне записан, как "несчастный нянь с пазлами", — Автор оперлась локтями о колени, чуть наклонившись к Йоичи. — Не очень, но.. причëм тут пазлы? — Он приподнял одну бровь в удивлении, так и не удостоив Бачиру своим вниманием. — Эх, тебе не понять. Если вкратце – мем один гуляет по фэндому, — Автор пожимает плечами, направляя взгляд на Лауфера. Исаги заметно расслабляется и также тихо начинает отвечать Мегуру что-то краткое на его счастливое времяпровождение. — Лауфер, тебя могу поздравить, — Девушка тепло улыбнулась парню, даже не заметив, как тот вздрогнул от резко направившегося в его сторону прицела камеры. — Тебя назвали, цитирую: "Краш my husband". — О, серьзно? — Парень перевëл неуверенный взор в пол, смущëнно потирая затылок. — Я.. ну.. очень благодарен. Не думал, что вообще появлюсь в этой рубрике. — Брось, честно говоря, я давно хотела тебя сюда позвать, так же как и Бачиру с Исаги, — Автор улыбается, на секунду опуская взгляд в бумаги и перелистывая их. — Кстати, ты, Лауфер – единственный персонаж, у которого неизвестна фамилия. — Кстати, да, — Парень положительно матнул головой. — Все называют меня по имени, а сестра – Лау. — Эх, признаюсь: я не могла подобрать тебе идеальную фамилию, что подходила бы к твоему характеру. — Ну.. мне и так неплохо, — Уголки губ Лауфера приподнимаются в улыбке, а глаза устремляются в сторону девушки. — Честно.. немного приятно выделяться чем-то. Я же даже футболом не увлекаюсь, так что это, можно сказать, моя отличительная черта. — Хорошо, что ты не держишь на меня зла. Теперь Бачира, — Автор перевела взгляд на Мегуру, чьë внимание было приковано только к Исаги, а его голос постепенно повышался. — Бачира! — А потом я просыпаюсь. Прикинь? Это был двойной сон во сне! — Бачира вздрагивает, когда до слуха доходит довольно громкий крик, обращëнный к его персоне. Парень неловко улыбается, опускает кофту товарища и полностью усаживает свою тушку на диван. — Прости-прости, отвлëкся немного. — Ладно.. сосредоточься, — Брови девушки хмурятся, но, так и не отводя взгляда от Мегуру, она начала говорить уже назубок заученный вопрос. — Читатели интересуются, когда начнëтся твоя любовная линия с "тайным" кавалером. Что думаешь на этот счëт? — Хе-хе, видишь? Люди хотят видеть Бачиру! — Парень радостно похлопал в ладоши, а на лице расцветает чеширская улыбка. — Обещаю, начнëм сразу же в следующей главе! — Ч-чего? Нет! Не разбрасывайся такими серьëзными обещаниями! — На пару мгновений автор прикрывает глаза, ощущая слабую боль в висках. — Следующая глава будет вертеться вокруг Рео или же Наги, Чигири, Кунигами и Лауфера. — Ты только что одними словами разбила миллионы сердец, — Мегуру недовольно прыскает, опираясь спиной о удобный диван. — Короче, я и сам не знаю, когда она начнëтся. Автор молчит, словно воды в рот набрала. Но! Могу заверить вас, что мой "кавалер" отличный парень соответствующий всем моим вкусам и стандартам. — С каких пор у тебя появились "стандарты"? — Еле слышимо шепчет Исаги, приподнимая бровь. — Ох, ты многого обо мне не знаешь, Исагушка, — Бачира складывает руки на груди, активно жестикулируя ладонью. — Мой партнëр должен быть тем, кто способен стать достойным соперником и вызвать огонь на моëм сердце. А ещë, его отношение ко мне должно быть особенным, нежели к остальным. И пока, мой "кавалер" отлично с этим справляется. — Ладно-ладно, не нужно всë так ярко описывать, — Девушка мотает головой, вновь смотря в бумаги. — Так, давайте на последок проясним пару недостающих деталей: Лауфер – рецессивный альфа, Исаги и Бачира – беты. Про Лауфера я уже упоминала в первых главах, но вот о вас как-то не подумала. — Обидно немного, — Бачира фыркает, но всë равно ярко улыбается. — Ну уж извини, — Автор пожимает плечами. — Давайте зовите следующих, а то у нас время по минуткам расписано. Запись временно прерывается, но камера включается уже спустя пару секунд. Теперь на диване не было обнаружено предыдущей троицы. Вместо них на левой стороне дивана сидел юноша с длинными розовыми локонами, что заправил одну выбившуюся прядь за ухо. Справа от него присел молодой парень с весьма мускулистым телом, что направил на камеру оранжевые радужки в компанию с улыбкой. — Давайте сразу же начнëм, — Автор облегчëнно улыбается, двумя ладонями сжимая стопку листов. — Кто первый? — Ну, давай я, — Чигири пожимает плечами, перекладывая одну ногу на другую. — Хорошо, — Девушка положительно мотает головой, сразу же приступая к вопросу. — К тебе есть два вопроса. Первый: где ты красишься и чем моешь волосы? — Крашусь? — Бровь приподнимается в удивлении, а тело удобно упирается в спинку дивана. — Это мой родной цвет. Честно, хотел покраситься в какой-то нейтральный, например чëрный или светлый. Но не будем показывать пальцем на того, кто отговорил меня от данной задумки. Грозный розовый взгляд с нахмуренными бровями направляется в сторону Кунигами, что не сводил глаз с Хëмы. — Тебе и так очень идëт, нет нужды менять такой красивый цвет, — Ренске пожимает плечами, когда Чигири вновь поворачивает голову к камере под тихие и недовольные бурчания. — Ладно-ладно, — Хëма сжимает руки на груди. — Насчëт мытья волос – я вообще не знаю. Просто беру то, что покупают мама с сестрой. Если Рео дарит что-то подобное, то использую это в первую очередь. Но.. я больше по маскам для волос, на шампуни не обращаю особого внимания. — Хорошо.. эх, как же спокойно всë продвигается, — Автор облегчëнно вздыхает, переворачивая страницу. — Второй вопрос не очень хороший для тебя по содержанию, но я всë равно его зацитирую: "Долго ещë будешь к Наги с Рео при.. прикапываться, у тебя вообще-то парень есть". Лицо хмурится, а Хëма устремляет глаза в пол. Он всего пару секунд размышляет над ответом, лицо вновь поднимается к объективу, а взгляд серьёзен и непоколебим. — Не к кому я не прикапываюсь, вы там что, с говном в ушах живëте? — Брови приподнимаются и Чигири даже не замечает, как Ренске кладëт свою ладонь поверх его руки. Он полностью сосредоточен на вопросе. — Рео – мой лучший друг. Я волнуюсь за него и продолжу это делать. Для меня, главное – его безопасность и моральное состояние. А Наги уже ни раз навредил Рео, и я не могу позволить этому повториться. Если ещë раз будут такие вопросы, Автор, дай мне аккаунты этих гениев, я лично их заблокирую. — Н-не нужно никого блокировать! Давай засчитаем это за ответ и перейдëм к Кунигами, — Девушку тяжело вздыхает, уже жалея о том, что заранее сказала, как спокойно проходит это интервью. — Кунигами, к тебе есть один вопрос и пожелание сил за то, что терпишь, цитирую: "весь этот питомник". — Признаюсь, здесь реально все со своими закидонами, но и я не исключение, — Ренске улыбается, стараясь сосредоточить внимание камеры на себе, а не на грозном взгляде со стороны. — Но с ребятами весело, они все забавные и выделяющиеся. — Молодец, — Дама положительно мотает головой. — А теперь вопрос: "Долго ли решался познакомить Хëму с матерью или это как-то случайно получилось? Волновался ли?" — Ох.. ну.. — Парень смущëнно потирает затылок, с улыбкой смотря на автора. — Это произошло, когда мы встречались всего год. У меня нет от матери секретов и я часто обсуждал с ней своего любимого парня. Она давно хотела с ним познакомиться и мы запланировали встречу. — Ага.. "запланировали", не вешай тут всем доширак на уши, — Бурчит Чигири, перемещая ноги на диван и, поджав колени, умещает на них голову, пряча лицо за розовыми прядями. Хотя даже сквозь волосы были заметны красные от смущения уши. — Ладно-ладно, — Цыкает Ренске, выглядя явно счастливым. — Чигири ничего об этом не знал. — Говорит мол: "Пошли до меня, там никого нет. Фильм врубим и поедим нормально", — Всë так же бормочет Хëма, не поднимая лица. — Я тогда чуть не сиганул в соседний район, когда услышал женский голос. Это ж обман века.. я не был готов. — Если бы я предупредил тебя заранее, то ты тогда явно отказался бы. — В этом и вся суть, — Чигири чуть поднимает голову в сторону парня, позволяя ему узреть яркие, как ночные огни у магазинов, от смущения щëки. — Но.. она неплохая. — Да, ты сдружился с моей мамой, — Кунигами вновь улыбается, сдерживаясь, чтобы не коснуться этих мягких волос. Захотелось немного отодвинуть их в сторону, дабы налюбоваться на милое выражение лица. — Она и не представляет, что-бы делала без Чигири. — Угу.. всегда ко мне обращается, — Хëма кивает. — Я даже ходил на встречу с еë подругами, было жуть как неловко. Особенно подбирать для них наряды в торговом центре. — Молодцы, хорошо справляетесь и почти не кидаете спойлеров, это уже счастливый знак, — Подаëт голос автор. — Я могу описать вашу историю в "дополнительном времени", но это явно не так скоро, как хотелось бы. Мальчики мои, вы справляетесь получше всех, и за это куплю вам по кофе. А пока, зовите следующих, поскорее закончим и начнëм уборку в студии. — Хорошо, пошли Чигири, — Ренске поднялся с места, протягивая парню руку. — Сходим куда-нибудь после уборки? Там вроде через дорогу кафе новое открылось. — Хорошо, только не надолго, я хочу ещë с Рео пройтись, — Чигири кладëт свою ладонь поверх чужой руки, поднимаясь с мягкого дивана. Изображение вновь тухнет. Не проходит и минуты, как перед объективом вновь предстаëт привычное синее кресло, с автором на ней, и диван, на котором сейчас сидит один человек. Сбоку него поставили стул, на котором бережно припарковалась кружка с тëмным американо. — Эм.. ну.. к тебе у меня есть три вопроса, — Девушка неловко улыбается. Вздрагивает замечая на себе серьëзный бирюзовый взгляд. — Давай поскорее начнëм и закончим. Заранее говорю – с уборкой помогать не собираюсь, — Рин скучающе постукивает пальцем по коленке, лишь иногда переводя взор на кофе, но не решаясь взять в руки. — Хорошо, — Автор тяжело вздыхает. — Первый: "Покажут ли читателям настоящую пару Рина". Что думаешь? — Ты всë равно это сделаешь, даже если я откажусь, — Итоши еле заметно нахмуривает брови. — Скажем так: мой возлюбленный уже появлялся в данной работе. Но контактировали мы с ним или нет, оставлю на волю чужой фантазии. — Ладушки, поскорее переходим дальше, — Уголки губ приподнимаются в улыбке, а напряжение, висящее в воздухе, потихоньку сходит до простой неловкости. — Второй вопрос: "Кто самый не надоедливый человек, которого ты знаешь?" Рин призадумался на пару секунд, вновь еле слышимо постукивая пальцем по коленке. — Если судить по сюжету, то наша с Саэ мать. Она – единственная, кто был и остался для меня дорогим человеком, — Рин тяжело вздыхает. — Но, а если по съëмочной площадке, то Чигири. Он старается лишний раз ко мне не подходить и один из немногих, кто затыкает этот "балаган". Но он излишне болтлив и любознателен. — Угу, — Автор мотает головой, переворачивая страницу. — И третий вопрос, от меня: "Топ-3 с кем ты стал бы встречаться". — Третье место – Бачира. Мои отношения с ним дадут много внимания и поднимут популярность из-за его характера. Но он раздражает, — Итоши замолкает на пару секунд, вновь продолжая говорить. — Второе – Рео. Наши отношения с ним очень выгодны, он не только даст мне популярность одним своим именем, но и если сложить наш общий бюджет, то мы сможем купить себе всë Токио. — Хорошо.. а первое? — Первое – Аки, — Рин хмурится, когда девушка направляет на него вопросительный взгляд, и начинает объяснять свою точку зрения. — Он молчит. Это самый большой плюс в нëм: не будет бесить лишний раз, рассказывать свои проблемы и раздражать телефонными звонками, длиной в целую вечность. — Д-да.. вроде и логично, но очень странно, — Автор вздрагивает, стоит Итоши резко подняться с места. — Я не собираюсь тратить время на нелепые разговоры. Сейчас позову следующих, — Он берëт в ладонь свой напиток, в равномерном и быстром темпе удаляясь из кадра. Перед камерой вновь предстаëт тьма, длиной в тот же маленький промежуток времени, что и все предыдущие. Автор выглядит уже более смущëнно, смотря на следующего гостя, а неловкая атмосфера сияет в воздухе, заставляя дыхание сбиваться. — Интервью обещает быть весьма интересным, — Девушка вздрагивает, когда парень проводит ладонью по своим синим волосам. — П-первый вопрос: "Аки заговорит или продолжит молчать?" На свои слова она схлопотала нахмуренный взгляд. Хаттори поëрзал на диване, недовольно фыркнув. — Д-давай я отвечу? — Уголки губ приподнимаются в натянутой улыбке. — Пока неизвестно. Я не задумывалась над этим. Но, Аки нравится мне и таким. Он – самый любимый из созданных мной ОМП, так что даже так, всë равно останется любимчиком. — Кстати, — Автор заметно расслабляется, после того, как взгляд напротив смягчается. — Я долго размышляла над твоим именем и фамилией. По итогу для второго выбрала "Аки", что на японском означает "осень" и "светлый". Мне кажется оно тебе очень подходит и я горжусь этим. О, а ещë хочу кое-что прояснить: Аки – рецессивный омега, а его друг Идзуки – бета. Парень повëл ладонью по воздуху, тем самым прося автора ускориться. — Ладно, второй вопрос: " Аки и Идзуки – пара?", — Дама вздрагивает, когда лицо парня нахмуривается. — П-просто, со стороны ваши дружеские отношения можно понять совсем по-другому.. и.. ну.. вопрос придумывала не я. Хаттори проводит указательным пальцем по воздуху, намекая девушке наклониться. — Что.. хочешь меня прибить? — Автор послушно встаëт с кресла и наклоняется к парню, даже несмотря на дрожь в теле. Этого остался недостаточно, ведь Аки по прежнему хмурится, и она наклоняется ещë. — Знаешь, т-такое расстояние весьма смущает. Автор сбивчиво дышит в чужие губы, как по лбу ей прилетает щелбан, заставляя зажмуриться на пару мгновений. — Ладно-ладно, вопросы ты очень не любишь, — Девушка отстраняется, потирая лоб, и вновь присаживается обратно на своë кресло, беря в ладонь листы бумаги. — Извини, я немного опоздал, — Еë отвлекают спешные шаги со стороны. Над Аки нависают мужские ладони, еле сжимая спинку дивана. Камера приподнимается и еë обзору становится доступен улыбчивый блондин. — Надеюсь всë проходит хорошо. — Ага, мы уже заканчиваем, можешь его забирать, — Автор убирает ладонь со лба, позволяя объективу запечатлеть красное пятно. — Кстати, хоть ты ответь: Вы с Аки встречаетесь? — А что, так похоже? — Он неловко улыбается, наблюдая, как Хаттори высовывает язык в сторону камеры. — К счастью или сожалению, мы с Аки – друзья детства. Его успокаивают прикосновения ко мне, а я и не против. На этом всë. — Ясно-ясно, молодец. Хоть какой-то ответ, — Девушка облегчëнно вздыхает. — Ладно, пошли, Дорогой, — Идзуки улыбается, когда Аки встаëт с места. В его макушку прилетает несильный удар ладонью, заставив поднять руки в защищающемся жесте. — Ладно-ладно, прозвища не любим. Как насчëт "Милый"? Его вновь бьют по голове, но, несмотря на внутреннее раздражение, Хаттори всë равно сжимает в ладони синюю рубашку друга, стараясь стремительно покинуть помещение или хотя бы обзор камеры. Изображение камеры вновь темнеет. И видимо, это последний раз, ведь остаются лишь пара героев. Глаз девушки дëргается, а листы крепче сжимаются ладонью. Она не сводит взгляда с двух парней, сидящих напротив. — Ну? Вопросы начнутся? — Наги сонно моргает, полу-боком устраиваясь на диване, а телом поворачиваясь к юноше с фиолетовыми локонами. — Надеюсь, мне не нужно представляться? — Н-не нужно.. — Автор глубоко вдыхает пару раз, мысленно считая до десяти и надеясь, что на этот раз ей не придëтся выплачивать крупные штрафы из-за выходок этих двоих. — Наги, начнëм с тебя. Как говорится: "сначала всë самое пугающее и тяжелое". Первый вопрос: "Вы и дальше будете запрещать НагиРео находиться вместе, после выпуска где они п̶о̶е̶б̶у̶т̶с̶я̶ займутся грехо-падением", что думаешь на этот счëт? — Я жду этого "грехо-падения" больше чем празднования нового года с Рео, — Сейширо потирает глаза, укладывая свою голову на плечо к невмешивающемуся Микаге. — Автор уж точно не пойдëт мне на уступки и я до конца этой работы не смогу спокойно целовать Рео, когда захочу. — Ну а что мне остаëтся? Ты так всë время прерываешь работу! — Автор хмурится, стиснув зубы. — Ладно, быстро переходим дальше. Наги, назови топ-5 приложений, которыми пользуешься. — Приложения? — Наги задумывается на пару секунд, вспоминая, что скачано на его телефоне и компьютере. — Ну я в основном в шутеры рублюсь. Там: "Call of Duty" или "PABG". Иногда в "CS:GO". Геншин недавно скачал, вчера случайно выбил Чжу Лина, но я вообще не знаю, кто это. Ну.. вроде у меня даже Гача скачана. Пару лет назад о ней все болтали и решил попробовать – редкостная фигня. Но удалять лень. — Ладно, хороший мальчик, пока справляешься, — Автор перелистнула страницу, останавливаясь на последнем листке. — Теперь я быстро отвечаю на один вопрос для меня, а потом вернëмся к вам. — Тебе что, кто-то вопросы задаëт? — Сейширо приподнимает бровь в удивлении, но лицо вновь приобретает спокойные черты, стоило услышать краем уха краткое "Наги" из уст Рео. — Не выпендривайся. Мне задали вопрос о личной жизни, — Девушка приподняла уголки губ в улыбке, направляя взгляд в камеру. — Ну, я скорее домосед, так что жизнь у меня не очень насыщенная. У меня есть отличные друзья, с которыми приятно проводить время, и любящий отец, которым я очень дорожу, хоть и не часто ему это говорю. Так же у меня есть возлюбленная, с которой мы встречаемся уже пол года. Она замечательная и скрашивает мои одинокие будни. — Почему тебе можно говорить о любимой, а мне о Рео нельзя? — Прыскает Наги, фыркая. — Сейчас расскажешь. Переходим к вам, Мальчики, — Автор тыкает пальцем в текст на листке, после смотря на двух юношей. — Осталось несколько вопросов для вас обоих: их три, поэтому начнëм побыстрее. Первый: "Есть ли у вас какая-то общая мечта, цель?" — Конечно, — Рео приподнимает уголки губ в улыбке. — Кубок мира. Я хочу заполучить его, и мы с Наги к этому стремимся. — Угу.. — Сейширо лениво мотает головой. — Если Рео хочет, то и я тоже. Но.. если говорить о мечтах – хочу, чтобы у Рео было больше выходных и он работал раз в неделю, а всë остальное время проводил со мной. — Ну чего ты опять эту тему поднимаешь? — Микаге с улыбкой щипает этого ленивца за щëку. — Так-с, часики тикают. Без всяких милований, продолжаем, — Автор нахмурилась, задавая следующий вопрос. — Второй вопрос: "Какие виды тактильности предпочитаете"? — Ну.. объятия, — Наследник компании пожимает плечами. — Благодаря ним можно выразить все чувства без лишних слов. Мне нравится, когда меня обнимают, или обнимать самому. — Я люблю тебя обнимать. Давай уйдëм и я сделаю это ещë раз? — Наги состроил милые глазки, встречаясь со взглядом напротив. — Наги, дождись окончания интервью. Потом можно, — Рео даже не старается скрыть милую улыбку, зарываясь ладонью в пепельные локоны. — Ответь на вопрос. — Мне нравится, когда меня касается Рео. Особенно когда гладит по волосам, — Сейширо прикрывает глаза, наслаждаясь нежными прикосновениями. — Так приятно.. — Ясен пень, что эти вопросы до добра не доведут, — Недовольно бурчит Автор, стараясь поскорее с этим покончить. — Так, третий вопрос: "Есть ли у вас какие-либо фетиши"? — В..весьма неловкий вопрос, — Рео заправляет фиолетовую прядку за ухо, позволив камере лицезреть яркий румянец, опаливший щëки. — Скорее волосы. Нравится гладить там.. сжимать.. У Наги они всегда запутанные, сколько не расчëсывай. Мне нравится поправлять их и просто наблюдать. — Я.. я перестану пользоваться расчёской, — Наги отводит взгляд в сторону, а его уши опаляет румянец. — В Рео всë прекрасно. Больше всего нравится шея. Я не люблю сжимать еë или царапать. Просто еë приятно целовать или кусать.. ну легонько кусать.. чтобы было не больно. Автор упирается лбом о свои колени, недовольно вздыхая. — Что же вы творите на моей студии? Я.. я даже не знаю, вырезать этот момент или нет, — Она слабо постукивает свою макушку листами бумаги. — Вопросов было всего три, да? — Сейширо резко поднимается с места, поднимая следом и Микаге, сжав его ладонь. — Рео, брось Автора страдать одну и пошли обниматься. — Наги, мы не можем вот так уйти, — Наследник компании тяжело вздыхает, наблюдая, как мужская ладонь утягивает его всë дальше от камеры. — Дам погладить себя и поцеловать. Пошли быстрее, это интервью навело меня на странные мысли. Хочу попробовать. — Вот вы ж... кролики фиговы, — Недовольно бурчит Автор, глядя вслед удаляющимся макушкам. — Нужно срочно покупать себе беруши.